Часть 13. Расплата за самонадеянность

Август 2011. Аркадия Бэй. Я был идиотом. Самонадеянным, ослепленным успехом, полным идиотом. Я выстроил неприступную крепость, расставил часовых, переписал законы своего маленького королевства и поверил, что этого достаточно. Я был настолько уверен, что канон, пусть и истерзанный моим вмешательством, все равно будет следовать знакомым рельсам, что потерял бдительность. Я ждал удара по Рэйчел, по Макс, по кому угодно, но не по ней. Я забыл главное правило любой войны: враг всегда бьет туда, где больно. А моей главной болевой точкой, моим центром вселенной стала Хлоя. Наши отношения были нашей маленькой, тайной вселенной. Мы не спешили, не переходили черту. Мы наслаждались моментом. Я устраивал для нас тайные пикники на уединенных пляжах, куда доставлял нас на вертолете. Мы гоняли по ночным шоссе под рев панк-рока. Я возил ее на концерты в Сиэтл и Портленд, где мы терялись в ревущей толпе, и на несколько часов я переставал быть генеральным директором, а она — трудным подростком. Мы были просто Адамом и Хлоей. И я был так поглощен этим новообретенным, хрупким счастьем, что совершил главную ошибку любого стратега: я недооценил противника. Я не учел того, что за мной тоже следят. Что моя одержимость защитой этой синеволосой девушки стала для врага очевидным маркером, красным флагом, указывающим на мою главную уязвимость. Незадолго до дня рождения Рэйчел, который мы планировали отметить с еще большим размахом, чем предыдущие праздники, все и рухнуло. Мы сидели в гостиной, Хлоя пыталась научить меня играть в какую-то сложную видеоигру, и у нее это даже получалось. Зазвонил ее телефон. – Алло? – она нахмурилась. – Мам, что случилось? Ты плачешь?… Что с Дэвидом?… Я сейчас буду! Она вскочила, ее лицо было бледным от испуга. – Что-то с Дэвидом, он упал с лестницы, мама в панике, мне нужно ехать! – Я тебя отвезу, – я уже поднимался. – Нет, не надо, я сама, на своей машине, так быстрее! – бросила она, схватила ключи и выбежала за дверь. Мы не придали этому значения. Несчастный случай, бывает. Я отправил Дэвиду сообщение с предложением помощи. Ответа не было. Прошел час, потом второй. Хлоя не возвращалась. Ее телефон был выключен. Холодное, липкое предчувствие начало зарождаться в глубине моего живота. Я набрал номер Джойс. – Джойс, как Дэвид? Хлоя доехала? На том конце провода повисла недоуменная тишина. – Адам? О чем ты? Дэвид рядом со мной, мы смотрим телевизор. И я не звонила Хлое… Мир под моими ногами треснул и начал рассыпаться в пыль. – Джессика! – рявкнул я в гарнитуру, активируя защищенный канал. – Тревога! Объект «Прайс» пропал. Последнее местоположение — наш дом. Отследить ее телефон. Поднять все дроны в секторе. Мне нужна запись последних двух часов! Ответ пришел через три минуты. Три минуты, которые показались мне вечностью. – Телефон отключен через пять минут после того, как она покинула ваш периметр. Обнаружен на обочине дороги. Дрон «Сокол-3» зафиксировал ее машину, припаркованную у старой лесопилки. И… сэр… я пересылаю вам видео. На экране моего планшета появилось зернистое, но четкое изображение. Тепловизор. Две крупные фигуры тащат третью, безвольную, из машины Хлои к знакомому сараю на территории фермы Прескоттов. Нейтан и Джефферсон. И бессознательное тело Хлои в их руках. В этот момент во мне что-то умерло. Спокойный стратег, расчетливый бизнесмен, заботливый брат — все они сгорели дотла в огне слепой, всепоглощающей ярости. Остался только хищник, чью самку посмели тронуть. «Эти ублюдки. Они посмели. Тронуть. Мою. Хлою». Времени вызывать отряд «Химера» из Портленда не было. Каждая секунда была на счету. Я знал, что у них в бункере. Я знал, на что они способны. Единственный боевой актив, который был у меня под рукой, сидел в соседней комнате и смотрел телевизор. Я ворвался в гостиную, где сидели Макс, Рэйчел, Стеф, Джойс и Дэвид которые приехали сразу после того звонка. – Хлою похитили, – сказал я без предисловий, мой голос был чужим, лишенным эмоций. – Джефферсон и Нейтан. Я знаю, где они ее держат. Времени привлекать полицию или ждать моих людей нет. Мы должны действовать сейчас. Дэвид. Ты со мной? Рэйчел вскрикнула, Макс закрыла рот рукой, ее глаза наполнились ужасом. Джойс зарыдала. Дэвид Мэдсен, солдат до мозга костей, вскочил на ноги. Он не задал ни одного вопроса. Он увидел выражение моего лица, услышал сталь в моем голосе и все понял. – Я с тобой, – отрезал он. – Хорошо. Остальные — оставайтесь здесь. Джессика вас проинструктирует. Я подошел к камину. Все смотрели на меня в недоумении. Я отодвинул неприметный рычаг, замаскированный под элемент декора. Раздался тихий гидравлический шип, и часть стены рядом с камином отъехала в сторону, открывая проход в ярко освещенное помещение. Мою личную оружейную. Под шокированные взгляды девушек и Джойс мы с Дэвидом вошли внутрь. На стенах висело все, от пистолетов до снайперских винтовок. В центре стояли стойки с бронежилетами, касками и тактическим снаряжением. – Выбирай, что по руке, – бросил я Дэвиду, надевая на себя тяжелый армейский бронежилет пятого класса. Я выбрал свой проверенный немецкий автомат G36. Дэвид, не колеблясь, взял штурмовую винтовку M4. Мы действовали молча, как два солдата, готовящиеся к бою. Я видел в его глазах уважение и мрачную решимость. В этот момент мы были не отчимом и парнем его падчерицы. Мы были боевой двойкой. – Мы вернем ее, – сказал я, поворачиваясь к оцепеневшим девушкам. И они мне поверили. Мы неслись по ночным дорогам на моем «Хаммере». Я вел машину, мой мозг работал как суперкомпьютер, просчитывая варианты. В наушнике звучал голос Джессики: «Химера» в воздухе, сэр. Расчетное время прибытия — пятнадцать минут. Медицинский вертолет наготове. Я перехватила управление спутником, у вас будет полная карта местности». Дэвид молчал. Он, видимо, решил отложить все вопросы на потом. Сейчас была только миссия. До фермы мы доехали за семь минут. Оставив машину в лесу, мы двинулись к сараю. Внутри было пусто, только запах пыли и гнили. Но я знал, куда идти. Люк в бункер. Дверь была заперта электронным кодовым замком. – Отойди, – сказал я Дэвиду. Я подключил к панели свой планшет. Несколько секунд взлома, и замок щелкнул. Мы спустились вниз, в стерильный белый ад. Длинный коридор. Дэвид шел впереди, прикрывая сектора, я — за ним. Мы повернули за угол… И увидели их. Посреди комнаты, залитой безжалостным светом ламп, на стуле сидела привязанная Хлоя. Она была в сознании, на ее лице были слезы ярости и страха. Рядом с ней, с самодовольной улыбкой, стоял Джефферсон, в руках у него была камера. Нейтан, бледный и дерганый, стоял чуть поодаль, сжимая в руках шприц. – Руки вверх! На пол! – рявкнул Дэвид, вскидывая винтовку. Джефферсон и Нейтан вздрогнули от неожиданности. Улыбка сползла с лица фотографа. – Охрана кампуса? Как ты нас нашел? – прошипел он. Но он не собирался сдаваться. Движение было молниеносным. Джефферсон выхватил из-за спины пистолет и открыл огонь. Первая пуля ударила Дэвида в предплечье, он вскрикнул и отшатнулся. Вторая пуля врезалась мне в грудь. Удар был такой силы, будто в меня врезался кулак великана. Меня отбросило назад, но бронежилет выдержал. Воздух вышибло из легких, перед глазами поплыли круги. Но сквозь боль и шок я видел только одно: Джефферсона, наводящего пистолет на Хлою. Адреналин сжег боль. Я вскинул свой G36 и, не целясь, инстинктивно нажал на спуск. Короткая очередь. Пули попали Джефферсону в плечо, раздробив кость. Он взвыл от боли и выронил пистолет. И в этот момент в бункер ворвался вихрь. С потолка посыпались светошумовые гранаты. Ослепительный свет, оглушающий рев. Отряд «Химера» был здесь. Шесть теней в черной броне заполнили комнату, их движения были отточенными и смертоносными. Через три секунды шокированный Нейтан лежал на полу лицом вниз, а раненый Джефферсон корчился от боли под коленом одного из бойцов. Все было кончено. Я, шатаясь, поднялся на ноги. В груди все горело. Я доковылял до Хлои, падая перед ней на колени. Я видел ее заплаканные глаза, видел, как дрожат ее губы. Бойцы подхватили меня под руки, в то время как другой срезал веревки с Хлои. Я вырвался из их хватки, из последних сил встал и просто обнял ее. Крепко, отчаянно, вдыхая ее запах, чувствуя, как бьется ее сердце. Она вцепилась в меня, рыдая мне в плечо. – Все хорошо, – шептал я. – Ты в безопасности. Я здесь. Я с тобой. Дэвид, зажимая раненую руку, смотрел на нас. И в его взгляде не было ни удивления, ни осуждения. Только понимание. Он все понял. А дальше началась буря. Но уже в другом, переносном смысле. Юридический отдел «Ares Security» развернул полномасштабную войну. Вся правда о Джефферсоне, о «Циклоне», о бункере, подкрепленная моими записями и доказательствами, вылилась в прессу. Начался скандал национального масштаба. Нас с Дэвидом и Хлоей доставили в лучшую клинику Портленда. Рана Дэвида оказалась несерьезной. У меня — пара сломанных ребер и обширная гематома на груди. Я легко отделался. Хлоя была в шоке, но физически невредима. Наркотик, который ей вколол Нейтан, был слабым и быстро вышел из организма. Следующие несколько дней наши палаты превратились в проходной двор. Макс разрывалась между мной и Хлоей. Стеф и Рэйчел не отходили от нас ни на шаг, принося тонны нездоровой еды и дурацких журналов. Джойс плакала и обнимала то меня, то Хлою, благодаря за спасение. Через несколько дней нас выписали. Мы все вернулись в мой дом. Вечером мы сидели в гостиной. Все вместе. Хлоя сидела рядом со мной на диване, прижавшись всем телом, будто боясь, что я исчезну. Макс, Рэйчел и Стеф сидели на полу, прислонившись к дивану. Они все еще не могли поверить, что Марк Джефферсон, их кумир, их учитель, оказался чудовищем. Но факты, которые теперь трубили из всех новостей, были неопровержимы. Сидя там, в окружении своей странной, но такой настоящей семьи, я понимал, насколько близко я был к провалу. Одна минута промедления, одна шальная пуля, попавшая мимо бронежилета, и все могло бы закончиться иначе. Я крепче обнял Хлою, чувствуя, как она дрожит. Это был не конец. Война перешла в новую фазу — юридическую, политическую. И я должен был сделать все, чтобы Марк Джефферсон и Нейтан Прескотт сели в тюрьму до конца своих никчемных дней. Я должен был убедиться, что они больше никогда и никому не причинят вреда. Я был готов использовать для этог о все свои ресурсы. Без остатка. Конец тринадцатой части.