Глава 2

— 1989 год, март. Глава 2 — Василиса медленно шла вдоль книжных полок, скользя взглядом по корешкам изданий. Названия сменяли друг друга, но ни одно из них не цепляло её внимание — мысли вертелись вокруг совсем другого. Троица, та самая неугомонная троица — Кос, Пчела и Фил — никак не выходила у неё из головы. Она помнила их первую встречу, и, конечно, без Вики тут не обошлось. Та взяла её с собой на один из вечеров, где собиралась их компания. С первого же взгляда стало ясно: эти трое — один сплошной контраст. Фил — спокойный, вежливый, дружелюбный, пожалуй, самый уравновешенный из них. Космос Холмогоров — вспыльчивый, с явно неразрешёнными проблемами с агрессией, но, несмотря на это, в нём было что-то… опасно-притягательное. И Пчела — его знали все. Вечно ухмыляющийся блондин, который не пропускал ни одной юбки и, судя по всему, даже не пытался скрыть свою репутацию. Как только Фомина представила Василису, Пчела тут же решил действовать — улыбка, лениво прищуренные глаза, лёгкий наклон головы. Но она разгадала его с первой секунды, и от этого было даже забавно. Фил, как и следовало ожидать, был вежлив, приветлив, будто давно её знал. Но больше всех зацепил Космос. Взгляд, манера держаться, лёгкая небрежность, словно ему всё равно, но в то же время в этом равнодушии скрывалось что-то хищное. Василиса пыталась вытряхнуть из головы этого высокого брюнета, но мысли о нём прочно засели в её сознании, словно песня, что заела на одной строчке. Она убеждала себя, что его компания ей не по душе, что эти парни — одна шайка-лейка, объединённая одинаковыми взглядами, особенно в вопросах, касающихся девушек. Но стоило закрыть глаза, как перед ней вставал Холмогоров — его усмешка, взгляд из-под полуопущенных ресниц, лёгкая небрежность в движениях. И её это бесило. В попытке отвлечься она схватила первую попавшуюся книгу, машинально пролистала несколько страниц, но в голову ничего не шло. В этот момент она уловила запах табака — терпкий, с горчинкой, как у дешёвых “Прим”. Не успела обернуться, как перед ней возникла чья-то рука, загородив путь. Василиса подняла взгляд и безошибочно опознала Виктора Пчёлкина. Выражение её лица плавно сменилось с нейтрального на откровенно недовольное. Пчёлкин же, будто не замечая её реакции, сделал вид, что тянется к книге, достал первую попавшуюся, открыл на случайной странице и с нарочитой сосредоточенностью уставился в текст. — Какая встреча, Василиса, — протянул он с ленивой улыбкой, не поднимая глаз от страниц. — Никогда бы не подумал увидеть тебя здесь. — И тебе здравствуй, Пчёлкин, — сухо ответила она, уже чувствуя, как начинает раздражаться. — Ох, как официально, — он захлопнул книгу и наконец посмотрел на неё. — Может, ещё честь отдашь? Василиса скрестила руки на груди и прищурилась: — Ты, наверное, перепутал. Кабак на другой улице. — А ты, я смотрю, в ударе, — ухмыльнулся Пчёлкин, закуривая. — Колешь, как свежая проволока. — Извини на пустую болтовню у меня нет времени. — Сказала она с натянутой улыбкой а затем развернулась и направилась в другую сторону. Блондин конечно же не собирался отставать, он догнал её слегка выходя вперед.  — Мне тут птичка напела что ты не идёшь сегодня к нам. — сказал он смотря на неё.  — Эту Птичку случайно не Виктория зовут? — спросила она остановившись и ищя нужную книгу. — Какая разница — сказал парень смотря на неё и засунув руки в карманы.  — Не хочешь идти или особая неприязнь ко мне? — спросил парень опираясь боком об полку.  — И то и другое Пчелкин — сказала она делая вид что рассматривает полки.  — а почему бы не сказать об этом мне в лицо —  — а я уже говорю — сказала Ефимова ухмыльнувшись и направилась дальше, парень все так не отставал. — Мы наверное начали не с той ноты. Давай заново — Сказал блондин поправляя кепку которую надел козырьком назад.  — Добрый день, я Виктор Павлович Пчёлкин, — сказал он так, будто представлялся на собрании в ДК. — А как вас зовут, милая дама? — Я не в настроении знакомиться, — ответила Василиса, не отрываясь от книг. — Это хорошо, — кивнул он серьёзно. — Значит, мы начнём сразу с дружбы. Экономим время. — Слушай, Пчёлкин, — она перевела взгляд на него, — у меня к тебе только один вопрос. Ты в библиотеке зачем? — А как же? Культура, всё такое, — он обвёл рукой зал. — Я вот думаю, взять что-нибудь по философии. Чтобы умным казаться. — С этим у тебя проблемы? — Нет, — ухмыльнулся он, — но профилактика не помешает. Она покачала головой и пошла дальше вдоль полок. Он двинулся следом, но уже без лишнего напора. — Тут, кстати, книжка есть — «Как разговаривать с незнакомыми». Хочешь, возьмём, почитаем вместе? — Я предпочитаю практику, — сухо сказала Василиса. — Вот и отлично, — он кивнул, будто она только что согласилась. — Сегодня вечером продолжим практику. — Не продолжим, — отрезала она и потянулась за книгой. — Запишу как временный отказ, — тихо сказал Пчёлкин, но так, чтобы она услышала. Она сдержанно усмехнулась и сделала вид, что это не задело. Василиса медленно перелистывала страницы, делая вид, что полностью погружена в текст, хотя слова совершенно не запоминались. Пчёлкин стоял рядом, изучая корешки книг так, будто искал нечто исключительно важное. — Ты, кстати, сегодня у Вики была? — спросил он как бы между делом. — Нет, — коротко ответила она, не поднимая глаз. — А-а… тогда всё понятно. — Он кивнул сам себе. — Что тебе понятно? — Что ты специально от нас прячешься. — Я не прячусь, — возразила она, доставая книгу. — Просто у меня дела. — Дела, — повторил он с сомнением, чуть качнув головой. — Вот чувствую, что ты врёшь. — А я чувствую, что тебе делать нечего, — отрезала Василиса, вернув книгу на полку. — Неправда, — он сделал шаг в сторону, пропуская её вперёд. — У меня сейчас самое важное дело — понять, почему ты на меня так злишься. — Потому что ты Пчёлкин, — сказала она и прошла мимо. Он догнал её уже у конца ряда, но не загородил дорогу, просто шёл рядом. — Это не ответ, — заметил он. — Это как сказать «потому что дождь идёт». С дождём можно под зонтиком ходить. — А с тобой только в противогазе, — парировала она. Пчёлкин тихо усмехнулся. — Ну, значит, я всё-таки произвожу впечатление. Они вышли к центральному залу. Василиса направилась к выходу, но он пошёл за ней, словно это было само собой разумеющимся. — Слушай, — сказал он уже в дверях, — а если я тебя сегодня всё-таки встречу у Вики, я что должен буду подумать? — Что у тебя богатое воображение, — спокойно ответила она, спускаясь по ступенькам. Он задержался на секунду, глядя ей вслед, и крикнул: — Ефимова! Я не против, если ты передумаешь! Она не обернулась, но губы её дрогнули в едва заметной улыбке.