Глава 39 “Номер с исчезновением”

Гермиона и Драко, держась за руки, стремительными шагами шли по подземелью в сторону лестницы. До них уже доносились звуки борьбы, означающие, что Орден на месте, а Пожиратели больше не спят. Как вдруг сквозь них прорвался истошный крик: — Почему вы не на своем посту? Вы что, пьяные?! От этого вопля, кажется, содрогнулись даже стены. — Это была Беллатриса? Малфой кивнул. — Да, змеиные фанаты решили устроить небольшой междусобойчик в честь предстоящей победы. По всей видимости, у них есть своя Джинни, подстрекающая их на вечеринки. — Неожиданно… — Но приятно. Нам это определенно на руку. В этот момент Лестрейндж вновь закричала: — Найдите мне мальчишку Поттера! И Грейнджер с Малфоем перешли на бег. Они ворвались в главный холл, на ходу стараясь оценить обстановку. То тут, то там орденовцы обменивались не особо любезными проклятиями с Пожирателями. Среди всего этого безумия, словно балерина, крутилась Беллатриса, отражая атаки и нанося урон в ответ. Ее сумасшедшие глаза с пытливостью ястреба сканировали пространство в поисках Гарри, которого не было видно среди сражающихся. На них в первую же секунду набросился Пес в неровно надетой черной металлической маске, и Драко откинул его резким взмахом палочки, пока Гермиона отразила летящее проклятье с помощью Протего. — Какой у нас план? – Малфой не был уверен, что его вообще слышно сквозь окружающую какофонию. Грейнджер судорожно огляделась, рефлекторно пригибаясь ближе к полу. — Я вижу Нимфадору. Давай попробуем пробиться к ней. Он тоже заметил Тонкс. Та в компании с Невиллом и Роном отбивалась сразу от нескольких Пожирателей недалеко от входа. Им придется пересечь огромный вестибюль, чтобы добраться до них. Натасканные на тренировках, они работали в паре почти как одно целое: Драко атаковал каждого, кто приближался к ним хоть немного, пока Грейнджер прикрывала себя и его щитом. В такой неудержимой заварушке ему еще не приходилось участвовать, и он только сейчас понял, зачем его жесткая кузина так свирепо гоняла молодых волшебников по физической подготовке – их прикончили бы в первые пять минут из-за элементарного отсутствия выдержки. — Племя-я-янничек, ты ли это? И опять не предупредил о своем визите! Кому и удавалось привлечь к себе внимание даже несмотря на оглушающий шум, так это Беллатрисе. Малфой обернулся. Безумная тетка уже стояла на самой верхней ступени первого пролета, точно дирижер всей этой вакханалии. Она была далеко, но расстояние никогда не мешало ей источать непредвиденную опасность. И Драко действительно опасался. — Снова не соизволил поздороваться, как грубо! Не подскажешь, где твой новоявленный избранный друг? Его губы презрительно скривились. — Да пошла ты, – ответил он тихо, даже не стараясь быть услышанным. – Давай, Грейнджер, двигайся. Они лавировали между Пожирателями и орденовцами, стараясь не оставлять спину открытой, постоянно озираясь и с трудом успевая отражать агрессивные нападки. Черта с два он приблизится к Лестрейндж даже под угрозой Авады. Им осталось пройти ровно половину, и предстоящий путь ощущался как гребаный марафон, хотя они и так преодолели не мало. — Осторожно! Недалеко раздался чей-то знакомый окрик, и Малфой слегка замедлился в попытке понять, от кого тот исходил и о чем предупреждал. Над головой что-то затрещало, и он вздернул подбородок вверх, а затем почувствовал, как его глаза расширяются без его участия. На них стремительно неслась гигантская тяжеловесная люстра из серебра и тысячи переливающихся камней. Зрелище было столь же красивым, сколь и пугающим, но любоваться времени не было. Драко схватил Гермиону за руку и с силой толкнул ее вперед, отчего она с глухим ударом упала на мраморный пол и проскользила по инерции дальше. Он сделал шаг, не понимая, успевает ли убраться из зоны поражения. Но его пятка едва успела коснуться каменной поверхности – в спину пришелся болезненно острый импульс, и Малфой отправился в полет вслед за Грейнджер. Она схватила его за предплечья и потянула на себя, неуклюже отползая назад. В следующее мгновение от стен отразился грохот такой силы, что сердце Драко пропустило удар. Грудь поднималась и опадала, с губ срывались тяжелые вздохи. Он перехватил руки Гермионы, нависая над ней. — Ты в порядке? Но она не смотрела на него. Янтарные глаза, ставшие почти черными от расширившихся зрачков, в ужасе впились во что-то за Малфоем. Он обернулся и тоже застыл в оцепенении. Посреди холла, раскрошив часть пола и пустив по нему паутину из трещин, поломанной грудой лежала люстра таких размеров, что было даже странно видеть ее не в жилище великанов. А под ней… Драко замутило. Его накрыло дикое желание отвернуться или хотя бы закрыть глаза, но почему-то он не мог воплотить в жизнь ни того, ни другого. Трое Пожирателей оказались раздавлены, представляя из себя бесформенное кровавое месиво. Но больше всего притягивали взгляд не они. Эрни. Эрни Макмиллан. Тот самый забавный хаффлпаффец с вечеринки у Флер и Билла. Он лежал, почти полностью погребенный под искореженным металлом, протягивая руку в их сторону. Его рот был открыт и по-рыбьи двигался, хватая воздух, а с уголка вытекала совсем не маленькая струйка крови. Вокруг головы Эрни уже успела собраться приличная багряная лужица. Грейнджер пришла в себя первой. Она рванула к Макмиллану, попутно вытирая рукавом текущие по лицу слезы. “Он вытолкнул меня?” Малфой подполз к спасшему его Эрни, не веря, что это действительно произошло. Что из-за него в очередной раз умирал человек. Аккуратно поглаживая Макмиллана по пшеничным взъерошенным волосам, Гермиона обернулась и обратилась к Драко: — Что у тебя осталось из зелий? Крововосполняющее? Оно должно помочь. Потянувшись к карману, Малфой остановился на середине пути. — Драко! – Грейнджер в нетерпении вскинула руку. – Ну же, быстрее! — Поздно, Грейнджер. Рот Эрни перестал двигаться, а светлые глаза остекленело уставились в противоположную стену. Гермиона судорожно всхлипнула, нежно закрыла веки и вытерла пальцем остатки крови с уголка его рта. Внезапно Драко вздрогнул от мощности воздействия на барабанные перепонки. Его взгляд метнулся к источнику этого мерзкого звука. Беллатриса безудержно хохотала. Самозабвенно. С наслаждением и глубоким безразличием к тому, что несколько минут назад так зверски убила своих же. — В следующий раз я не промахнусь! – пророкотала она со своей смотровой площадки. Гермиона перешла на шипение, и Малфой еще не слышал от нее настолько убийственной интонации: — Клянусь, я убью эту суку (как сказали бы спустя почти тридцать лет после разворачивающихся событий: скриньте). О, это желание было у них абсолютно взаимным. Драко больше не мог смотреть на умершего Макмиллана. Он поднялся и помог встать Гермионе, очищая ее руку о свой джемпер. — Давай, Грейнджер, иначе мы будем следующими. Эта фраза оказалась пророческой, потому что лицо Гермионы исказилось от болезненной гримасы, и она прижала ладонь к обратной стороне левого плеча. Из палочки Малфоя тут же выстрелил луч ответного заклятия, и очередной Пес свалился деревянной куклой к их ногам. — Сильно ранили? Он наклонился, чтобы оценить масштабы ущерба, и увидел прожженный рукав и поврежденный участок кожи. — Ничего серьезного, – отмахнулась Гермиона. Рана и правда не выглядела, как что-то опасное, но от Драко не укрылось, что аккуратные брови свелись к переносице вовсе не из-за свойственных ей глубоких размышлений. — Уверена? У меня еще осталось Обезболивающее зелье. — Прибережем для более серьезного случая. Он надеялся, что такого в обозримом будущем не представится. Драко спешно осмотрелся. Тонкс и Лонгботтом за это время успели переместиться ближе к заброшенному коридору, рядом с которым было больше ПСов, чем в других местах, а Уизли куда-то испарился. Малфой махнул рукой с древком в сторону двух орденовцев. — Нам туда. И они продолжили прорубать себе путь сквозь Пожирателей. Не успев обрадоваться, что они все же достигли своей цели, почти не пострадав, Драко чуть не отхватил какое-то проклятие прямо промеж глаз. — Какого Мерлина вы так подкрадываетесь?! – возмутилась растрепанная Тонкс с ярко-красными волосами и хищным блеском в радужках. Но ее тон тут же сменился с возмущенного на радостный. – Гермиона! – Нимфадора сгребла кудрявую ведьму в охапку, пока Малфой и Лонгботтом прикрывали их. – Ты жива! Я думала, Малфой отправит тебя в лазарет. — Ага, попробуй ее туда отправить. Грейнджер одарила его яростным прищуром. — Как я могла бросить вас, Дора, – и, проигнорировав тихое “легко, блядь, и просто”, донесшееся со стороны Драко, продолжила. – Что от нас требуется? Их разговор постоянно прерывался на пожирательские атаки, но Тонкс так играючи отправляла приспешников Безносого Хрена в полет, что это было больше похоже на маггловский парк развлечений, чем на сражение. — Сегодня ублюдки дерутся особенно паршиво, – раздосадованно проворчала она, так и не ответив Гермионе. Драко про себя вздохнул с облегчением от мысли, что им достался упрощенный вариант столкновения, но вслух сказал другое: — Потому что они надрались еще до вашего прихода. — О чем ты, Малфой? — Судя по тому, что я видел перед тем, как снять защиту, большая часть из них решила заранее отметить скорую кончину нашего любимого очкарика. — Ты шутишь?! — Даже мой мозг не смог бы выдумать подобное (как хорошо, что у автора мозг работает иначе). Нимфадора заливисто рассмеялась, но Грейнджер прервала ее веселье, возвращая всех к более насущным вопросам: — Дора, так какой план? — Кингсли, Гарри и Минерва ушли вскрывать защиту Риддла. Они проскользнули первыми до того, как мы устроили здесь представление. Наша задача – найти и уничтожить змею, по дороге перебив как можно больше ублюдков. Я немного застряла тут, но Рон и близнецы точно пробились дальше. Где остальные, понятия не имею, но у каждой группы есть по клыку. Драко выставил перед Гермионой, отвлекшейся на Нимфадору, щит и запустил в нападающего Оглушающим. — Если бы меня спросили, где гребаное пресмыкающееся, я бы поставил на это место, – он подбородком указал на дверь, находящуюся от них в паре сотен дюймов. — Мы думали об этом, – Тонкс кивнула. – Как раз продвигались с Невиллом в ту сторону. Лонгботтом отсалютовал им палочкой, предпочитая не тратить энергию на открытие рта (а как же обнимашки?). — Вчетвером управимся быстрее. Квартетом они и правда двигались гораздо оперативнее, несмотря на повышенную концентрацию приспешников Волдеморта на пути. За каких-то десять-пятнадцать минут отделявшее их пространство от заброшенного коридора было преодолено, и, нейтрализовав последнего на пути Пожирателя, Драко легко открыл проход. — Ты же говорил, он заперт, – в голосе Нимфадоры проскользнули нотки недоумения. — Теперь в этом доме все подчиняется мне. — Что ты..? – начала было Гермиона, но он перебил ее. — Потом. Проходите же. Они вкатились в пустующее пространство, отрезая с помощью двери, как они надеялись, дорогу для незваных гостей. — Мерлин, да здесь дышать нечем! – воскликнула Тонкс, при этом абсурдно зажимая нос пальцами. — Темная магия, – выдал первую с момента их столкновения реплику Невилл. — Когда мы перемещались сюда три дня назад, такого не было, – Гермиона поморщилась, оглядываясь по сторонам. — Поэтому я и решил, что крестраж может быть здесь. Они рассредоточились по парам с двух сторон, отпирая каждую дверь и углубляясь все дальше по коридору. В ближайшей ко входу комнате обнаружился все тот же пожирательский бедолага, которого Драко вырубил в самом начале этого увлекательного вечера. Он уже пришел в себя, но все еще находился под Инкарцеро и был лишен способности говорить. Гермиона недоуменно посмотрела сначала на связанного, потом на Малфоя. Последний лишь пожал плечами и приложил ПСа Петрификусом со словами: "Пускай еще немного полежит". Хотя, если это немного в итоге затянется, вряд ли кто-то расстроится так уж сильно. Остальные помещения не таили в себе ничего интересного, кроме укрытой некогда белой тканью мебели и пыли. Возможно, Малфой все-таки ошибся, и это была лишь самая обычная невостребованная часть поместья. Но где-то внутри свербило ощущение, что цель все ближе. Осталось последнее непроверенное помещение, прямо напротив каморки, которую Драко использовал в качестве точки аппарации. Нимфадора дернула ручку, а затем еще раз, прикладывая больше усилий. — Не открывается. — Давай я. Малфой толкнул деревянное полотно, но оно не поддалось. Тогда он освежил надрез на ладони и попробовал снова. Ничего. — Да быть того не может, – непонимающе проговорил Драко. – Как мне может не поддаваться магия Малфоев? За их спинами что-то хлестко ударилось о стену, и Грейнджер рядом с ним подпрыгнула на месте. — Потому что это не магия Малфоев, – дверь с громким хлопком вновь отрезала их от главного холла. – Это моя магия. В противоположной части коридора с жуткой улыбкой стояла Беллатриса, играясь палочкой. Она насмешливо оглядела их четверку, словно недоразвитых взбалмошных детей. — Ты все же нарушил свое слово, гадкий мальчишка, – глаза, сияющие чернотой и безумием, взяли в ловушку затянутые тонкой коркой льда окклюменции глаза Драко. — Ты не тот человек, ради которого стоит выполнять обещания. — Ауч, – рука с длинными острыми ногтями потерла грудь от фантомной боли. – Эта рана еще не скоро затянется на моем сердце (автор сильно сомневается, что оно там вообще есть). Ну, раз любящей родни из нас не вышло, думаю, ты не обидишься, если я сделаю так. Лестрейндж выпустила красный луч, целясь в торс Драко, и они бросились в рассыпную. Пространство заискрилось от непрекращающихся разноцветных проклятий. Лоб Малфоя покрылся потом от необходимости постоянно уворачиваться – его тетка не особо жаловала заклинания, от которых можно защититься банальным Протего. Кажется, его долг перед Тонкс возрос до размеров целого алкогольного хранилища. Где-то сбоку закричал Лонгботтом от попавшего в него Круциатуса, но, слава Салазару, это не продлилось долго – Беллатриса тут же переключилась на новую цель. Бомбарда Максима, отправленная им, взорвала вместо ненавистной гарпии, прикидывающейся ведьмой, часть стены, и в его голове стрелой промелькнула мысль о том, что вообще в конечном счете останется от Мэнора после этой ночи. Гермиона упала, и Драко поспешил к ней на помощь, едва успев оттянуть их в сторону от зеленой вспышки. Лестрейндж же даже не выдохлась, порхая по коридору смертоносной нимфой. Уровень сложности сражения повысился слишком быстро за счет одного единственного человека, если, конечно, его тетку вообще можно было отнести к одному с ними виду. Сразу за зеленым полумрак коридора озарило красное свечение, ему показалось, что проклятие угодило куда-то в лопатку, но он не почувствовал ничего, кроме волны тепла, растекшейся по телу. — Драко! В тебя попало?! — Нет, прошло мимо… – неуверенно сказал он, но Беллатриса не дала его мыслям развернуться. — Какие вы забавные, детишки, – хохотнула она. – Забавные и слабые. Малфой и правда стремительно слабел. Краем глаза он видел, что остальные ощущали себя немногим лучше. Невилл заметно побледнел после кратковременного Круцио, Грейнджер после падения начала хромать, и даже Нимфадора теперь двигалась гораздо медленнее, чем несколько минут назад. Вероятнее всего, они умрут в этом коридоре. И оставалось только надеяться, что остальным хватит сил справиться без них. Драко не хотел умирать. Совсем не хотел. Но не то, чтобы у него был выбор в этом вопросе. Вся его жизнь крутилась вокруг отсутствия выбора. И вот, когда он наконец нашел в себе смелость принять собственное решение, смерть дышала в его платиновый затылок. И в затылок его кудрявого решения. Несправедливо? Пожалуй. Но мир – самая несправедливая штука из возможных. Судьба-сука, всегда такой была. С чего бы ей вдруг перемениться к его трусливой персоне сегодня? “И какого хуя Грейнджер меня не послушалась? Я точно найду ее на том свете и прикончу еще раз”. Со стороны этой самой своенравной Грейнджер до Малфоя донеслось что-то похожее на: “Как же ты меня достала, ополоумевшая сука”. Он не успел даже бросить быстрый взгляд в сторону Гермионы, поддавшейся его привычке сквернословить, как из ее палочки высвободилось что-то оранжевое, обдав бледную щеку обжигающим порывом воздуха. “Мне почудилось, или это..?” — Гермиона, ты с ума сошла?! – закричала Нимфадора не своим голосом, и Драко понял, что нихрена ему не почудилось. Крик Тонкс сменился душераздирающим воплем Беллатрисы, тело которой с запредельной скоростью пожирало пламя. Адское, мать вашу, пламя. На ее лице царствовала настоящая агония. Малфой в полнейшем шоке наблюдал за неистовством стихии над человеческой природой, когда его привел в чувство громкий оклик: — Драко! Шевелись!!! Грейнджер уже подскочила к той самой двери, которую они так и не смогли открыть, и с выражением обезоруживающей мольбы на лице повернула ручку. Та поддалась, и они вчетвером вбежали в комнату, запираясь изнутри. — Ставьте щит на дверь и стену, быстро!!! Действуя на автомате, Малфой навел древко на деревянное полотно, вкладывая в силу заклинания всю доступную из оставшейся энергию. С обратной стороны что-то ударило, и температура резко возросла. Все тело взмокло, по спине заструились крупные капли пота, а пряди противно налипли на лоб. Рука Драко затряслась от напряжения, но он не опустил ее. А потом все закончилось также внезапно, как и началось. Он согнулся пополам, упираясь ладонями в колени, чувствуя, как его начинает потряхивать от отступающей волны адреналина. Ментальные щиты едва держались, и в этом они были сейчас поразительно схожи. — Ты совсем рехнулась, Гермиона?! Какого черта только что было? – очевидно, Нимфадора оклемалась первой. – Ты хотела зажарить нас?! — Я просто импровизировала, – голос Гермионы стал еле слышным и заметно дрожал. — Импровизировала?! Драко соскреб крупицы со дна ресурсной чаши, распрямился и сделал шаг в сторону Грейнджер. — Не ори, Тонкс, – он прижал ее к себе в защитном жесте. – Она спасла нам жизнь. — Спасибо, Гермиона, – Невилл устало улыбнулся. – Это был весьма необычный способ. Нимфадора тяжело вздохнула, но приняла более миролюбивую позу. — Ладно. Но все равно Адское пламя… Ее зарождающуюся лекцию перебило раздавшееся из дальнего угла комнаты шипение. “Да вы, блядь, издеваетесь…” Медленно и осторожно они повернулись на звук. Прямо перед ними лежала огромная… нет, не так. Охуеть какая огромная змея. Малфой уже и забыл, как это гребаное чудище выглядело вживую. Нагайна сжалась в пружину и еще раз прерывисто зашипела. Он знал, что это означало. Тварь готовилась напасть. Ее массивное туловище сделало выпад вперед, и Драко резким движением задвинул Грейнджер за себя, выставляя перед собой палочку и выпуская из нее яркий белый луч. Заклятие ударилось о стену, а змея, так и не добравшись до них… просто растворилась в воздухе. — Что за..? — Вы тоже это видели? — О да. — Мы заразились от Беллатрисы и коллективно поехали кукухой? — Кто-то вообще слышал до этого об исчезающих гигантских змеях? — Я видела такой фокус в детстве в маггловском цирке. С обычной змеей. О, Малфой даже не сомневался, что день ото дня пребывал на арене. Но жизнь не поленилась напомнить ему сей занимательный факт. Снова.