Часть 14: Королева Медуза в гневе или Развод?

-Сяо Янь! Голос, обрушившийся на него, словно удар грома, заставил Сяо Яня содрогнуться до глубины души. Он медленно обернулся, и сердце его сжалось от боли, когда он увидел Цай Линь. В её глазах бушевала буря, в них сверкали не клинки, а осколки разбитой любви и надежды. Волосы, обычно мягкие и шелковистые, сейчас казались змеями, вздымающимися от ярости, хотя, возможно, то был лишь ветер, но Сяо Яню хотелось верить, что это отголоски её внутреннего пожара. — Ты… пришла? — прошептал он, голос дрожал от осознания своей вины. — Да, пришла! — прошипела она, и в этом шипении слышался не только гнев, но и невысказанная боль. — И сейчас же утащу тебя обратно в Империю Цзя Ма! — Но… Сун Эр… — ПЯТЬ ЛЕТ, СЯО ЯНЬ! ПЯТЬ! — её крик, полный отчаяния и обиды, разорвал тишину гор, и даже случайная курица, свидетельница их драмы, испуганно закудахтала, словно чувствуя надвигающуюся катастрофу. — Ты сидишь тут, как истукан, пока я управляю империей, воспитываю нашу дочь, отдавая ей всю свою любовь, и отбиваюсь от старейшин, требующих наследника! Ты хоть представляешь, чего мне это стоит?! — Я… э… — Всё! Хватит! — Цай Линь, больше не в силах сдерживать свои чувства, схватила его за воротник, словно за последнюю нить надежды, и потащила прочь, надеясь вырвать его из этого оцепенения. — Мы разводимся. — ЧТО?! В его голосе звучало не только изумление, но и ужас от потери. — Развод. Официальный. Без обсуждений. В её словах не было места для компромисса, только горькая решимость. — Но… но почему?! — Потому что ты не можешь решить, что делать с Гу Сун Эр! — она ткнула его пальцем в грудь, словно пытаясь разбудить его окаменевшее сердце. — Ты либо женишься на ней, либо отпускаешь, но нет — ты предпочитаешь пялиться в камень, как будто он тебе что-то ответит! Ты оставил меня одну решать всё, а сам спрятался от ответственности! — Но я… — Нет! — она резко махнула рукой, отталкивая его оправдания, как будто они были ядом. — Ты будешь видеться с дочерью. Ты будешь её воспитывать, она любит тебя, и я не лишу её этого. Но мой дом — не твой дом. Ты покинул его в тот момент, когда перестал меня видеть. Разобрался? Сяо Янь открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент курица, словно посланник судьбы, вдруг запрыгнула ему на голову. — И забери свою проклятую курицу! — добавила Цай Линь, разворачиваясь, и в её голосе слышалась усталость и разочарование. Сяо Янь остался стоять посреди дороги, как потерянный ребенок. На голове у него сидела курица, символ его нелепого положения. В пещере спала Гу Сун Эр, не подозревая о буре, разыгравшейся вокруг. А жена… теперь бывшая жена… ушла, оставив его наедине со своей виной и болью. — …Что я наделал? — пробормотал он, и в его голосе звучало отчаяние. Курица клюнула его в лоб, словно напоминая о реальности, от которой он так долго пытался убежать.