Тень, что гасит выбор

Маомао работала в оранжерее, когда к ней подошли доктор Ю, Шикёу и Рикусон. Девушка поднялась и поклонилась. После обмена любезностями и ненавязчивых расспросов о её впечатлениях об И-сей, доктор перешёл к делу: — Вы прекрасно проявили себя не только как фармацевт, но и как лекарь, — похвалил её врач. — В Западной столице всё ещё нужны квалифицированные медики. Но так как мы не можем оставить здесь кого-то из нас, выбор пал на вас… — Прошу, останьтесь ещё на какое-то время, — добавил Шикёу. — Под моим правлением ваш статус будет равен статусу врача. Я выделю вам особняк с участком для выращивания трав и помощников. Даю слово: пока вы здесь, с вашей головы не упадёт ни один волос. Маомао инстинктивно посмотрела на Рикусона. Он стоял чуть склонив голову, улыбаясь учтиво, но глаза его внимательно следили за ней. — Это ведь уже решено? — спросила Маомао у доктора Ю. — Я всего лишь придворная дама, сопровождающая Его Величество. И сделаю так, как прикажут. — Лунный Принц оставил решение за вами, — ответил начальник. Маомао вздохнула про себя. Теперь стало ясно, почему ранее к ней под видом осмотра приходила Чуэ и передала кость рыбы фугу. Глаза Маомао загорелись. Редчайший ингредиент, который далеко не каждому аптекарю доводилось держать в руках. — Лунный Принц очень хотел вручить это сам, — проворковала Чуэ. — Яд и лекарство в одной оболочке. Он знал, кому доверить. И сестра Маомао понимает, что такие дары не отвергают. Отказаться от кости рыбы фугу добровольно? Она сердита на него, но не безумна. Это же такая редкость! Девушка даже не заметила, как от восторга у неё выступили слюни. Она всегда реагировала слишком бурно на редкие лекарственные ингредиенты. — Госпожа Чуэ рада, что дар пришёлся по вкусу, — произнесла та, отступая. — И знает, что сестра Маомао помнит, кому служит. А Маомао казалось, что господин Жэньши пытается подлизаться, но в действительности он хотел подкупить её. Да, Чуэ оказалась права: от таких даров не отказываются. И господин Жэньши ясно намекал — она должна отвергнуть просьбу Шикёу и вернуться с ним в Столицу. Кость рыбы фугу в умелых руках может стать либо смертельным ядом, либо противоядием. Для неё это был символ доверия и признания таланта. Если бы она осталась в Западной столице и отказалась от дара, это расценилось бы как личное оскорбление члена императорской семьи. Он не оставил ей выбора. — Боюсь, я не могу принять ваше щедрое предложение, — ответила она. — Я бы хотела вернуться домой, к старику. Для меня было честью помочь провинции И-сей, но работа во дворцовом лазарете ближе мне по душе. К тому же… в Ли женщины не могут официально быть врачами. «Она выбрала его. А может быть, всё куда проще: такова её доля — быть рядом с ним, даже когда сама она смотрит в другую сторону», — горько отметил Рикусон, позволяя взгляду потухнуть. — «А я лишь наблюдатель. Гость в её судьбе. Но это всё равно прекрасно — даже издали видеть цветок, что распустился не для тебя». — Я понимаю, — смиренно кивнул Шикёу. — Дайте знать, если всё же передумаете. Мужчины уже собрались уходить, как девушка обратилась к Рикусону: — Господин Рикусон, вы можете проводить меня в медицинский кабинет? Он почтительно склонил голову. — Я должна вам объяснение, — начала она по пути в лазарет. — За тот день. — Какой день? — в его взгляде заплясали искорки. Маомао ухмыльнулась: было приятно, что он пытался избавить её от неловкости. — Я хотела поблагодарить вас за заботу. И извиниться, что сбежала, ничего толком не объяснив. К сожалению, я не могу рассказать всего, потому что это не моя тайна… Некоторое время они шли в полной тишине. «Интересно», — подумала Маомао. — «Когда я рядом с ним… мне спокойнее. Даже когда он молчит». — В тот день… я искала место, где можно спрятаться. Я привыкла наблюдать за людьми, как за растениями: кто-то тянется к солнцу, кто-то прячется в тени… Но вы — будто дерево, под которым можно укрыться. Он опустил веки, скрывая вспыхнувшее тепло в глазах, и произнёс ровно: — Для меня честь быть вашим укрытием, пусть даже только на один день. — Я не хочу, чтобы вы думали о себе так, — ответила она, когда они вошли в медицинский кабинет. — О, юная леди! Господин, — приветствовал их Гуён. — Отлично, я как раз поставил чай! — В любом случае, я перед вами в долгу, — сказала Маомао и вручила Рикусону его простыни. Он накрыл её ладонь своей, принимая ткань. Не ожидавшая этого Маомао замерла, забыв, что хотела ещё сказать. — Вы мне ничего не должны. Вы искали спокойствия — и я рад, что вы верите мне настолько, что доверились в тот день. Его мягкая улыбка на миг стала грустной. Он медленно забрал ткань из её рук. — Вы говорите так, будто прощаетесь, — произнесла она, сжимая пальцы, словно пытаясь продлить тепло его ладони, которое ещё не успело исчезнуть. — Возможно, у нас не будет шанса из-за интенсивных сборов. — Вы хороший человек, господин Рикусон. Тогда вы очень помогли нам в деревне. И теперь остаетесь здесь, чтобы поддерживать Шикёу, хотя могли бы построить блестящую карьеру в Столице. Мне жаль, что нам так и не удалось узнать друг друга лучше. — Мне тоже, — искренне произнёс он. Пауза затянулась дольше, чем позволяли правила. По всем условностям он должен был откланяться, но они лишь стояли, глядя друг на друга. Казалось, воздух между ними дрожал от несказанных слов. Тишину прервали приближающиеся шаги шарлатана. — Юная леди, господин, чай настоялся! — с торжественным видом объявил Гуён, входя в комнату с подносом в руках. Маомао вздрогнула и отступила от мужчины. Рикусон опустил взгляд. Мгновение рассеялось, как утренний туман, уступая место привычной повседневности.