5: Становление.

Когда средь угольев утра Ты станешь мне чужим. Когда я стану и тебе чужой, моя война.  Держись за воздух ледяной, за воздух острый и стальной -  Он между нами стал стеной, осталось лишь дышать. Полуденное солнце уже вовсю пекло. Кацу очнулась в освещенной его лучами комнате, заполненной рядом коек, шкафами с различными баночками и медицинскими инструментами. Кажется, лазарет.  Вещи на ней все те же, в каких она ходила со снайпером на миссию, местами испачканные. Видимо, Стэнли абы-как скинул её на постель, не задумываясь о мелочах. Ему, как критически рассудила Кацу, было важнее поскорее убежать к своему командиру-ученому, еще раз отчитаться о проделанной работе, да послушать лестные слова бойцов замка Ксено. Мужчина ведь обычно этим и занимался, по мнению гимнастки.  Встала она далеко не сразу. Голова кружилась при каждом движении, а в ушах звучал гул, напоминающий отдаленный гром. С трудом поднявшись с постели, попутно борясь с волной тошноты и ощущением дезориентации, девушка добрела до закрытых полок шкафа. Она отыскала баночку со спиртом по запаху, немного растерла по своему плечу и заклеила длинным пластырем. После времяпровождения с пилотом у нее вечно какие-то повреждения. Царапина на плече, (о появлении которой девушка даже не помнила), конечно, не самое страшное, что могло с ней случиться после тревожных минут, проведенных наедине со Снайдером, в современным мире гимнастка пережила множество более серьезных травм, однако саднящее ощущение на коже все равно стало неприятным бонусом после пробуждения.  Покинув лазарет, девушка вышла в серый узкий коридорчик, поплутав в котором нашла выход наружу. Хаттори жадно втянула свежий воздух, прошлась по тропинке вдоль замка. Солнышко играло лучиками на юбке ее светло-зеленого платья. Стоило ей выйти на улицу, как мир перестал казаться таким уж несносным, но лишь до того момента, пока в голове не стали всплывать воспоминания о вчерашней ночи. Сердце пронзила боль.  Кацу тяжело вздохнула, когда услышала вдали грубый голос разрушителя её спокойной жизни, которого девушка возненавидела после случившегося. — Долго еще ждать, пока козырь достроят? Уж с такой-то игрушкой нас никаким окаменением уже не напугаешь, - было сказано, как всегда, заносчиво и без тени сомнения, - сметём врага и сделать ничего не позволим.  Голос все сильнее отдалялся. Последняя фраза прозвучала с таким эхом, будто говорящий вошел куда-то с шикарной акустикой. Зато приблизился другой звук, который оказался не менее неприятным. Пение. Это громкая Майя, понятно сразу. Определенно, этой даме медведь на ухо наступил. Поморщившись, Кацу таки выглянула из-за стенки, за которой пряталась. По лестнице действительно шла Биггс, зажимая уши менталисту, что даже до пола ногами не доставал, будучи поднятым за уши руками чемпионки. Они шли в какой-то подземный коридор, где только что исчезла из виду светлая макушка снайпера.  Выждав минутку, девушка прошмыгнула вслед за американцами в лестничный проём. Она смекнула, что раз Майя так старательно скрывает от Гена слова главарей, то ничего, о чем они сейчас переговариваются, Кацу тоже знать не должна.  Гимнастка могла спокойно вернуться в лазарет, завалиться снова спать и было бы ей счастье, но увы, она уже прыгнула в этот огонь, а потому цепляется за каждую возможность что-то узнать, как-то помешать врагам. Информация - главная ценность в предстоящей битве, потому юная разведчица рассудила, что необходимо проследовать за мужчинами. Даже если опасно.  Из-за воплей Биггс она не могла разобрать и половины слов. Лишь в паузах песни, обрывками слышала: «Броди…золотых рук…ждать? Месяца….» Пока пыталась вслушаться, наблюдала, заглядывая в проем, что вел глубоко вниз. Там, во мраке спуска, находилось что-то огромное и по-настоящему внушительное. Кацу задержала дыхание. Ксено величаво спускался по ступенькам, гордо оглядывая своего чудо-работника. Тот был высоким, лысым, чернокожим мужчиной, по телосложению еще крупнее Биггс. Только несмотря на свой угрожающий вид, веяло от дяди добродушием. Он рассмеялся. «Ты тон…две недели….срок!» - различила шпионка. Произнесено такое заявление было с самодовольной ухмылкой, которая не оставляла ни единого сомнения в правдивости и крутости сказанного.  Броди один из немногих, кто не показался девушке мерзким. Она улыбнулась его чудачеству, но во взгляде мелькнуло разочарование. Дядька то забавный, да только вот этот весельчак собственноручно создаёт что-то огромное и, судя по всему, невероятно опасное, раз уж это нечто величают «козырем» и скрывают от фокусника, так еще и делает это со столь невероятной скоростью, что поражается даже Ксено, впечатлить которого практически не представляется реальным.  — Превосходно. Это был исключительно элегантный ответ, - обрадовался учёный.  На ступеньки Хаттори не сунулась, все еще заглядывала снаружи. Ей был виден каждый человек и было бы слышно каждое слово, если бы не песнопения американки. Позиция была идеальна для слежки. Жаль только, что самого виновника возникшей суеты - нового оружия, не было видать в тени. Зато Кацу смогла прикинуть его пугающие размеры.  У мужчин внизу завершается диалог, гимнастка принимает решение ретироваться отсюда поскорее. Девушка убежала обратно в импровизированный медкабинет, забираясь под одеяло, мысленно переваривая услышанное.  Детскому царству науки скоро предстоит противостоять американцам, у которых есть какое-то гигантское и наверняка убийственное оружие, стратегия и отряд первоклассных воинов. Как вывозить эту катастрофу, Кацу представляет слабо. Она собиралась все рассказать Гену и не в силах лежать и хранить в себе такую сочную, одновременно горькую и полезную информацию, подскочила и направилась к выходу. Ступая по каменному полу, вспомнила, что нужно сделать вид только проснувшейся, потерявшейся во времени и дезориентированной страдалицы, потому замедлилась, сделала хмурый сонный взгляд и продолжила идти.  В дверном проёме показался Стэнли, как и полагается всем злодеям - с жуткой усмешкой и в сверкании молний.  Он предстал высокой непреодолимой преградой на пути девушки.  — Утро, шпионка, - улыбнулся и поприветствовал Снайдер и гаденькая самодовольная улыбка эта, к слову, ничего хорошего собой не предвещала.  — Шпионка? - сонно повторила Хаттори, наклонив голову в вопросе. В глазах видна печаль. Снайпер промолчал, лишь раскрыл ладонь, показав гимнастке кинжал. Кинжал Карлоса. Он ловко прокрутил его между пальцами и сжал резную рукоять.  Кацу тут же укротила возникшую в груди досаду, чтобы она не скользнула в её выражении лица и движениях. Черт, она что, реально выронила ножичек, который вчера украла у парнишки, и даже этого не заметила? Как можно было так проколоться на разведке? Стэнли последний человек, перед которым можно было бы легко объясниться за такой грубый косяк. Он в два счета сообразил, что к чему.  — Ума не приложу, как ты будешь сейчас за это оправдываться, - пилот кинул нож в руки гимнастке, та с легкостью словила, - сама признаешься или на детектор отвести?  Раздраженно выдохнув, Кацу прячет острие в отсек на ремне.  — Ладно. Я вышла погулять после того, как проснулась, потому очень плохо себя чувствовала. Потом я услышала вопли Майи и мне стало интересно, в честь чего эта душераздирающая симфония. Я заглянула, но испугалась, когда увидела вас с Ксено и Геном, и убежала. — Допустим, я тебе верю. - говорит Стэнли с интонацией, по которой ясно, что он не верит в это слишком простое и ненадежное объяснение, - Но ты же понимаешь, что я не могу быть на сто процентов уверен, что ты не услышала ничего лишнего? - спросил он скучающим тоном, словно его уже достал этот разговор. — Думаешь, я что-то могла разобрать, когда Майя своим вокалом зашифровала мне всю вашу болтовню?  — Теоретически, не могла, но ты подглядывала, а значит мы с тобой все равно пойдем к Ксено. На растерзание. Пусть он решает, что с тобой делать. - пилот подходит и грубо хватает Хаттори за предплечье, выводя на улицу.  Он быстро идет к лаборатории, желая поскорее покончить с возникшей проблемой, а гимнастке приходится бежать, чтобы поспевать за широким шагом солдата и не падать.  — Ты проблемная, и он это понял. Если прикажет тебя пристрелить, учти, я подчинюсь мгновенно. Потому что приказы..что?  — Не обсуждаются, - протянула, отведя глаза к небу, девушка, цитируя вчерашний монолог мужчины. — Именно, котеночек. - ответил Стэнли, с усмешкой передразнивая Гена, заставляя спутницу еще сильнее злиться.  Поднимаясь к уже знакомой обители ученого, забитой приборами и скляночками, Снайдер бросил недовольный взгляд на девушку.  — Сначала дважды соврала мне о том, кто у вас там главный научник, теперь подглядываешь за нами. Ты уже в который раз подрываешь наше доверие.  — Было бы, что подрывать, - обиженно заметила Кацу.  В лаборатории возился Ксено, параллельно болтая с Геном, Майей и механиком Броди. Как же все тут удачно собрались, сейчас все услышат про позорную разведку гимнастки. Снайдер в красках объяснил ситуацию. Девушка следила за реакцией Асагири, тот сначала одобрительно улыбался ей, а на словах о косяке раздосадованно поджал губы. Внутренний голос Кацу захныкал. Ген быстренько оправдался за неправильно названное имя учёного детского царства, мол, всех обманывали, Сенку и Тайджу вечно крутились рядом и обдурили несчастных, скрывая свои научные секретики.  В это генералы замка Ксено поверить могли, так как даже находясь в разных комнатах перебежчики назвали одно и то же имя, один на полиграфе, вторая под угрозой расстрела. В эту историю были хоть какие-то основания верить, а вот когда снайпер поведал о найденном кинжальчике, который он показал Ксено еще до того, как вернул гимнастке, то есть на выходе из рабочей зоны Броди, ученый вздохнул. Мысленно он отмёл идею проверять девушку на их примитивном детекторе, ведь ученый допускал тот факт, что результаты слишком неточные и вводят американцев лишь в большие сомнения.  — Усилить наблюдение за ней. - вынес вердикт Уингфилд, потирая переносицу.  — О, работка для меня? - оживилась Майя. Её осчастливили слова ученого, потому что последнее время контроль над другими доставлял ей удивительное удовольствие.  — Хм, не думаю. - Ксено повернулся к снайперу, - что скажешь о девушке? - спросил он, вспоминая, что отправлял её на задание со Стэнли и для составления ее характеристики в том числе. Тут же внес поправочку, - кроме того, что ты ей не веришь. Вопрос доверия к нашим гостям оставим на потом.  Ученый повертел в металлических когтях медузу. Асагири многозначительно взглянул на изумленную девушку, глазами обещая объяснить и обсудить все при первой возможности, изображая животный испуг при виде устройства. Кацу сообразила, что им страху надо нагнать. — Выносливая, в целом. Не ела и не спала, столько же, сколько я. Я принес ее спящей, потому что сам приложил. Она была на грани нервного срыва из-за того, что я убил Сенку. Она вспыльчивая, импульсивная истеричка. Даже изувечить меня пыталась. Этим самым кинжалом. - спокойно рассказывает пилот, будто девушки в комнате нет вовсе.  — «Назвал меня выносливой, гад. Сейчас в наказание отправят меня на полях вкалывать. Майя ведь ныла однажды, что им рабочих рук не хватает» - пронеслись неутешительные мысли в голове гимнастки, - «вот геморрой».  Менталист удивленно хлопает глазками после истории Снайдера. Устав переговариваться с ним глазами, Кацу пожала плечами, мол, ничего такого, потом расскажу. Им определенно нужно было поболтать наедине, но усиленное наблюдение за гимнасткой напрягало. — Вот оно как, - задумался Ксено, - раз такие дела, то присматривать за мисс Хаттори будешь ты, Стэн.  — Ты уверен? - тянется за сигаретой Снайдер, хмурясь, представляя предстоящие будни с надоедливой гостьей.  — Абсолютно, - кивнул ученый, не оставляя другу и шанса переубедить себя. Тут же аргументировал, - выносливая, значит, сможет помогать тебе с работой. А раз барышня столь буйная, так кроме тебя с её вспышками эмоций вряд ли кто управится, не прибегая к тяжким телесным.  Стэнли усмехается. И действительно: хваленому снайперскому терпению можно только позавидовать.  — Понял, - кивнул он учёному и направился к выходу, - пошли.  Кацу поплелась за ним, бросив финальный взгляд на Асагири. Тот держит кулачок, держись, мол, бедняга. Девушка молча шла за спиной  нового наблюдателя некоторое время.  — А чем ты обычно занимаешься? - спросила Хаттори. Ведь теперь она против воли становится компаньоном Снайдера во всех делах, так что ей важно представлять, чем теперь будут наполнены её «веселые» будни на вражеской базе.  — Охотой и тренировками. Помогаю со строительством, если Ксено прикажет.  — И что, получается, я теперь делаю все это с тобой?  — У тебя нет выбора.  — Какая прелесть. А сейчас куда мы направляемся? - спросила Кацу у спутника, который даже не смотрел на нее, словно её рядом и не было.  — На тренировку к солдатам.  ***  На тренировочной площадке среди воинов царила идеальная тишина, которую рассекал лишь командный голос Снайдера, считающего или раздающего указания. У его отряда была потрясающая слаженность и дисциплина - это Хаттори отметила сразу. Каждый знал, что нужно делать. У ребят была прекрасная подготовка и гимнастка не совсем понимала, почему командир отчитывает и давит на них так, словно перед ним ни на что не способные новобранцы. К чему такая жуткая подготовка, если воевать сейчас не с кем? Или…неужели замок Ксено действительно готовится к чему-то?  Кацу размышляет от этом, хмурясь. Она сидела под деревом у границы площадки, наблюдала за тренировкой. От нее, собственно, ничего и не требовалось. Стэнли теперь таскал её с собой повсюду лишь потому, что так сказал учёный, который хотел только того, чтобы девушка сутками была под строгим надзором.  Пока Хаттори следила за тренировкой, её немного флешбекнуло в годы до окаменения, когда всё ее свободное время было забито практикой в гимнастическом зале, кроме стен которого ей и видеть ничего не доводилось. Часы, проведенные на ковре, крики и слова разных тренеров, извечные отработки элементов, сейчас она вспоминала с теплом. Кацу поняла, что несколько скучает по тем годам. Все таки художественная гимнастика была её жизнью. Она улыбалась, глядя на бегающих солдат.  — «Сейчас бы снова туда…в зал. То упражнение с лентой..я его так и не закончила.» - Кацу уныло подперла голову рукой.  И действительно, она окаменела прямо во время соревнований. На ковре, перед судьями, пока исполняла сложный поворот, изящно взмахнув лазурной лентой. А ведь это был отбор на международный старт, самое важное соревнование в сезоне для Хаттори. Девушка задумалась о том, как было бы замечательно сейчас забыть все происходящее вокруг, забыть, что теперь она разведчица в логове противника и одна из немногих выживших в новом мире, забыть все и вернуться в те года, спокойно завершить отточенный номер, пройти отбор и выступить на чемпионате, представляя Японию. Как же гимнастка скучала по тому самому чувству, когда все наполненные восхищением взгляды зрителей направлены лишь на нее, кружащуюся по ковру, выполняющую грациозные элементы.  Из мыслей о несбыточной мечте вывел девушку суровый голос Стэнли, что стал громче. Он приказал солдатам приступить к стрельбе, те подчинились. После завершения внимательно уставился в крайнюю мишень напротив единственной девушки отряда. У той были коротко стриженные светлые волосы и скучающий взгляд. Снайпер подошел к ней сзади.  — Шарлотта, это плохо. Тебе предстоит обстреливать противника от моего лица, а я бы ни за что не допустил таких грубых промахов.  Стэнли нагнулся к её плечу. — Будешь и дальше так мазать, и я заменю тебя на более меткого стрелка. У тебя нет права облажаться, - мурлычет он ей на ухо, пока девушка напряженно сжимает в руках оружие.  Кацу все слышит. Она окончательно убеждается в том, что отряд готовит нападение. Она не может предупредить ребят, но в голове мелькает опасная идея. Гимнастка пытается саму себя отговорить от столь сомнительной авантюры, но интуиция подсказывает, что она делает все правильно, несмотря на то, что подписывается на довольно рискованную схему. Ее задумка может помочь заставить ребят из замка больше доверять девушке.  Решив прислушаться к своему внутреннему голосу, Кацу обратилась к пилоту, когда он подошел к ней после тренировки.  — Стэнли, - впервые позвала гимнастка по имени. В ответ на приподнятые брови снайпера, продолжила, решительно заявив,  - я хочу доказать свою преданность.  — Это каким таким образом? - с подозрением в голосе бросил он.  — Я… - начинает Кацу, хотя разум и крупицы здравого смысла кричат ей «нет, нет, ни за что, не вздумай!» - Я хочу участвовать в нападении, которое вы готовите. Скажи, могу ли я сражаться с твоими солдатами?  У девушки колотиться сердце, а Снайдер некоторое время изумленно молчит.  Для гимнастки самой была удивительна собственная решительность. Особенно когда её поведение и способ вести борьбу так сильно контрастирует с Асагири, который благополучно сидит в замке Ксено и льет ему в уши выгодную себе информацию.  — Ты-то? С солдатами? - насмехаясь, спросил Снайдер, - ты определенно плохо подумала.  — Это обдуманное решение, — разум снова шепчет голосом Сенку: «А вот это, Кацу, ложь на десять миллиардов процентов». — Ты, кажется, не понимаешь. - посмеивается пилот, пытающийся представить девочку в роли своего бойца, - Мои воины - это элитное подразделение США. Тебе с нами делать нечего. Не справишься с нагрузкой. Будешь балластом. К тому же, я не могу отправить с отрядом девушку без навыков. Даже если бы я был так глуп, что отправил бы перебежчицу в битву, тебе нужно было бы много тренироваться и готовиться. - рассуждает он. — Я Мастер спорта и чемпионка Японии. Я смогу, если захочу, - гордо усмехается Хаттори. — Не сравнивай свои танцульки с военным делом. Да и это в прошлом. Мне твои титулы ничего не дают. Для меня ты все равно никто и звать тебя никак. Ты же понимаешь, я не подпущу предательницу к своему войску. — А как иначе я могу доказать свою верность?! Я плохой стратег и в науке понимаю мало, но у меня есть боевой опыт, я точно могу быть полезна в сражении! Я выдержу тренировки. - заявила она, - Когда вы будете нападать? Просто скажи, смогу ли я участвовать в нем, если приступлю к подготовке с завтрашнего дня?  — Через две недели. Сомнительно. - говорит твердо, но во взгляде видно, будто колеблется. Боец-то лишнем не будет, да только подходит ли неопытная девчонка на это место? Тем более незнакомка, которая непонятно на чьей стороне. — Дай мне хотя бы попробовать. А если тебя устроит результат, то ты возьмешь меня на операцию, согласен? - предлагает девушка, хотя волнуется. Она не уверена, что справится, но очень хочет участвовать в захвате. Чтобы передать ребятам информацию. Чтобы увидеть их всех. — Ладно, пробуй, - не хотя согласился Снайдер, оставшийся почти равнодушным, - учти, сбежишь сразу же. И да, если выдержишь и меня каким-то чудом устроит твоя подготовка, то даже так не рассчитывай на место в отряде. Помни свое положение. Я не доверяю тебе. — Чего ты боишься?! Подпустить маленькую девчонку к бойцам элитного подразделения США? - давила Кацу, передразнивая гордую интонацию Снайдера, когда тот говорил о своем войске. — Не пытайся меня убедить. - отрезал тот. — Буду! Стэнли вздохнул. Ему на голову свалилась упрямая помеха, от которой он не может избавиться, ведь присутствие гимнастки - приказ. Он посмотрел на нее сурово. — Я позволю тебе тренироваться, раз тебе так скучно, что ты аж воевать рвешься. Но больше ни на что не надейся. Ты знаешь мою позицию. - ответил он на её детское упрямство командирским тоном. Тоном, не терпящим возражений. *** — Улизнул все таки? - ехидно прошептала девушка, не отрывая взгляда от потолка лазарета.  Она снова ночевала там. В комнату к Гену её больше не пускали, а чтобы не спать в казарме с громилами военного отряда, она выдумала историю о своем лунатизме и хорошо устроилась на больничной кровати в отдельной пристройке. Кацу услышала смешки и радостное, но тихое приветствие фокусника, который пришел к ней посреди ночи. Они не виделись уже неделю. — А то, - хитро улыбается Асагири, обрадованный встречей, - ты чем вообще занимаешься целыми днями? Тебя вообще не видать. — Ну, как тебе сказать… - мнётся гимнастка, присаживаясь на постель. Ген уселся рядом, недоуменно уставившись на собеседницу. На лицо девушки падает лунный свет. Распущенные каштановые волосы еще немного влажные после позднего душа, а взгляд кажется уставшим. Ссадина на щеке почти зажила, но появилось много новых по всему телу. Фокусник заметил каждую деталь и насторожился. — Я теперь солдат Стэнли.  призналась Хаттори, сминая в пальцах край одеяла. В ответ на изумленный взгляд менталиста, она вздохнула и продолжила, - И возможно я буду участвовать в нападении на наших ребят. Я попробую передать им, что узнала и помочь, чем смогу. Если, конечно, смогу убедить моего командира взять меня с собой. Небольшая пауза. Ген сначала ищет правильные слова, а потом решает утолить свое любопытство.  — Стэнли позволил тебе тренироваться? У тебя есть возможность стать частью его войска? - удивлялся Асагири. — Да, сказал, что я могу практиковаться с ним, если мне скучно. А частью отряда я могу и не стать, он опасается предательства. И, к слову, правильно делает, - горько усмехнулась Хаттори, - Я каждый день пытаюсь его убедить, пока безуспешно, но…Я сделаю всё, чтобы попасть на корабль к ребятам. Я очень хочу. С секунду парень молчал, а затем рассмеялся. Кацу не поняла, что смешного. — Кацу, котеночек, ты не перестаешь меня удивлять, - он улыбнулся и протянул к Хаттори руку, но ладонь, так и не коснувшись, застыла в воздухе, когда девушка отдернулась. Фокусник не позволил себе тронуть девушку без её согласия, - Ты, получается, теперь почти двойной агент. Как и я, - Ген с улыбкой Чеширского кота достает из сиреневого кармана наушник, который Сенку когда-то на острове сделал для Кохаку. Снова он пригодился.  — Воу, - приятно удивилась Кацу. Улыбка озарила ее измотанный взгляд, - И как у наших дела?  — Они копают тоннель, скоро проберутся сюда. У них работа кипит полным ходом, как обычно, не волнуйся, - успокоил парень.  — Работа? А кто руководит? Сенку же…  — Сенку живой. - уверенно заявляет менталист. У девушки камень падает с плеч, - тяжело раненый, с огромной кровопотерей, но живой. Его лечит Луна. А подкопом занимается Хром, он придумал идею с дрелью. С ними наши главные бойцы, кроме Хёги и Мацукадзе, оставшихся на корабле, Суйка, Укио и Тайджу.  — Вот как…Мне стало легче. - облегченно выдохнула Хаттори, и мир показался ей ярче. Она напряженно поинтересовалась, - но что у Ксено делает медуза?  — Ее отправили по команде Сенку. Она им все равно пока не нужна, разряженная же. Но я сказал, что наша команда на острове набрала кучу таких, - Асагири бесстыдно хмыкнул, - Неважно, есть внутри заряд или нет. Ксено умен и это играет нам на руку. Даже простой блеф обернется против него величавшим оружием. А блеф - это по моей части.  Кацу улыбнулась. Царство Науки вновь выкручивается, как может. Все по старым чертежам. Ей нравится, что ребята не сдаются, и сама она не собирается унывать.  — А у тебя как успехи? - поинтересовался фокусник, внимательно разглядывая измученную подругу, - держишься?  — Ну, прошла лишь неделя. Теперь я умею стрелять и лучше дерусь, но…я даже не знаю, как в итоге рассудит Стэнли. Удовлетворительный кивок - это максимальная похвала, которую возможно от него получить, - посмеиваясь, рассказала гимнастка, - Он только подначивает и критикует. Но я буду стараться, - пообещала она.  — Хорошо, - Асагири кивнул, глядя на воодушевленную девушку. Он сам для себя отметил, что за нее берет гордость. Она повзрослела в Царстве Науки. В Империи Цукасы она бы ни за что на подобное не пошла, - тогда отдыхай. Меня проверяют периодически ночью. Мне пора возвращаться, а то хватятся. Доброй ночи. — Доброй ночи. - ответила Кацу и, проводив менталиста взглядом, укрылась.