Часть 2

Сколько себя помнит Джудит Оуэн жила у своей опекунши, двоюродной тётушки - леди Эванс, в предместье Лондона, Челмсфорде. За исключением первых трёх лет жизни, о которых у нее не осталось ровным счётом никаких воспоминаний. Родилась она в Индии, где ее отец - военный служил врачом. У них в доме были молчаливые и покорные слуги-индусы, малышку Джуди помогала нянчить индийская женщина. Однажды ее родители были на приеме у атташе, где их угостили персиковым десертом, приготовленном на местной воде... Оба скончались от холеры. И не только они. В то время это было настоящим бедствием, поскольку медицина ещё не знала путей возникновения заразы и борьбы с ней. Заботы о трехлетней сиротке взяла на себя сердобольная миссис Джонсон, чей муж тоже служил в Индии. Она отвезла девочку в Англию к Эвансам в Челмсфорд. Они долго плыли на корабле, отчего обеим было плохо. Об этом и многом другом Элизабет Джонсон поведала ей впоследствии, когда Джудит подросла. Девочка бережно хранила портреты родителей - небольшие дагерротипы, вправленные в медальон, и часто целовала из перед сном. Нельзя сказать, что ей было плохо у Эвансов. Дядюшка был всегда очень добр к ней и не делал никакого различия между ней и родным сыном Ричардом. Ко всем праздникам он дарил Джуди прекрасные игрушки, детские книги с картинками, нарядные платья и сладости. Тетя Пам была не так щедра на подарки и ласку. Когда дяди не стало (он скончался скоропостижно от удара в возрасте сорока девяти лет, на ту пору Джудит минуло двенадцать), она повела себя с воспитанницей очень строго, внушив, что из нее не выйдет настоящей леди, если не придерживаться дисциплины и правил. Памела Эванс, урождённая Баркли, была известна среди своих лондонских знакомых особенной строгостью манер и чопорностью. На девочку-подростка то и дело сыпались замечания: - Джудит Оуэн, как ты сидишь? Где твоя осанка? Ты читаешь носом книгу? Не гримасничай! Разве тебя не учили, как нужно сидеть за столом? Ты почти уже девушка и в приличном обществе тебя поднимут на смех! Жаль только, что все правила и запреты не распространялись на ее единственное родное чадо. В Ричарде мать буквально души не чаяла и упорно не замечала его недостатков. Они с Джудит никогда не были дружны. Мальчик был старше нее на семь лет и всегда давал понять, что она ему не компания, у него с детства были другие друзья и забавы. А в девятнадцать лет, когда отца не стало, парень точно с цепи сорвался - бросил учебу в школе искусств, начал играть на скачках, отчаянно проигрывал и частенько возвращался домой пьяным. Джудит побаивалась его в таком состоянии и никогда не покидала в поздний час пределов своей комнаты. В один из промозглых дней февраля, вскоре после смерти супруга, леди Эванс получила ещё одно страшное известие: ее сын погиб! Будучи нетрезвым, оседлал лошадь ночью, та поскользнулась на брусчатке и он свернул себе шею. После похорон, где мать была как каменная, она на неделю слегла, никого не желала видеть. За ней ухаживала только верная сиделка Элен. Затем тетя Пам начала потихоньку приходить в себя, но объявила, что траур по мужу и сына не снимет никогда, до самой своей смерти. Нельзя сказать, что их отношения с воспитанницей стали более тёплыми, однако постоянные придирки и замечания вдруг разом прекратились. Как закончилось и домашнее обучение девочки, гувернантка покинула их дом. Опекунша посчитала, что с Джудит и того достаточно. Однажды она обмолвилась: - Твоя мать происходила из нашего рода Баркли, где отродясь не было голодранцев, поэтому твой дедушка открыл на твое имя счёт в Лондонском банке с условием, что ты можешь получить деньги при достижении совершеннолетия. Сейчас там насчитывается порядка двух тысяч фунтов. Это немало. На твое содержание у нас с Чарльзом уходило в среднем, за вычетом стола и подарков, четыреста фунтов в год. Мы не касались основного вклада в банке, а лишь пользовались процентами. Но, как ты знаешь, твой дядя был расточительным. (О своем сыне при этом она не сказала ни слова) Теперь мы уже не можем многое себе позволить. Поэтому теперь мисс Фэрроу больше не будет учить тебя, твоим обучением я займусь сама. Раз в неделю мы будем повторять с тобой пройденные уроки по истории и географии, а также тренировать французский. Все остальное время ты будешь помогать Элен по дому: шить, вязать, готовить. Также отныне ты, Джудит Оуэн, станешь моей компаньонкой. После обеда ты будешь читать мне и ходить со мной на прогулки. Я старею и, как видишь, мне не на кого больше опереться. Вопреки ожиданиям, быть компаньонкой тётушки не было такой уж неприятной обязанностью. Тетя Пам любила приключенческие романы, к ним вскоре пристрастилась и Джудит. И когда та дремала в своем кресле-качалке с вязанием в руках, убаюканая монотонным чтением, девушка уносилась мыслями в книжный мир и долго мечтала о любящей семье и жизни в некоем сказочном месте, где после разных испытаний ее ждёт счастье и покой. Осуществятся ли ее заветные желания? Будет ли в ее жизни счастье? Шли годы, Джудит взрослела. И вот наконец ей исполнилось восемнадцать. Сердце переполняют какие-то радостные и тревожные ожидания, и надежды. Из бледного эльфа она превратилась в статную миловидную девушку с зелёными миндалевидными глазами и густыми волосами медного цвета. Однако балы и прочие светские мероприятия были для нее закрыты. Тетя Пам вела почти затворнический образ жизни. Гости бывали у них редко. Одна только миссис Джонсон пожалуй проведывала свою старую приятельницу регулярно. Наступил 1900 год. Увлечение медиумами в аристократической среде казалось достигло апогея. И вот как-то, явившись по обыкновению к вечернему чаю, Элизабет стала рассказывать леди Эванс и ее воспитаннице о "новом графе Калиостро", знаменитом чревовещателе и спирите Эдварде Хогане. - Он в Лондоне проездом. Голубушки, соберитесь пойти! Это так интересно! - говорила она, с удовольствием попивая чай из китайской фарфоровой чашки, - нашей общей знакомой - миссис Стюарт он предсказал во время сеанса большие потери. И что бы вы думали? На следующий же день ее обокрали! Вынесли из дома фамильное серебро и жемчужное ожерелье! Воров кстати так и не нашли. А моему соседу сэру Вильяму Роджерсу чревовещатель предрек болезнь и в тот же вечер беднягу скрутил жестокий приступ подагры. - Это все пустяки, - скептически усмехнулась леди Эванс, - Бетси, голубушка, я не верю! - Хорошо, - миссис Джонсон посерьезнела, - а что ты скажешь на то, что моей родной племяннице Эмми, потерявшей в прошлом году ребенка (мальчик родился и сразу умер) Хоган вызвал его дух и она говорила с ним? - Как это вообще возможно? - тетя Пам удивлённо подняла брови. - А вот так: Хоган сидел за столом при свечах в комнате без посторонних. Только Эмми и он. Внезапно впал в транс, голова его запрокинулась, глаза закатились так, что видны были только белки, рука же, словно сама по себе, отдельно от тела писала на бумаге слова: - Не волнуйся, мамочка, со мной все хорошо... Моя Эмми тогда начала со слезами просить услышать голос своего малютки. И что же? Из ниоткуда послышался нежный детский голосок: "Я нахожусь в прекрасном месте. Здесь много цветов и деревьев. Я видел некоторых наших родственников, которые давно умерли. Очень скучаю по вам с папой. Жду, когда мы увидимся." Эмми была невероятна утешена. Это таки стоило десяти фунтов! - Разве за сеансы установлена плата? - леди Эванс не покидал присущий ей скептицизм. - Ну конечно! При входе стоит шкатулка, в которую посетители кладут деньги. Обманывать нельзя. Кругом зеркала и Хоган каким-то образом следит за всеми. Леди Эванс призадумалась. Ей очень бы хотелось поговорить с Ричардом. Несколько дней это жгучее желание боролось в ней с логикой и здравым смыслом и наконец взяло верх. Было решено посетить сеанс Хогана в самое ближайшее время, а это был четверг. Джудит волей неволей пришлось ехать с ней. В душе девушки конечно бушевали сомнения. "Фокусы, надувательство и обман" - повторяла она про себя и сердилась на тетю Пам за ее легковерие. "Ничего путного из этой затеи не выйдет", думала она, но вслух не произнесла ни слова. В конце концов ей были понятны чувства матери, потерявшей единственного сына. Она жаждала утешиться так же как та бедняжка Эмми. Пусть даже и путем самообмана. Медиум проводил сеансы в арендованной им студии скульпторов. Странные незаконченные изваяния все ещё находились там, создавая атмосферу таинственности и жути. А впридачу к ним множество зеркал, драпировки, полумрак и свечи. Сам Эдвард Хоган произвел на девушку неизгладимое впечатление. Он был ещё молод, красив неестественной театральной вычурной красотой. И так взглянул на нее при встрече, что все внутри у нее перевернулось. - Прекрасная леди Гиневера сошла к нам с полотен, - сказал он, почтительно склонившись перед ней и целуя руку. В этом миг Джудит была благодарна полумраку, скрывавшему ее пылавшие щеки. Леди Эванс к счастью ничего не заметила, она была занята разглядыванием обстановки. Вместе с ними сеанс посетило ещё несколько богатых людей - об их достатке говорила одежда и манера держаться. Вначале медиум делал пассы руками перед большим, переливающимся огнями стеклянным шаром и, не открывая рта, вещал о грядущих войнах, болезнях и потрясениях в мире. Затем присутствующим было предложено вызвать по желанию духов умерших. Первой пожелала вызвать дух покойного мужа пожилая дама в мехах и бриллиантах. - Спросите у него, сэр, куда он дел закладную на дом! - раздраженным голосом потребовала она. Спирит попросил всех остальных выйти в соседнюю комнату для того, чтобы уделить время конкретно этой женщине. Джудит внутренне все больше и больше убеждалась в его шарлатанстве. Но тетя Пам была тверда в своем намерении довести дело до конца. И вот их черед настал. - Если вы родственницы, то можете оставаться вместе, - разрешил Хоган. - Итак, кого бы Вы хотели вызвать, миледи? - Моего покойного мужа Чарльза, - не дрогнув ответила та. Джудит попыталась было шепотом возразить: "Но, тетя, Вы же хотели Ричарда". Та, повернувшись к ней, ответила непреклонно: - Нет, Джуди. Сначала Чарльза. Так будет лучше. Сидя за столом, Хоган стал раскачиваться, послышался невесть откуда взявшийся свист и шум ветра. Мороз пробежал по коже. Голова медиума запрокинулась, глаза закатились, а рука тем временем выводила на бумаге корявыми буквами: - Я в кандалах. Ты можешь мне помочь, если отпустишь от себя Джудит. Пусть она выйдет замуж за...за..." Сеанс внезапно прервался, Хоган потирал виски и морщился как от боли. - Так за кого же мне выдать ее замуж? - недоумевала леди Эванс, - Он не мог говорить конкретнее? - К сожалению, миледи, я не могу Вам пока этого открыть. Боюсь, что то, что я узнал, шокирует Вас. - И все же. Скажите, - настаивала женщина. - Давайте сядем за стол втроём, - неожиданно предложил медиум, - возьмёмся за руки и будем наблюдать, какое имя сложит дух нам из букв! Джудит нерешительно приблизилась к столу, ее горячая ладонь оказалась в ледяной ладони спирита, от чего будто электрический ток пробежал по ее жилам. С другой стороны ее взяла за руку тетя. В комнате стало ещё темнее, словно кто-то привернул все лампы за драпировкой, опять этот свист и шум, стол оторвался от земли и стал вращаться. О, это было нечто ужасное! А дощечка на столе зримо передвигалась от буквы к букве. - Следите! Следите за ней! - вполголоса велел Хоган. Все стихло, стол возвратился на место, свет снова стал ярче. - Что Вы успели прочитать? - спросил медиум у обеих женщин. - Ваше имя: Эдвард Хоган, - в замешательстве пробормотала леди Эванс. В подтверждение Джудит кивнула. Она готова была провалиться сквозь землю от стыда и смущения. - Я желаю также вызвать дух сына, чтобы он подтвердил или опроверг сказанное моим мужем Чарльзом, - заявила леди Эванс. Голос ее предательски дрожал от волнения. - С духами не шутят, - предупредил ее медиум, - Вы можете задать Ваш вопрос, миледи, но не рассчитывайте получить тот ответ, что Вам нравится. Джудит пришлось удалиться, для вызова духа Ричарда тетушка осталась наедине с медиумом. И к лучшему. Девушка была слишком потрясена, ей нужно было как-то успокоиться. Через четверть часа леди Эванс вышла из комнаты, прижимая к глазам платок. - Ах, Джуди, это ужасно, - говорила она на обратном пути в экипаже, - Ричард назвал меня скупой. Из-за скупости все мои беды, сказал он. Я должна тебя выдать замуж за этого Эдварда Хогана, представляешь? Тогда я обрету покой и встречусь на небесах со своим сыном. Как тебе это нравится? Джудит молчала. Она не знала даже, что ответить тётушке. Все было слишком неожиданно, зловеще и странно.