Глава 7

(Прошлое) Я сидела на скамейке школьной автобусной остановки в одиночестве. Лето смело с этой территории всех нормальных и оставило только тех, кому нечем заняться в собственной квартире. Анна уехала в Россию, Лестер осваивал ремесло хэндмейд-татуировки. Страшно представить, в какой подворотне ему набили «браслет» вокруг запястья, но раз товарищ был жив, значит, иглы там мыли хорошо. Я посмотрела на собственную руку и поняла что никогда по собственной воле не позволила бы вводить под мою кожу эту черную жижу. Закат разлился по небу многослойным тортом из желатина, лодыжки окатил порыв прохладного ветра и я наконец поднялась. Внезапно зазвонил мобильный, и я удивленно приняла входящий от матери. — Привет. Ты дома? — она говорила торопливо, словно куда-то спешила. — Привет, мам, ещё нет. — Ну, ясно. Она сбросила. Удивление схлынуло так же резко: вероятно, ей просто что- то было нужно от папы. Телефон запел снова, и строго-мелодичный голос, будто с толикой вины, спросил: — Лэйн, как у тебя дела? — она словно пересиливала себя, и мое лицо, в унисон ее сопротивлению материнскому инстинкту, перекосило. Я ответила так же сухо, а скорее — отчиталась: — Подрабатывала в школе сегодня. Сегодня немного прохладно. Папа все время на работе. — Ясно. Слушай, я перебирала твои вещи и хочу кое-что выкинуть. Тот розовый заяц от мисс Винц и отцовский галстук…ещё альбомы, тебе это надо? Я злобно пнула мелкий камешек под ногами, и вышла из-под крыши остановки. Показывать свою досаду ей было бы слишком унизительно, я нарочито безразлично проговорила: — Можешь выкинуть. Как твоя спина? — Плохо. Все время болит. Ладно, мне не очень удобно говорить, если что-то нужно, звони. — Пока… — она сбросила прежде чем я успела это произнести. Ну, здорово. В мыслях пробежало ехидное: интересно, куда спешить женщине без работы, чьи муж и дочь в другом штате? Ах да, наверно какая-нибудь увлекательная программа про вторжение инопланетян. Каждый подобный разговор возвращал к назойливой мысли: моё рождение сделало несчастными двух людей, которые просто не вовремя занялись сексом. Я зашагала быстрее, туже затянув на затылке хвост. Розового зайца мне подарила пациентка коллеги отца, больная Альцгеймером — спутала со своей внучкой. Галстук папа отдал, потому что мне понравилась нашивка в виде четырехлистного клевера — я придумала себе что он приносит удачу. В боковом зрении смазывались жилые комплексы и несущиеся вдоль тротуара машины, глаза предательски заслезились, и я цокнула сама на себя. Конечно, я не стала тащить с собой эти вещи в Нью-Йорк, но не потому же что они не имели для меня никакого значения, а потому что мой дом остался в Ралли, и я думала, что могу всегда вернуться туда — в свою комнату, к своим вещам! — Дрянь! — от злости я просто приросла к месту. Кто-то обернулся на меня, но тут же зашагал прочь. Она вообще уже не скрывает что ей на меня плевать? Я схватила телефон и, чуть не пробуравив экран большим пальцем, ткнула на контакт родительницы — иначе ее назвать уже не поворачивался язык. Сейчас я горячо желала высказать ей всё: адреналин поборол страх услышать ответ, и с языка уже готова была сорваться масса вопросов, но самый главный, тяжелым камнем прибивший меня к месту: «Ты правда никогда не любила меня, мам?» Она отклонила входящий. Я резко выдохнула и подняла глаза к небу — дымчатая Луна была похожа на приклеенную подкову. Орущий младенец в проезжающей мимо старомодной коляске усилил волну раздражения. Голос Каина веско заявил: ты и без её любви всегда прекрасно справлялась. Мысленно я возразила: да, но разве это честно? Разве не заслуживаю хоть раз почувствовать себя просто дочерью? Мне должно быть плевать, что мать звонит только в попытке повлиять на отца через меня, а тот избегает нас обеих, пропадая на работе сутками? Прекрасная, образцовая семья! Но Каин, как всегда был прав, ведь я давно пообещала нам научиться строить собственную жизнь, а не пытаться изменить то, что от меня не зависит. Шагая по лестнице желтой ветки метро, я считала, сколько получится заработать за лето, чтоб после выпуска из принципа не взять ни копейки от тех, кто меня родил. Конечно, это смешно, с учетом цен на образование — в конце учебного года консультанты, что совали тесты на профориентацию, давали нам еще и брошюры колледжей, где сумма долларов на один сантиметр глянцевой бумаги была больше похожа на счет за операцию по разделению сиамских близнецов. Запрыгнув в вагон я оказалась зажатой между высоченным мужчиной с дредами и таким же длинным парнем в спортивной майке, что тут же подмигнул мне в отражении стекла. С нарастающей скоростью нашего движения в мыслях пронеслось: «Может завести себе бойфренда?»