4

      Согласно нашей церковной доктрине, ты должен работать без устали. Подметать полы, вспахивать огород, собирать урожай, готовить и так далее и так далее. Всё это и не только ты должен уметь делать безупречно. Может, даже чуть лучше, чем безупречно.       Этому учат с ранних лет. Учат тому, как правильно стирать все виды тканей. Учат тому, как и из чего можно сделать раствор от жуков для растений. Учат тому, что нужно делать, если ночью на скот напали волки.       С самого детства.       Ты учишься, и это единственное, чему ты должен и чему можешь уделять время. Тут нет ни развлечений, ни времени на близких. Тут нет практически ничего.       Танцы, музыка — всё под запретом. Ты не можешь позвать соседского мальчишку поиграть с тобой. Тебе не разрешено в одиночку бродить по лесу и искать вычурные камни и палки, чтобы забрать их себе.       Вернее, искать то их можно, а находить нет.       Так и живём. Сироты, паломники и служители церкви живут в общине. Те, у кого есть семья — в выделенных им домах.       Мы просто живём. Те, кто постарше, всё время работают. Те, кто помладше, всё время учатся.       Нас учат тому, как правильно чистить колодец. В каком порядке ставить доски, чтобы из них получился курятник. Как молоть зерно для хлеба. Как и из чего варить домашнее мыло. До какой глубины копать канавы.       И никто не утруждает себя всякими проверками. Если ты плохо усвоил материал, это вскроется. Не сейчас, так потом. Это точно вскроется, можешь быть в этом уверен.       Нет смысла врать или учиться без надлежащего усердия. Если ты не знаешь, что сказано с первого по третий стих в двадцать втором Псалме, это твои проблемы. Тебе же от этого хуже.       Просто поверь.       Хуже — не то слово.       А потом, когда ты наконец-то научишься и всё запомнишь, ты просто начинаешь работать.       Ты работаешь утром. Ты работаешь вечером. Иногда ты работаешь даже ночью. Дел полно, а успеть нужно всё.       Можешь думать об этом что угодно, главное — делай.       Делай свою работу.       Сегодня тебе ещё нужно вычистить полы в церкви, вырвать все сорняки на морковных грядках, пришить себе пуговицу на рубахе, постирать всю одежду в доме и нарубить дров хотя бы на этот день. А ты только начал собирать яблоки.       И только попробуй сказать старейшине, что из-за всех этих дел ты забыл про причастие.       Но даже к такой жизни ты привыкаешь. А потом, как говорят некоторые, входишь во вкус.       Когда руки заняты делом, не остаётся времени на то, чтобы обо всём этом задуматься. Всё, что тебе рассказывают, ты принимаешь за абсолютную истину. Тебе рассказывают, а ты повторяешь. И вся жизнь превращается в бесконечный цикл. Ты просыпаешься. Ты работаешь. Ты засыпаешь. И по новой.       Разумеется, всё это с перерывами на еду.       К римлянам, глава двенадцатая, стих одиннадцатый:       «В усердии не ослабевайте; духом пламенейте; Господу служите».       Никто не утруждает себя всякими вопросами. Никто не спрашивает тебя, хлопая по плечу: «Ты не устал?» Не потому, что всем плевать, а потому, что никто не знает, что такое «устал».       Это — вся наша жизнь. Наша судьба и наша забота. Ты рождаешься. Ты умираешь. А то, что в промежутке — это работа.       Работай, пока не выдохнешься.       Работай, пока не откажут конечности.       Работай, пока от тебя ничего не останется.       Когда старейшина говорит напутственные слова, готовясь впустить тебя во взрослую жизнь, держа тебя за руку, ты чувствуешь, что являешься частью великого плана Творца. Ты чувствуешь, что благодаря твоим усилиям, благодаря твоему упорному труду что-то действительно может поменяться. Покидая церковь в тот день, будучи теперь шестнадцати лет от роду, ты чувствуешь, как бабочки порхают у тебя в животе.       Ты чувствуешь, что ты по-настоящему важен.       И это чувство не выветривается со временем. Просыпаясь ещё до рассвета, ты с невероятным рвением приступаешь к работе. Ты чистишь туалеты. Ты доишь коров. Ты собираешь опавшие листья. И хоть ты чувствуешь боль в мышцах, с твоего лица не сходит улыбка.       Всё, что тебе нужно сделать, записано в ежедневнике у старейшины. Утром ты подходишь к нему, и он говорит, какие у тебя сегодня обязанности.       Ты складываешь яблоки в корзину, одно за другим, и они не заканчиваются.       Ты понимаешь, что всё, что тебе светит — это до конца жизни собирать яблоки. Но ты не то чтобы этим обеспокоен. Можно даже сказать, что ты вполне доволен такой участью.       От Матфея, глава пятая, стих пятый:       «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю».       Ни у кого не возникает желания стать кем-то особенным. А всё потому, что мы все здесь особенные. Мы были избраны Богом, чтобы в конце вместе отправиться на Небеса.       В конце — это в конце жизни.       Нам твердят, что сама по себе жизнь — только предисловие к чему-то большему. Никто не знает, о чём конкретно речь. Никто оттуда не возвращался.       Но пока мы здесь и пока ещё живы, мы должны работать, не покладая рук. Так мы докажем, что истинно чисты и непорочны. Этим мы покажем, что верны Господу своему. Творцу. Создателю.       Собирая яблоки, ты фантазируешь о том, что делаешь это в Саду Эдема.       Вычищая туалет, ты фантазируешь о том, что на лопате у тебя — дерьмо ангелов.       Стоя на стремянке под палящим солнцем, ты думаешь о том, какой сегодня прекрасный день.       А потом кладёшь яблоко в корзину.       И ещё одно яблоко.       И ещё одно яблоко.       И ещё одно яблоко.       И ещё.       И так без конца.