Часть 4

– Что это было..? – поинтересовалась она, потрясенная тем, что только что с ней произошло. Помимо того, что у нее никогда не было двух оргазмов подряд, они определенно не оставляли ее дрожащей и едва думающей. На самом деле, Елена начала задумываться над тем, что здесь была замешана какая-то магия Деймонизма, но ее перегретый разум не был сейчас способен трезво оценивать что-то. Губы мужчины тронула самодовольная улыбка. Его темные волосы были растрепаны еще пуще обычного, глаза блестели дьявольским огнем, темные и экзотические. Умные пальцы делают крошечные кружочки на ее коже, чуть выше тазовой кости. – Елена, не заставляй меня настолько серьезно волноваться о твоей сексуальной жизни до этого момента, - с наигранным беспокойством загрохотал он ей в шею, легкая тень его щетины мягко покалывала ее, но Гилберт с трепетом наслаждалась этим. У нее не было сил даже на напускное недовольство, она лишь легонько стукнула его по плечу. Правда, ее выдавала любовная улыбка. – Деймон… - нежно прочесывая его волосы сквозь пальцы, она наслаждалась тем, чтобы быть в его объятиях, прикасаться к нему без запретов, ощущать вес его мускулистого тела на себе. – М-м-м? – он оставил цепочку поцелуев по ее ключице, выше к чувствительному местечку у ее ушка, останавливаясь на краю ее челюсти, не в силах оторвать от нее взгляда. От порозовевших щек, растрепанных каштановых волос, карих глаз, взиравших на него с нежностью, припухших и покрасневших губ. Она потянула его на себя, приникнув к нему в долгом, но трепетном поцелуе, и Деймон громко выдохнул, нависая над ней и лаская дыханием. Теперь, помимо вкуса самого мужчины, к этому примешалось ее удовольствие. Едва она поняла это, как заалела еще больше – она не была уверена, что краснела столько за свою жизнь до этого, но ничего не могла с собой поделать. Это должно было показаться ей странным, ведь так? Но все, что она чувствовала, был возбуждением – это было замечательно, этот греховный рот довел ее до экстаза, этот вкус был свидетельством того, как хорошо ей было, что Деймон ласкал ее так. Девушка под ним чуть не довольно замурчала, ерзая, но мужчина оторвался от нее с легким шипением, когда она слегка задела его каменный член. – Тише, девочка. Мы оба не хотим, чтобы пострадала эта часть моей анатомии, - и он был действительно близок к этому, потому что ему казалось, будто в скором времени эту чертову молнию придется удалять путем операций, так сильно она впивалась в кожу. Елена вдруг как-то только сейчас поняла, что сам мужчина был все еще в джинсах. Елена чувственно закусила губу, вмиг желание томно разлилось в ее груди вновь. Она сглотнула, вдруг очень четко осознав, как напряжены его мышцы под ее пальцами, резкий угол его челюсти, твердое биение его сердца. Ее руки нетерпеливо поглаживают его плечи, сжимают, слегка впиваются ноготками. Легкий поцелуй приземляется на край его подбородка, прежде чем опуститься чуть ниже, к ключице, проверяя его прикосновением языка. Сальваторе пропустил вздох, пока ее голодные руки скользили по его твердым мускулам, исследуя, пока она не пробиралась ниже, по напряженным мышцам его пресса, дрожа от того, как великолепно он ощущался под ее руками. Она проследила большим пальцем эту сводящую ее с ума линию волос от пупка и ниже, дразня диагональную линию мышц над его бедром, наблюдая, как в ответ трепещут его длинные ресницы. – Я так давно и сильно хотела прикоснуться к тебе вот так… - томное признание слетело с ее уст, прежде, чем она сумела себя остановить. – Ничто не останавливает тебя… - хрипло ответил мужчина, мигом перехватывая ее за бедра и переворачивая на себя. Елена успела лишь пискнуть, прежде чем оказаться на нем. Деймон мрачно улыбнулся, когда окинул голодным взглядом ее нежную шейку, буквально лаская ее тело своим взглядом, когда он опустился к плавному изгибу груди, дерзко торчащим и слегка покрасневшим от его внимания соскам, округлым бедрам. Разомлевшая от оргазма, льнущая к нему, изнывающая по его прикосновениям. Это было похоже на еще один сон, мучавший его не одну ночь. Алый румянец желания распространился на ее грудь от такого взгляда. Елена сглотнула, позволяя себе насладиться тем, что, несомненно, самый красивый мужчина, лежал под ней. Ее руки заскользили по его предплечьям, проходясь большим пальцем по яркой синеющей вене. Почему-то это завело ее еще сильнее. Ее томные исследования перешли к его твердым мускулистым плечам, всегда туго натягивающимися под тканью футболки, что всегда заставляло девушку забыть о всем, о чем она думала раньше, хотя она определенно старалась скрыть это даже от самой себя. Мягкий поцелуй приземлился на его сердце. Гилберт не знала, как сказать ему то, что она чувствовала прямо в это секунду. Но Елена искренне надеялась, что Деймон поймет ее, как обычно. Ей нужно было, чтобы он знал, что она ценит его и восхищается им. Что его сердце теперь в безопасности вместе с ней. Что она рядом с ним, так же, как он рядом с ней. Что он любим ею, во что бы то ни стало. Шумный вздох дал ей понять, что он понял. Незаметно для самой девушки его глаза блеснули отражением мучающих его демонов, преследующих его на протяжении всего его существования. «Не сейчас» - зашипел его внутренний голос. Прямо сейчас он не хотел думать о том, насколько неправильным он на самом деле был для нее. О том, что он не мог ее оттолкнуть, потому что был слишком слаб. О том, что ненавидел себя за это. Прямо сейчас он хотел просто насладиться нежными прикосновениями девушки, женщины, которую любил всем собой. Елена прошлась рукой по твердым мышцам его пресса, чувствуя, как все это перекатывалось тяжелыми жгутами под ее ладонями. Она слышала, как его пульс стучит у него в горле. Видимо, она была не единственной, чье сердце еще не осознало, что они вампиры и ускоренный пульс больше не является биологической необходимостью. Его кожа отливала бронзовым блеском в приглушенном свете спальни, смольные волосы растрепались по подушке. Мужчина крепко сжал челюсть, он едва сдерживался от того, чтобы не перевернуть девушку и не взять ее. Юная мисс Гилберт в свою очередь была очарована тем, как он выглядел. Словно что-то темное и божественное спустилось в человеческий мир, жестокое и проницательное, сексуальное. Ее пальчики проследили косую выразительную мышцу его бедра, треугольником ведущую к внушительной выпуклости. Нежно ее ладонь опустилась на каменную твердость и аккуратно сжала. С губ мужчины сорвалось болезненное шипение. Девушка закусила губу. Он казался ей восхитительно толстым под тканью джинс, но она не была уверена. Хотя образы, наводнившие ее мозг, уже не давали ей покоя. Деймон почти облегченно выдохнул, когда ее пальцы потянулись к пряжке ремня – потому что теперь это буквально причиняло ему физическую боль. Звякнула застежка, когда Елена кратко подняла свои глаза к его лицу и нашла Сальваторе, следящего за каждым ее движением с тлеющим ожиданием. Ее руки задрожали от этого взгляда. Девушка едва подавила задушенный вздох, когда едва открыла пуговицу джинс, как молния разъехалась сама под весом его возбужденного члена. – Ты без нижнего белья… - это могло бы звучать удивленно, но на самом деле Елена вдруг поняла, что этого можно было ожидать от Деймона. Мужчина ответил на это мрачным смешком, прежде чем девушка не стянула деним с его бедер, полностью открывая его себе. И тут же едва подавила смущенный вдох. Деймон был красив той самой редкой мужской красотой, заставлявшей мурашки бежать по ее позвоночнику. Его член тяжело лежал на нижней части его живота, с ровной, крупной и алой от возбуждения головкой. По всему основанию тянулись синеющие венки. Он был…большим. Девушка заерзала в предвкушении того, как он будет ощущаться внутри нее, растягивая так, как никто до него. – Нравится вид? – поинтересовался он хриплым от возбуждения голосом, когда Елена никак не могла оторвать от него свой взгляд. – Не меньше, чем тебе, - соблазнительно прошептала Гилберт, нежно обхватывая его рукой у основания. Ее тонкие пальцы не совсем смыкались вместе на нем, но… черт возьми. Деймон был горячим и твердым, как камень, в ее ладони, обтянутый бархатом. Девушка провела по нему медленно и любовно, кружа большим пальцем по округлому, влажному от прозрачного предэякулята, кончику, изучая, прежде чем слегка зацепить ноготком чувствительную вену. Деймон грубо выдохнул, с его губ сорвалось хриплое мычание. Черт возьми. Ее рука ощущалась невероятно, когда она прикасалась к нему вот так в первый раз, изучая его с жаром, но робостью. Елена сжала его чуть сильнее, не зная, как ему это больше нравится и он дернулся в ее руке. От этого ее щеки заалели. Все таки она не была им, играющим на ее теле, выводящим ее из строя простым прикосновением. Но мужчина, казалось, наслаждался всем, что она ему давала. Потому что он просто закусил эту чертову покрасневшую губу между жемчужными зубами, которую ей очень, очень хотелось поцеловать и рокот прошелся по его горлу. Ей не терпелось услышать, какие звуки он будет издавать, когда будет внутри нее. Деймон зашипел. Черт возьми, он был слишком возбужден еще тогда, когда его голова находилась между ее бедер, слушая эти звуки, которые он срывал с ее губ, пробуя ее на вкус. Внезапно это стало слишком. В размытом движении она вновь оказалась под ним, его руки напряглись, рельефно изгибаясь, когда он откинул ее на кровать, передвигаясь вверх по ее телу, словно изящный зверь. Елена удивленно пискнула, но задрожала, когда увидела, каким взглядом он на нее смотрел. Глаза Деймона пылали, словно он хотел поглотить ее без остатка. Елена горела заживо от его взгляда, обжигающий жар его обнаженного тела просачивался в нее при каждом прикосновении. Мужчина грубо прижался к ней, целуя ее и вытесняя все здравые мысли из ее мозга. Его рот… Боги, его рот… Это все, что она помнила и даже больше. Она простонала, когда он эротично прикусил ее язык, твердые тупые зубы, скользящие по ее теплой влажной плоти. Он не целовал ее так, как будто ему просто хотелось это сделать. Он никогда этого не делал. Деймон целовал ее так, будто она – воздух в его легких. Кровь в его венах. Как будто он умрет, если остановится, если они когда-нибудь оторвутся друг от друга. Елена чувствовала то же самое. Гилберт буквально затащила его на себя, прижимая его своими ногами, обернутыми вокруг его бедер. Руками, путающимися в его волосах, скользящими по спине, впивающимися ноготками в твердые мышцы. Елена выгнулась навстречу к нему и Сальваторе несдержанно застонал в поцелуй. Ее мягкая грудь прижималась к его твердой, она обнимала почти всеми возможными способами. Голодно хныкала ему в рот. Горячно прижималась к нему, будто нуждалась в нем так же, как он в ней. То, что это могло быть правдой, кружило ему голову. Будто читая его мысли, Елена любовно огладила его скулы своими ладонями, край щетины слегка покалывал на ее мягкой коже. Своими руками она интимно закрыла их от всего остального мира, целуя его так, словно он и был ее землей под ногами, ее воздухом, ее плотью и кровью. – Займись со мной любовью, Деймон… Пожалуйста… - прошептала она ему прямо в рот. Сальваторе не знал, понимала ли Елена, но он бы сделал сейчас все, что она попросила. Сальваторе обхватил себя рукой, не нуждаясь больше ни в чем другом, устраиваясь между широко раскрытых в приглашении бедер девушки. Ему пришлось буквально напомнить себе быть медленным и нежным, потому что он помнил, как туго она ощущалась вокруг его пальцев. Поэтому вместо того, чтобы сразу войти в нее, Деймон свободно заскользил вокруг ее входа, не толкаясь, а дразня мягкую влажную плоть, покрывая тупую опухшую головку ее возбуждением, пока она не блестела. Каждое мягкое движение заставляло ее корчиться и подрагивать под ним. Мужчина нежно скользнул к клитору, дразня его мягкими круговыми движениями. Она была такой влажной под ним, что ему даже не приходилось прилагать никаких усилий. Елена захныкала под ним, кусая губу. - Деймон, пожалуйста... - ее голос был полон отчаянного желания. Сальваторе сдержал рычание. - Тише, девочка... Я не хочу причинить тебе боль... - мягкий поцелуй приземлился на ее щеку, но Елена не разделяла его нежности, притягивая мужчину к себе и грубо прижимаясь к нему ртом. Девушка прикусила его губу, проходясь по ней своим теплым язычком, нежно посасывая. Деймон дергается, отвечая на ее поцелуй с не меньшим напором, вкус этой девушки, сладкий, сводит его с ума, когда мужчина беззастенчиво скользит своим языком по ее, чувственно успокаивая ее. Головка нежно разделяет ее влажные губки, легкое давление на ее вход и Елена мягко стонет, сжимаясь, пытаясь утянуть его глубже, удержать. Ее бедра нетерпеливо дергаются вперед, пытаясь получить больше и Сальваторе толкается внутрь, чувствуя, как теперь она сжимается вокруг его толстой распухшей головки. Гилберт прикусила нижнюю губу от того, как он растягивал ее. Хорошо, боже, это было неописуемо. Мужчина издал низкий хриплый стон. Черт возьми. Она буквально втягивала его в себя, Сальваторе не мог вспомнить, когда он был в последний раз был так возбужден или чтобы женщина вообще когда-либо оказывала на него такое влияние. Ее внутренние мышцы вновь сжали его самую чувствительную часть и Деймон несдержанно покачнулся вперед, совсем немного, но достаточно для того, чтобы Гилберт закинула голову и высоко застонала. Чувствуя, как ее опухшая плоть растягивается вокруг него, Сальваторе мягко толкнулся внутрь и наружу, входя в нее лишь на первые пару дюймов. Он поправил бедра, и следующим толчком попал тупой головкой своего члена по очень чувствительной точке на ее передней стенке, что и было его намерением. Елена великолепно выгнулась к нему, почти жалкое рыдание покинуло ее губы, потому что она пыталась сдержать отчаянно громкие звуки. Девушка даже не знала о подобных местах внутри нее, и у нее отвисла челюсть. Просто потому, что она была такой красивой под ним, Деймон вновь мягко качнулся, поражая ее с интенсивной точностью. Елена вцепилась в него, когда его глаза скользили по ее лицу, наблюдая за реакцией. - О боже... Деймон, что ты... Это... - она даже не могла составить связного предложения, путаясь пальцами в темных волосах, выгибаясь к Сальваторе. - Хорошо? - прошептал он ей в губы, все еще покачиваясь внутри нее, медленно и уверенно. Хорошо? Девушка не могла описать словами, что с ней происходило. Мужчина поцеловал ее опухшие от поцелуев губы, потому что она выглядела так сексуально, как сам грех, и он не мог сдержаться. Сальваторе зарычал, впиваясь пальцами в ее бедра, когда девушка стала сама мягко покачивать тазом. Черт возьми, она чувствовалась невероятно. Такая горячая, он едва мог думать или дышать. ­- Еще... Боже, пожалуйста, Деймон... Еще... - прошептала она ему в губы, обвивая его ногами, притягивая ближе за смольные волосы. Мужчина скользнул в нее дальше, медленно, дюйм за дюймом, пока этот великолепный жар не захватил его полностью, растягиваясь и сжимаясь вокруг него. Елена едва могла дышать, переведя мутный от похоти взгляд на Деймона. Только сейчас она увидела, как подергиваются мышцы его челюсти, насколько он сосредоточен на том, чтобы начать медленно для нее. Девушка нетерпеливо застонала от великолепного чувства наполненности им. Боже, он чувствовался огромным внутри, растягивая ее, невероятно толстый. Елена понимала, почему он пытался быть таким неторопливым, хотя и отчаянно краснела, но каждое его действие посылало искры удовольствия по ее телу. Она так сильно хотела его. Ей нравилась эта легкая боль, когда ее мышцы только привыкали к нему. Ее бедра стали неосознанно качаться и девушка закусила губу. Мужчина зарычал. Понемногу он начал двигаться в ней. Медленно, нежно, смакуя каждое чувство и ощущение. То, какой горячей и влажной она была вокруг его. Как дрожала под ним, отчаянно цеплялась за плечи, ее раскрасневшиеся щеки и горячие стоны и вскрики, которые покидали ее рот без остановки. Что-то тёмное зашевелилось в нем при знании о том, что она никогда не кричала так под кем-то другим. Мужчина знал это и его бедра дрогнули, когда он вошел в нее грубее, чем намеревался, попадая по всем глубоким точкам внутри нее, которых еще никто не касался. Девушка запрокинула голову, буквально хныкая его имя, впиваясь ноготками в перекатывающиеся под ее пальцами мышцы его спины. Его бедра до этого двигались внутрь и наружу, внутрь и наружу, в медленном, размеренном темпе. Но ее страстная реакция подтолкнула его дальше. - Черт возьми, Елена… - прошипел он, чувствуя как ее мышцы сжимают его член. В зверином жесте он несдержанно зарылся носом в ее растрепанные каштановые волосы. Этот девчачий аромат сводил Сальваторе с ума. Он глубоко вдохнул. Елена пахла сексом, пахла им. Одна из его рук крепче сжала ее бедро. Мягкие поцелуи приземлились на влажную от пота оливковую кожу ее шеи. Интересно. Резко его другая рука грубо вплетается в ее кудри, совсем не нежно оттягивая, открывая Сальваторе эту нежную шейку. Тупыми зубами он кусает чувствительное местечко, как раз над ее артерией. Дрожь мгновенно сотрясает все ее тело, ее внутренние стеночки мгновенно сжимают его, Гилберт великолепно выгибается к нему, громкий вскрик покидает ее губы. Елена закусила губу от своей реакции, пытаясь не выдать себя еще больше. Она не могла не представить больше, когда его рот был на ее шее, дразнил ее мягкими, но властными укусами. Он хотел этого? Хотел укусить ее, питаться ею? Потому что… Все внутри нее дрожало от желания при мысли об этом. Боже, она даже не знала, что будет так возбуждена при мысли об этой, грубой, первобытной, горячей стороне Деймона. Тогда мужчина не мог сдержать темной усмешки. - М-м-м, девочка, если ты хочешь грубее, тебе нужно только попросить… - грязно прошептал он ей на ухо, чувственно кусая мочку ее ушка. Румянец разошелся еще сильнее по ее груди. Она сходила с ума под ним, все, что он делал и говорил было великолепным. Все ее предыдущие любовники предпочитали медленный, монотонный темп, пока Гилберт пыталась направлять их неловким шепотом и движениями. Ничего общего с тем, что происходило сейчас. Когда Елена не могла даже составить слов или мыслей в своей голове, чувствуя его глубокие толчки, буквально ощущая внутри себя каждую венку, каждый сантиметр, каждую пульсацию. Сходя с ума. Она застонала, забывая дышать, что издало странный нуждающийся звук и Деймон вновь ударил ее тупой головкой члена по этому месту, стирающее все. Но внизу ее живота накапливалась эта новая потребность, когда Елена отчаянно желала чувствовать его еще сильнее, еще глубже, еще быстрее. Несдержанно зарычав, Деймон заскользил двумя руками по ее бедрам, к ее ногам, расплетая их с себя. Он не прекращал глубоких, все еще размеренных, но сильных толчков. Девушка под ним смущенно посмотрела на него, не понимая, что он делает, но это тут же смылось высоким стоном, когда мужчина вновь проник в нее. Сальваторе усмехнулся, не давая ей времени на то, чтобы подумать о чем-то. Эта невинность сводила его с ума, когда он закинул эти смуглые, длинные ноги себе на плечи, буквально подминая Елену под себя. Ее спина заскользила по простыне, а руки остались наверху, цепляясь за ткань. Ее ноги раздвинулись еще больше. Теперь она была полностью открыта под ним, беззащитна против удовольствия. Деймон толкнулся в нее. И Елена, блядь, закричала под ним от удовольствия. Глубоко. Боже, он был глубоко. Ей казалось, будто Сальваторе заполнил всю ее, казалось, будто теперь от нее ничего не осталось. Елена чувствовала его в себе, он казался огромным, и девушка приходила в отчаяние. Ей казалось, будто она чувствовала биение его сердца внутри себя. Но это только заставляло ее хотеть его больше, по причинам, которые она никак не могла исследовать прямо в эту секунду. Ее вскрик превратился в рыдание, когда теперь Деймон грубо и сильно толкался в нее, совершенно без заминки. В этом не было нежности – лишь темная страсть, желание, нужда владеть. Каждое его движение заставляло Гилберт буквально видеть пятна перед глазами, она никогда не было такой чувствительной, он касался всех мест внутри нее, которых нужно было коснуться. Она знала, что вот так, когда мужчина буквально трахал ее в матрас, она не продержится и минуты. Его руки сжали ее бедра, до синяков, но девушка хотела лишь больше, больше, больше. Она буквально могла слышать, насколько влажной она была, но ничего не могла с собой поделать. Елена даже не знала того, что это так возбудит ее, не знала, что его грубость окажет на нее такое влияние. Деймон больше не мог сдерживаться. Каждый его толчок, каждое движение, каждый поцелуй, которыми он осыпал ее шею, было притязанием. Она сжимала его так крепко в этой позе, мужчина знал, как близко она была. Черт возьми, он должен был быть, хотел быть нежным и милым с ней, но он не мог. Но Елена стонала под ним, выгибалась к нему, горела так, будто это было так хорошо, что она умирала. - Давай, дорогая… Я знаю, что ты очень хочешь… Кончай… - прошипел он, поднимаясь, чтобы посмотреть ей в глаза. Сальваторе сам был на грани, он знал, что не продержится долго. Вот и все. Она больше не могла. У нее даже не было времени осмыслить то, как оргазм захватил ее тело. Мир потерялся для нее. Елена дрожала, стонала, судороги били ее тело и будь кто-нибудь еще тут, в этом пансионе, помимо их двоих, то он обязательно позвал бы на помощь от таких криков. Но девушка даже не слышала этого. Она погибала. Ей казалось, что это продолжалось часами. Слезы накатились на ее глаза от того, что Гилберт чувствовала все так сильно – ощущение не концентрировались лишь между ног, нет, они, казалось, проходили через все ее тело, глубоко и неумолимо. Все, что она видела, было голубыми глазами Деймона, его лицом, твердо сжатой линии челюсти, темными, растрепанными ее же руками, волосами. Его член распух внутри нее еще больше, трахая ее через экстаз. Последнее громкое рычание покинуло его губы, когда он почувствовал как сильно она пульсирует вокруг него, сжимает, требуя его оргазма вместе с ней. Мужчина никогда не мог отказать ей. Тем более, когда она так красиво выглядит под ним в своем удовольствии. Капли пота блестели на его лбу, когда он прижал ее крепче к себе. Толчок, два – сжатие ее горячих мускулов вокруг его огромной головки – и он кончил. Его горячее семя разлилось внутрь нее, отмечая ее, наполняя. Это, казалось, только продлило ее кончину. Боже, ей казалось, что она вот-вот потеряет сознание. Ее сердце то ли остановилось, то ли билось так быстро, что Елена не успевала. Девушка никогда не думала, что найдет что-то такое великолепное в сексе, но вот, она была здесь, смотря как искажалось лицо голубоглазого мужчины в экстазе, когда он кончал внутрь нее. Деймон рухнул на нее, его тело покрыло ее, но Елена не могла пошевелиться. Не то, чтобы ей хотелось. Она с трудом могла даже думать о чем-то. Ее ноги все еще были широко раскинуты и тряслись. Она все еще была живой? В этот момент Гилберт действительно затруднялась ответить. Сальваторе пришел в себя первым. Нежнее, чем когда-либо, когда его дыхание пришло в норму, он аккуратно опустил ее дрожащие ноги со своих плеч. Девушка что-то промычала в ответ, но мужчина не мог разобрать. Все еще внутри нее, он лег рядом, прижимая Елену к себе в защитных собственнических объятиях, оставляя на ее влажной щеке мягкий поцелуй. Она выглядела великолепно. - Что? – прошептал он, когда легкая счастливая улыбка озарила его губы. - М-м-м… Яуммм…ерл… - ее голос казался хриплым и ей действительно было сложно даже говорить. Этот оргазм действительно убил ее. Но Елена все еще чувствовала его руки вокруг нее, его самого, внутри нее и едва сдерживалась, чтобы не замурчать от удовлетворительности этого. Вечность, она хотела это чувство на всю вечность. У нее даже не было сил смущаться. Деймон лишь прижался ближе, давая ей время Елене прийти в себя. Его нос зарылся в растрепанные волосы ее затылка, вдыхая ее аромат.