Любовь - это игра

Тишина в библиотеке особняка была обманчивой. Пыльные лучи солнца падали на переплеты древних фолиантов, но канонный Шанс не видел ни одного тома. Его взгляд, обычно такой дерзкий, был прикован к окну, за которым на солнечной поляне ау-Азур (который неизвестным образом пробрался из лагеря убийц к лагерю выживших) что-то тихо объяснял его ау-версии, Хандрику. Хандрик съежился, кивая с привычной покорностью. А потом ау-Азур обнял его за плечи – жест поддержки, но Хандрику он показался... слишком осторожным. Слишком усталым. И тут же, как по контрасту, ау-Азур обернулся на громкий смех его канонной версии, подходившей с двумя кружками чая. Улыбка ау-Азура в ответ на шутку канон Шанса была другой – теплее, смущенней, заинтересованной. После Психолог ушёл, а канонного Шанса удивило, то, что аушный Азур отнесся к его шуткам слишком тепло и как будто даже влюблённо. Шанс решил поговорить со своим двойником. Он нашел Хандрика там, где тот обычно прятался от мира – в узкой нише за огромным глобусом в углу гостиной, где тени были гуще всего. Ау-Шанс вжался в стену, увидев приближающегося двойника, его глаза расширились от привычного страха. "Эй, не пугайся!" – канонный Шанс уселся напротив него прямо на пол, скрестив ноги. Он достал колоду карт и начал ловко перебирать ее одной рукой, стараясь выглядеть беззаботным. – "Просто поболтать. Один Шанс – другому. Держи!" Он швырнул Хандрику шоколадную монетку из кармана. Тот поймал ее дрожащей рукой, но не разворачивал. "Я... я ничего не делал," – пробормотал Хандрик, глядя куда-то в сторону ботинок канон Шанса. "Вот и славно! Потому что делаю я" – канонный Шанс улыбнулся во весь рот, но в его глазах светился острый, аналитический блеск игрока, оценивающего соперника. – "И мне интересно, почему наш общий друг, Азур-психолог, вдруг так... оживился в компании определенного везучего красавца. То есть меня. Канонного. Это же не про тебя, да?" Он подчеркнуто ткнул пальцем в свою грудь. Хандрик сжался еще сильнее. "Он... он просто добрый. Всем помогает..." "Добрый? Да!" – канонный Шанс щелкнул пальцами. – "Согласен. Помогает? Еще как! Но вот этот..." – он изобразил в воздухе жест ау-Азура, когда тот поправлял ему воротник час назад, – "...это не просто 'помощь'. Это... внимание. Специфическое. И я хочу понять, почему это внимание направлено на меня, а не на..." – он кивнул в сторону Хандрика, – "...на того, кто в нем, казалось бы, больше всего нуждается. По твоим рассказам." Хандрик замолчал. Он вертел шоколадную монету в руках, его лицо стало каменным. Канонный Шанс видел, как сжимаются его челюсти, как дрожит нижняя губа. "Он устал," – наконец выдавил Хандрик, голос был тихим и прерывистым. – "От меня. От моих... страхов. Просыпаюсь ночью от кошмаров – он тут как тут. Услышу шум – вцепляюсь в него как репейник. Он... он всегда терпел. Всегда был рядом. Но я вижу... как он смотрит на тебя." Он поднял глаза, и в них горела смесь боли и горького понимания. – "Ты сильный. Веселый. У тебя нет... этой дыры внутри, как у меня. Ты не цепляешься за него как утопающий за соломинку. Ты... даришь ему что-то. Легкость? Радость? То, чего я не могу дать уже давно. То, чего у него не было... со мной." Последние слова прозвучали как признание в каком-то страшном преступлении. Канонный Шанс перестал перебирать карты. Его легкомысленная маска сползла, обнажив редкую серьезность. Он смотрел на своего двойника – этого сломленного, измученного человека, который носил его лицо и был его полной противоположностью. "Так вот оно что," – протянул он тихо. – "Ты думаешь, он тебя... меняет? На более веселую, не сломанную версию тебя?" Хандрик резко кивнул, не в силах выговорить слова. Он снова уткнулся взглядом в пол. Канонный Шанс свистнул сквозь зубы. "Ва-банк, дружище. Ты ставишь на проигрышную лошадь. Себя." Он наклонился вперед. – "Слушай сюда. Я – не ты. Я другой. Я не пережил твоего... Айтраппеда. Моя жизнь была вечеринкой с легким флером опасности от мафии, а не кошмаром. Я не знаю, каково это – быть тобой. Но он не ищет замену. Он ищет... передышку. Глоток воздуха. Ты – его крест. Тяжелый, ношеный с любовью, но крест. А я..." – канонный Шанс усмехнулся, – "...я как шампанское после долгого поста. Освежающе, весело, но не заменишь им хлеб и воду. Понимаешь?" Хандрик медленно поднял голову. В его глазах было непонимание, смешанное с тенью надежды. "Передышка? Но... он смеется с тобой. Улыбается... по-другому." "Конечно! – канонный Шанс вскочил, карты рассыпались по полу. – Я же чертовски обаятелен! И везуч! Но это не значит, что он перестал любить тебя. Он просто... устал быть твоим спасательным кругом 24/7. Ему нужен кто-то, кто не тонет, понимаешь? Чтобы он и сам мог иногда... просто побыть человеком. Не психотерапевтом." Он протянул руку Хандрику. "Так что хватит прятаться в углу и ревновать к моему гениальному профилю. Твой Азур не собирается меня усыновлять. Он просто... подзаряжается. Чтобы снова быть твоим якорем. И если ты хочешь его по-настоящему потерять – так и продолжай смотреть на него как на предателя каждый раз, когда он улыбнется в мою сторону." Хандрик колебался, глядя на протянутую руку. Он видел уверенность в глазах своего двойника, ту самую уверенность, которой ему так не хватало. И видел правду в его словах – измученную спину Азура, его тихие вздохи, его попытки украдкой отдохнуть. "Я... я не хочу его терять," – прошептал Хандрик, беря руку. Его хватка была слабой, дрожащей. "Вот и славно!" – канонный Шанс резко потянул его на ноги. – "Тогда давай действовать. Первое правило: перестать быть репейником. Второе: найти себе хобби, кроме как дрожать в углу. Третье: иногда самому спрашивать его, как он поживает. А я..." – он подмигнул, – "...пока что останусь его шампанским. Без вредных привычек. Обещаю. Ну, почти."