Часть 19

Глава 19

Утро началось словно обычное, но в воздухе уже висела непроглядная тьма. Лив проснулась с тяжестью в груди — словно невидимый груз сдавливал сердце. Она медленно одевалась, стараясь заглушить тревогу, которая словно тень преследовала каждый ее шаг. Школа казалась сегодня чужой, далёкой и холодной. Войдя в класс, она сразу заметила Томаса. Его взгляд был острым, почти хищным, а улыбка — такой, которая всегда предвещала неприятности. Он спокойно, с лёгкой насмешкой, протянул ей телефон. — Смотри, — сказал он, словно предвкушая её реакцию. Экран зажегся — и перед Лив предстало видео. На нём был Сондре. Его голос звучал холодно и отчужденно: «Она мне не нужна… Я её ненавижу…» Лив затаила дыхание. Каждое слово было словно удар ножом в самое сердце. Её мир рухнул в ту же секунду. Она смотрела на экран, не веря, не понимая, как человек, которого она начала доверять, мог так говорить о ней. Она подняла глаза на Томаса, но там была только его насмешка и злорадство. — Что скажешь? — с ехидцей спросил он. Слов не находилось. Она молча повернулась и вышла из класса, сердце колотилось бешено, а по щекам скатывались горячие слёзы. Горечь обиды и предательства прожигала изнутри. Лив шла домой после школы, и дождь всё усиливался. Капли падали на её лицо, смешиваясь с горячими слезами, которые она пыталась сдержать. Скрытая под зонтом, она всё же ощущала, как мокрое и холодное небо словно отражает ее настроение — тёмное, сырое, непонятное. «Как он мог так говорить обо мне? Разве я не заслужила хотя бы правды?» — в голове рвалась боль, и сердце сжималось от обиды и разочарования. Слёзы сами стекали по щекам, но дождь скрывал их следы, словно природа понимала, что Лив сейчас особенно уязвима. Её ноги медленно ступали по мокрому асфальту, и она едва заметила, как подступила к дому. Из-за угла вышла мама, накрывшись зонтом, и тихо позвала: — Лив, ты как? Ты промокла? Лив не смогла сдержать слёз, и мама, поняв, что что-то не так, обняла её, прижимая к себе. — Девочка, — сказала мама тихо — Что произошло? — ответа не поступило, Лив уперлась лицом в мамино плечо и зарыдала. — Бабушка звала нас к себе, ей стало лучше . Хочешь съездим к ней? — нежно гладя по волосам шептала мама. — Там спокойнее, воздух свежий, может, тебе поможет смена обстановки. Лив не сразу ответила, но в глубине души понимала — ей действительно нужно отдохнуть. Может, вдали от всего этого было бы легче. — Хорошо, — прошептала она наконец, — поедем вместе. *** Поезд мягко покачивался, и за окном сменялись пейзажи: сначала серые дома, затем бескрайние зеленые поля, где ветер качал высокую траву, словно играя с ней. Лив сидела у окна, обхватив колени руками. В голове путались мысли — о Сондре, о том, что Томас ей показал, о боли и непонимании. «Как он мог так говорить? Но ведь мама сказала, что время всё расставит по местам… Может, я слишком тороплюсь судить?» — с надеждой думала она, но сердце всё равно щемило. Она слушала тёплое журчание колёс и даже пыталась разглядеть на дальних холмах бабушкин дом, куда они ехали. Там, казалось, должно быть спокойствие — отсутствие ссор и недоверия. Мама тихо сидела рядом, читала книгу, время от времени бросая на дочь взгляд, полный понимания и заботы. Лив попыталась улыбнуться — впервые за долгое время её охватило ощущение, что, возможно, всё ещё может наладиться. «Как он мог так поступить…?» — прошептала она про себя, закрывая глаза, этот вопрос мучал ее еще очень долго. И спустя пару часов она заснула.