Часть 11 Утерянная часть легенды

В легенде об убитом наследнике трона всегда опускали одну не мало важную деталь. До людей всегда информация доходила довольно искажено, когда ее передали из уст в уста на протяжении многих поколений. И эта история не стала исключением. На самом деле Хэри неспроста видела ту наложницу, пока бегала по общежитию в поисках выхода. Эта женщина являлась катализатором всех бед, и тем человеком, кто заложил начало печальной и пугающей легенде. Об этой части истории знали не многие — лишь те, кто увлекался подобным и хорошо знал историю страны. И таким человеком невольно была Айю, которая являлась дочкой учителя по японскому языку. Очень давно, когда та была помладше, мама рассказывала ей про вмешательство японских духов в политику Кореи, потому что те сильно враждовали. Как и Кан, Айю прекрасно знала и том, что злые духи Японии поглощали людей на этой земле и приносили разруху по сей день. Но сама девушка никакого значения не придавала легендам, ведь они на то и есть — истории, смешанные с мистикой и чужими выдумками. И в отличии от семьи Хэри, её семья никакого отношения к шаманству не имела. Просто они очень хорошо знали историю и культуру народов. А когда Бель на чердаке подняла эту тему, Айю невольно удивилась тому, что оказывается немногие знают самое начало. Изначально рассказ был о молодой наложнице, что так желала стать королевой, прибегнув к сделке со страшной и могущественной силой. И взамен этому она отдала свою душу, потухнув, словно свеча, за какие-то три года после рождения долгожданного сына. Эта женщина не догадывалась, что нарекает своим желанием стать королевой своего же сына на верную смерть. Существо, что было хитро и ласкало уши сладкими речами, попросту обмануло ее и сделало так, как было угодно лишь ему. Он знал, что Госпожа Ши согласится на столь заманчивое предложение, взамен отдав свою душу, поэтому крутил людьми во внутреннем дворе, как удобными пешками. Сначала действительно шла она — девушка, изначально находящаяся чуть ли не в конце списка наложниц короля. Симпатичная, скромная, начитанная и добрая. Только был один у нее огромный минус — она не могла родить и всячески это скрывала. Ее тогда точно вышвырнули бы из двора, а дальше она не видела смысла своего существования. Либо жизнь там, либо не жить вовсе. Обстоятельства так давили на нее, что Ши прибегла к крайним мерам — она обратилась к незнакомцу, что в ночи спокойной зимы прибыл к ее покоям, как званный гость. Он уже знал, чего она желала, поэтому протянул руку помощи, вовлекая в свой хитроумный план. Взамен на возможностью родить от короля именно мальчика, девушке пришлось заплатить высокую цену, заключив договор на крови и обещании отдать свою душу и печень ему — девятихвостому лису. И все в начале шло куда нельзя лучше: она забеременела, а позже узнала и пол малыша, не веря в такое чудо. Она резко повысилась в уважении, от чего Госпожу Ши перевели в покои полные роскоши. Она ни в чем себе не отказывала, радовалась плоду под сердцем и любви со стороны короля. Но стоило мальчику явиться на свет, как девятихвостый дух вновь дал о себе знать и заключил сделку уже с противоположной стороной двора. С тем, кто был против этого мальчика и его существования. Таким образом, во внутреннем дворе разошлось полноценное проклятие, где хитрый лис управлял угодными ему фигурками, поедая одних и сводя с ума других. Он развлекался и глумился. Смеялся и злорадствовал. А самое главное — он пришел сюда с японских земель, дабы отомстить за свой народ, что у него прекрасно получалось. Айю относилась к этому всему со скепсисом и максимально нейтрально реагировала на рассказы мамы. Они сами с Японии и никому вреда не желали, поэтому слушать подобно из прошлого было для нее дикостью. Но сейчас, когда она невольно услышала эту историю снова уже из уст Бель, Айю начала чувствовать внутреннее напряжение. А на следующий день не стало того, кого она полюбила и хотела, чтобы он был счастлив. Убитая внутренне этой новостью, она не знала, как реагировать и о чем думать. Все совпадало с легендой — парень пошел гулять ночью около края огороженной территории, а на утро его находят без печени, с распоротым безобразно животом. И все можно было бы вновь скинуть на стечение обстоятельств, если бы не новенькая в их компании — Кан Хэри. Эта девушка заговорила про шаманов так, словно сама им являлась и говорила те вещи, о которых могли знать только они. Легенда про девятихвостого для нее была не новостью, как и вражда Японии с Кореей. А значит девушка что-то понимала и могла помочь и Айю понять хоть чуточку больше. Но как только объявили отбой, девушка куда-то ушла и не вернулась до глубокой ночи, чтобы забрать тихо своих вещи и выйти вновь. Айю, честно говоря, побоялась пойти следом как Суён и Соль. Ее буквально всю знобило от страха и мандража перед тем, чего она сама не могла предположить. Возможно, смерть любимого так ударила по ее психике, а, может, Айю просто понимала глубоко в подсознании, что все легенды не врали. Ее мать не врала про наложницу Ши, что пожертвовала собой ради рождения наследника. И не соврала про главного советника, который тоже отдал свое тело и душу для подчинения лису из Японии, дабы тот убил будущего монарха. И это осознание било ее тело маленькими разрядами тока, а сама Айю панически боялась вставать с кровати. Скрутившись в тонкое одеяло на койке, девушка зажмурила глаза и почувствовала, как капелька пота стекает по лбу и исчезает где-то между рядов роста волос. За окном градусы падали, и ее тело все больше начинало чувствовать холод. Но этот холод был предзнамением шагающего вольно по горе того, кто был страшнее самой смерти.

***

— Тяни! Ещё чуть-чуть! — Минхо тащил на себе веревку с грузом, пока Хэри пыталась помочь подтянуть гроб снизу. Даже без тела внутри, деревянный короб был нереально тяжелым и неудобным для подъема. Девушка с парнем успели кучу занос насобирать в руки, пока возились в яме, от чего шикали и корчились постоянно. Пальцы саднило и сводило судорогами, но они не прекращали попыток. — Все! Фух, мы сделали это. — Достав наконец гроб наружу, Ли упал на пятую точку и попытался отдышаться. Хэри не уступала ему в тяжелой отдышке, еле как подтягивая себя, чтобы выбраться наверх. — Отлично, теперь нам осталось ещё один такой же достать, только он потяжелее,— с наигранным оптимизмом проговорила она, шлепнув парня по плечу. На это действие он посмотрел на нее как на врага. — Как думаешь, где сейчас ребята? — Не став комментировать прошлые слова, Минхо перевел тему и стал отряхивать руки от грязи, хотя то было бессмысленным. Просто занимал себя чем-то, лишь бы не пялиться на одноклассницу. — Главное, чтобы были в порядке. Мне стыдно перед ними за то, что ввязала во все это,— поджала губа Хэри, вновь вставая с места для нового рывка в их работе. — Ребята! Помогите нам! У двоих у могилы чуть сердце не остановилось от услышанного голоса со стороны реки. Кричал как будто Чанбин, но тон какой-то странный, словно заманивающий. Кан сразу подумала, что что-то здесь не так, когда же Минхо почти сразу ломанулся на звук. — Стой! Это может быть ловушка,— схватив того за руку, они замерли и прислушались лучше. В лесу не было никаких шорохов или копошения. Только их дыхание, шелест листьев и снова этот жуткий голос в ночи, звучавший максимально похоже на человеческий. И Кан поняла, что это были те лисы, которые очень слабы и не могли себе позволить человечки облик. Они могли лишь копировать чей-то голос и тем самым заманивать к себе путников, а после поглощать. Не зря они видели целую стаю лис совсем близко отсюда. — Нужно просто не обращаться внимания, слышишь? — Шепнула Хэри однокласснику, потянув назад уже менее сопротивляющееся тело. Минхо и сам пришел в себя, чертыхнувшись на то, как легко чуть не повелся на уловку. — Они нам ничего не сделают? — Ли забвенно взял девушку теперь за пальцы, сжимая их своими, показывая свое переживание. Она бы обратила на это внимание, если бы не гуляющая опасность вокруг. — Нет, просто нужно держать дистанцию. Пока ты не на их территории, где они поджидают, то сами не ринуться,— кивнула она, плавно вынимая свою руку. Кан подошла к лопате, опрокинутой неаккуратно на землю, и подняла ее, протягивая обратно парню,— надо идти дальше, Минхо. Время поджимает. — Ты права,— выдохнул, беря предмет и спрыгивая вниз. Следующие пол часа ребята занимались некими раскопками и попытками очистить второй гроб от земли, выкапывая ямы у его краев. У них получилось довольно успешно, но сердца у каждого замирало, если до слуха доходили еле слышные крики или чей-то навязчивый шепот. Минхо вообще думал, что постепенно сходит с ума, но дрожащие пальцы девушки рядом указывали не только на усталость, но и на ее нервозность. Они оба словно сами себе выкапывали яму, готовясь лечь в нее из-за этих устрашающих лисов вокруг. Вдруг, они все таки придут сюда, дабы защитить место главаря? У них не было почти никакой защиты, кроме молитв и парочки оберегов. Парню очень хотелось верить в то, что Кан знает, как отгонять от себя подобных тварей. А Хэри на самом деле знала, просто никогда в практике подобное не использовала. Скорее, только наблюдала за обрядами отца, слушала рассказы матери, читала книжки. Сама же первогодка своими силами смогла пару раз провести качественный обряд для здоровья близких, обряд на праздник в честь памяти о предках, и еле как изгнала вредоносного мелкого духа на стройке, куда папа ее привез с собой. Это был тогда ее некий экзамен, что девушка смогла сдать с большой натяжкой. Если бы у шаманов была какая-то школа, то за тот случай получила бы не выше тридцати баллов. Это не обнадеживало в их настоящей ситуации, но ничего более не оставалось. Если сидеть смирно и ждать у моря погоды, то, скорее всего, умрет ещё много людей из-за кровожадности злого духа. — Ты говорила, что твой отец шаман,— вдруг начал диалог Минхо, с отдышкой продолжая работать лопатой,— почему не попытаешься связаться с ним? Я не сомневаюсь в твоих силах, просто двух шаманов держать рядом куда лучше одного. — Согласна, но мои предки уехали к себе на родину, пока я в уезде,— фыркнула она, коря себя за подкинутую родителям идею. Реально было бы куда лучше попросить их помочь, ведь у старших опыта куда больше в подобном. А сейчас ей приходится самой напрягать все извилины и вспоминать детали обряда по изгнанию, который ей дается с трудом. — Ч-ш, слышишь? — Ли прижал грязный палец к губам, нахмурив брови. Хэри напрягла слух и смогла услышать сквозь утихающий шепот лисов отчетливый голос остальных ребят. — Это они? — не веря, оба при поднялись и смотрели из ямы в лес перед ними. Оттуда медленно стали показываться чужие три силуэта, что шли устало, еле волоча ноги. Минхо сначала обрадовался, что их не надо теперь искать по всей горе, как постепенно его уголки губ опускаются обратно — заметил их нелепый внешний вид. — Боже мой! — Завизжал Хенджин, взявшись одной рукой за сердце, стоило ему первым заметить пару.— Какого хрена вы выглядываете из могилы, так ещё в темноте?! Да, им остается только представить как они выглядят: все в грязи, с растрепанными волосами набекрень и глазами по круглой монете. Это могло бы быть забавным, если бы не факт могилы и чужого гроба под ногами. — Вы где сами были? Что вообще на вас? — Минхо резво подтянулся и выбрался наверх, помогая девушке сделать тоже самое. Перед ними стояло уже трое потерянных второгодок. Чумазые, тоже уставшие, с нацепленными по всей одежде ветками и травой для непонятной конспирации. Хан, когда они остановились, сплюнул в сторону и сорвал с плеча тонкую гибкую ветку, что весь путь щекотала ему голую кожу шеи. Чанбин отобрал лопату у Ли и облокотился на ее черенок, прижавшись лбом. Выглядели ребята не только уставшими, но и какими-то разбитыми, словно увидели нечто ужасное. — Мы обходили гору снизу, дабы найти общагу по другому пути и не наткнуться на кицунэ, но он как будто специально появлялся там, где и мы. Наткнулись на домик одного из смотрителей леса, но эта тварь успела с ним расправиться. Пытались даже время тянуть, чтобы он до общаги не успел добраться, пока вы разбираетесь,— бормотал Джисон, словно все происходящее было лишь страшным сном. К сожалению, тот ещё не думал заканчиваться. — Тянули время? Как? — Спросила Кан, удивлённо посмотрев на каждого. Хван прикусил губу и все таки ответил: — Я вспомнил, что можно завлечь духа бессмысленной болтовней. Если речь сумбурная, противоречащая, то он невольно увлечется ею как развлечением,— парню было неловко говорить это шаманке, потому что идея была на самом деле слишком рисковая. Он мог ошибиться, разозлить кицунэ ещё сильнее, и тогда бы всем троим было худо. — Вы! Ты что сделал?! — Вдруг толкнула его слабо девушка в плечо, разозлено всматриваясь в карие глаза второгодки. — С ума сошел?! Это могло бы не подействовать на такого духа! — А что ещё оставалось?! Уйти?! Там человек умирал, и мы боялись, что он быстро найдет общагу! — Он неловко начал оправдываться, тоже повышая тон голоса. — Бежать! Бежать надо было, увалень! Не надо себя подставлять для защиты других, когда сами защититься не можете! Вот, чтобы ты делал, если бы он схватил одного из вас?! — Хэри отчитывала его как маленькое дитя, и Хван замолчал, виновато отведя взгляд в сторону. Стоявшие рядом тоже не спешили вмешиваться, ощущая напряжение. — Не знаю,— честно буркнул. — Вот именно! Вы не знаете как обращаться с кицунэ, а лезете в эпицентр! — Хэри провела рукой по лицу и убрала мешающиеся волосы с шеи, пытаясь успокоиться. У нее чуть сердце не остановилось, когда она услышала слова парня. Попытались задержать! Как смело и глупо. Этому духу несколько веков, и был лишь маленький шанс, что он поведется на подобную ересь. Кан понимала, какой именно трюк они пытались там выполнить, но подобное подходило только, если они хотели вывести духа на диалог или же узнать какую-то информацию. Обычно сильные существа быстро теряют интерес, потому что понимают зачем перед ними устраивают сценку. И этот кицунэ был не исключением, поэтому довольно быстро ушел дальше. Парням просто повезло не наслать на себя его голод и гнев. — Ладно, извините, — выдохнула уже тише она, вытряхнув панику из головы,— я просто напугалась. Нам нужно продолжать дело. — Верно, не будем стоять столбами,— Чанбин оживился, лишь бы больше не быть свидетелем такой сцены, в которой ему самому становилось все больше неловко. Надо было все таки уговорить Хвана валить оттуда, а не в героев играть. Дальше, уже полным составом, дело пошло куда быстрее и лучше. Старый украшенный ящик, что выглядел куда лучше того, из которого вылезло тело самурая, был тоже массивным и тяжелым из-за качества гроба. На нем находилась куча расписных материалов, чуть ли не золото на покрышке. Все говорило о статусе умершего человека, могилу которого никто не обворовывал во времена, когда это было распространено. В голове Минхо промелькнула мысль, что лучше бы это место просто поворошили воры, нежели такой сюрприз с кицунэ. Из двух зол уже не выбрать меньшее. — Его надо сжечь, да? — Уточнил Хан, проведя ладонью по поблескивающей покрышке и убрал часть земли. — Как мы это сделаем? — Проведем обряд,— отозвалась девушка, сама не веря в слова,— пока тело будет отдано огню, я попытаюсь связаться с его владельцем. Он должен нас и защитить и дать разрешение. — С чего бы ему это делать? — Справедливо засомневался Со, тоже прекращая копать с бока ящика. — Сомневаюсь, что его душу устаивает многолетнее заключение в этом месте. Со временем они тоже устают и мучаются, так что бывший королевский советник будет не на стороне кицунэ,— пояснив, она начала вылезать оттуда и вновь взялась за веревку, кидая один край Хану и Со, что остались внизу. — Кстати об этом, — по кроям гроба были специальные крюки, за счет которых когда-то опускали гроб в землю. Не долго думая, Чанбин начал завязывать тугой узел на этих самых крюках, — это все таки японский дух? — Да, самый настоящий. — Утвердила Кан, вынимая из огромного пакета еще и свои шаманские приблуды. Вдохнув воздуха побольше, тряхнула бангуль, вынув предварительно из слоев тряпок, услышав приятный звон колокольчиков. Этот звук сначала напугал остальных, но после все глядели на девушку лишь с легким непониманием. — Я буду путать наше местоположение для него, пока вы вытягиваете гроб наверх. Наверняка кицунэ почувствует, что его главный сосуд пытаются потревожить. — Черт, как-то мне от этой инфы легче вообще не стало,— шепнул громко Хан, закончив завязывать веревку и кивнул парням сверху начинать тянуть. Предварительно они ещё гроб повернули боком на сорок пять градусов для удобства. Шутки про «в гробу перевернулся» все тактично проговорили про себя. — Раз-два-три, потянули! Процесс пошел полным ходом и Кан тоже активнее начала потрясывать инструментом, создавая некий ритм. Она расхаживала вокруг, шепча что-то под нос и переодически мычала замысловатую мелодию, то повышая ноты, то понижая. Выглядело максимально странно и напрягающе для тех, кто никогда не сталкивался с шаманством, но второгодки не так давно вообще видели разложившегося почти самурая, ростом под два метра, который убил на их глазах человека. Думалось, что их вообще мало что сейчас удивит, если честно. Каждому после такой ночки потребуется профессиональная помощь со стороны психологов. Стоило гробу окончательно опуститься рядом со сломаным коробком, в котором когда-то лежал самурай, Хэри резко остановила звонкий трепет бубенчиков, как и завывания своего голоса. Обряд пока что сохранял их действия под секретом для духа, так что можно было отвлечься на другие заботы. А именно — помочь парням расставить все правильно. — Поставь сюда,— указала она на участок пальцем, куда стоило расставить фигурки из дерева. Петух, тигр и дракон теперь смотрели на них с застывшими открытыми ртами, словно прогоняя с места. Далее нужно было разложить аккуратно еду на деревянную дощечку и поставить на какую-нибудь возвышенность. Ничего, кроме горки земли, им на ум не приходило. Поставив бутылку макколи рядом с рыбой и рисом, Хан мечтательно вдохнул запах напитка, после того как открыл крышку. — Даже не думай,— пригрозила девушка, на что юноша печально вздохнул вновь и поставил бутылку на нужное место. Сами парни расселись полукругом и поставили перед собой перевернутые кастрюли и взяли в руки кухонные принадлежности, которыми собирались отстукивать определенный ритм. — Запомните, ритм должен идти по нарастающей. Когда я начну резать рыбу и вытворять странные вещи, стучите быстрее и усерднее. Когда заметите, что вокруг нас ходят духи — не откликайтесь и не реагируйте. Главное — не дать им разорвать обряд изгнания,— из ее уст звучали наставления отца. Она начала уже быстрее вытягивать из недр нужное, увереннее управляясь с процессом. Самой Хэри предстояло натянуть на себя простую рубаху, которую заприметила в кладовой, где видела дух наложницы. Она была ей очень большой, что делало иллюзию старинного одеяния для обрядов шаманов. Хорошо подходило для их случая, когда брались вообще любые более менее подходящие вещи. Нарисовав на листке символ защиты разума и прицепив к резинке для спорта, девушка натянула ту на свой лоб. Бангуль вновь попал к ней в руки, и она задрожала ею, посылая импульс по колокольчикам. Те зазвенели в подобие приглашения к обряду и все парни подобрались на свои местах, готовясь стучать по кастрюлям ложками и вилками. Они выглядели максимально нелепо, непрофессионально, но в таких условиях по-иному просто не получилось бы. У нее не было с собой полного «набора» для обряда, а парни и вовсе первый раз лицезрели нечто подобное. Кан внутри молилась всем богам, лишь бы у них получилось, и никто не испугался, когда лисы попытаются им помешать. — Рассыпьте рис здесь и здесь,— горстки сырого гарнира оказались у ребят в ладонях. Следуя указаниям, они рассыпали их около себя, проведя ровный круг,— Это для вашей защиты. Она хоть и не сильная, но должна застопорить духов. — А ты? Что для твоей защиты? — Поинтересовался с волнением Минхо, сидя на земле в позе лотоса. — А мне нужно наоборот взаимодействовать с ними. Как бы страшно и волнительно не было, Кан прекрасно понимала свою уязвимость как шаманки. Она могла бы защитить свой разум специальным оберегом-запиской, исписать все тело чернилами в молитвах, но этого было все равно недостаточно. И у них не так много времени было для подобного. Девушка подтянула шнурки на грязных конверсах, засунув концы внутрь обуви. Туго завязанные, они слегка сдавливали ноги, но так она могла чувствовать себя в реальности. Приземленность не мало важна в их деле. — Я начинаю. Кан Хэри дала им сигнал, вновь дернув рукой с бангуль. Звон прошелся по территории, заставив мальчишек задержать дыхание. Девушка тем временем встала в стойку и приготовилась исполнить танец призыва духа советника. Она вздохнула глубоко и вновь принялась протяжно свистеть. Да так громко, что у парней закладывало уши. Их руки начали медленный темп удара приборами по дну разного размера кастрюль. Из-за этого факта звук получался разным, но соединяясь между собой, можно было с натяжкой подумать, что перед ними специальные барабаны. Шум на небольшой поляне набирал обороты, и жесты молодой шаманки становилось все резче. Она отскакивала с места на место, то подпрыгивая, то просто кружась по местности вокруг гроба. Хэри свистела все громче, бангуль начинал надрываться, еле поспевая под натиском женской руки. Когда звук набрал весьма тревожное звучание свои быстрым ритмом стуков об кастрюли и колокольчиков, Кан заметила приближающихся лис в темноте, где среди густой растительности проглядывались их сверкающие глаза. Они смотрели на обряд с интересом и настороженностью, ещё не понимая, стоит ли вмешиваться. Вместо этого они подошли чуть ближе и принюхивались к запаху, который резко приобрел нотки жженой древесины — школьница бросила к основанию гроба горящую палку, с намотанной сверху тканью. Животные резко начали скалиться на это и хотели броситься вперед, но так же внезапно остановились, двинув длинными ушами. В воздухе стал проглядываться чужой силуэт, до боли похожий на слугу их главаря. Все застыли перед невероятным явлением — около почти танцующей первогодки, что вошла в некий транс, стоял никто иной как старик в дорогих одеждах. Даже через полупрозрачное состояние, можно было заметить на вечно хитром лице не то высокомерие, не то присущее всем высшим чинам благоговение. Он окатил подростков холодным взглядом прищуренных глаз, остановившись на шаманке. Та тоже прервала свой безумный одинокий вальс, шумно дыша через рот и с серьезностью в глазах смотрела на него, но не прямо в глаза. Она ещё понимала, что им нужно его разрешение и защита, а значит нужно быть покладистой и готовой на переговоры. Вообще со стороны казалось, что духа ничего не тяготит: ни заточение на этой проклятой горе, ни питающийся его энергией кицунэ, ни побеспокоившие школьники в современной одежде. Все говорило лишь об уверенности и спокойствии призрака. — Господин Советник, — Хэри упала на колени, придав голосу нотки покорности, как когда-то разговаривали низшие слуги двора — почти с придыханием. — Что заставило вас побеспокоить мою могилу? — Голос у старика оказался глубоким, прогоняя по территории эхо и чувство, словно с миром живых пытались связаться через воду. Четверо юношей тем временем немного сбавили обороты и медленно стучали по дну кастрюль, завороженно глядя за картиной впереди. Они, затаив дыхание, никогда бы не могли подумать, что смогут увидеть настоящего призрака наяву. У каждого поджилки тряслись, паника заставляла сильнее сжимать кухонные принадлежности пальцами, а на лице выступила испарина. Джисон, как главный трусишка всей компании, весь затрясся и случайно глянул чуть в сторону, где целая свора лис так же следила за ними. Он сглотнул вязкую слюну с трудом, широко раскрыв веки. С паникой повернув лицо к Чанбину, тот тоже посмотрел на него со страхом, буквально кричащим во всем естестве человека. С напряженными лицами оставались только Хван и Ли, что нахмурили брови и пытались следить за каждым словом и движением со стороны призрака и шаманки. Казалось, один неверный жест или слово, и они будут готовы ринуться в поддержку. Страха у них было внутри хоть отбавляй, но ребята запихивали его куда подальше. Сейчас на первый план выходило – не сдаваться, не нарушать обряд, не разрывать их хрупкую защиту. — Господин, мы сожалеем, но нам нужно предать ваш гроб огню,— Хэри все так же низко кланялась, но уже указывала ладонью на горящее дерево,— мы умоляем вас дать нам разрешение, Господин. Нам нужна ваша защита и согласие. — Тот дух. Он ещё бродит здесь, верно? — Его голос приобрел нотки сожаления, грустной ностальгии и вины. Было видно по старческую лицу, что его обладатель искренне сожалел о содеянном, но не мог ничего изменить в прошлом. — Да, он продолжает убивать людей,— кинула Кан, пытаясь верно понимать диалект мужчины. Его было трудно воспринимать в силу произношения и повадок из старых времен. Сейчас никто не говорил так растянуто, с другими ударениями в словах. — Какой ненасытный поганец,— вдруг слегка усмехнулись его тонкие уста, а глаза ещё уже сощурились,— даже спустя столько лет доставляет кучу проблем. — Господин, мы будем очень признательны, если вы… — Я услышал тебя, молодая шаманка! — Он резко прервал ее речь, с легкой злостью выплюнув слова. — Раз столько ошибок было в прошлом, то я могу изменить хотя бы будущее. Советник на секунду прикрыл веки и опустил их на девушку, заинтересованно приподняв бровь. — Кольцо на твоем пальце. Откуда оно? Кан быстро поняла, о чем именно призрак спрашивал, поэтому без раздумий и недомолвок рассказала, как все было. Серебряный цветок фиалки поблескивал от света разрастающегося костра, что отражался в глазах всех присутствующих. — Я дам согласие, наглое ты дитя,— фыркнул старик, пригладив пальцами свою отросшую седую бороду, — только закрепи со мной обещание. — Об-бещание? — Испуганно дрогнул ее голос, и она неосторожно подняла резко голову, впиваясь своими глазами в его. Поспешно опустив взор обратно, она кивнула в этот раз куда уверенне. — Конечно, Господин Советник! — Ты знаешь, где похоронена Госпожа Ши? Та, что принесла народу наследника. — Пробасил он, ожидая ответа в ту же секунду. Но вот беда, Хэри понятия не имела, в каком месте захоронены наложницы Его Высочества. Все уроки истории и рассказы родителей вылетели из головы, так что оставалось только нажевывать нижнюю губу и жмуриться от бессилия. И когда терпение призрака было почти на исходе, в разговор вмешался третий голос: — Она похоронена с другой стороны Тхэбека, где всегда пахнет полевыми цветами и солнце выглядывает раньше,— Минхо произнёс это тихо, словно сам удивляясь факту того, что знает подобную информацию. Когда Советник резко посмотрел на него, паренек поспешил опустить лицо и продолжил примерно постукивать ложкой по дну. — Верно. — Согласился тот, удовлетворено покачав головой. — Обещай мне, молодая шаманка, что после того, как мои кости превратятся в пепел, ты отправишься на ее могилу и оставишь кольцо там. А ещё… Его речь прервал гогот лисов неподалеку, что заваливались на спины и злорадно хохотали. Им было забавно с чужих слов, словно те звучали, как бред сумасшедшего. Господин посмотрел на них с укором, но они не успокаивались, и тогда мужчина лишь продолжил говорить дальше. — А ещё передай Госпоже Ши, что я сожалею. Она никогда не простит, не примет и навечно останется плачущей девой над своим чадом, но она должна так же знать, что я любил именно ее, а не ребенка. Мне была важна она, а не будущий правитель. Но она сделала свой выбор, за который я не могу ее ненавидеть или осуждать. Просто наша история имеет кровавый окрас и гнилую сердцевину. Но где-то мы должны были быть счастливы. Пусть каждый из нас наконец упокоится и переродится в новом теле. И даже так, я все ещё буду ее любить. Слушая все это, у подростков не хватало слов и воздуха. Кан подняла голову и с открытым ртом ловила каждое слово, не веря в то, что легенды упустили не мало важную деталь — Главный советник короля был безответно влюблен в Госпожу Ши ещё задолго до того, как та стала главной наложницей. Но обстоятельства и разные взгляды на жизнь лишь разлучили их и привели к печатному финалу. И хоть женщина прожила куда меньше, все равно их судьба была до ужаса похожа — оба не желали жизни, будь все по-другому. Упертые, идущие за одной только идеей и идеалами, они потеряли свою человечность и поплатились за это. Оба жизнью и оба мучаются до сих пор, находясь вдалеке друг от друга. — Я обещаю, Господин Советник,— взяв себя в руки, Кан поклонилась вновь, тем самым закрепив слова. Призрак в последний раз обвел всех взглядом и с некой тоской посмотрел на полыхающий во тьме собственный гроб, куда когда-то очень давно положили его и закинули сырой землей. Пришло время освобождения, принятия собственных ошибок и наконец все сделать так, как на самом деле должно было быть. Без этого хитрого кицунэ, без зависти, без злости. Он был готов. — Моя последняя воля поможет защитить вас. — Опрокинул он через плечо, уходя в огонь, который принял его, как родного. Вместе с физической оболочкой, что давно превратилась в одни кости, Господин принял обряд юной шаманки. Кан встала с места и вместе с ребятами наблюдала подобное впервые: как душа человека успокаивается, разгораясь новой искрой в костре. Прекрасное зрелище, в котором полупрозрачное существо, душа другим словом, начинает искриться и показывать нежные оттенки розового, голубого, желтого, оранжевого. Они переливались между собой с неким блеском, почти беззвучно двигаясь в пространстве. Хэри лишь слегка могла уловить слухом, как трескается костёр и лопаются эти маленькие искры, ведь ее уши резко почему-то заложило. Ее словно оглушило, а взгляд не мог оторваться от чужой души, танцующей в языках пламени. — Хэри! Хэри! — Минхо пытался докричаться до застывшей девушки, а она обратила на это внимание лишь в тот момент, когда за ее спиной начал вырисовываться чужой огромный силуэт. Он ступал глухо, с нажимом на зеленую траву под собой. Его дыхание громкое, лицо перекороженное и давно переставшее выглядеть человеческим, медленно, но верно начинало все четче вглядываться из темноты и густо посажанных деревьев. — Хэри! — Ли, широко раскрыв веки в ужасе и страхе за одноклассницу, резво подскочил с места, дабы оттолкнуть ее куда-то в сторону. Иначе, ее ступор грозил ей столкновения с тем самым самураем-кицунэ из легенд. И, к сожалению, все сказки оказались полной правдой. Юноша откинул от себя самопроизвольные музыкальные инструменты, вскочил на ноги и перешёл черту из риса, на всех порах побежав на Кан. Та успела лишь взглянуть на него, как ощутила сильный толчок и падение, но почему-то веса одноклассника на себя она не чувствовала. Только спустя пару мгновений, шаманка пришла в себя и повернула голову туда, где была жуткая картина. Со, Хан и Хван застыли на месте, не зная, что делать и за что хвататься. Паника была настолько неприкрыта на их лицах, что парни кричали между собой, тянули друг друга за руки и все никак не могли решиться броситься на помощь первогодке. И тут Хэри наконец посмотрела не покрытой пеленой взглядом на того, кто спас ее. Ли Минхо еле дергался в чужой сильной хватке и пытался оттолкнуть от себя громоздкую руку духа. Минхо что-то кричал, вроде о том, чтобы все убегали, спасались пока могли. Но никто не мог сдвинуться и с места, пока чужие острые ногти кицунэ не уткнулись в бок первогодке и не начали медленно давить в ту полость, где находилась печень. — Минхо! — Ее звонкий вскрик потонув в звуках утробного рычания монстра, нарастающего вопля Ли из-за боли, и в глумливом хихиканье стаи лисов.

***

— Ты слышала? Что это было? Тем временем в здании общежития не спали несколько неугомонных девиц, решившие тихо шептаться между собой вместо отдыха. Завтра они будут разбитые, с залипающим разумом и слипающимися веками, но сейчас сна не было ни в одном глазу. Суён, Соль, Бель и Мира все продолжали между собой спор о том, что же это могло быть утром, предусмотрительно говоря между собой так, чтобы неподалеку лежащая Айю этого не слышала. Им казалось, что та давно вырубилась от шока или потрясения за сегодня, поэтому подругу не трогали, дав ей передышку. На самом же деле та так же не спала, подслушивая их диалог, пока внутренне чутье что-то ей подсказывало. — Это крик? — Предположила Суён, и на этот вопрос рядом лежащая Соль резко всполошилась. — Хэри! Она же ушла ночью! — Все девчонки синхронно повернули головы на кровать Кан, которая пустовала. — Может, позовем взрослых? — Тихо шепнула Мира, обнимая подушку и подминая под себя. — Чем-то они сегодня помогли? Например, объяснить внятнее обстановку нам или же успокоили Айю, в конце концов? Им ничего кроме репутации школы не важно,— выплюнула Бель, нахмурив светлые брови. — Тогда, что предлагаешь? Ринуться на ее крик сломя голову? У нас даже фонаря нормального с собой нет. — Суён покрутила свои разрядившимся телефоном в руке. На их некий спор отреагировала девушка с третьего курса обучения, попросив быть потише. Те закивали и извинились, но стоило старшей упасть головой обратно на подушку, показали коллективно ей средний палец. — У меня есть идея. — Айю так неожиданно подала голос, что большая часть подружек аж дернулись на койках, схватившись за сердце. — Нам нужно помочь ей. — Что ты имеешь ввиду? — Мира приподняла бровь, не особо представляя дальнейший план действий. Вот они вышли незамеченными из здания, что уже неплохой такой успех. Но что дальше? Куда им идти, если опираться можно на крик в темном лесу? У остальных девочек побежали мурашки по коже от представления всяких призраков и подобной мистики в лесу. Да они просто в обморок грохнутся, как только услышат сторонний шорох впереди! У них на это не было никакой закалки или смелости, хоть Айю, Суён и Мира обожали страшные фильмы. — Хэри ведь не зря нам столько рассказала про шаманство. Неужели не уловили связь? Легенды явно не врали и сейчас она там пытается справиться одна. — У Айю была настолько серьезная мина, что все зависли, и ещё несколько минут вокруг них витала напряженная тишина. — П-погоди, чего? — От шока Бель аж поперхнулась воздухом, позабыв все иностранные словечки. — Ты сейчас утверждаешь, что легенда про кицунэ правда? С чего бы это? — А вам мало того, что умер третьегодка? — Остальные тут же виновато опустили взгляд на ее замечание, хотя виноватыми им тут быть не с чего. Просто им тяжело принимать эту информацию, так ещё от той подруги, которая его до сих пор любит. На секунду каждой даже сначала показалось, что Айю того… ну, потеряла рассудок. Об этом даже думать было стыдно, но в глазах каждой это читалось словно бегущая строка. Что, если она действительно немного поехала крышей из-за нанесенной травмы? Мало ли, у многих такое бывает… — Нет, Айю, это бред. Мы не можем сейчас пойти на улицу. Там опасно, плюс полиция патрулирует участок. — Суён пыталась призвать к уму разуму, но безуспешно. Их подруге надоело просто отлеживаться здесь, трясясь как мокрый щенок под проливным дождем. Если жертвы уже есть, и они настолько близко, то Айю больше не видела смысла осторожничать. — Знаете? Плевать, пойду одна. Найду Хэри и помогу ей. — Айю начала поспешно накидывать на себя толстовку и на спальные шорты штаны. Девочки ошарашено переглянулись между собой, Мира уже хотела удерживать ее силой, но Суён лишь покачала отрицательно головой и выдохнула устало. — Ладно, пошлите вместе. Раз ты в этом так нуждаешься, то мы поддержим, Айю. — Выпустив из себя недоверие и оставив лишь поддержку в сторону близкого человека, Суён прислушалась к ней и повела всех остальных прочь из спален. Незамеченным их уход естественно не остался, ведь староста Лина пригрозила пожаловаться на них преподавателям и полицейским. Что они, нарушая порядок, лишь запутывают органы и дело в принципе. Но каждая приняла решение старосту 1-А не слушать, ведь та всегда была той ещё занозой в заднице с самого начала учебного года. Надо же, не прошло и пол года даже, а у нее уже такой имидж. — И что нам делать? — Шепотом спросила Соль, прижавшись ближе к девочкам из-за своего страха темноты. Эта вылазка явно будет стоить ей кучи нервных клеток. — Сперва надо найти Хэри. — Уверенно кивнула Айю. — Где будем искать? Надеюсь не по всей горе, — не слишком уж радушно усмехнулась Бель, обнимая себя за плечи. — Сначала поднимемся к мальчишкам. Если кого-то из них нет, то они явно рядом с Кан. На том и порешив, компания из пяти девушек отправились тайком перебегать со второго этажа на третий. По пути они чуть не попались на глаза математичке, что вышла из своей коморки в туалет, но все обошлось. Как и ожидалось, даже после смерти одного ученика, взрослые в этом городке особо усилий не прикладывают, дабы подобного избежать. Они сейчас скорее занимались тем, как бы новости не поползли дальше, не дай бог, в столицу. Детей в городе Тхэбек нисколько не ценили, хотя каждый ученик отдавал неплохие такие деньги за обучение в посредственной школе. Вот вам и романтика маленьких городков. Хотя, в том же Сеуле происходило тоже самое: полное равнодушие к деяниям детей и подростков, которые хотели издевались над слабыми, а если хотели подкупали всех вокруг ради хороших баллов и рекомендаций. Только вот в столице правили деньги, а в менее больших городках правило сарафанное радио. Здесь верят слухам куда сильнее. В один момент девочки все таки дошли до спальни мальчишек, осторожно приоткрыв дверь. Внутри пахло носками, звучали оркестры храпа, но даже невооруженным взглядом можно было углядеть аж четыре пустые кровати. Айю зашла поглубже и убедилась, что нет знаменитой тройки из 2-А и одноклассника Хэри, с которым они ее и сводили. Интересно… — Ну что? Что-то это дало? — Мира переминалась с ноги на ногу, желая быстрее оказаться в теплой кровати и не шастать по темным закоулкам. — Мила, я пытаюсь думать,— закатив глаза, Айю действительно начала сопоставлять происходящие события между собой. Кан ушла ночью, прихватив с собой четверо парней. Говорят, что духа видели на окраинах безопасной местности, где он вылавливает своих жертв. Голос их новой подруги звучал явно из глубины леса, да так пронзительно и громко, что перебивал звук шустрой реки. Река…Точно! Тело же нашли на том месте, так что ребята точно должны были пойти туда. Зачем? Разберемся уже на месте. — Нам к реке надо, но для начала возьмем фонари. — Айю первая развернулась и стала отдаляться от остальных, пока они между собой переглядывались с явным сомнением. — Уверена? У меня мурашки по коже из-за мысли, что идем на место преступления. Ночью и без какой-либо защиты,— Бель провела ладонями по предплечьям, вздрогнув и от холода, и от фантазии. — Почему без защиты? — Вдруг спросил Мира, вынимая из захваченной с собой сумки перцовый баллончик. — Эта малышка снесет даже медведя. — Блеск. Один баллон на пятерых,— закатила глаза старшая, но тут же удивлённо замерла. Каждая в команде начала вынимать по баллончику перцовки,— Damn, вы зачем их брали в школьную поездку?! — Пригодилось же,— пожала плечами Соль. Взяв один большой фонарь у спящего охранника, девушки выбрались из здания на улицу, удивляясь тому, что взрослых нигде не было видать. Полиция как будто испарилась, птицы все так же валялись мертвыми телами на земле, а ещё густой туман закрывал обзор достаточно сильно. Нахмурившись, каждая решила для себя, что с этой минуты нужно держаться плотно рядом и сосредоточиться. Потеряться в таком тумане будет легко и опасно, а им нужно было ещё найти дорогу обратно. — Почему мы оказались в Сайлент Хилле? Только в фильме подобный туман видела. — Бель взяла под локоть Суён и Соль, пристраиваясь между ними как самая трусливая. Мира тем временем шла с фонарем, чтобы не сойти с ума от страха темноты, но чертов туман все равно портил все планы. — Прикинь сейчас Пирамидоголового увидеть? — Хмыкнула Мира, стрельнув глазами на девочек. — Я бы не убегала от такого мужчины. — Фу! Заткнись и не представляй такое! — Заканючила Суён, хотя сама глубоко в душе этого персонажа из известного фильма и игры очень даже любила. — Напомню, у тебя в средней школе весь блокнот был в наклейках с этим челом, — хихикнула Соль, дабы разрядить обстановку. Айю тем временем шла молчаливо, всматриваясь в лес впереди, пытаясь углядеть хоть что-то. По ее памяти речушка протекала не так далеко, и идти нужно было минут пятнадцать от силы медленный шагом. Дорога до нее представлялась не сильно сложной, ведь ее специально протоптали для посетителей горы. Поэтому за бугры, сорняки и ветки можно было не переживать по пути в нужно место. Когда девочки закончили темы для отвлекающего разговора, их ноги остановились у шумной воды. Туман клубился над жидкостью, так и не притрагиваясь к ее бешеному движению. Зеленая трава, редкие цветы и покрытые пни мхом смотрелись в подобной местности ещё более завораживающее, чем даже на полотне умелого художника. — Так, мы на месте. — Мира хотела сказать что-то ещё, но заставил с ужасом замолкнуть очередной крик. Кричали знакомые им голоса откуда-то сверху реки, где было ее начало. Этот душераздирающий звук пустил по их телам мурашки новой волной, и волосы встали дыбом на затылке. Они переглянулись между собой и еле сдерживали желание убежать прочь отсюда. Останавливала только дружба с Айю и страх в конечном итоге растерять друг друга в тумане. Поэтому все оставалось на своих местах, прижавшись к друг другу, словно к спасательному кругу. — Минхо! Голосок у Хэри был очень громкий, что даже гула остальных не было слышно на фоне. Девочки, только подойдя ближе, смогли услышать ещё и своих одноклассников, а после и увидеть их мельтешащие спины. Спрятавшись у деревьев, они наблюдали за картиной, в которой парни то хватались за друг друга, то что-то говорили. И только, когда их взгляды дошли до Ли, они коллективно охнули и замерли. На поляне стоял двухметровый мужчина, весь покрытый броней и специальной формой как у древних самураев. Он держал Минхо за шею, пока второй рукой что-то делал у его живота. Сам юноша отбивался как мог, пытаясь применить все приемы тхэквондо, но это было бесполезно. Когда длинные ногти неизвестного стали буквально впиваться в его бок, и на кофте стала проглядываться вытекающая постепенно кровь, у каждой из прибывших дам сыграла злость. Как кто-то мог тронуть такого хорошего парня?! Да вся школа мечтает о Минхо, потому что он точно написан и создан женщиной, что делало его очень приятным собеседником и другом для многих девочек со школы. Бель даже знала его старшую сестру, поэтому вдвойне была готова кинуться на защиту мальчика. Все пятеро так верили в их будущую пару с Хэри, что были готовы драться за эту мысль и любыми способами их свести. Для них они выглядели идеально подходящими друг другу, потому что тот был мягким к девушкам, слушал их и выполнял любой каприз, хоть и с постной миной, а Кан была с первого взгляда тихоней, в которой лишь постепенно начинает показываться стойкий характер и настойчивость. Поэтому, быстро достав свои перцовые орудия, пятеро разозленных школьниц побежали на этого странного мужчину, сперва приняв его за того самого маньяка. У одной только Айю была догадка, кто именно перед ними, но из-за стадного чувства, что сейчас надо нападать, она не стала разбираться до конца. На это зрелище смотрели не только офигевшие ребята, но даже гоготающие до этого лисы умолкли, с интересом прижавшись к земле. Все замерло в моменте, стоило сразу пяти баллончикам с перцем выстрельнуть прямо в лицо самурая. Парни встали в ступор, не отпуская из рук кофты друг друга, во все глаза смотря на прибывших амазонок. Хэри уже почти встала с места, дабы кинуть на защиту Минхо, но тоже резко затормозила, раскрыв рот. И на одно мгновение поляну накрыла настоящая тишина, в которой сам дух резко зашипел на разъедающую жидкость на своем лице. Похоже все таки человеческие примочки могли подействовать на физическую оболочку лиса, хоть он и был очень давно сгнившим трупом. — Какого хрена?! — Соль увидела лицо самурая, вся ужаснувшись от гнилых язв, впалых участков кожи и зеленоватого оттенка. Минхо резко выпустили из руки и тот упал на землю, держась за кровоточащий бок. Кицунэ не успел глубоко его ранить, но боль все равно продолжала ужасно пульсировать. — Ч-что вы тут делаете?! — Хан первый подал голос, завидев среди девочек Суён. Он резко подбежал к ней и схватил за плечи. — Почему вы не в общаге?! — Потом поболтаете! — Хэри молниеносно включила мозг и стала действовать, хватая всех подряд за локти и стала тянуть за собой. Помогая Минхо встать, позволила ему опереться на себя и тоже буквально утягивала ещё не пришедшее в себя тело. Им нужно было срочно бежать отсюда, но только куда? В общежитие безопаснее не станет, в лесу есть риск получить увечья, разделиться в панике, попасться в лапы голодных лисов. У них было несколько секунд или даже минута форы, дабы убежать подальше, пока кицунэ пытается избавиться от перца на лице, что заставлял итак гнилую кожу плавиться. Он завыл раненым зверем и постепенно набирал обороты злости внутри, а значит через время их ждал ещё более свирепый противник. — Бегите! — Пнув по ноге застывшего Хенджина, что почему-то смотрел за спину девушки, Хэри заставила его очнуться. Парень перекинул руку раненого на себя и снял с шаманки груз. Кан сразу же повернулась назад, чтобы проследить за девочками, которые здесь вообще быть не должны. Конечно, стоит отдать им должное, ведь они смогли отвлечь духа от нападения на Ли, но теперь на плечах девушки была еще большая ответственность. Стоило большого труда сейчас не впасть в панику окончательно, выпустив весь контроль над ситуацией. А контролировала она сейчас и так мало чего. И мысли о собственной ошибке при совершении обряда постоянно промелькали между другими несущими проблемами, нагоняя чувство вины. Ей было ужасно стыдно, когда сама же просила остальных не отвлекаться ни на что, ведь тогда обряд оборвется и их защита спадет. Какая же дура! — Айю! Не стой столбом,— дернув за руку замершую от страха японку, Хэри подтолкнула ее бежать с другими. Сама Кан решила следовать последней, из справедливых раздумий. Когда же все из их компании покинули поляну с догорающим гробом, она обернулась назад, тут же останавливая бег. Среди кинутых вещей, вырытой ямы, языков пламени и в окружении насторожившихся лисов, стояло два призрака. В одном Хэри узнала Советника, что по их договору выполнял свою часть и пытался остановить девятихвостого от нападения на подростков. Рядом с ним стоял ещё один силуэт в белых одеждах, до боли напомнивший ее покойную бабулю. — Бабушка! — Шокировано выдохнула Кан, не зная, возвращаться ей туда или бежать с остальными. Родственница словно услышала обращение к себе и медленно перевела взгляд на внучку, с легкой улыбкой кивая ей не останавливаться. Хэри ещё постояла пару секунд, медленно понимая, что бабуля пришла к ней на помощь, когда та так в ней нуждалась. И так происходило довольно часто в семьях шаманов, когда живой не справлялся со своей миссией и обращался к ушедшим предкам. Видимо она услышала невольную просьбу Хэри, когда та увидела, как напали на Минхо. — Спасибо,— произнеся благодарность одними губами, она побежала снова вперед, в этот раз не оборачиваясь. На поляне остались лишь сильнейшие, предвкушая некую битву. Со сбитым дыханием и подкашивающимися ногами, молодая шаманка сумела догнать остальных. Они вновь оказались около речки, только спустились куда ниже той тропинки, что вела к общежитию. Кто-то привалился к дереву, кто-то упал на камни и холодную землю, пытаясь перевести дух. Перестав облокачиваться руками о собственные колени, Кан подняла голову, встречаясь глазами с Айю. — Это… это тот дух из легенд, я права? — Она очень хотела подтверждения собственных домыслов, ведь чуть ли не с ума сходила, пока лежала на кровати в общежитии. Только Кан могла успокоить ее, выведав всю правду. И шаманка не стала лгать, недоговаривать, ведь это было бы глупо, исходя из того, что девочки уже увидели. У остальных прибывших лица были бледные, ведь их окутал страх и шок от ситуации. А от слов Хэри у них и вовсе глаза превратились в крупные монеты. И ведь даже не скажешь «Бред какой-то!», так как все видели только что воочию. Не верить просто не получалось. — Где вообще полицейские? Чем они занимаются? — Чанбина удивлял тот факт, что помимо их, на улицу выбрались аж пятеро школьниц. У взрослых видимо совсем нет совести или чувства ответственности. — Мы не знаем. С туманом все взрослые как будто впали в какой-то транс или типа того. Учительница по математики нас почти в упор не заметила в коридоре. — Тихо объяснила Бель, с тревогой хмуря брови. — Что нам делать? — Хороший вопрос. — кивнула Мира. — Минхо! Как ты? — Когда со стороны парня послышался стон боли, Хэри рванула к нему и упала на колени рядом. Раненный сидел на камне и облокотился спиной на другой, более высокий. Он продолжал прижимать ладонь к окровавленной ткани, сжимая губы и зажмуривая веки от каждого движения. Ему было страшно представить, что бы было, если бы кицунэ не остановился, если бы девочки его не отвлекли. Считай, первогодка отделался легкими царапинами, хоть те и так ужасно болели. — Покажи,— Кан поспешно потянула руки к его напряженной ладони, мягко отодвигая ее в сторону. Пришлось и одежду приподнять, чтобы оценить масштаб катастрофы, на что Ли мог бы и смутиться, но на такие эмоции попросту не хватало сил. Шаманка оценила ранение как не смертельное и смогла слегка выдохнуть тревогу из себя. По крайней мере Ли мог ещё потерпеть без скорой помощи, не умерев от потери крови. — В-вопрос о дальнейших п-планах остается ещё в силе, — напомнила Соль, у которой из-за адреналина зуб на зуб не попадал. Хэри, оставшись на корточках перед Минхо, зажмурила глаза и взялась одной рукой за свои волосы у корней, пытаясь экстренно придумать хоть что-то. Пока она думала, парни пытались спорить с девочками о том, что не стоит давить на Кан, ведь та и так старается. Они бы в любом случае были бы ввязаны в это дерьмо, только в другой реальности их бы просто сожрали в общаге. Так что все постепенно принимали действительность, смотря на шаманку с доверием, ожидая приказов. — Мне надо закончить обряд. — Выпалила она, встав с места. — Вы туда больше не пойдете. — В смысле?! — Вскрикнул Джисон, все так же стоя около Суён. Они и бежали держась за руки, волнуясь друг о друге, поэтому сами не заметили, как продолжали хвататься за чужие пальцы с дрожью. — А как же наша игра на кастрюлях? Мы же тоже участвовали в обряде. — Хван подошел ближе к Кан, заглядывая в ее темные глаза. Та глянула на него уверенно, хоть и на дне зрачков плескался страх. — Теперь это моя борьба. — Покачав отрицательно головой, школьница сжала в ладони бангуль, ощущая твердью поверхность деревянной ручки. Ее взгляд снова упал на рану Минхо, и на то, как он пытался справиться с этой болью, храбрясь. Больше она не должна была допускать ран остальных, поэтому нужно было справиться одной. Точнее, не совсем одной: ей помогут другие призраки, которых заточил здесь этот проклятый лис. — Ступайте вниз по реке. К утру вы точно должны дойти до подножья горы и позвать на помощь, раз в общежитии никто из взрослых помочь не может. Минхо хоть и не ранен серьезно, но ему нужна медицинская помощь, чтобы не получить никакого заражения. А мне пора идти, — сказав план остальным, Хэри хотела уже развернуться и пойти обратно, как ее сжатую руку схватили холодные пальцы Ли. Девушка остановилась, приподняв вопросительно одну бровь. — Хэри, я верю, что ты сильная и невероятная девушка, но, пожалуйста… — Он прервался на глубокий вздох, снова сморщив лицо от боли. — …Береги себя. Хэри тут же расслабила лицо и теперь смотрела на Минхо с нежной улыбкой, выпуская свою руку из хватки, чтобы мягко погладить его по волосам. — Не заставляй меня остаться своим милым лицом. — Оставив Минхо смущенным, Хэри все таки отстранилась и действительно стала отдаляться от большой компании теперь уже реальных друзей. После такого пережитого ужаса они ими точно должны стать. Либо же они наоборот ее возненавидят, и Кан будет обреченной все таки до конца учебы зваться ведьмой. — Возьми. — Напоследок Айю всунула в пальцы юной шаманки какой-то предмет, который чуть позже окажется ее цепочкой с искусно вырезанный четырехлистным клевером. Символ удачи. — Это все конечно просто символизм, и я никогда не предавала этой цепочке должного значения, но мне хочется придать тебе удачливости, Хэри. — Спасибо, — улыбнувшись напоследок стремительно уходящим ребятам, она вздохнула глубоко, нацепила на шею подаренное украшение и с серьезным взглядом посмотрела вверх горы. Огонь отсюда был еле виден, но она точно знала, что ее враг ещё там и ждал ее. Сделав первый шаг к опасности, бангуль в руке задрожал и колокольчики стали издавать свой характерный звук. Глубоко вдыхая и медленно выдыхая, шаманка начала постепенно набирать громкость свиста, созывая для помощи всех тех, кто стал жертвой заточения на Красной Горе.