Часть 8

Прошло несколько дней. Я сидела в номере отеля, скрестив ноги на кровати, и листала комментарии под последним видео. Два ролика - эксклюзивные кадры с гонки, закулисье Ferrari и интервью с Ландо - набрали почти пять миллионов просмотров. Подписчики были в восторге, но руководство F1 прислало мне письмо с “напоминанием о правилах аккредитации”. -Ты вообще спала эти дни? - раздался голос из двери. Милена стояла на пороге, загорелая после отпуска в Испании, с огромной сумкой через плечо и фирменной ухмылкой. - Как ты здесь? - я чуть не уронила ноутбук. - Ты пропустила три моих звонка, так что я купила билет и приехала сама, - Она швырнула сумку на кровать. - И, судя по твоим кругам под глазами, не зря. Я хотела возражать, но Милена уже рылась в мини-баре, доставая две баночки колы. - Так. Рассказывай. Почему пропустила пресс-конференцию? - Я... не готова была отвечать на вопросы,- я потянулась за колой. - После всего, что произошло... -Ага, а видео выкладывать - готова? Милена села рядом. - Ты же знаешь, что они ждут от тебя объяснений. Я вздохнула. Она была права. -Ладно, ладно, - Милена смягчилась. - Но сегодня вечеринка в яхт-клубе. Ты идешь? Я кивнула. - Тогда слушай план, она достала из сумки платье - короткое, черное, с открытой спиной. - Ты надеваешь это, делаешь пару сторис для хейтеров, а потом мы находим тебе симпатичного пилота и забываем про всю эту драму. Я засмеялась. -Шарль тебе уже не нравится? - О, он в топе списка. Милена подмигнула. - Но если он сегодня опять будет шептать тебе что-то загадочное - я лично вмешаюсь. Я покачала головой, но внутри почувствовала облегчение. Может, вечеринка - это именно то, что мне сейчас нужно. Без тайн. Без пропусков. Просто музыка, море и хорошая компания. Я нервно теребила край ноутбука, глядя на экран с опубликованным видео. “Закулисье Ferrari: как команда готовится к гонке” - нейтральное название, ничего компрометирующего. Но внутри меня все сжималось от противоречий. Милена, сидя рядом, внимательно изучала аналитику. -Триста тысяч просмотров за три часа? Неплохо, - отметила она. -Я вырезала все спорные моменты, - объяснила я, прокручивая ролик еще раз. -То, что Шарль показал мне в гараже - телеметрия после его аварии в квалификации - осталось за кадром. Опубликовала только общие планы работы команды. На экране механики Ferrari возились с машиной, Шарль в комбинезоне что-то обсуждал с инженерами. Ничего секретного, только атмосфера. Но... -А вот это? - Милена ткнула пальцем в момент, где в кадре мелькнул экран с данными. -Общие показатели. Никаких конкретных цифр, - я провела рукой по лицу. -Хотя Шарль настаивал, чтобы я показала все. Говорил, это докажет, что команда скрывает проблемы с управляемостью. Милена свистнула: -И ты ему отказала? Молодец. Хотя…- она перевела взгляд на мой телефон, - Макс-то что сказал? Я вздохнула. -Он прислал сообщение: “Полумеры никому не нужны”. Видимо, ожидал, что я выложу и его материалы про подвеску Red Bull. Милена хлопнула в ладоши, перебивая мои мысли: -Завтра вечеринка - вот что важно! Какой тебе смысл переживать из-за Макса и Шарля, если можно надеть это платье, - она трясёт чёрной тканью перед моим носом, - и устроить вечер без формул? Я нажала на паузу в видео и откинулась на подушки. - Ты правда думаешь, что всё решится само, если я просто пойду танцевать? - Нет, - Милена ухмыльнулась. - Но ты хотя бы перестанешь пялиться в экран, как зомби. Она бросила платье мне в лицо. - «Спонсоры F1» - это значит открытый бар, канапе и, возможно, пара пилотов, которые не будут обсуждать с тобой телеметрию. Я закатила глаза, но уголки губ предательски дрогнули. - Ладно. Но если там будет Макс… - Если там будет Макс, - перебила Милена, - ты скажешь ему, что журналистика - это не “всё или ничего”. А потом отправишься со мной к бару искать Шарля. Или Ландо. Или кого угодно, кто не смотрит на тебя, как на предателя. Она резко встала, потянулась и добавила: - И да, я уже проверила - Шарль в списке гостей. Так что никаких оправданий. Я задумалась. Может, она и права. Может, пора перестать прятаться в номере и хотя бы сделать вид, что всё в порядке. -Хорошо, - наконец сказала я. - Но если всё пойдёт наперекосяк… - Мы сольемся в толпу и уедем на первой попавшейся яхте, - Милена подмигнула. - Договорились? Я кивнула. Я потянулась за банкой колы, наблюдая, как Милена вываливает на кровать целый арсенал косметики - те самые редкие японские сыворотки и лимитированные палетки, которые невозможно просто так купить в магазине. - Ты вообще когда-нибудь переводишь дыхание? - спросила я, указывая на её переполненную сумку. - Вчера - Милан, сегодня - тут. Где завтра? Токио? Она лишь рассмеялась, ловко подкручивая тушью свои и без того безупречные ресницы. - Остановлюсь, когда Chanel перестанет выпускать коллекции прет-а-порте. Или когда мой инстаграм наконец обгонит Карли Клосс. Милена. Мы познакомились пять лет назад на показе в Париже - я тогда делала видео для модного журнала, а она вломилась за кулисы, сделала селфи с Натальей Водяновой и выложила с подписью “Ангелы Victoria’s Secret существуют. Но пьют шампанское, как все”. Вирусный пост, контракт с L’Oréal на следующее утро. Но главное - Милена не просто инфлюенсер. Она гуру фэшн-аналитики. - Кстати, - она бросила мне тюбик дорогого бальзама для губ, - ты в курсе, что твой любимый бренд готовит коллаб с тем самым спортивным лейблом? Я замерла. - Откуда у тебя такая информация? -Ох, дорогая, - она щелкнула языком, - у меня есть подруга в отделе закупок одной очень крупной платформы. Не буду называть имён, но... её кабинет находится ровно на два этажа выше главного офиса твоего “любимого дизайнера”. Я прищурилась. - И ты собираешься это опубликовать? -Пока нет. - Её губы растянулись в хищной улыбке. - Но если вдруг кто-то из их команды снова начнёт игнорировать мои запросы на сотрудничество... Ну, ты понимаешь. В этом и была суть Милены. Она никогда не начинала войну первой. Но если её игнорировали - ответ приходил мгновенно, элегантно и всегда со скриншотами. - Ладно, хватит шопинга, - она резко захлопнула миниатюрную палетку теней. - Сегодня вечер про тебя. И про то, как ты наконец перестанешь выглядеть, как героиня Достоевского после бессонной ночи. Я закатила глаза, но внутри сдалась. С Миленой спорить было бесполезно. Милена ворвалась в мой номер с тремя подарочными коробками в руках и криком: “Мы опаздываем!” - хотя вечеринка начиналась только через два часа. - Выбирай, - швырнула она коробки на кровать. - Первое - Versace, второе - Alaïa, третье - мой личный запас от Bottega. Я приподняла крышку первой коробки. - Это… очень коротко. -Это совершенно, - поправила она, уже нанося хайлайтер на скулы. - Ты же хочешь, чтобы Шарль, или кто там тебе сейчас нужен, забыл все свои гоночные проблемы? Я выбрала Alaïa - чёрное, облегающее, с открытыми плечами. Достаточно смело, но не кричаще. - Боже, ты скучная, - застонала Милена, застегивая на мне молнию. - Ладно, хоть туфли возьмёшь нормальные? Она протянула мне босоножки на шпильке от Amina Muaddi. **** - Ты вообще понимаешь, куда мы едем? - спросила я, пока Милена выкладывала сторис с нашими отражениями в окне. - Яхт-клуб “Марина”. Там сегодня тусовка от Parmigiani Fleurier, - она сделала многозначительную паузу. - Будет весь бомонд: наследники нефтяных состояний, пара олигархов-любителей искусства и… кое-кто из мира F1. -Ты же говорила, что это не связано с гонками! - Драгоценная, в нашем мире всё связано. Просто одни продают часы, другие - шины. Яхт-клуб «Марина». Место напоминало декорацию из «Великого Гэтсби»: белоснежные палубы яхт, мерцающие под светом гирлянд, бассейн с шампанским и толпа людей, которые выглядели так, будто сошли со страниц глянца. - О, боги, - прошептала Милена, замечая группу мужчин у бара. - Это же новые русские из списка Forbes. И… ой, а вот и твои пилоты. Она кивнула в сторону террасы, где Шарль Леклер в идеально сидящем Tom Ford что-то оживленно обсуждал с Ландо Норрисом. Рядом стоял Макс Ферстаппен - в темном костюме и с видом человека, который явно не хотел тут находиться. - План прост, - Милена наклонилась ко мне, поправляя мою прядь. - Ты делаешь вид, что не замечаешь их. Я заказываю нам мартини. Они сами подойдут. - Это не сработает. - Дорогая, - она усмехнулась, забирая у официанта два бокала. - Мои планы всегда срабатывают. И как будто по сигналу, Шарль поднял голову и посмотрел прямо на нас. Шарль замер на полпути к нам, будто вспомнив что-то, но Ландо оказался проворнее - он уже махал рукой, широко улыбаясь: - Ну наконец-то живые люди! А то я уже думал, мне весь вечер придется слушать, как Макс ругает канапе за недостаточно хрустящую корочку. Макс хмыкнул, но подошёл следом, неловко поправляя часы. - Выглядите... ярко, - процедил он, избегая моего взгляда. Милена тут же вклинилась между нами, протягивая мне бокал: - О, спасибо! Мы старались. Особенно для тех, кто ценит усилия. - Её взгляд скользнул по Максу, и он невольно поджал губы. Шарль наконец решился подойти: - Ты не отвечала на сообщения, - тихо сказал он мне, пока Ландо засыпал Милену вопросами про её туфли. - Я... — начало было вырываться у меня что-то про работу, но тут оркестр заиграл кавер на “Dancing Queen”, и толпа вокруг взорвалась аплодисментами. ***** - Вот и нашелся общий язык! - Милена звонко стукнулась бокалом с Ландо, который к этому моменту уже вовсю рассказывал, как однажды перепутал шампанское Veuve Clicquot с минералкой. Я наблюдала, как Шарль осторожно улыбается её шуткам, но его взгляд всё время возвращался ко мне. Макс же, стоя в стороне, методично уничтожал десерты, будто они лично его оскорбили. -Ты специально избегаешь разговора, - вдруг сказал он, когда Милена утащила Ландо танцевать. - Я не... - Выложила ролик, но вырезала главное. Пришла сюда, но прячешься за подругой. - Он отставил тарелку. - Игра в полутона - это не про тебя. Шарль нахмурился: - Макс... - Нет, пусть скажет, - я перебила, чувствуя, как наконец закипаю. - Ты хочешь правды? Хорошо. Я не готова сжечь все мосты ради твоих принципов. Да, я испугалась. Тишина. Даже Макс выглядел ошарашенным. И тут Милена, как вихрь, ворвалась обратно: - Боже, какие у вас кислые лица! Ландо только что упал в бассейн в смокинге за 10 тысяч евро, а вы тут копаетесь в психоанализе? - Она схватила меня и Шарля за руки. - Всё, хватит. Идемте танцевать. И о чудо - мы пошли. *** Милена, сбросившая туфли еще пять минут назад, теперь крутила бедрами под смех Ландо, который действительно оказался в бассейне — правда, лишь до колен, но с бокалом в руке и полным отсутствием сожаления. - Ты знаешь, что он выиграл пари, упав туда? - Шарль вдруг наклонился ко мне, пока мы наблюдали за этим безумием со стороны. - Поставил сто евро, что Милена не решится присоединиться. Я фыркнула, невольно представляя, как Ландо уговаривает её: “Да ладно, это же традиция!” - Они оба неисправимы, - пробормотала я, но Шарль вдруг поймал мою руку. -А мы? Его пальцы были теплыми, несмотря на лёгкий ветер с моря. Этот момент будто завис в воздухе - между смехом Милены и Ландо, плеском воды в бассейне и далеким шумом вечеринки. Вопрос Шарля звучал тише, чем нужно, но от этого только весомее. Я посмотрела на его руку, потом ему в глаза. В них было что-то неуловимое - может, вызов, а может, надежда. - Мы? - переспросила я, нарочито медленно. - Мы пока ещё слишком трезвые для таких вопросов. Шарль рассмеялся, но не отпустил мою руку. - Тогда, может, исправим это? И прежде чем я успела ответить, он уже тянул меня к столу с напитками, где Ландо, вылезший из бассейна, с торжеством разливал шампанское. Милена, босиком и с мокрыми локонами, кричала ему вслед: - Эй, это мои туфли теперь тонут! *** Макс исчез - то ли обиделся, то ли наконец нашел достойные канапе. Мы с Шарлем молча допивали мохито, когда к бару подлетел запыхавшийся блондин в смокинге с расстегнутым воротником. - Милечка! - он обнял мою подругу сзади, едва не опрокинув её бокал. - Ты же обещала мне танец! Милена закатила глаза, но улыбнулась: - Дима, ты опять пьян раньше всех. - Не раньше Норриса! - парировал он, кивая в сторону бассейна, где Ландо теперь размахивал бутылкой шампанского, окруженный восторженными девушками. Я приподняла бровь, изучая новоприбывшего. Высокий, с хищным профилем и дорогими часами на запястье - типичный представитель московской золотой молодежи. -Дмитрий, - представился он мне без всякого повода, целуя руку. - Старый друг Милены. И, кажется, ваш поклонник - смотрю ваши влоги. Шарль внезапно выпрямился, как струна. -Дима возит спонсоров в гонки, - пояснила Милена, ловко выдергивая руку из его захвата. - И вечно путает “личное” с “рабочим”. - Ой, да ладно тебе! - Дима громко рассмеялся, доставая из кармана сигареты. - Кстати, Лескюр (он нарочно коверкал фамилию), твой механик в Монако спрашивал... Шарль резко встал. - Нам пора. Шарль не стал ждать ответа. Его пальцы сомкнулись вокруг моего запястья крепче, чем я ожидала, и прежде чем я успела протестовать, он уже тянул меня за собой через шумную толпу. - Эй! -Милена обернулась, но Дима тут же перехватил её за талию, нарочито громко заявляя: - Ну куда ты, моя королева? Ты же обещала показать мне, как танцуют настоящие леди! Шарль даже не оглянулся. Он шёл быстро, почти резко, его плечи напряжены под тонкой тканью рубашки. Мы миновали бар, прошли мимо смеющейся группы моделей, и наконец вышли в более тихую часть яхт-клуба - закрытую террасу с видом на ночное море. Именно там, в тени пальм, за столиком с почти нетронутой бутылкой виски, сидел Макс. Он поднял глаза, когда Шарль буквально втолкнул меня в кресло напротив. - Вот и беглецы, - сухо заметил Макс, разглядывая наши разгоряченные лица. - Что, вечеринка надоела? - Заткнись, Ферстаппен, - Шарль схватил со стола свободный бокал и налил мне виски, хотя я не просила. - Мы тут кое-что обсуждаем. Макс медленно откинулся на спинку стула, изучая нас. - О, теперь “мы”? Минуту назад ты тащил её сюда, как полицейский нарушителя. Я перевела дух, наконец находя голос: -Хватит. Оба. - Мои пальцы сжали бокал так сильно, что костяшки побелели. - Если вы хотите выяснять отношения, делайте это без меня. Шарль резко обернулся ко мне: - Ты правда не понимаешь, кто этот Дима? - О, начинается, - Макс фыркнул, но в его глазах мелькнул интерес. - Он бывший инженер Haas, - продолжил Шарль, понизив голос. - Уволен за продажу данных. И теперь он тут, обнимает твою подругу, и случайно вспоминает про моего механика? Я замерла. - Милена... не знает, - медленно сказала я. - А ты уверена? - встрял Макс. - Потому что я видел, как они перешептывались у бара ещё до нашего прихода. Где-то вдаль доносился смех и музыка, но здесь, на террасе, повисло тяжёлое молчание. Шарль наконец сел рядом, его колено случайно коснулось моего. - Я не говорю, что она в сговоре, - прошептал он. - Но будь осторожна. Макс неожиданно толкнул ко мне свою визитку по столу. - Если что - звони. Без шуток. Бокал виски в моих руках казался внезапно слишком тяжелым, а его вкус - слишком горьким. Я сглотнула, чувствуя, как алкоголь обжигает горло, но это не могло заглушить хаос в голове. Милена. Дима. Продажа данных. Слова Шарля звенели в ушах, смешиваясь с далеким смехом гостей. Я сжала бокал еще сильнее, пытаясь собрать мысли в кучу. Неужели Милена могла...? Нет. Я знала ее слишком хорошо. Она могла быть резкой, циничной, даже безжалостной в своих статьях, но не предательницей. Но тогда почему она так легко общается с этим Димой? Шарль вдруг встал, его стул резко скрипнул по полу. - Мне нужно кое-что проверить, - сказал он, даже не взглянув на меня. - Подожди... - я протянула руку, но он уже отворачивался. - Макс, - Шарль кивнул в его сторону, - проследи, чтобы с ней все было в порядке. И прежде чем я успела что-то ответить, он растворился в толпе, оставив меня наедине с Ферстаппеном. Тишина. Только море где-то внизу шепталось с берегом, да музыка доносилась приглушенными ударами басов. Макс не спешил ее заполнять. Он просто сидел, медленно потягивая виски, его голубые глаза изучали меня с непривычной серьезностью. - Ты выглядишь так, будто тебя только что кинули в бассейн в одежде, - наконец произнес он. Я фыркнула, несмотря на себя. - Спасибо за поддержку. - Это не поддержка. Это факт, - он поставил бокал. - Ты вся напряжена, как перед стартом. Я опустила глаза. - Просто... не ожидала, что вечер так повернется. Макс неожиданно наклонился вперед, его локти уперлись в стол. - Слушай, я знаю, что мы не особо... ладим. Но если этот тип действительно влип в какие-то темные дела, а твоя подруга рядом... - он замолчал, выбирая слова. - Просто будь осторожна. В его голосе не было привычной едкости. Только... что-то похожее на заботу? Я подняла взгляд, встретив его серьезный взгляд. - Ты действительно веришь, что Милена может быть в этом замешана? Макс задумался. -Я верю в то, что люди часто не те, за кого себя выдают. В этот момент где-то за спиной раздался взрыв смеха. Я обернулась - Милена, сияющая, с бокалом в руке, что-то рассказывала Ландо. Моя Милена. Та самая, что прилетела через пол-Европы, потому что я пропустила три ее звонка. - Нет, - я покачала головой. - Не она. Макс ничего не ответил. Он просто протянул руку и налил мне еще виски. - Тогда выпьем за то, чтобы я ошибался. И мы выпили. Макс внезапно встал, резким движением схватив со стола полупустую бутылку виски. Золотистая жидкость плескалась внутри, ловя отблески луны. - Надоело тут. Пойдём. Его голос звучал как приказ, но в нем была странная нотка - почти просьба. Он даже не оглянулся, просто развернулся и направился к узкой винтовой лестнице, ведущей с террасы вниз, к частному пляжу. Я заколебалась на секунду. Где-то за спиной смеялась Милена, звонко и беззаботно, а Ландо пытался удержать равновесие на барной стойке, его смокинг теперь был наполовину мокрым от падения в бассейн. Шарль исчез уже больше получаса назад. Чёрт с ними со всеми. Я резко сняла туфли, почувствовав, как прохладный мрамор террасы касается босых ступней, и побежала за Максом. Ночной бриз ударил в лицо, пахнущий солью, свобода и чем-то ещё - может быть, далекими кострами на другом конце пляжа. Песок был прохладным и рыхлым, он просыпался между пальцами ног, заставляя меня непроизвольно замедлить шаг. Макс шел впереди, его силуэт четко вырисовывался на фоне лунной дорожки, растянувшейся по тёмной воде. Он не оглядывался, но я видела, как его плечи наконец расслабились - здесь, вдали от всех этих фальшивых улыбок и притворных разговоров. - Эй, Ферстаппен! - крикнула я ему вслед, поднимая подол платья, чтобы не намочить его в прибое. - Ты вообще знаешь, куда идешь? Он остановился, обернулся, и в лунном свете его лицо выглядело почти незнакомым - без обычной напряжённости, без той вечной готовности к бою. - Нет, - честно ответил он и поднял бутылку. - Но пока есть это - какая разница? Мы сели на влажный песок, где волны едва достигали наших ног. Макс открутил пробку и сделал большой глоток прямо из горлышка, затем протянул бутылку мне. - Правила простые: никаких гонок, никаких данных, никаких “а помнишь, в прошлом сезоне”... Я взяла бутылку, почувствовав, как стекло всё ещё хранит тепло его пальцев. - Только море и виски? -Только море и виски, - подтвердил он, и впервые за весь вечер я увидела, как уголки его губ дрогнули в чём-то, отдаленно напоминающем улыбку. Я закинула голову назад, делая глоток. Алкоголь обжег горло, но это было приятно - как вызов, как что-то настоящее среди всей этой показухи. -Знаешь, что самое странное? - сказала я, передавая бутылку обратно. - Я даже не знаю, как ты оказался на этой вечеринке. Макс хмыкнул, его глаза сверкнули в темноте. - Спонсоры. Обязательная программа. - Он сделал паузу. - А ещё... я знал, что ты будешь тут. Волна накатила ближе, брызги коснулись моих голых ног. Где-то вдали всё ещё играла музыка, но здесь, у воды, было слышно только наше дыхание и шепот прибоя. - И что, - я повернулась к нему, - это тоже часть “обязательной программы”? Макс не ответил сразу. Он смотрел на море, его профиль казался высеченным из мрамора в лунном свете. - Нет, - наконец сказал он тихо. - Это... личное. И в этот момент где-то за нами раздались шаги по песку… Я припдняла бровь, чувствуя, как солёные брызги оседают на коже. - Личное? - повторила я, намеренно растягивая слово. - Между нами? Макс откинул голову назад, его горло работало, когда он глотал виски. Бутылка блестела в лунном свете, как трофей. - Не делай из этого драму, -он протянул бутылку обратно, его пальцы слегка коснулись моих. - Просто устал от их фальши. Я приняла бутылку, чувствуя, как прохладное стекло контрастирует с теплом его прикосновения. - И что, я теперь твой спасательный круг от светских условностей? - Ты - единственная здесь, кто не притворяется, - он сказал это так просто, будто констатировал погоду. Волна накатила сильнее, окатив нас до колен. Я не стала отодвигаться. - Осторожно, Ферстаппен, - я сделала глоток, чувствуя, как алкоголь разливается теплом по груди. - Почти похоже на комплимент. Он повернулся ко мне, и в его глазах - обычно таких холодных - вдруг появилось что-то живое: - Не привыкай. Где-то вдали заиграла новая песня, но здесь, у воды, время будто застыло. Мы сидели плечом к плечу, передавая бутылку туда-обратно, два беглеца от блеска и лжи. Я резко поставила бутылку в песок, чувствуя, как виски колышется внутри. - Хватит. Макс нахмурился: - Что? - Вот это. - Я жестом обозначила пространство между нами. - То ты набрасываешься на меня за видео, то тащишь на пляж, то говоришь какие-то... полунамеки. Волна накатила снова, намочив подол платья, но мне было уже всё равно. - Я устала гадать, Ферстаппен. Ты меня ненавидишь? Резервируешь на чёрный день? Или это твой странный способ флиртовать? Макс замер. В его глазах мелькнуло что-то нечитаемое. - Я не... - Не морочь голову, - я встала, отряхивая песок с ног. Если хочешь сказать что-то - говори. Нет - оставь свои загадки для трасс. Он резко поднялся, догоняя меня за два шага. Его рука схватила моё запястье - крепко, но не больно. - Ты правда не понимаешь? Я развернулась к нему. Луна освещала его лицо, и впервые я увидела не холодную маску гонщика, а что-то другое. Что-то... человеческое. - Нет, - прошептала я. - Потому что ты никогда не говоришь прямо. Макс закрыл глаза на секунду, будто собираясь с мыслями. Когда он их открыл, в них горел странный огонь. -Ты сводишь меня с ума. Я застыла. - Я... что? - Ты. - Он шагнул ближе. - Своими вопросами. Своим упрямством. Своими чертовыми видео, где ты разбираешь каждую мою ошибку. Его дыхание было теплым на моём лице, пахло виски и мятой. - И да, - он продолжил тише, - возможно, это мой... странный способ флиртовать. Где-то вдали крикнула чайка. Музыка с вечеринки донеслась обрывками. А я стояла, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. - Вот видишь, - наконец выдавила я, - не так уж сложно было сказать. Макс усмехнулся: - Теперь ты довольна? Я посмотрела на его губы. На морщинки у глаз. На руку, все еще сжимающую моё запястье. - Пока нет, - прошептала я. Наши губы почти соприкоснулись, когда порыв ветра донес до нас солёные брызги. Я замерла, чувствуя, как его дыхание смешивается с моим - тёплое, с терпким послевкусием виски. Макс не торопился. Его рука скользнула с моего запястья на шею, пальцы запутались в моих волосах. Он наклонился ближе, но в последний момент остановился, будто давая мне шанс отступить. Я не отступила. Когда наши губы наконец встретились, мир сузился до этого момента: песок под босыми ногами, шум прибоя где-то рядом, его губы, твердые и настойчивые. Он целовал меня так, как ездил на трассе - без компромиссов, полностью отдаваясь процессу. Я вцепилась в его рубашку, чувствуя, как ткань мнется под пальцами. Он ответил тем же, притягивая меня ближе, пока между нами не осталось ни миллиметра свободного пространства. Мы разошлись только когда очередная волна окатила нас до колен, ледяная вода заставила нас вздрогнуть. - Черт, - прошептал Макс, его лоб прижался к моему. Я рассмеялась, чувствуя, как сердце бешено колотится: - Это ты сводишь меня с ума. Он ухмыльнулся, его глаза блестели в лунном свете: - Теперь ты точно довольна? Я прикусила губу, еще влажную от его поцелуя: - Пока нет. *** Его руки скользнули под мои бёдра, резко приподняв меня. Я вскрикнула от неожиданности, обвивая его шею ногами, пока он прижимал меня спиной к прохладной кирпичной стене. — Ты вообще планируешь меня отпускать? — прошептала я, чувствуя, как его губы скользят по моей шее. Макс лишь глухо засмеялся, его зубы слегка задели кожу над ключицей: - Нет. Его руки под моими бёдрами сжались сильнее, пальцы впились в плоть. Я закинула голову назад, цепляясь за его волосы, когда его губы снова нашли мои - жаркие, настойчивые, с привкусом виски и чего-то ещё, что заставляло меня терять рассудок. Где-то вдали гулко хлопнула дверь яхт-клуба, донёсся смех. Но здесь, в этом узком переулке, пахнущем морской солью и старым деревом, существовали только мы - его тело, прижатое к моему, его дыхание, сбившееся в такт моему, его пальцы, оставляющие следы на моей коже. - Макс... - я прошептала его имя, когда он наконец отпустил мои губы, переключившись на чувствительное место за ухом. - Ммм? - он даже не остановился, его голос был низким, хриплым. Я сжала его плечи: - Нас могут увидеть. Он наконец отстранился, его глаза блестели в темноте. - И что? Я открыла рот, чтобы ответить, но он снова захватил мои губы, на этот раз медленнее, глубже, словно хотел прочувствовать каждый миллиметр. Когда мы наконец разошлись, его руки осторожно опустили меня на землю, но не отпустили - одна всё ещё обвивала мою талию, другая придерживала за подбородок. - Теперь довольна? - его голос звучал хрипло, с легкой издевкой, но в глазах читалось что-то другое - что-то тёплое, почти уязвимое. Я провела пальцем по его нижней губе, чувствуя, как он замирает под моим прикосновением: - Пока нет. Его губы снова нашли мои, но на этот раз поцелуй был другим - медленным, почти нежным, словно он хотел запомнить этот момент. Когда мы разошлись, он всё ещё держал меня близко, его лоб прижался к моему. - Тогда, - прошептал он, его дыхание обжигало мои губы, - нам есть куда стремиться. Он разжал пальцы, отпуская мою руку, но не сразу - сначала провёл большим пальцем по моим костяшкам, словно запоминая их форму. - Спасибо, - прошептала я, не уточняя, за что именно. За этот вечер. За виски. За тёмный переулок, где он прижимал меня к стене так, будто больше ничего в мире не существовало. Макс молча кивнул, его глаза в свете уличных фонарей казались темнее обычного. Он не говорил банальностей вроде “было приятно” или “давай как-нибудь повторим”. Просто стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на меня так, будто видел впервые. - Тебе... - я сделала шаг назад, к свету вечеринки, - правда всё равно, если нас увидят? Уголок его губ дрогнул. - Я не из тех, кто прячется. Это прозвучало как обещание. И как предупреждение Я улыбнулась, поправляя растрепанные волосы: -Спасибо, я пойду, - она развернулась и не оглядываясь пошла в отель. Я развернулась и пошла, не оглядываясь. Шаги мои были быстрыми, почти беглыми, будто я боялась, что если замедлюсь - обернусь. А оборачиваться было нельзя. Потому что он всё ещё стоял там, на краю света от фонарей, и смотрел мне вслед. Я чувствовала его взгляд на спине - горячий, настойчивый, как его пальцы на моей коже всего несколько минут назад. Что я наделала? Ветер трепал мои волосы, смывая с губ остатки его поцелуя. Я машинально провела по ним пальцами, словно пытаясь стереть следы, но они не стирались. Как и воспоминание о том, как он прижимал меня к стене, как его дыхание смешивалось с моим, как он... Я резко встряхнула головой. Зачем я позволила этому случиться? Макс Ферстаппен. Человек, который последнюю неделю только и делал, что подсовывал документы, пытался поссорить с кем-то и вообще вёл себя так, будто мое существование его раздражает. А теперь... теперь он целует меня в тёмных переулках, как будто я ему нужна. Как будто он не может без меня дышать. Я резко остановилась у входа в отель, схватившись за холодные перила. Он вообще понимает, что делает? Или это просто игра? Ещё один способ доказать свое превосходство? Заставить меня потерять голову, чтобы потом... что? Насмехаться? Использовать? Лифт довез меня до этажа в гнетущей тишине. В номере я щелкнула замком и прислонилась к двери, закрыв глаза. На губах всё ещё горел его вкус. Я не должна была этого допустить. Но когда я открыла глаза и увидела в зеркале свое отражение - растрепанные волосы, раздувшиеся губы, рубашку, скомканную там, где его пальцы впивались в ткань, - я поняла одну простую вещь. Я не жалею. И это пугает больше всего.