Глава 13. 3 апреля 2013

Драко подвел черту под последней записью и взглянул на миссис Бримбл: — Шесть месяцев, верно? Первые свидетельства существования призрака появились шесть месяцев назад? Случалось ли что-то необычное в деревне в это время? — Необычное, дорогой? — миссис Бримбл посмотрела на него поверх своих квадратных очков, прежде чем переключить внимание на вышивку. — Тебе нужно быть конкретнее. У нас, например, есть несколько чудаков. — Страннее, чем пара чудаков. Кто-то, кто... — Драко попытался представить, как самые консервативные и замкнутые волшебники повели бы себя среди магглов, — кто воспринимал бы простые вещи как что-то дикое и ужасающее. Шарахался бы от машин или электричества. Одевался бы как судья после взрыва на лакокрасочной фабрике. Говорил бы о совах. Что-то вроде этого? Миссис Бримбл закончила пришивать перо к темной ткани на своем пяльце. — Нет, ничего из этого. Кроме людей, которые приехали, чтобы увидеть призрака, в деревне уже несколько лет не появлялись новенькие. Драко подавил вздох и закрыл небольшой кожаный портфель, в котором хранились его блокнот и собранные заметки. Это интервью было пустой тратой времени и личным разочарованием. Он надеялся найти зацепку в том, что волшебники бывали в Фейт-Ин-Харт, какой-то намек на то, что его подозрения о пожаре в Мэноре были верными. Пока у него ничего не было. Все указывало на то, что они с Гермионой были единственными волшебниками, ступившими на эту землю за многие годы. Он встал и кивнул миссис Бримбл. — Спасибо, что уделили мне время. — Не проблема, дорогой. Извини, что больше не могу ничем помочь. Ты поговорил с Джилли, Гвен и Эдди, так? Что насчет Стэна? Драко покачал головой. — Крауденом? Его не было в городе несколько дней. — Я слышала, что он вернулся сегодня утром. Тебе нужно поговорить с ним. Он довольно груб снаружи, но в душе милый. Ездит к маме каждый месяц, как по часам. Он взял на себя управление «Белым оленем» пять лет назад и, кажется, уже знает все обо всех. Неудивительно, ведь это единственный паб в деревне. Все там бывают. Драко попрощался с миссис Бримбл и пересек центральный парк. Он заметил Пэтса, неразговорчивого друга мистера Миллберна, шаркающего в своем тяжелом пальто. Пэтс огляделся и нырнул в узкий проулок между двумя зданиями. Драко покачал головой, надеясь, что он никогда не выглядел таким увертливым, когда пытался прокрасться по Хогвартсу в выручай-комнату. По крайней мере, никто никогда не ловил его на этом, так что он, должно быть, был менее заметен. Дизиллюминационные чары очень помогали. Он выбросил Пэтса из головы, направляясь в паб. Входная дверь была заперта, но он услышал звон и треск стекла, очень слабый, из-за большого здания. Он прошел по узкой служебной дорожке сбоку от паба к небольшой мощеной площадке для доставки в задней части здания. — Мистер Крауден? — позвал он. Вспышка, которую он заметил краем глаза, заставила его обернуться. Он вгляделся в тени за мусорными баками, затем решил, что звук, скорее всего, издавала крыса. Не заметив других движений, он пожал плечами, поворачиваясь к окнам, выходящим на кухню. Стекло было покрыто жиром, дымом и другими неприятными веществами, и Драко старался ничего не трогать, даже когда сложил ладони вокруг глаз, пытаясь заглянуть внутрь. — Мистер Крауден? Я бы хотел поговорить с вами, — снова позвал он. Драко проверил дверь рядом с окнами. Она распахнулась, открыв темный коридор с двумя дверями, ведущими из него. Дверь слева вела на кухню, справа — в главный зал паба, видимый в конце коридора. Помещение было освещено только одной лампой в главном зале. Драко шагнул внутрь, придерживая ногой дверь, ведущую наружу. — Мистер Крауден? Ответа он не услышал и решил вернуться в коттедж, чтобы попробовать в следующий раз. Прежде чем он развернулся, Драко услышал слабый звук за дверью справа по коридору. Он задержал дыхание и прислушался, напряженно ожидая повторения звука. Он появился вновь, такой же слабый, как и раньше. Похож на чей-то болезненный стон. Нервы Драко напряглись за секунду до того, как порыв ветра захлопнул за ним дверь, толкнув его в темноту коридора. Он резко обернулся, но никакой удар не открыл бы эту дверь снова. Слабый стон раздался еще раз, затем перешел в резкий смех. Волосы на затылке и руках Драко встали дыбом, когда он почувствовал, как по его коже потекла волна магии. В тени появилась тонкая фигура, как только чары, скрывающие ее, спали. — Молодой Малфой — произнес голос. Драко с колотящимся сердцем ударился плечами о дверь. Это было невозможно. Он знал эту фигуру, этот голос. Это должно быть невозможно. Резкий смех раздался снова, и Драко застыл на месте, его рука сомкнулась на дверной защелке. — Племянник, — шаги приближались, тонкая рука потянулась к нему, угловатые пальцы скрючились, словно когти. Драко боролся с собой, чтобы не закричать, когда перед ним появился Рабастан Лестрейндж, улыбаясь. — Или племянник моей невестки? Но зачем такие формальности? Драко. Какое счастливое воссоединение. — Оставайся на месте, — Драко слышал дрожь в голосе, хрип в словах, когда в горле пересохло. — Или что? — Рабастан положил одну руку на дверь, загоняя Драко в ловушку в углу. — Позовешь своего папочку? Ох, он мертв, не так ли? И твоя мамочка. Ты последний. Последний слабый, бесполезный предатель. Ты выжил. Неудивительно, правда. Ты всегда был хорош в том, чтобы прятаться под столом или исчезать, когда что-то идет не по плану. Ни преданности, ни верности. Только выживание. Рабастан положил свободную руку на плечо Драко, прижав большой палец к его ключице. Острый ноготь пронзил рубашку Драко и царапнул его кожу. Невольно из горла Драко вырвался тихий всхлип. Рабастан улыбнулся, показав острые зубы. — Это напоминает мне первый раз, когда мы с моим братом встретили тебя после нашего побега. Собираешься обмочиться в этот раз, как испуганный мальчишка? — он сжал плечо Драко, впиваясь в плоть. — Мило, что ты пришел ко мне. Избавил от этого небольшого дельца. Отлично, учитывая всю работу, которую мне пришлось выполнить, чтобы доставить тебя сюда. Слышал, что были какие-то неприятности, но, в конце концов, все обошлось, не так ли? Очень мило. Тебе понравился подарок, который я тебе оставил? Ты должен был это видеть. Адское пламя просто прекрасно. Он вытащил палочку и прижал ее к горлу Драко, сильно вдавливая во впадинку под челюстью. Все, с чем Драко смог справиться, — это дрожь. Он был уверен, что находится всего в минуте от смерти. Рабастан наклонился ближе, их щеки почти соприкоснулись, и Драко закрыл глаза, ожидая, что Рабастан разорвет ему горло. Рабастан сделал глубокий вдох, долгий, гнусавый вдох, затем замер. — Что это? — спросил он, выпрямившись и схватив Драко за волосы, потянул его голову назад. — Парфюм. Либо ты нашел новое хобби с нашей последней встречи, либо снова затащил ту кудрявую суку в свою постель. Все становится еще лучше. Он толкнул Драко к двери и ухмыльнулся: — Я планировал убить тебя медленно, племянник. Заставить тебя страдать за твою слабость, трусость и предательство, но теперь я передумал. Приведи ко мне женщину, и я убью тебя быстро. Заставь меня прийти за тобой, и я убью тебя очень медленно. После того, как закончу с ней. Ты уже видел раньше, как она страдает, не так ли? Белла рассказывала, как было весело. Хочешь попробовать еще разок? — он почти нежно погладил Драко по щеке, затем взмахнул палочкой и оставил порез вдоль челюсти Драко, тонкий и острый, как лезвие бритвы. — Тридцать шесть часов, — сказал он, отступая в тень коридора. — Даю тебе время, чтобы привести ее ко мне. Завтра до полуночи, а затем я выслежу тебя и убью, предатель. Он исчез. Замок щелкнул, дверь распахнулась, и Драко вывалился на тротуар снаружи. Он вскочил на ноги и побежал, прижимая руку к кровоточащему порезу на челюсти.

~*~

Солнце уже почти село, когда Гермиона увидела Драко за воротами коттеджа. На мгновение ее сердце заколотилось быстрее, многочасовое переплетение страха и гнева сменилось облегчением, смешанным с разочарованием. Она не смогла найти его, связаться с ним любым способом, который не привлек бы нежелательного внимания магглов. Она волновалась с тех пор, как ушла из чайной комнаты. Кроме миссис Бримбл и нескольких других продавцов на рынке, его никто не видел весь день. Гермиона уперла кулаки в бедра и уставилась на него, пока он возился с замком и закрывал за собой ворота: — Где ты был? Ты пропал на несколько часов! Я так волновалась! Хочешь, чтобы я провела остаток вечера, крича на тебя? Когда он приблизился, она увидела рану на его челюсти, кровь, засохшую и шелушащуюся на его бледной коже. Она ахнула и потянулась к его подбородку. Он оттолкнул ее руку и плечом протиснулся мимо нее в коттедж, его лицо застыло в жестких линиях: — Мы уезжаем. Гермиона уставилась на него. Он сразу направился вверх по лестнице, не сказав больше ни слова и не оглянувшись. У нее отвисла челюсть. Ей потребовалась почти минута, чтобы привести себя в движение и взбежать по лестнице. Дверь ее спальни была открыта. Драко был в комнате, бросая ее одежду в чемодан: — Малфой! — Гермиона прыгнула вперед и выхватило платье из рук Малфоя. — Что с тобой не так? Что происходит? — Мы уезжаем, — повторил он. — Мы не останемся ни на минуту. Я перебрал все варианты, и больше ничего не могу сделать. Выхода нет. Мы уберемся отсюда. Сегодня. Сейчас, — он взял джемпер из шкафа и кинул в чемодан. Гермиона вытащила всю одежду из чемодана, бросила ее на кровать и развернулась, чтобы схватить Драко за руки, прежде чем он успеет вытащить что-нибудь еще из шкафа: — Стой! Стой! — она потянула его за руки, притягивая лицом к себе. — Объясни. Объясни сейчас же, Драко Малфой. — Не могу. — Не можешь или не хочешь? Потому что если ты не можешь, значит, ты и не хочешь. Не сегодня. Поговори со мной. Драко замер, уставившись на ее руки, сцепленные с его: — Я не могу объяснить. Нам нужно уехать. Дело окончено. Кто-нибудь другой справится с этим. Кто-нибудь другой выполнит задание, — его голос стал грубым и хриплым. Он отвернулся от нее, быстро моргая. — Я могу подождать, — пробормотал он себе под нос, будто забыв, что она стоит там, сжимая его руки. — Не стоит рисковать. Я могу подождать. Мускулы на его лице были напряжены, ресницы дрожали. Вокруг сжатого рта появились узкие, глубокие морщины. Он выглядел так, словно постарел на двадцать лет за те несколько часов, что отсутствовал. Гермиона положила руку ему на запястье и пощупала пульс. Он был быстр, как у пойманной птицы. Гермиона положила руку ему на грудь, на сердце: — Драко, — тихо сказала она. Сейчас, когда она внимательно посмотрела на него, весь ее гнев испарился. Что бы ни произошло, это напугало его даже больше, чем призрачный звук голоса Чарити в ветре или вид сожженного дотла Мэнора. Что-то напугало его до полусмерти. Она не могла представить что-то в деревне, что могло бы сотворить такое. — Мы никуда не поедем, пока ты мне не объяснишь. Поговори со мной. Я не смогу тебе помочь, если не знаю, что... — Рабастан, — голос Драко был на грани рыдания. Он опустился в изножье ее кровати и закрыл лицо руками. — Это был Рабастан. — Раб... Подожди. Рабастан Лестрейндж? — Гермиона уставилась на него, на его дрожащие пальцы, закрывающие глаза, и попыталась сопоставить кусочки головоломки в его словах и действиях. У нее было недостаточно информации. Ей нужно больше, чем просто имя. После последней битвы войны, финальной битвы за Хогвартс оставалась горстка сил Волдеморта, которая спаслась. В основном, это были бойцы и сторонники более низкого ранга, не имеющие большого значения и не стоящие усилий по выслеживанию, но пару высокопоставленных Пожирателей Смерти так и не нашли. Одним из них был Рабастан Лестрейндж, которому удалось ускользнуть незамеченным. Беллатриса и Родольфус погибли в битве. Рабастан бесследно исчез. Гермиона опустилась на кровать рядом с Драко, слепо уставившись на чемодан, находящийся в беспорядке посреди пола: — Рабастан Лестрейндж. Драко, о чем ты говоришь? Ты нашел какую-то зацепку к нему? Подсказку? — она опустила руку на его бедро и сжала. — Но это же замечательно! Министерство будет в восторге. Мы должны продолжить расследование, а не уезжать. — Не подсказку, — Драко упал на груду одежды и уставился в потолок. Его руки безвольно повисли по бокам. Он едва дышал, — Не подсказку, не зацепку, не свидетельство. Его. Я нашел его. Он здесь, Грейнджер. Нам нужно выбираться отсюда. — Он здесь? В деревне? — Гермиона вскочила с кровати, сунув руку в карман за палочкой. — Вставай! Мы идем за ним! — Гриффиндорцы, — голос Драко прозвучал смиренно, и он не сдвинулся. — Не говори мне этого. Ты мог бы схватить его! Мы могли бы привести его сюда! Авроры ищут его уже пятнадцать лет! Черт возьми, Малфой, ты что, позволил ему сбежать, не сказав ни слова? Решил сделать то же самое сам? Убежать и позволить ему сделать бог знает что с магглами здесь? О чем ты только думал? — Я думал несколько часов. Нет ни одной гребанной вещи, которую я мог бы сделать, кроме как доставить тебя... нас в безопасное место. Убраться отсюда к черту и позволить кому-то справиться с этим, кому-то подготовленному. — А до того, как они приедут? Он уже мог уйти! Или убить половину магглов в деревне! — она в отчаянии вскинула обе руки, искра сорвалась с ее палочки и обожгла потолок. — Почему ты ничего не сделал? — Потому что не мог. Я говорил тебе, что ничего не могу сделать. У меня было два пункта плана: надеяться, что он не убьет меня, и убраться отсюда к черту. Первый прошел успешно. Ты задерживаешь второй. — Все настолько неправильно, что я даже не знаю, с чего начать... — Гермиона слегка взвизгнула. — Ты мог бы... — Когда ты последний раз видела, как я использую магию, Грейнджер? Гермиона замерла на этом вопросе. Он никак не вязался с темой, и она нахмурила брови, глядя на Драко: — Я не понимаю, почему... — Ответь мне. Когда ты последний раз видела, чтобы я пользовался палочкой? Заклинанием? Даже простыми детскими чарами? — Драко медленно сел и взглянул на нее, подняв бровь. — Ну? Гермиона погрузилась в свои воспоминания: — Тот раз в Париже... — Стаканы с водой? Это была ты. — Было... — Тоже ты. — Уверена, что видела, как ты что-то делал в Министерстве. — Ни разу, — Драко покачал головой. Он прислонился к столбику в углу кровати и скрестил руки на груди. — Ты вообще не видела меня, использующего магию. Мы выберемся отсюда и пошлем кого-нибудь, кто сможет взять дело на себя. Скажем, что задание провалено, я потеряю свой шанс на слушании, и да, по всей вероятности, кто-то пострадает. Но у меня нет выбора. Вот почему я ни черта не сделал с Рабастаном Лестрейнджем. Я ничего не могу сделать. Она смотрела на него, открыв рот, палочка дрожала сбоку: — О чем, черт возьми, ты говоришь? Драко взглянул на нее, затем в сторону: — Если я расскажу тебе, ты обещаешь, что уедешь со мной? — Нет, — последовал мгновенный ответ. Гермионе не нужно было думать об этом ни секунды. Она не собиралась убегать, пока на свободе был Пожиратель Смерти. После первого порыва ее сердца немедленно принять меры, она смогла достаточно успокоиться, чтобы понять, что у них должен быть план. У Драко явно была информация, которая будет иметь решающее значение, и она была готова выслушать его. Но она не собиралась убегать. Не тогда, когда в опасности были другие. У магглов Фейт-Ин-Харт не было бы ни единого шанса защититься от такого темного, злобного волшебника, как Рабастан Лестрейндж. — Расскажи мне правду, — сказала она, — и я не буду против твоего отъезда. Но я никуда не собираюсь. Драко вздохнул. Он потер глаза, а когда убрал руки, на его лице появилось пустое, стоическое выражение. — Закрой дверь и наложи чары на коттедж, — сказал он. — Я поставлю чайник. Рассказ займет некоторое время.