Часть 4. Переписывая звезды

Июнь 2010. Аркадия Бэй. Лето в Аркадии Бэй было обманчиво. Теплый воздух, пропитанный запахом соли и сосен, создавал иллюзию сонного, безмятежного рая. Но я знал, что под этой пасторальной поверхностью, в тенистых закоулках и заброшенных зданиях, продолжали гноиться старые раны и зреть новые трагедии. Одной из таких бомб замедленного действия была история Рэйчел и ее биологической матери, Сэры Геархарт. И я знал, что скоро эта бомба взорвется, забрызгав осколками всех, кто окажется рядом. Моя команда, работавшая под вывеской «Lighthouse Cyber Solutions», уже давно вела Сэру. Мы отследили ее путь от Денвера до Орегона, зафиксировали ее борьбу с зависимостью, ее отчаянные попытки увидеть дочь. И мы знали о Деймоне Меррике. Торговец наркотиками, ростовщик, жестокий и непредсказуемый хищник, который держал Сэру на коротком поводке. Канон гласил, что Джеймс Эмбер заплатит Деймону, чтобы тот заставил Сэру принять смертельную дозу. Но я уже вмешался, наладив хрупкий мир между Рэйчел и ее отцом. Джеймс не пойдет на такой шаг. Это означало, что Деймон, не получив денег, решит проблему по-своему. Он попытается убить Сэру. В ночь, когда, по моим расчетам, все должно было случиться, я был на месте. Не лично, конечно. Я сидел в своем доме на холме, в командном центре, который я оборудовал в подвале. Передо мной на нескольких мониторах транслировалось изображение с тепловизоров и скрытых камер, установленных вокруг старой лесопилки. Голос Каспера, командира моей группы быстрого реагирования «Химера», звучал в наушнике, ровный и спокойный. – Объект «Скорпион» (Деймон) и объект «Ангел» (Сэра) на месте. «Скорпион» вооружен, ведет себя агрессивно. На экране я видел две тепловые сигнатуры внутри полуразрушенного здания. Я видел, как одна фигура толкает другую. Слышал приглушенные крики через направленные микрофоны. – Он вкалывает ей что-то, – доложил Каспер. – Похоже, передозировка. – Группа, на выход, – приказал я холодно. – План «Тишина». Объект «Скорпион» взять живым, но обездвиженным. Объект «Ангел» – эвакуация и немедленная медицинская помощь. Работаем. То, что произошло дальше, было похоже на танец смерти. Шесть теней в полной тактической выкладке, в черной форме без опознавательных знаков, с приборами ночного видения и оружием с глушителями, бесшумно выскользнули из темноты. Они двигались с нечеловеческой скоростью и координацией. Дверь была выбита без звука. Раздался короткий вскрик, звук удара, и все стихло. – Объект «Скорпион» нейтрализован. У «Ангела» слабый пульс, угнетенное дыхание. Начинаем реанимацию, – доложил Каспер. В его голосе не было ни капли эмоций. Это была просто работа. Я смотрел, как мои бойцы, прошедшие огонь и воду в самых горячих точках планеты, склонились над женщиной на грязном полу лесопилки, как вкалывали ей антидот, как подключали к портативному монитору жизнедеятельности. Это была сюрреалистическая картина. Спецназ мирового уровня спасает наркозависимую в орегонской глуши. Моя личная, абсурдная реальность. Сэру стабилизировали и тайно вывезли на одну из наших конспиративных квартир в Портленде, где ее уже ждал врач. Деймона упаковали и увезли в неизвестном направлении. Он был проблемой. А я не любил оставлять проблемы нерешенными. На следующий день я попросил Хлою об услуге. Я не стал вдаваться в детали, сказав лишь, что нашел человека, которого очень хочет видеть Рэйчел, и что этот человек в безопасности, но ему нужна поддержка. Хлоя, несмотря на свое вечное недоверие к авторитетам, мне уже верила. Она согласилась. Встреча была организована в тихом, уединенном домике у озера, который я арендовал на несколько дней. Я привез туда Сэру. Она была слаба, но в ее глазах горел огонь. Она знала, что я спас ее. Знала, что я дал ей шанс, которого у нее никогда не было. Хлоя привезла Рэйчел. Когда Рэйчел вошла в дом и увидела Сэру, мир на мгновение замер. На ее лице отразилась целая гамма чувств: шок, недоверие, гнев, надежда, боль. – Мама? – прошептала она. Я оставил их наедине, выйдя на веранду. Хлоя вышла за мной. Она закурила, выпустив облако дыма, и прищурившись посмотрела на меня. – Так, чувак. Давай начистоту. Кто ты, черт возьми, такой? Это все не просто так. Спасаешь нас от Уэллса, теперь вот это… Находишь пропавшую мать Рэйчел. Это не уровень «заботы о сестренке». Я облокотился на перила, глядя на озерную гладь. – Я уже говорил тебе, Хлоя. Друзья Макс – мои друзья. Я не делю их по категориям важности. Когда я увидел, как Рэйчел важна для тебя, а ты – для Макс, цепочка замкнулась. Рэйчел страдала, и это рикошетом било по всем. Я просто устранил источник страданий. – Устранил? – усмехнулась она. – Звучит так, будто ты вывел тараканов. – Иногда методы похожи, – не стал отрицать я. – Послушай, я не святой. У меня специфические ресурсы и специфические методы. Но мои цели, по крайней мере здесь, в Аркадии Бэй, предельно ясны. Я хочу, чтобы вы, три идиотки, были в безопасности и счастливы. Все остальное – технические детали. А что до возраста… Мне двадцать пять. Не такая уж большая разница. Я просто повзрослел слишком быстро. Хлоя долго молчала, докуривая сигарету. – Ладно, – сказала она наконец, бросив окурок в воду. – Твой ответ меня вроде как устраивает. Пока что. Но если ты причинишь боль Макс или Рэйчел… – …ты найдешь способ сделать мою жизнь адом, – закончил я за нее. – Я знаю. И я ценю это. Разговор матери и дочери был долгим и тяжелым. Были слезы, были обвинения, были объятия. Сэра, ведомая материнским инстинктом и, возможно, моими предварительными инструкциями, убедила Рэйчел не рубить сплеча. Она рассказала ей правду о давлении Джеймса, о своей болезни, о своей любви к ней. Она убедила ее, что Джеймс, несмотря на всю свою ложь, действовал из страха и желания защитить ее. Это был хрупкий, но все же мост, перекинутый через пропасть отчуждения. Я обещал Рэйчел, что Сэра будет в безопасности. И я сдержал слово. Через неделю Сэра Геархарт официально перестала существовать. Вместо нее появилась Сьюзен Рэймонд, женщина с безупречной биографией, получившая должность младшего аналитика в одном из тихих отделов моей компании в Вашингтоне. У нее была новая жизнь, хорошая зарплата и доступ к лучшим специалистам по реабилитации. Она была в безопасности. А Деймон Меррик? Его больше никогда не найдут. Он был угрозой для Рэйчел, для Сэры. Он был грязным, кровавым пятном на картине будущего, которую я рисовал. Я стер это пятно. Без сожалений. Мои люди умеют делать так, что проблемы просто исчезают. Навсегда. Лето вступило в свои права. Напряжение, связанное с Сэрой, спало, и жизнь в Аркадии Бэй потекла по новому, мной проложенному руслу. Я стал чаще проводить время со Стеф и Майки. Мои знания тактики, стратегии и истории войн оказались бесценным источником вдохновения для их настольных кампаний. Я помогал Стеф придумывать сложные политические интриги и эпические сражения для их фэнтезийного мира. Иногда к нам присоединялись Хлоя и Рэйчел. Хлоя играла за хаотичного варвара, который сначала бил, а потом задавал вопросы, что было очень в ее духе. Рэйчел же выбрала роль плутоватого барда, который мог любого обвести вокруг пальца своей харизмой. Эти вечера, наполненные смехом, спорами о правилах и бросками кубиков, были для меня глотком свежего воздуха. Островком нормальности посреди моей тайной войны. В начале июля случилось то, чего я так ждал. Макс вернулась в Аркадию Бэй. Я встретил ее на автовокзале. Когда она вышла из автобуса, щурясь от яркого солнца, и увидела Хлою, ждущую ее рядом со мной, время снова остановилось. Они бросились друг к другу в объятия, смеясь и плача одновременно. Это была сцена из фильма, чистое, концентрированное счастье. Я, архитектор этого момента, стоял в стороне и чувствовал странную смесь гордости и меланхолии. Я дал им это. Но какой ценой? Конечно, мое присутствие не осталось незамеченным Дэвидом Мэдсеном. Отчим Хлои, бывший вояка с обостренным чувством паранойи, попытался наехать на меня. Он подкараулил меня у дома, когда я возвращался с пробежки. – Так это ты тот самый богатый «кузен», – процедил он, преграждая мне дорогу. Его военная выправка и тяжелый взгляд должны были пугать. – Я не знаю, что ты за тип, но я слежу за тобой. Я остановился, спокойно глядя на него. – Сержант Мэдсен, – я намеренно использовал его звание. – Я ценю вашу заботу о Хлое. Но уверяю вас, мои намерения чисты. Я просто хочу, чтобы у нее и ее подруг все было хорошо. – Хорошо? Ты потакаешь ее прихотям! – Я даю ей стабильность, которой ей не хватало, – возразил я. – Я дал ей возможность помириться с лучшей подругой. Я поддерживаю ее увлечения. И, как вы могли заметить, она стала меньше бунтовать и больше улыбаться. Разве это не положительное влияние? Мы с вами, сержант, на одной стороне. Просто у нас разные методы. Вы предпочитаете устав и дисциплину, я – дипломатию и ресурсы. Дэвид был сбит с толку. Он ожидал сопротивления, агрессии. А получил спокойный, рациональный диалог. Он еще несколько раз пытался заводить подобные разговоры, но, видя, что Хлоя действительно стала спокойнее и счастливее, постепенно отстал. Он все еще не доверял мне, но перестал видеть во мне прямую угрозу. Апофеозом этого странного лета стал день рождения Рэйчел Эмбер. Она, недолго думая, объявила, что вечеринка будет в моем доме. Я не возражал. Мой дом на холме был идеальным местом: достаточно большим, чтобы вместить всю ее армию поклонников, и достаточно хорошо охраняемым, чтобы я был спокоен. Это было грандиозное событие. Музыка гремела на весь квартал, на лужайке танцевали десятки подростков. Были все: Стеф, Майки, Нейтан Прескотт (которого Рэйчел каким-то чудом уговорила прийти и который выглядел потерянным и несчастным), куча других студентов Блэквелла. Пришел даже Джеймс Эмбер с женой. Мы с ним теперь были на уровне приятелей, объединенных общей тайной и общей целью – защитить Рэйчел. Он стоял на террасе с бокалом вина, с легкой улыбкой наблюдая за дочерью, и я видел, что он благодарен мне. Пока молодежь отрывалась, я решил еще одну старую проблему. Я знал, что Хлоя задолжала Фрэнку Бауэрсу, местному драгдилеру. Сумма была небольшой, но Фрэнк был опасен, особенно его пес Помпиду. Я нашел его в его фургоне на свалке. Он был не один. Я приехал тоже не один. Когда Фрэнк увидел меня и двух моих бойцов из «Химеры», молча выросших по обе стороны от меня, он напрягся. Его рука потянулась под куртку. – Не советую, Фрэнк, – сказал я спокойно. – Я не за этим здесь. Я бросил на стол пачку денег, вдвое превышающую долг Хлои. – Это долг Хлои Прайс. С процентами за беспокойство. А теперь слушай внимательно. Ты больше к ней не подходишь. Не звонишь. Не продаешь ей ничего. Ты вообще делаешь вид, что ее не существует. Понял? Фрэнк посмотрел на деньги, потом на меня, потом на двухметровых парней в тактической одежде. Он был бандитом с улицы, но не идиотом. Он видел разницу между подростковыми разборками и серьезными людьми. – Понял, – прохрипел он. – Она мне не нужна. – Вот и отлично. Когда я рассказал об этом Хлое, она была в шоке. – Чувак! Ты что, наехал на Фрэнка? – Я решил твою проблему, – поправил я. Она несколько секунд смотрела на меня, а потом на ее лице появилась знакомая ухмылка. – Блин! – она картинно всплеснула руками. – А где я теперь буду травку брать? Рядом стоящие Макс и Рэйчел рассмеялись. Даже Хлоя не смогла сдержать улыбки. Последним штрихом в моем плане по укреплению в Аркадии Бэй стала покупка порта. Шон Прескотт давно хотел его прибрать к рукам, чтобы расширить свою империю и получить контроль над грузопотоками. Я его опередил. Я предложил городу и бывшим владельцам сумму, от которой они не смогли отказаться. Она была значительно выше, чем предлагал Прескотт. Для него это было поражением. Для меня – стратегической инвестицией. В отличие от Шона, я действительно собирался развивать порт. Он станет базой для небольших скоростных судов «Ares Security», которые будут патрулировать побережье под прикрытием частной морской охранной фирмы. А рыбный промысел и коммерческие перевозки станут приятным бонусом и отличной легендой. Я стоял на террасе своего дома, глядя на огни вечеринки. Рэйчел смеялась в окружении друзей. Макс и Хлоя сидели на краю бассейна, о чем-то увлеченно болтая. Джеймс Эмбер кивнул мне издалека. Стеф и Майки спорили о чем-то с Нейтаном. Я изменил этот мир. Я спас Сэру, обезвредил Деймона и Фрэнка, бросил вызов Прескотту, построил мосты между враждующими сторонами. Я создал вокруг дорогих мне людей кокон безопасности. Но я не обманывался. Это были лишь выигранные битвы. Главный враг, Марк Джефферсон, все еще был в тени. «Клуб темной комнаты» продолжал существовать. Шторм, метафорический и, возможно, реальный, все еще собирался на горизонте. Я выиграл им лето. Счастливое, беззаботное лето. Но осень была близко. И я знал, что настоящая война только начинается. Конец четвертой части.