Глава 7: О хорьках и людях

*** ***

      В мире, который всегда был ему по плечу, Драко наконец осознал: у бедняков нет права выбирать.       Сказать, что Гермиона была в ярости — значит не сказать ничего.       Драко считал, что пьяная икота их ребёнка и внушительная шишка на лбу — весомое основание лишить его отца права на доверие в роли няньки внука. Сам он тоже переживал, но надеялся, что через пару дней супруга остынет.       Как и во многом другом, он ошибался.       Сейчас он уже завершал свою первую неделю «в кабинете», трудясь из дома. Сначала всё казалось терпимым: Драко рано мчался в Министерство, клонировал дела сегодняшнего дня заклинанием умножения, возвращался домой через камин, а Гермиона уже с восьми утра уединялась в своём кабинете.       Потребовалось всего несколько дней, чтобы смириться с реальностью.       В долгосрочной перспективе так работать не выйдет, если только они не хотят рискнуть тем, что Поттер доберётся до оставшихся крестражей. Воспоминание о Волан-де-Морте, который в бреду и лихорадке цеплялся крошечными ручками за рубашку Драко и всхлипывал, очень быстро расставило приоритеты.       И вот они снова оказались здесь. Пришли с повинной, образно говоря, сняв шляпу и держа её в руках, чтобы просить родителей Драко ещё раз приглядеть за их сыном.       — Вы действительно это имеете в виду? — глаза Люциуса заблестели, и он неуверенно протянул руки к Волди.       У Гермионы нервно дёрнулась мышца на виске, но она аккуратно передала сына деду.       — О, моё солнышко, мой наследничек…       — Я твой наследник! — вмешался Драко.       — Да-да, ты прекрасно понимаешь, о чём я, — лениво отмахнулся Люциус, чтобы утихомирить сына.       — Мы составили список правил, — сказала Гермиона, доставая из сумки блокнот.       — Составили? — Драко приподнял бровь, наблюдая, как она передает блокнот Люциусу.       — Если мы не сможем прийти к согласию по поводу того, как обращаться с нашим сыном, нам придётся пересмотреть вопрос о постоянном присмотре.       Она блефовала.       Родители это прекрасно понимали, как и Драко. Они ни за что не рискнули бы оставить ребёнка у Поттеров или кого-либо ещё.       — Всё, что потребуется, — пообещал отец.       Нарцисса мягко склонила голову на плечо Люциуса и нежно провела тыльной стороной ладони по пухлой щеке Волди.       — В этом огромном особняке стало слишком тихо без тебя, — проворковала она ему, а затем обратилась к Драко и Гермионе. — Вы ведь останетесь на ужин? Ах, кстати, это напомнило мне: мы тут заезжали в тот очаровательный супермаркет в Бристоле… Как же он назывался?       — Костко.       — Костко! — Нарцисса легонько хлопнула себя по лбу. — Мы купили те лакомства, которые он так обожает…       — Вот это стоящая сделка, — тихонько обронил Люциус в сторону Драко и Гермионы.       — Вы взяли ему фруктовые снеки? — с удивлением вскинула брови Гермиона.       Нарцисса кивнула в подтверждение и спросила, обращаясь к малышу:       — Хочешь пойти со мной на кухню за фруктовыми вкусняшками?       Лицо Волди мгновенно озарилось широкой улыбкой, он захихикал и потянулся ручонками к Нарциссе. Люциус опустил его на пол, и Драко наблюдал, как сын крепко хватает бабушку за руку и, шлёпая босыми ножками по мраморному полу, отправляется с ней в сторону кухни.       — Ах да, — Люциус сунул список в карман и поспешил следом. — Не забудь угостить его теми маленькими оранжевыми крекерами. Бесплатная дегустация была отменной…       Оставшись в гостиной вдвоём, Драко и Гермиона облегчённо выдохнули. Гермиона крепче прижалась к мужу, уткнувшись лицом ему в грудь, а Драко ласково гладил её по спине. Всё будет хорошо. Он об этом позаботится.       Теперь они снова могли вернуться к делам, зная, что сын под надёжной защитой. Ведь нигде в мире не было места безопаснее для Волди, чем поместье Малфоев, даже несмотря на то, что у дедушки порой бывает весьма импульсивный характер.

***

      На следующий день, едва Драко шагнул из камина, его встретил настойчивый стук в кухонное окно. С обратной стороны на него пристально смотрела рыжевато-бурая сова с посылкой в когтях. Недовольно хлопая крыльями, птица снова клюнула стекло.       — Иду, иду, — проворчал Драко, бросая портфель на диван и направляясь на кухню.       Он выудил из кармана сикль, сунул монетку в мешочек на лапе совы, ловко увернулся от её клюва и, недовольно поморщившись, отмахнулся. Забрав посылку, он захлопнул окно и, на ходу вскрывая пакет, пошёл на звук голосов в коридоре.       — Дорогая? — позвал он.       — Мы здесь, — отозвалась жена из ванной комнаты.       Из свёртка на пол выпала уродливая маска: вытянутое белое лицо с широко разинутым ртом и чёрными глазницами, уставившимися на него в ответ. Там же оказалась и маленькая чёрная мантия, явно детского размера. Драко поднял маску, хмурясь от жуткого вида этого аксессуара.       — Что это такое? — спросил он, заглядывая в ванную, где Волди радостно заплескался, приветствуя его. — Мы вроде бы… обсуждали вопрос маски Пожирателя Смерти, но это уж слишком жутко.       Гермиона стояла к нему спиной, но при его словах резко развернулась, бросив взгляд на то, что он держит в руках. Щёки её тут же вспыхнули, она стремительно подошла и выхватила у него посылку.       — Это не тебе! — прошипела она. — Это его костюм на Хэллоуин.       Драко удивленно поднял бровь:       — Его… что?       Гермиона нервно крутила резиновую маску в руках и отводила взгляд.       — Мы пойдём по домам за конфетами. С Поттерами, — пробормотала она.       — За конфетами? Это не кажется мне хорошей идеей. Выводить его на люди…       — Поэтому я и заказала маску. Никто не догадается, что это он, — быстро сказала она и с тяжёлым вздохом обернулась к Волди, который заворожённо разглядывал жёлтую резиновую уточку. — Ему скучно, Драко. Представь, он уже выдрессировал павлинов в поместье на целое цирковое представление с сальто и стойками на головах.       — Там он в безопасности…       — Я знаю, знаю. Но и с нами он будет в безопасности. Гарри не позволит случиться с детьми ничему плохому, даже если сам не в восторге от нашего малыша.       — Не знаю, Грейнджер… — с сомнением протянул он. — Мы могли бы просто снова оставить его у моих родителей, если ему так нужна социализация. Можно попросить домовых эльфов устроить раздачу конфет прямо на территории Мэнора.       — Мы не будем использовать эльфов для этого! — возмутилась она.       — Им бы это понравилось!       — Ни в коем случае. — Гермиона тяжело вздохнули и потерла виски. — Ему нужно общаться не только с нами и твоими родителями. Ему нужны сверстники. И он скучает по Лили! Волди уже две недели складывает из кубиков её имя. Мы не будем спускать с него глаз. Это всего пара часов!       Она подошла совсем близко, подняла голову, заглядывая ему в глаза с мольбой и тревогой.       — Пожалуйста, Драко?       Он провёл ладонью по её волосам и, закрыв глаза, тяжело вздохнул. Против этого «пожалуйста, Драко» — мягкого, с этими огромными умоляющими, оленьими глазами — у него не было защиты. Она могла уговорить его на что угодно, и они оба это знали.       — Ладно. Но только пара часов, а потом сразу под защиту охранных чар.       Он открыл глаза и увидел её ослепительную улыбку, которая всегда умела растопить его сердце. Она выскользнула из его объятий, сняла полотенце с вешалки, выловила из ванны мокрого Волди, чьи пальчики уже успели сморщиться от воды, и ловко завернула его.       Протиснувшись с закутанным малышом мимо Драко, Гермиона замерла в дверях и оглянулась через плечо.       — К вопросу о маске мы ещё вернёмся, — пообещала она.       Драко расхохотался, когда она скрылась за углом.

***

      — Давай, Драко. Мы опоздаем.       Драко не мог оторваться от собственного отражения. Поскольку всё последнее время он пропадал в Министерстве, выбор костюма он, не раздумывая, доверил жене.       И, как он теперь понимал, прогадал.       Он с досадой рассматривал себя в зеркале, щурясь на маленький розовый носик и круглые белые ушки, торчащие в его волосах. Обернувшись, он увидел длинный пушистый хвост, болтающийся на петле у пояса.       Гермиона в этот момент подошла, толкнула его бедром, чтобы занять место у зеркала, и поправила на голове остроконечную ведьмовскую шляпу.       — Хватит на себя смотреть. Мы должны быть у Гарри через пять минут, — сказала она, обернувшись к нему.       — Кем я вообще должен быть? — спросил он, сравнив её восхитительное чёрное платье со своими ослепительно белой рубашкой и брюками.       Она мило улыбнулась, встала на носочки и поцеловала его в щёку.       — Ты просто дьявольски обаятелен, вот кто ты. — с этими словами она развернулась и направилась в спальню, на ходу махнув рукой в сторону гостиной.       Драко покачал головой и вышел из ванной. Он обнаружил малыша у дивана — тот хлопал в ладоши и заливался смехом, наблюдая, как Живоглот пытается вспороть резиновую маску задними лапами.       Прогнав ворчащего живоглота, Драко спас маску от неминуемой гибели. Стряхнув с маски шерсть о брюки, он опустился перед Волди на одно колено.       — Слушай, малыш. Я знаю, что это неудобно, но тебе нужно сегодня надеть маску, — мягко сказал он, протягивая её Волан-де-Морту.       Тот хмуро взглянул на маску, поднял указательный пальчик и провёл им по лбу:       — Жарко.       — Понял, — кивнул Драко.       Драко вытащил палочку и наложил охлаждающие чары на внутреннюю сторону маски. Снова протянул её Волди, и малыш потрогал прохладную поверхность. Затем посмотрел на Драко и пожал плечами.       — Давай так: пока мы у Поттеров, можешь её не надевать. Но на улице придётся, хорошо? — Волди молчал, и Драко осторожно приподнял его за подбородок, чтобы встретиться взглядом. — Договорились?       Малыш сузил свои красные глаза, но кивнул.       — Ну что, готовы? — Гермиона вошла в гостиную, поправляя серёжку в виде паутины. Она подхватила Волди на руки и пощекотала ему животик, вызвав сдавленный, шипящий смешок.— Ох, ты сегодня будешь самым страшным на празднике, да?       Она повернулась к Драко и протянула свободную руку:       — Идём?       — Я всё ещё хочу узнать, кто я сегодня, — проворчал он, поднимаясь и сжимая её ладонь. — Я что, кот?       Гермиона лишь загадочно улыбнулась, бросила в камин горсть порошка и чётко произнесла:       — Площадь Гриммо.       Их закрутило в зелёных языках пламени, и мгновение спустя они вывалились из камина на кухне дома Блэков.       — О, Рон! Я и не знала, что ты тоже будешь! — воскликнула Гермиона, выходя из камина и обнимая Уизли, одетого в костюм огородного пугала. При этом Волди по-прежнему восседал у неё на бедре.       Драко заметил, как Рон слегка попятился.       — До сих пор с этим монстриком возишься, да? — ухмыльнулся Рон.       Драко расправил плечи от гордости, наблюдая, как его сын скалит острые зубки на рыжего, который осторожно обнял Гермиону одной рукой, стараясь держаться подальше от малыша.       — Давно мы всей семьёй не собирались, вот и решили выбраться из Норы, дать детям побегать, — продолжил Рон.       Он повернулся к Драко, поднося ко рту бутылку газировки, но тут же начал давиться от хохота, распыляя напиток по всей кухне. Драко поморщился и ловко увернулся от летящих капель.       Когда Уизли наконец отдышался, он поднял на Драко глаза, сгибаясь пополам от смеха:       — Привет, хорёк!       Брови Драко удивлённо поползли вверх, пока до него не дошло. Он потянулся к ушкам на своей голове и метнул предательский взгляд в сторону Гермионы. Она в ответ невинно поморгала, улыбнулась и упорхнула наверх, в гостиную, откуда доносился шумный смех.       Драко поспешил за ней, но обернулся, услышав новый взрыв хохота из кухни. Он увидел Рона, буквально валяющегося на полу без сил и тычущего в него трясущимся пальцем.       — У тебя хвост! — выдохнул тот сквозь слёзы.       Драко догнал жену в коридоре и перехватил её за талию.       — Ты вырядила меня хорьком? — прошипел он ей на ухо, игнорируя сверлящий взгляд красных глаз справа.       Гермиона тяжело вздохнула, резко развернулась и с решительным видом прижала его к стене, так что их лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга.       — Обстановка и так накалена. Гарри едва не угробил нашего сына и до сих пор не воспринимает его как нашего ребёнка. Костюм — это забавно, ясно? Просто прими это с улыбкой. Мы — милая семья в милых костюмах. Понял?       Драко сглотнул, встретив её тревожный взгляд, и кивнул. Волди, сияя, уткнулся лбом ей в плечо. Гермиона разгладила рубашку на груди Драко и мягко улыбнулась:       — Отлично. А ещё ты дьявольски обаятелен.       Её глаза скользнули к его губам, она прикусила нижнюю губу и теснее прижалась к нему. Затем глубоко вдохнула, довольно хмыкнула и упорхнула в гостиную, где её тут же встретили радостными возгласами. Драко потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и поправить брюки.       Пытаясь совладать с румянцем, залившим щёки, он вошёл следом.       В гостиной сновали рыжеволосые дети в самых разных нарядах, а Джинни безуспешно пыталась натянуть плащ на Альбуса. Поттер, прервав разговор с Гермионой, одарил Драко широкой ухмылкой.       — О, это слишком хорошо! — расхохотался Гарри.       Драко закатил глаза и направился прямиком к барной стойке. Ему срочно требовалась моральная подготовка к предстоящему вечеру. По пути он заметил спрятавшихся за диваном Волди и Лили, которые делили пакетик жевательного мармелада. Девочка при этом утопала в розовой балетной пачке, распушившейся вокруг неё словно облако.       Добравшись до цели, Малфой залпом опрокинул рюмку огеневиски, собираясь с силами перед бессонной ночью и неминуемым сахарным буйством детей.       В этот момент кто-то хлопнул его по плечу, и рядом возник Поттер в пожарной каске:       — Мы пойдём по маггловской части района, ради вашей же безопасности. Но тут палка о двух концах, знаешь… Если он вдруг что-то выкинет…       — Ему три года, Поттер, — с презрением отозвался Драко. — Что он может сделать? Показать кому-то язык?       Гарри пожал плечами:       — Мы до сих пор не знаем, на что он способен. Или… что он думает о магглах.       Драко с грохотом опустил стакан на стойку. Он уже собирался резко ответить, но тут вмешалась Джинни:       — Всё, пора выходить!       Дети радостно завизжали. Джеймс промчался мимо них на игрушечной метле в форме Кенмарских Коршунов, попутно сбив вазу с тумбочки.       — Джеймс Поттер! Я что говорила про метлу в доме? Убери немедленно! — крикнула Джинни через всю гостиную.       — Всё, меня вызывают, — пробормотал Поттер и кинулся ловить сына за рубашку, пока тот не скрылся от маминых строгих глаз.       Проводив их взглядом, Малфой нервно провёл языком по зубам и быстро опрокинул ещё одну рюмку огневиски, пока шумная стая детей выстраивалась у двери.       Гермиона помогала Лаванде пересчитать её выводок: Жестяного Дровосека, Трусливого Льва и какую-то лохматую собаку. Драко же заметил Волди — тот неуверенно переминался с ноги на ногу позади всех, комкая в руках маску.       Сегодня им обоим было не по себе.       Опустившись на одно колено перед сыном, Драко осторожно забрал у него маску.       — Помнишь, о чём мы договаривались? — мягко напомнил он. — Её нужно надеть, как только выйдем за порог. — Драко натянул резиновую маску на голову Волди, пряча за этим действием сочувственный взгляд. — И всё время держишь за руку либо меня, либо свою ма… Грейнджер.       Он выпрямился и протянул ладонь, но Волан-де-Морт проигнорировал жест. Вместо этого он ухватился за длинный хвост, свисающий с отцовского пояса. Драко и видеть не надо было, чтобы понять: под маской у сына сейчас расплылась ехидная ухмылка.       — Впрочем, сойдёт и так, — вздохнул он.       Гермиона наконец присоединилась к ним, подпрыгивая от нетерпения, и вручила Волди пустую наволочку:       — Ты рад, мой хороший?       — Мне кажется, ты радуешься больше него, — шепнул ей на ухо Драко, когда они вышли на улицу. — Из всех сладостей он всё равно ест только эти свои фруктовые жевалки.       Гермиона бодро пихнула его в бок.       — Ну, значит, нам достанется больше, — прошептала она с хитрой улыбкой.       На площади Гриммо кипела жизнь: дети носились в костюмах, а родители с вытаращенными глазами пытались за ними угнаться. Драко едва успевал уворачиваться от проносящихся мимо малышей, а его брюки то и дело съезжали вниз — настолько крепко Вольди держался за его хвост.       Они остановились на тротуаре у первого дома. Выводок Уизли-Поттеров с наволочками наперевес рванул вперёд, прямо к женщине, державшей пластмассовый котёл с угощениями. Лили протопала обратно к ним и протянула ручку:       — Пойдём, Волди!       Маленькая ладошка судорожно вцепилась Драко в ногу. Он посмотрел вниз, Волан-де-Морт пытался спрятаться за ним.       — Иди, приятель, — мягко подтолкнул его Драко в сторону девочки.       Волди нерешительно протянул ей руку, и Лили тут же поволокла его за собой по дорожке. Он оглянулся через плечо. То ли умоляюще, то ли проверяя, не бросили ли его. Драко так и не понял.       Он обнял Грейнджер за плечи, и они стали наблюдать, как их сын с каждым шагом ступает всё увереннее. Волди дождался, пока Лили протянет свой мешок, и повторил за ней, подпрыгивая на носочках, когда женщина притворно испугалась его маски и высыпала горсть конфет в наволочку.       — О чёрт, — пробормотала рядом Гермиона. — Она купила какие-то дешёвые непонятные конфеты.       — Миссис Малфой, вы теперь слишком аристократичны для простых сладостей? Неужели я наконец привил вам вкус? — поддел её Драко.       Она двинула его локтем под рёбра, а он притянул её к себе и поцеловал в макушку.       Сердце его на миг сжалось, когда он, всё ещё рассеянно улыбаясь, скользнул взглядом по толпе через плечо жены. Вдруг свет уличного фонаря блеснул на металле, и всего на секунду в людском потоке мелькнула маска Пожирателя Смерти с чёрными, как бездна, провалами глаз. Паника пронзила его, но в следующий миг прохожие закрыли обзор, а когда он снова посмотрел туда, то там уже было пусто.       — Что случилось? — спросила Гермиона, проследив за его застывшим взглядом.       Драко быстро моргнул, качнул головой.       — Показалось, — пробормотал он, пытаясь убедить в этом скорее себя, чем её.       Скорее всего, мрачная атмосфера праздника и обилие нелепых костюмов сыграли злую шутку с его воображением. Драко попытался прогнать дурное предчувствие, когда к ним радостно подбежали Волди и Лили, но липкое чувство тревоги не исчезало. Казалось, малыш тоже был на взводе.       К седьмому, десятому, а может уже и сотому дому Драко решил, что просто заразился нервозностью сына. Бедняга никогда раньше не оказывался в такой толпе. И даже если в нём действительно сохранились какие-то воспоминания Тома Реддла, опыт сбора конфет на Хэллоуин в этот список явно не входил.       Поэтому, когда Волди подошёл к Гермионе и жестами показал, что хочет пить, Драко лишь беспечно фыркнул. Он продолжил вести за собой «хорьковый паровозик» из оставшейся детворы, проводив взглядом жену, которая повела сына на соседнюю улицу к питьевому фонтанчику.       На очередной остановке у красивых террасных домиков, под щебет малышни и пьянящее чувство, что роль отца удаётся ему блестяще, он вдруг заметил краем глаза жуткое зелёное свечение.       — О, глядите, что там! — послышались возгласы проходящих мимо магглов. — Обалденно!       Кровь застыла в жилах Драко, когда он проследил за их взглядами. Там, в пугающе знакомой зелёной дымке, мерцал череп, из распахнутой пасти которого выползала змея.       Мир вокруг померк, остался лишь этот потусторонний свет, льющийся с небес. Липкая волна ужаса поползла по позвоночнику, и восхищённый гул толпы растаял, уступив место грохоту собственного сердца в ушах. Кровь вскипела. Метка парила прямо над соседней улицей…       Там, где были Грейнджер и Волди.       — Малфой!       Драко уже рвался сквозь возбуждённую, ничего не подозревающую толпу, не отрывая взгляда от неба. Нужно было слушать интуицию! Она не отпускала его весь вечер.       — Малфой!       Как они их нашли?       — Малфой! — голос Поттера прорезал звон в ушах. Он с силой толкнул его в грудь. — Не здесь!       Рука Драко сама метнулась к кобуре с палочкой. Все мышцы напряглись, готовые к рывку в сторону парка.       — Уйди с дороги, Поттер, — прорычал он, пытаясь оттолкнуть аврора.       — Малфой, это приказ: стоять! Ты не можешь броситься туда вслепую…       — Там моя жена и мой сын!       — Я знаю! — рявкнул Поттер, тоже нащупывая рукоять палочки. Он метнул быстрый взгляд на Рона, Джинни и Лаванду — те уже окружили детей плотным кольцом, ожидая команды. — Уводите детей в дом, — скомандовал он.       Уизли без лишних слов начали оттеснять малышей с улицы. Драко уже рванулся было в сторону парка, но Поттер снова перехватил его запястье.       — Нужно действовать скрытно. Здесь полно магглов.       — Так сделай же что-нибудь! — взревел Драко, вырывая руку. — У тебя есть полномочия, а мы теряем время!       Поттер нахмурился и зашептал заклинание, описывая палочкой широкую дугу. Эффект не заставил себя ждать: толпа, завороженно глазеющая на Морсмордре, вдруг зашевелилась. Люди начали растерянно оглядываться и расходиться, словно внезапно вспомнили о неотложных делах.       — Массовый Конфундус. Это ненадолго, но пару минут мы выиграли, — бросил Гарри.       Не дожидаясь конца фразы, Драко сорвался с места.       Воздух в парке вибрировал от магии, заставляя волосы на руках вставать дыбом, в нос ударил резкий запах озона и гари от заклинаний. Разноцветные вспышки плясали на кирпичных стенах, и сердце Драко пропустило удар. Он увидел их. Гермиона одной рукой яростно отбивала атаки Пожирателей, а второй прижимала к себе сына, пытаясь закрыть его своим телом.       Драко метнул оглушающее, но враг ушёл перекатом. Взметнувшаяся фонтаном земля с детской площадки дала Поттеру шанс выстрелить его фирменный Экспеллиармус, выбив палочку у одного из нападавших и заставив остальных на миг замешкаться.       Гермиона обернулась на шум, и её щит дрогнул. Для Драко время словно загустело: тёмно-синяя молния врезалась ей в предплечье. Лицо исказила гримаса боли, и она рухнула на колени.       В нос ударил запах палёной кожи. Кровь, стекающая с пальцев… У Драко потемнело в глазах. Они прошли вместе через ад войны, но впервые он видел на её лице такой страх. И всё же она не сдавалась: выронив палочку и прижимая простреленную руку к груди, второй она всё равно закрывала собой сына.       С рычанием Драко бросился в атаку. Заклинания срывались с палочки одно за другим, но чёрные мантии и серебряные маски смыкали кольцо. Врагов было слишком много для него и Гарри.       — Нам нужна подмога! Мы не выве… — голос Поттера прервался хрустом удара: шальной булыжник врезался ему в плечо.       — Гарри! — донёсся сквозь грохот крик Джинни. Поттер, пошатнувшись, инстинктивно выбросил щит в сторону голоса жены.       Драко перехватил взгляд Гермионы. Сдаваться было нельзя. Он атаковал яростно, заливая парк призрачным светом заклинаний. Врагов оказалось куда больше, чем ожидал Орден. Щит Гермионы над ней и Волди уже мигал, а на её лице ярость сменилась холодным упрямством.       Магия бурлила в венах, воздух вокруг трещал от напряжения. Он рвался вперёд, готовый умереть, но не позволить тронуть семью.       Плечи горели, голос сорвался на хрип, но заклинания летели одно за другим. Он почти добрался, когда голубое сияние щита внезапно угасло. Парк погрузился во тьму. Сердце Драко оборвалось.       — Гермиона! — Драко рванулся вперёд. Он готов был закрыть их собой, лишь бы не позволить врагам коснуться её или сына. — Гермиона, я иду!       Она попыталась встать, протягивая руки к ребёнку, но Волди лёгким движением отвёл её ладонь и шагнул вперёд.       — Что он творит? — крикнул Поттер, поравнявшись с Драко.       В этот момент над площадкой пронёсся хриплый приказ:       — Не стрелять!       Время замерло. В воздухе медленно оседали пыль и опилки, а в наступившей тишине звон в ушах стал оглушительным. Волди сглотнул. Его нелепая маска валялась на земле, а в свете фонаря сверкали ржаво-красные глаза.       Он коротко кивнул Драко, потом — Гермионе. Его крохотная ладонь коснулась её щеки, и страх в глазах матери сменился замешательством, а затем — леденящим душу осознанием.       Когда Волди обвёл взглядом полукруг Пожирателей Смерти, а затем посмотрел на Драко с Поттером, он больше не был тем малышом, которого Малфой научился любить. Этого выражения лица не было уже много месяцев, но сейчас, с горящими алым глазами и зловещей тенью, упавшей на черты, он снова стал Тем-Кого… они увидели в тот первый день в обносках Волан-де-Морта.       Поттер отступил на шаг, но Драко остался на месте. Кто бы ни стоял перед ними, каким бы пугающим он ни казался сейчас, где-то под этой ледяной маской всё равно был его сын. И судя по тому, с каким отчаянием Гермиона ухватилась за край костюма ребёнка, она чувствовала то же самое.       — Ты… подожди… стой… — прошептала она.       Но Волди лишь поднял руку, и ладонь Гермионы отбросило заклинанием. Он посмотрел на Драко, затем на неё, поднял маленькую ладошку к лицу и помахал из стороны в сторону:       — Прощайте.       А в следующее мгновение он резко вскинул руки к небу, и мир погрузился во тьму.