В день рождения Ками звёзды сияли ярче обычного

День рождения Камиллы на Радостном Пригорке отмечали с размахом, которого деревня ещё не видывала. Бабушка Аграфена, оценив «исправившиеся» лица вампиров после клубного фиаско, махнула рукой: —Гулять так гулять, но чтоб культурно! И без драк! Карлхайнц, не приехав лично, прислал курьера с изящной шкатулкой. Внутри лежали старинные, тончайшей работы часы-кулон. «Чтобы измерять только счастливые моменты, моя дорогая невестка», – гласила записка. Камилла, обычно не склонная к сантиментам, на секунду замерла, тронутая. Девушки подарили ей собственноручно сшитую сумку-хобо из яркого ситца (идея и исполнение – Лиана и Алиса) и толстый блокнот для зарисовок (от Насти и Саши). Парни подарили букет цветов и коробку кислых мармеладок, по наставлениям своих невест. Аграфена Ивановна, выпив за именинницу две стопки своей ядрёной настойки, бодро объявила: «Старухе пора на боковую, а вам, молодняк, – не скучать!» – и удалилась, оставив молодёжь наедине. Вампиры, помня ужас своего похмелья, вели себя осмотрительно. Они пригубливали вино, больше наслаждаясь видом и запахом. Шу сидел в кресле-качалке, наблюдая за Лианой с тем же спокойным внутренним удовлетворением. Рейджи вёл неторопливую беседу о сортах яблок с… ну, в общем, сам с собой, но Настя его периодически поддакивала, строя рожицы. Аято и Субару устроили тихое соревнование по поеданию солёных огурцов на скорость. А вот девушки… Девушки решили, что хватит быть благоразумными. Вино, домашнее, сладкое и коварное, лилось рекой. И с каждой рюмкой их характеры раскрывались во всей своей… оригинальности. Настя была сгустком озорной энергии. Она, красная от вина и смеха, устроила «полосу препятствий» в доме, бегая от дивана к столу и обратно, и попыталась втянуть в это Рейджи. – Давай, Поттер, посмотрим, кто быстрее до печки добежит! – кричала она, уже слегка заплетающимся языком. Рейджи, смерив её взглядом, изрёк: «Бег без цели – удел насекомых», но в уголке его рта дрожала усмешка, когда она, споткнувшись о коврик, едва не приземлилась ему на колени. Лиана превратилась в ценительницу искусства. Она устроила «вернисаж», показывая всем подряд узоры на занавесках и доказывая Аято, что тот красил забор «в диссонансе с аурой дома». Аято, ухмыляясь, соглашался. — Ты права, надо было взять цвет хаоса, он бы всё объединил! Саша стала невыносимо сентиментальной. Она обнимала всех подряд, плакала о судьбе коровы Зорьки —Она так одинока! И пыталась научить Субару вязать носки. Альбинос, к всеобщему шоку, покорно держал клубок, пока его пальцы не запутались в пряже намертво. Алиса же обнаружила в себе талант пародистки. Она изображала Карлхайнца, читающего лекцию о пользе замужества, и Аято. — Морковка... Великий Я... — и тому подобное, глядя на изумлённое лицо жениха. А Камилла… Камилла, именинница, была душой компании. Она не сидела на месте. Она танцевала на крыльце под музыку из старого транзистора, затягивала всех в хоровод (Шу отбивался, как от нападения, но его утащила Лиана), рассказывала невероятно смешные и слегка похабные анекдоты, от которых даже Рейджи фыркал в бокал. Она была раскованной, сияющей, такой, какой её здесь ещё не видели. Они танцевали под дурацкую музыку с телефона, смеялись, и Райто не отпускал руку Ками. А когда вино окончательно победило бдительность, и гости начали разбредаться по углам. Шу сидел с мирно сопящей Лианой, Аято и Алиса спорили о чём-то, как обычно, а Рейджи уговорила Настю сыграть с ним в шашки. Райто и Камилла оказались одни на крыльце, под звёздным небом. Было прохладно, пахло полынью и свободой. Они молча смотрели на звёзды. — Я всё думал, советовался с Лианой и Алисой, что тебе подарить, — начал парень, глядя на Ками. — В итоге, сам подумал, чего бы ты хотела и решил купить что-то банальное. Он достал из кармана маленькую шкатулку и открыл её, внутри которой был серебряный браслет с буквой К. — Все искал в городе приличный ювелирный магазин, — как будто пытался он оправдаться, боясь, что его подарок не по нраву. Но Камилла с благодарностью улыбнулась ему и сказала, что это лучший подарок на её совершеннолетие. И тут их осенило впервые за день. Ками исполнилось 18, а это значит, что они сыграют свадьбу самыми первыми? Но сейчас им было лень думать об этом. — Ты знаешь, — сказала Камилла, её голос был немного заплетающимся, но ясным. — Я не жалею ни о чём. Ни об этой деревне, ни об этой дурацкой ситуации. Ни даже о тебе. Райто вмиг усмехнулся и покачал головой. — Я тоже. Она повернулась к нему. Её глаза в лунном свете сияли, как две пойманные звезды. И он поцеловал её. Это был не осторожный, не нежный поцелуй. Это был пьяный, звёздный, смелый поцелуй, полный вкуса вина, вишнёвого пирога и чего-то совершенно нового. Камилла ответила ему без колебаний, обвив руками его шею. Она не жалела. Ни капли. А в доме, выглядывая из окна, Рейджи и Аято наблюдали за этой сценой с одинаковыми глупыми улыбками. — Романтично, — неожиданно выдал Рейджи. — Идиотски, — поправил Аято, но беззлобно. А на крыльце, под бесчисленными глазами вселенной, двое людей — один, считающий звёзды, и другая, способная их зажечь, — открывали для себя новую, неизведанную орбиту. И пусть завтра будет похмелье, стыд и куча неразберихи — в эту ночь под деревенско-звёздным небом всё было Утро было тихим. Девушки просыпались с тяжёлыми головами и смутными, но тёплыми воспоминаниями. А вампиры, готовя им рассол и крепкий чай, переглядывались с лёгкой, понимающей усмешкой. Теперь они знали: их невесты умеют буянить не хуже, а главное – даже в пьяном угаре могут совершать очень трезвые поступки. И что поцелуй под вишней, даже пьяный, может стать самым ясным компасом из всех возможных.