Глава 5. Предвкушение, тревога и план эвакуации для слабых

             Утро субботы для Лили Поттер началось непозволительно поздно. На часах было уже почти двенадцать, когда она нехотя открыла глаза, осознав, что пропустила завтрак. Комната утопала в мягком солнечном свете, лениво пробивавшемся сквозь занавески, а где-то вдалеке слышался гул голосов — гриффиндорцы находились в своей гостиной, делясь впечатлениями и событиями первой недели учебы.       Сонно зевнув, Лили потянулась к своему магифону и, не меняя положения, открыла «Магнет» — популярное приложение для общения, созданное, по слухам, каким-то гением-выпускником Хогвартса. Теперь им пользовались все студенты: кто-то вел тематические группы с умными размышлениями о магии, кто-то постил нелепые мемы и шутки про преподавателей. У многих были личные каналы — своеобразные дневники, куда они выкладывали фотографии, короткие записи, новости о себе.       В «Магнете» можно было переписываться, следить за активностью друзей и даже отмечать, кто из них онлайн. Единственный минус — замок был подключен только к внутренней сети, и чтобы отправить сообщение во внешний мир, приходилось идти, как в старые добрые времена, в совятню. Эта особенность раздражала многих, но, в то же время, придавала всему процессу какой-то особый шарм — словно возвращение в прошлое, когда общение складывалось из отлевитированных друг другу записок.       Быстро пролистав ленту и поставив парочку реакций на посты друзей, Лили, как обычно, перешла к самому важному пункту утреннего ритуала — проверке канала Скорпиуса Малфоя. Она делала это почти каждый день, начиная с марта, хотя сама себе и не признавала, зачем. Наверное, просто… из любопытства.       На экране появилась свежая запись: фотография у Чёрного озера — Скорпиус, в фирменной самодовольной улыбке, стоял, закинув метлу на плечо. Под снимком красовалась подпись:       «Хей, просыпайся, Хог! Время для водного квиддича! Всех желающих ждём в 12:30 на берегу. Не забывайте плавки — будет очень мокро!»              Лили уставилась на пост, чувствуя, как в груди поднимается уже привычное волнение. Ну конечно — Малфой и его бесконечные выходки. Но… почему бы и нет?       Она скинула одеяло, на ходу накинула рубашку и схватила магифон, чтобы написать подруге.       Лили:       «Возьми мне сэндвич и пойдем к озеру»       Ответ пришёл почти сразу.       Мэри:       «Хорошо. Палочку не забудь, если не хочешь потом сушиться полотенцем»       Лили усмехнулась, уже представляя, как Мэри, вечно рассудительная и пунктуальная, будет возмущённо фыркать, когда они увидят во что превратился берег озера.       Откинув магифон куда-то в сторону она подскочила, чувствуя, что сонливость испарилась без следа, и направилась к зеркалу. Внутреннее предвкушение встречи смешалось с волнением, что привело к какому-то нездоровому блеску в глазах. Не красили отражение и лохматые рыжие пряди, которые выбились из косы. Девушка была больше похожа на безумную лисицу, чем на обворожительную лань.       — Великолепно, Поттер, — пробормотала она себе под нос. — Просто ослепительно.       Тяжело вздохнув, Лили взмахнула палочкой и волосы немедленно рассыпались мягкими волнами на плечи и спину. Еще один взмах — тон лица идеально ровный, глаза красиво подведены, а прямые рыжеватые ресницы стали идеально подкрученными и темными.       Довольно улыбнувшись проделанной работе, девушка отправилась к своему шкафу. Первое, что ей попалось была старая футболка Джеймса, которую она носила дома и непонятно зачем притащила ее в школу. Вторым было симпатичное платье, подарок ее тети Флёр на день рождение, но оно точно не подходило для «простого похода» на озеро.       Простояв у шкафа еще добрых пятнадцать минут выбор был сделан — изумрудный топ и удобные джинсовые шорты. И не слишком повседневно, но и не кричит о том, что она как-то специально нарядалась.       — Просто поход к озеру, — напомнила она себе, переодевшись и вернувшись к зеркалу.       Зеркало на стене ехидно хмыкнуло:       — Конечно, милая. А ты случайно не хочешь немного блеска для губ? Для… защиты от солнца?       Лили скривилась, но всё же взяла флакончик и провела кисточкой по губам.       — Просто чтобы не обветрить, — пробормотала она, хотя сама себе не верила.       Дополнив свой образ кулоном и небольшим количеством лёгких духов с запахом яблок и карамели. Те самые, что Мэри называла «ароматом первого впечатления». Еще раз придирчиво себя осмотрев и проверив наличие волшебной палочки и магифона, она направилась на выход.       В коридоре уже слышались голоса студентов, спешивших к озеру. Лили глубоко вдохнула и направилась к выходу из гостиной, стараясь идти спокойно, чтобы, не дай Мерлин, кто-то не подумал, что она специально нарядилась для похода на квиддич к Малфою.       Хотя в глубине души она прекрасно знала кого именно надеется встретить первой.       С трудом пройдя через всю гостиную, а это было действительно трудно, кто-то торопливо искал метлу, кто-то спорил, можно ли считать водный квиддич настоящим спортом, а пара старшекурсников уже обсуждала, сколько ставок сделать на команду Малфоя, Лили протиснулась за портрет и натолкнулась на Мэри Флэгг.       Мэри Флэгг — аккуратная, собранная, с идеально уложенной косой и выражением лица, которым она обычно смотрела на лабораторные катастрофы, её лучшая подруга. В одной руке у неё был бумажный пакет с сэндвичами, в другой бутылка тыквенного сока.       Когда Лили отошла от столкновения, Мэри окинула её взглядом с головы до ног. Долгим, выразительным взглядом.       — Ага, — сказала она наконец. — Просто поход к озеру, да?       Лили подняла бровь.       — А что не так?       — Ничего. Абсолютно ничего, — Мэри протянула ей пакет. — Только у тебя губы пахнут карамелью, а волосы, подозреваю, укрощены заклинанием уровня «Серьёзно, я не старалась».       Лили закатила глаза и сунула пакет подмышку.       — Ты слишком наблюдательная для собственного блага.       — Это мой дар, — Мэри невозмутимо поправила сумку и начала спускаться по лестнице. — Но всё-таки, если ты сегодня упадёшь в озеро, я буду смеяться.       — Замечательно, — фыркнула Лили, догоняя её. — В трудную минуту я знаю, на кого можно положиться.       Путь по коридорам Хогвартса занял минут десять — субботнее солнце пробивалось сквозь старинные витражи, отбрасывая на пол радужные блики, а где-то наверху пролетел призрак Почти Безголового Ника, приветливо махнув им рукой.       — Слушай, — Мэри бросила взгляд на подругу, — ты вообще, что задумала? Просто посмотреть, как он позирует на берегу, или наконец заговоришь с ним?       Лили задумчиво пожала плечами.       — Я не знаю. Может… и заговорю.       — Ага. «Может заговорю». Ты мне все уши прожужжала Малфоем, а подойти боишься, — протянула Мэри с тем самым тоном, каким профессор Макгонагалл когда-то объявляла: «Дети, я вас предупреждала».— В конце концов, он же лучший друг твоего брата, чего ты так боишься?       — Не начинай, — усмехнулась Лили. — А то, что он «лучший друг моего брата» только усложняет ситуацию.       — Разумеется, — сухо ответила Мэри. — Альбус же сразу же убьет и его, и тебя, если вы будете разговаривать.       Улыбка Лили потухла.       — Я боюсь не Альбуса. Я боюсь... всё испортить. Сейчас у меня есть вот это. Я могу смотреть на него, восхищаться им издалека, строить эти глупые фантазии в голове. А если я подойду, и он посмотрит на меня тем же безразличным, слегка насмешливым взглядом, каким смотрит на младшую сестру своего друга? Эти фантазии разобьются. И это будет хуже, чем если бы он просто проигнорировал меня.       Мэри вздохнула, и её голос потерял язвительные нотки.       — Лили... Ты же Поттер. Твои родители герои, победившие сильнейшего Темного Мага. А ты боишься разбитого сердца от мальчишки, который, между прочим, иногда пялится на тебя в Большом зале.       Лили резко повернулась к подруге.       — Что? Правда?       — Ну конечно, — Мэри усмехнулась. — Он столько же времени пялится на тебя, сколько ты на него. Вы просто синхронно отворачиваетесь, когда попадаетесь. Это уже похоже на ритуал. Так что, возможно, твои фантазии не так уж далеки от реальности.       — Мэри!       Подруга рассмеялась, и Лили, несмотря на смущение, тоже улыбнулась. Они уже подходили к главным воротам, за которыми виднелась серебристая гладь Чёрного озера и толпа студентов, собравшихся на берегу.       Издалека доносился знакомый смех — лёгкий, самоуверенный, чуть насмешливый. Лили не нужно было смотреть, чтобы понять, кто смеётся.       Она глубоко вдохнула, пригладила волосы и бросила короткое:       — Ну что, пошли?       — Конечно, — ответила Мэри. — Только не утопни от впечатления.       Воздух у озера был пропитан солнцем и смехом. Студенты уже расселись по берегу, кто-то накладывал водоотталкивающие заклинания на метлы, кто-то обсуждал правила импровизированного «водного квиддича». Лили и Мэри спустились по тропинке, ведущей вниз к воде, и чем ближе они подходили, тем сильнее у Лили колотилось сердце.       Она чувствовала, как всё внутри буквально дрожит — не от волнения, а от какой-то радостной решимости. Сегодня, думала она, он точно её заметит. Сегодня она не просто «сестра Альбуса Поттера». Сегодня всё будет иначе.       — Ты идёшь как на дуэль, — тихо сказала Мэри, едва успевая за её шагом. — Только палочку держи подальше, а то испугаешь народ.       — Очень смешно, — пробормотала Лили, но улыбка всё равно выдала её настроение.       Толпа расступилась, и взгляд сам нашёл его. Скорпиус стоял у самого берега — в лёгкой тёмной рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц, с привычно взлохмаченными волосами и той самой улыбкой, от которой у половины Хогвартса подкашивались колени.       Рядом с ним стояли Роза и Моргана, обе сжимающие магифоны, и Альбус — расслабленный, слегка насмешливый, как будто всё это его нисколько не касалось.       — Малфой, если ты хочешь, чтобы я тебя фотографировала, — говорила Роза с поднятой бровью, — то ты век не расплатишься.       — Деньги не проблема, — ухмыльнулся Скорпиус. — Представь какие кадры попадут в твое портфолио. Ты стоишь, снимаешь, а я выгляжу великолепно. У нас с тобой идеальный творческий союз.       — С твоим самолюбием — это скорее дуэль, — вставила Моргана, скрестив руки.       — Не спорь, Найтморн, — лениво парировал он. — Если хочешь, можешь быть моей второй камерой.       Роза закатила глаза, но улыбка мелькнула на губах.       — Только ради искусства. И чтобы потом всем показать, как ты падаешь в озеро.       — О, я упаду красиво, — заявил он, — обещаю.       Лили, стоявшая чуть поодаль, неосознанно задержала дыхание. Сцена перед ней была словно вырезана из жизни, к которой она не имела доступа — лёгкий флирт, шутки, взаимное внимание. Её сердце болезненно сжалось, но она всё равно не могла отвести взгляда.       Мэри наклонилась к ней и тихо произнесла:       — Ну вот, мисс «сегодня он меня заметит». Похоже, пока он занят… другой аудиторией.       Лили сделала вид, что не услышала.       — Ерунда, — прошептала она. — Они просто общаются.       — Ага, — хмыкнула Мэри. — Очень… творчески общаются.       Тем временем Скорпиус что-то сказал Розе, и та, смеясь, отмахнулась от него, но всё же подняла магифон. Его голос, звонкий и самоуверенный, донёсся до Лили:       — Только не слишком близко, Уизли! Мне нужно место для эпичности!       Роза засмеялась и ответила:       — Эпичности у тебя и без камеры хоть отбавляй.       Лили стояла неподвижно, словно боясь сделать лишний шаг. Она вдруг поняла, что всё это — солнечное утро, шум воды, шутки друзей — проходит мимо неё.       Но потом он обернулся. Всего на одно мгновение — мимолётное, небрежное, — будто он просто скользнул взглядом по толпе. И всё же на одно короткое мгновение их глаза встретились.       Лили почувствовала, как всё внутри вспыхнуло словно луч солнца ударил прямо в грудь.       Она выдохнула, и на губах появилась слабая, но настоящая улыбка.       Плевать, с кем он сейчас разговаривает. Сегодня она всё равно верила — её момент впереди.              

***

      Прошел уже час с начала импровизированного турнира по водному квиддичу имени Скорпиуса Малфоя. За это время, удивительно, но не произошло ни одной травмы. Альбус был этому очень рад.       Он устроился чуть поодаль от берега, под раскидистой ивой, чьи длинные ветви почти касались воды, создавая прохладную тень. Здесь было тише — смех и крики доносились приглушённо, словно сквозь плотную завесу листьев. Альбус прислонился спиной к стволу, вытянул ноги и раскрыл блокнот, уже потёртый на углах, с закладкой из старой квиддичной ленты.       Магические карандаши, лежавшие рядом, нетерпеливо перекатывались, меняя цвет — от солнечно-жёлтого до насыщенного синего, будто сами рвались передать движение, скорость, брызги воды. Альбус выбрал один наугад и провёл первую линию.       Линия получилась кривой.       Он нахмурился и попробовал снова. На этот раз должен был выйти Скорпиус — взмывающий над озером, уверенный, смеющийся, с метлой наперевес. Альбус четко помнил этот момент: как тот резко накренился, поднимая волну, как солнце блеснуло на воде.       Но на бумаге вместо гладкой линии воды появилась трещина.       Он замер, не сразу осознав, что именно нарисовал. Линия расходилась, ломалась, уходила вниз, превращаясь в неровный разлом. Альбус моргнул, быстро перелистнул страницу и выдохнул, словно это могло стереть случившееся.       «Просто устал, — сказал он себе. — Слишком рано встал. Или наоборот, слишком поздно лёг.»       Он снова попытался сосредоточиться на игре. Шум воды, радостные возгласы, чей-то победный крик — всё это должно было вернуть его в настоящий момент. Но мысли упрямо ускользали, снова и снова возвращаясь ко сну.       Тому самому.       Он снился Альбусу уже несколько ночей подряд — всегда одинаковый и в то же время каждый раз чуть иной. Он стоял в коридоре Хогвартса рядом с Морганой. Вокруг было слишком тихо. Никаких голосов, никакого смеха, даже портреты молчали, глядя пустыми глазами. Каменные стены были покрыты трещинами, потолок в в некоторых местах обвалился, а через разбитые окна внутрь пробивался холодный, серый свет.       И самое страшное — магии не было.       Он всегда понимал это во сне с пугающей ясностью. Никаких искр, никаких защитных чар, никаких привычных ощущений тепла в ладони. Только пустота. Моргана стояла рядом, сжимающая в руках палочку, которая была всего лишь куском дерева. Она смотрела на него растерянно. Будто спрашивала, почему он не может ничего сделать.       А он действительно не мог.       Альбус резко выдохнул и опустил взгляд на блокнот. На новой странице уже был рисунок — он не помнил, как начал его. Башни Хогвартса, перекошенные и надломленные, Чёрное озеро, разлившееся слишком широко, затапливающее берег, окна без света.       Он с силой захлопнул блокнот.       — Эй. Альбус.       Голос раздался совсем рядом, и Альбус вздрогнул, выныривая из мыслей так резко, будто всплыл из глубины. Он поднял голову и увидел Моргану.       Она стояла под ивой, щурясь от солнца, с двумя запотевшими бутылками в руках. На одной из них проступали капли холодной воды. На плече болтался ремешок сумки, а в глазах читалось привычное живое любопытство и никакой тревоги.       — Ты выглядишь так, будто встретил дементора, — добавила она, протягивая ему одну из бутылок.       Альбус на мгновение замешкался, а потом всё же взял напиток. Холод приятно обжёг ладонь, возвращая в реальность.       — Спасибо, — тихо сказал он. — Я… просто задумался.       Девушка присела рядом, опершись спиной о ствол ивы, и скользнула взглядом по закрытому блокноту.       — Это опасное занятие, — хмыкнула она. — Особенно в солнечный день. У тебя всё в порядке?       Он кивнул, чуть поспешно.       — Да. Просто… странные мысли.       Она изучала его секунду дольше, чем обычно, но не стала расспрашивать. Вместо этого открутила крышку своей бутылки и сделала глоток.       — Если что, — сказала она как бы между прочим, — водный квиддич официально признан лучшим средством от мрачных размышлений. Можно просто смотреть, как Малфой падает в воду.       Уголки губ Альбуса дрогнули.       — Он ещё не падал.       — Всё впереди, — уверенно ответила Моргана.       Альбус снова открыл блокнот. Чистая страница смотрела на него спокойно, без трещин и развалин. Он провёл по ней кончиком карандаша — на этот раз осторожно — и впервые за долгое время линии послушно сложились в простую, живую сцену: солнечные брызги, смех, движение.       Но где-то глубоко внутри ощущение тревоги никуда не делось. Оно просто притихло, затаилось, ожидая своего часа.       Альбус сделал ещё несколько штрихов, и на этот раз рука не дрожала. Карандаш легко скользил по бумаге, вырисовывая простые, живые детали: всплеск воды, наклон метлы, чью-то вытянутую руку. Это было не идеально, но… настоящее. Такое, каким должен был быть этот день.       Он откинулся назад и позволил себе просто смотреть на озеро.       Солнце стояло высоко, отражаясь в воде ослепительными бликами. Смех, крики, подбадривающие возгласы всё сливалось в один ровный, успокаивающий шум. В такие моменты Хогвартс казался именно тем местом, каким его описывали в старых книгах: живым, тёплым, немного безумным, но безопасным.       — Знаешь, — вдруг сказал Альбус, не глядя на Моргану, — иногда мне кажется, что я слишком много думаю.       Моргана фыркнула и повернула к нему голову.       — Иногда? Поттер, ты чемпион мира по этому виду спорта.       Он улыбнулся — слабо, но искренне.       — Просто… бывают моменты, когда кажется, что всё вот-вот пойдёт не так. А потом смотришь вокруг — и понимаешь, что, может, ты просто накручиваешь себя.       Моргана пожала плечами.       — Возможно. А возможно, ты просто чувствительнее остальных. Это не всегда плохо.       Она вытянула ноги, закинув одну на другую, и на секунду прищурилась, наблюдая за игрой.       — К тому же, — добавила она, — если в мире что-то и может пойти не так, то уж точно не в субботу, в такую погоду и при таком количестве идиотов на метлах.       Словно в подтверждение её слов, над озером раздался особенно громкий всплеск.       — О-о-о! — протянул чей-то голос. — Это было красиво!       — Я же говорил, что упаду эпично! — донёсся из воды знакомый, совершенно не расстроенный голос Скорпиуса.       Толпа взорвалась смехом. Кто-то захлопал, кто-то начал скандировать его имя, а с берега тут же полетели комментарии:       — Слабоумие и отвага в чистом виде!       — Малфой, ты решил проверить глубину лично?       — В следующий раз попробуй без метлы!       Моргана усмехнулась.       — Видишь? Мир всё ещё на месте. Просто иногда он громко плещется.       Альбус рассмеялся — впервые за день по-настоящему.       В этот момент рядом с ними появился ещё один человек.       — Я так и знала, что найду вас здесь, — раздался спокойный, чуть насмешливый голос.       Альбус поднял голову и увидел свою кузину, Роксану Уизли. Она училась на одном курсе с ними, но на Пуффендуе. Девушка стояла расслаблено и с ленивым интересом оглядывала озеро, словно оценивала происходящее со стороны.       — Надеюсь, я не испортила ваше тайное свидание? — ухмыляясь проговорила она.       — Нельзя испортить то, чего нет, — отозвалась Моргана. — Здесь скорее психологический тренинг для твоего кузена. Он только что решил, что жизнь имеет смысл.       — О, тогда я вовремя, — хмыкнул Роксана и перевёла взгляд на Альбуса. — Я, вообще-то, по делу.       Альбус выпрямился.       — Какому?       Уизли наклонилась чуть ближе и понизила голос, хотя вокруг было шумно:       — Мой любимый брат, Фред Уизли, в коалиции с вашими братьями передают вам приглашение. Сегодня вечером. Тайная вечеринка в честь начала учёбы. Без малышни, без преподавателей и, цитирую, «без шансов, что Макгонагалл узнает».       Моргана приподняла бровь.       — Звучит как ложь.       — Безусловно, — согласилась Роксана. — Но очень убедительная.       Альбус почувствовал, как внутри что-то окончательно отпускает. Мысли о сне, о трещинах и пустоте будто отодвинулись куда-то на задний план.       — И где? — спросил он.       — В Выручай-комнате, — ответила девушка. — Скажем так… место с хорошей акустикой и плохой репутацией.       — Отлично, — кивнула Моргана. — Хотя бы не гостиная Гриффиндора .       — Ну всё, я передала приглашение. — Роксана выпрямилась. — А теперь, если позволите, я пойду подготавливаться, сегодня вся музыка на мне.       Девушка махнула им на прощание и направилась в сторону замка.       В этот же момент, над водой снова раздался крик.       — ПОТТЕР!       — Джеймс! — простонал кто-то с берега. — Ты серьёзно?!       Очередной всплеск вызвал новый взрыв смеха.       Альбус покачал головой, улыбаясь.       — Слабоумие и отвага, — повторил он тихо.       — Семейная черта, — невозмутимо заметила Моргана.       Альбус снова посмотрел на озеро, на друзей, на солнце, скользящее по воде, и впервые за долгое время почувствовал себя… спокойно. Так, словно весь мир на мгновение выстроился правильно.       Он закрыл блокнот и отложил его в сторону.       Пусть вечер будет шумным. Пусть всё будет как обычно.       Иногда этого было достаточно.               ***       Выручай-комната встретила их тем, чем обычно встречала в подобных случаях — абсолютным, уверенным в себе беспорядком.       — Я говорил, что она должна быть больше, — заявил Джеймс, оглядываясь по сторонам и раскидывая руки. — Это вечеринка. Историческая вечеринка. Наша первая вечеринка в роли семикурсников.       — Она и так больше, чем наша гостиная, — отозвался Артур, ставя ящик с бутылками на пол. — Если тебе нужно ещё пространство, можешь попробовать вынести стены.       — Не искушай его, — Фред ухмыльнулся, волоча за собой связку гирлянд, которые то и дело норовили ожить и уползти в разные стороны. — Он способен.       Комната выглядела так, будто пыталась одновременно быть танцполом, баром и местом для коллективного сумасшествия. Вдоль стен стояли диваны, явно собранные из разных эпох и факультетов, в углу уже материализовалась сцена для музыкантов, а потолок медленно переливался тёплым золотистым светом, словно подстраиваясь под настроение будущих гостей.       — Ладно, — Джеймс хлопнул в ладоши. — План простой. Музыка — громко. Алкоголь —…       Он посмотрел на ящик у ног Артура.       — …много.       — «Много» — это сколько? — прищурился Артур.       — Это когда на утро никто не помнит, как оказался в гостиной Пуффендуя, — серьёзно ответил Джеймс.       Фред одобрительно кивнул.       — Хорошая единица измерения.       Артур открыл ящик и начал перебирать бутылки.       — Сливочное пиво, — бормотал он. — Огневиски, обычный виски, ром…       — Думаю, нам всего хватит— быстро сказал Фред. — Кто-нибудь точно принесет свое.       — Тогда вопрос, — Артур поднял голову. — Кто отвечает за музыку?       — Рокси, — заявил Джеймс, уже возясь с зачарованным плеером. — Вы же против моей музыки…       — Последний раз, когда ты отвечал за нее, — заметил Фред, — мы слушали альбомы AC/DC по кругу. Восемь часов!       —Вы просто ничего не понимаете в этом, — отмахнулся Джеймс и взлохматил свои волосы.       Было принято решение разойтись, каждый направился к своей зоне ответственности, словно это был не вечер перед тайной вечеринкой, а стратегическая операция.       Джеймс занялся сценой.       Она выглядела прилично, но, по его мнению, слишком прилично. Для ИХ вечеринки этого было недостаточно. Он взобрался на край платформы, закатал рукава худи и окинул взглядом потолок.       — Нужен свет, — пробормотал он. — И эффект. Чтобы сразу было понятно: здесь сейчас будет происходить что-то невероятное.       Он взмахнул палочкой, вызывая гирлянды магических огоньков, которые тут же начали хаотично кружиться над сценой.       — Нет-нет, не так, — Джеймс нахмурился. — Мне нужно…       Он сделал паузу, подбирая слово.       — …больше эпичности .       Огоньки послушно сменили цвет, вспыхнув ярче.       В это время Артур обосновался за импровизированным баром. Стол выдвинулся из стены сам по себе, обзавёлся полками и даже зеркалом, в котором отражался потолок. Артур аккуратно расставлял бутылки, выравнивая их по высоте и цвету.       — Если кто-нибудь это тронет без спроса, — бормотал он, — я лично прокляну.       Он щёлкнул пальцами, и пустые стаканы выстроились в ровную линию. Затем ещё один взмах палочкой — и они начали сами наполняться напитками, аккуратно останавливаясь на нужном уровне.       — Самонаполняющиеся, самовосстанавливающиеся, — удовлетворённо кивнул Артур. — И с защитой от подмешивания. Хоть кто-то здесь думает головой.       — Зануда! — крикнул ему откуда-то Фред.       Фред, в свою очередь, занимался всем остальным. Он носился по комнате, развешивая зачарованные флаги факультетов, которые периодически меняли цвета, наколдовывал подушки, появляющиеся прямо под ногами у уставших гостей, и спорил с самой Выручай-комнатой.       — Нет, — говорил он, глядя на стену. — Диван нужен здесь. Нет, не там. Ты меня слышишь?       Стена недовольно зашуршала, но диван всё-таки появился — правда, вверх ногами.       — Сойдёт, — махнул рукой Фред.       Тем временем Джеймс решил добавить последний штрих к сцене. Он махнул палочкой, наколдовывая тканевые драпировки, которые должны были эффектно ниспадать с потолка.       Ткань вспыхнула.       — О нет, — пробормотал Джеймс, наблюдая, как огонь бодро побежал по краю занавеси.       — Что «о нет»?! — тут же отозвался Артур, не отрываясь от стаканов.       — Ничего, — быстро сказал Джеймс. — Всё под контролем.       Пламя треснуло, поднимаясь выше.       — Джеймс, — Фред остановился посреди комнаты и посмотрел на сцену. — Это огонь?!       — Это… декоративный элемент.       — Он горит!       — Он должен был светиться, — возмутился Джеймс и резко взмахнул палочкой. — Finite!       Огонь дрогнул, но вместо того чтобы погаснуть, радостно разгорелся сильнее.       Артур наконец обернулся.       — Поттер, если ты сейчас подпалишь Выручай-комнату, — спокойно сказал он, — я тебя убью. Без магии. Медленно.       — Aguamenti! — выкрикнул Джеймс.       Струя воды ударила в пламя, шторы зашипели, окутывая сцену облаком пара, и огонь, поколебавшись, всё же погас.       В комнате повис запах дыма и мокрой ткани.       Фред хлопнул в ладоши.       — Отлично! Теперь у нас есть: музыка, алкоголь, свет, хаос и лёгкий аромат опасности.       Артур вздохнул, но уголки его губ дрогнули.       — Я буквально наколдовал безопасные стаканы. А ты поджигаешь сцену.       — Баланс, — пожал плечами Джеймс, спрыгивая со сцены. — Мы дополняем друг друга.       Фред оглядел результат их трудов и довольно кивнул.       — Знаете что? Когда сюда придут люди, никто даже не заметит, что что-то шло не по плану.       — Потому что плана не было, — напомнил Артур.       — Именно, — ухмыльнулся Фред.— Не хватает только людей. И, возможно, плана эвакуации.       — План эвакуации — для слабых, — заявил Джеймс.       — Отлично, — Артур отошел от бара. — Через минут десять домовики принесут закуски и можем встречать гостей.       — Ну что, — сказал Фред, поднимая бокал огневиски. — Начало учебного года объявляю официально… открытым.       — Это будет лучший год! — радостно крикнул Джеймс.       Парни втроем чокнулись бокалами, осушили их до дна и засмеялись.       Где-то за стенами замка часы пробили семь, приближая начало вечера. Выручай-комната будто прислушалась и чуть изменилась: свет стал теплее, музыка — громче, воздух наполнился предвкушением.              

***

             Едва зазвучали шаги за дверью, как Выручай-комната отреагировала первой: свет стал чуть ярче, музыка — громче, а воздух словно наполнился электричеством. Дверь распахнулась, и внутрь хлынула первая волна гостей.       — О-о-о, — протянул кто-то с порога. — Это… незаконно круто.       — Я же говорил, — самодовольно заявил Фред, уже принимая у кого-то куртку и небрежно кидая её на ближайший диван. — Проходите, не стесняйтесь, здесь всё либо зачаровано, либо скоро взорвётся.       — Где бар? — тут же раздался вопрос.       — Там, где Артур, — ответил Джеймс. — Если видите его ослепительную улыбку — вы на верном пути.       Артур стоял за стойкой с таким видом, будто всю жизнь только этим и занимался. Самонаполняющиеся стаканы аккуратно выстраивались в ряд, а над баром вспыхнула табличка:       «Пей ответственно. Или хотя бы красиво».       — Это официально? — спросила какая-то слизеринка, прищурившись.       — Абсолютно, — серьёзно кивнул Артур. — Я это написал.       Смех прокатился по комнате.       Кто-то уже танцевал у сцены, кто-то занял диваны, споря о том, чья идея была гениальнее — водный квиддич или тайная вечеринка. Музыка гремела, Роксана действительно хорошо подготовилась, но не оглушала; гирлянды над потолком медленно меняли цвет, подстраиваясь под ритм.       — Поттер! — крикнули Джеймсу. — Ты это всё сделал?       — Мы, — поправил он, широко улыбаясь. — Но да, в основном я.       — Лжец, — хмыкнул Фред, — но харизматичный.       Джеймс оглядел зал, ловя на себе взгляды, смех, чужую радость. В груди разливалось то самое чувство — лёгкое, пьянящее, когда кажется, что весь мир сейчас на твоей стороне.       — Ну что, — сказал он, подняв стакан. — За начало учебного года.       — За то, чтобы нас не выгнали! — добавил Артур.       — За то, чтобы это повторилось! — поддержал Фред.       Смех, звон стекла, музыка — всё смешалось в один яркий, шумный момент.       

***

             В это же самое время, на несколько этажей выше, в кабинете директора царила тишина.       Минерва Макгонагалл сидела за своим столом, выпрямив спину, и внимательно смотрела на разложенную перед ней карту Мародёров. Пергамент был исписан движущимися именами, которые друг за другом двигались в одном направлении, но на восьмом этаже просто растворялись.       — Ну конечно, — тихо произнесла она, скользнув взглядом по надписям. — Выручай-комната.       Её губы дрогнули, и на лице появилась едва заметная, почти невидимая улыбка — та самая, которую она позволяла себе крайне редко.       Имена двигались слишком активно, слишком дружно, слишком… весело. Поттер. Уизли. Найтморн. Малфой. И ещё десятки других.       — Начало учебного года, — произнесла Макгонагалл задумчиво. — Как всегда.       Она сложила руки на столе и продолжила наблюдать, не делая ни одного движения, чтобы остановить происходящее.       — Наслаждайтесь, мои дорогие, — добавила она почти неслышно, аккуратно складывая карту и убирая ее в ящик.       Одним взмахом руки профессор потушила все свечи в кабинете и направилась на выход.       Ночь только началась.