Глава 17. 4 апреля 2013

Прикрытия нет. Спрятаться негде. Гермиона уклонилась от заклинаний Рабастана, направила палочку в сторону нескольких камней, чтобы увеличить их трансфигурацией и укрыться за ними. Она слышала свое шумное и хриплое дыхание, пока двигалась. Прошли годы с тех пор, как она в последний раз дралась, даже на тренировочной дуэли. Ее тело не подвело ее, благодаря ежедневным пробежкам. Но вот ее мозг, ее магия замедлились. Рабастан парировал каждое заклинание, которое она бросала в него, все время смеясь, и у Гермионы уже заканчивались идеи. Она видела, как Драко врезался в основание башни, но приказала себе не бежать к нему. Ему нужно было сосредоточиться на себе и Миллбернах. А ей держать Рабастана подальше, чтобы дать Драко шанс. Она выскочила из-за одного из своих увеличенных магией камней, привлекая внимание Рабастана криком. Он выстрелил заклинанием в нее. Яркое, угольно-красное пламя вспыхнуло над ее плечом. Она почувствовала, как жар пролетел мимо нее, рассеиваясь в воздухе. Гермиона перекатилась и нырнула в тень второго камня. Она ощупала свои волосы и рубашку. Следов огня не было, но она могла почувствовать запах опаленных волос. Ей удалось отклониться, но она не знала, как долго еще сможет выдерживать удары. Казалось, Рабастан играет с ней, намеренно промахиваясь, и она понятия не имела, сколько времени пройдет, прежде чем ему станет скучно и он отправится убивать. Гермиона выглянула из-за камня, заметив, как Драко исчезает в башне. Над ним на метлах парили Гарри и еще три человека. — Гермиона! — крикнул Гарри. — Я в порядке! — ответила Гермиона. — Хватайте Лестрейнджа! Авроры бросились в бой. Заклинания врезались друг в друга и в башню. Гарри полетел вниз, чтобы приземлиться за камнем возле Гермионы. — Спасибо за патронуса, — сказал он с улыбкой, поправляя очки. — Извини, что не появились раньше, но мне и так пришлось вытаскивать этих троих из паба. По радио передавали матч Ос против Пушек. — Пока ты тут, — она выглянула из-за камня, крепко сжимая палочку в руке. — Драко в башне с магглами. Мы должны остановить Лестрейнджа, Гарри. Они беззащитны. Они не могут защитить себя, и Драко не сможет, по крайней мере, магически, — она уставилась на него, делая вид, что угрожает ему своей палочкой. — Кстати, у нас будет долгий разговор на эту тему, когда выберемся отсюда. Не позволять волшебнику даже прикасаться к палочке? Что за жестокость. — Правила не мои. Поговорим об этом позже, хорошо? Когда выживем? — Гарри встал, выглянул из-за камня и снова опустился вниз. В том месте, где только что была его голова, пролетела вспышка голубой магии. Гермиона покачала головой, смотря на него: — Не дай ему себя убить, — сказала она. — Иначе у меня будет куча бумажной работы. Смех Гарри был заглушен хриплым криком, раздавшимся рядом с башней. Несмотря на то, что Гарри попытался ее удержать, Гермиона отошла к краю укрытия, чтобы посмотреть. Девушка-аврор стояла на четвереньках, ее рвало кровью. Рядом неподвижно лежал мужчина, его одежда дымилась. Их метлы были сломаны, несколько обломков горели в грязи, и Гермиона уловила движение мантии, когда третий аврор вбежал в башню. Рабастан был всего в нескольких шагах позади него. Рабастан развернулся и выстрелил в камень. Гермиона упала в грязь, чтобы избежать проклятия, которое он бросил, и закрыла голову руками, когда оно взорвалось дождем острых, вращающихся лезвий. Гарри отразил атаку с криком и взмахом палочки. Несколько лезвий оставили порезы, но большинство быстро исчезло. За несколько секунд до того, как они обогнули укрытие, Рабастан исчез. Арка в башне оказалась закрыта полупрозрачным щитом. Гермиона колотила по нему, проверяя заклинание за заклинанием, но ничто не могло пробить щит. Она повернулась к Гарри, который проверял сбитых авроров, лежащих теперь на земле. — Гупта мертв, — пробормотал он, кивая на мужчину. Он убрал руку с шеи женщины, проверив ее пульс. — Коллингсворт еще жива. Она ранена, но скорее всего выживет, если мы покончим со всем вовремя, — он посмотрел на щит, закрывающий арку, и тихо выругался. — Я вижу тело на ступеньках башни, — сказала Гермиона, напрягая зрение, чтобы увидеть происходящее в темной башне. — Там, хм. Блондин, — она слышала дрожь в своем голосе. Она думала о том, что ей должно быть стыдно надеяться, что тело, распластанное на ступеньках башни, принадлежит третьему аврору, а не Драко. Однако все, что она чувствовала, — беспокойство. Но пока они не пройдут сквозь щит. Пока она не увидит сама... Она отогнала мысли об этом прочь. Гарри подошел к ней и тронул за плечо. Взгляд, который он бросил ей, был настороженным, но понимающим. — Да брось, — сказал он. — Давай избавимся от щита. Там... Он выглядит слишком большим для Малфоя. Думаю, что там Медоуз. Гермиона сжала его руку в знак благодарности за то, что заметил ее неозвученную надежду. Они сделали шаг назад и подняли палочки: — Взорвем? — спросила Гермиона. Гарри кивнул. — Во всю мощь, — добавил он. — Не жалей силы. Они выстрелили одновременно, выкрикивая «Бомбарда Максима». Щит замерцал и затрещал, ослабевая. Еще один удар, затем еще один. Камни арки развалились с грохотом, сотрясшим всю башню. Щит исчез с гулким грохотом, воздух за ним вырвался с воем. Мусор и грязь из башни кружились вокруг них, впиваясь в обнаженную кожу. Гермиона едва заметила это. Она вбежала в башню, нацелив палочку на винтовую лестницу. Быстрый взгляд на тело на ступенях заставил сердце учащенно биться. Она выдохнула от осознания. — Медоуз, — сказала она. — Это Медоуз. Не Драко, слава Богу. Гарри моргнул, смотря на нее, и Гермиона покраснела. — То есть, мне жаль. Это Медоуз, мне жаль. Гарри покачал головой: — Не важно. Я понял, — он указал на ступеньки и двинулся впереди нее. — Пойдем.

~*~

Рабастан втолкнул Драко в дверь наверху лестницы, швырнул его на пол и выбил палочку из рук. Та со стуком ударилась о стену круглой комнаты. Ребра Драко сильно болели, и он боролся с темнотой в глазах. Он не мог сейчас потерять сознание. — Мистер Малфой! — Джилли, сидевшая на полу рядом с братом, протянула руку Драко. Беспокойная улыбка, появившаяся на лице при виде него, сразу же исчезла, когда она заметила позади Рабастана. — Привет, магглы, — бодро сказал Рабастан, захлопывая дверь. Он забаррикадировал ее деревянной балкой. — У нас будет вечеринка. — Оставь нас в покое, — Джилли обняла Джоффри и взглянула на Рабастана. Она потеряла свои очки, а ее зеленые волосы были в пыли, но она вызывающе подняла подбородок. — Мы ничего тебе не сделали. — Вы магглы. И для меня этого достаточно, — Рабастан взмахнул палочкой. Искры заплясали у ног Джоффри, и он со стоном притянул ноги ближе к себе. Драко перекатился на одно колено, широко раскинув руки. — Оставь их в покое. Ты здесь ради меня. И вот я здесь. Отпусти их, и мы сами разберемся. — Драко помнил, что Рабастан любил поговорить, и ему хотелось выманить его. Если бы у него было достаточно времени, то Гермиона, Поттер или оставшиеся авроры могли бы добраться до них. Они могли бы покончить с этим до того, как ему придется рискнуть всем. — Почему ты защищаешь их? — спросил Рабастан, скривившись в неверии. — Они всего лишь магглы. Они хуже домовых эльфов. В них нет ни капли магии, — он посмотрел на сбившихся в кучу Миллбернов, а затем на Драко, который стоял перед ними, защищая. — О, племянник, — с отвращением произнес Рабастан, — не говори мне, что чувствуешь родство с этими маленькими дурачками. Семья — это еще не все, хоть ты и можешь думать иначе. Тебе кажется, что они верны и защищают тебя, но дай им шанс — и они отвернутся от тебя. Они мгновенно отвернутся, и семья ничего не будет значить. — Они этого не заслуживают, — сказал Драко. — Они ничего из этого не заслуживают. Тебе нужен только я, — он сменил положение, намереваясь наброситься на Рабастана. Палочка Рабастана опустилась, нацеливаясь прямо ему в лицо, и Драко замер. — Отпусти их, — повторил он. — Они этого заслуживают, — сказал Рабастан. — Заслуживают всего, что я для них выберу. Посмотри на них. Ставлю на то, что если бы дал им выбор, если бы я сказал, что один из них может уйти, если другой останется, то не прошло бы и секунды, прежде чем они начали бы драться за место выжившего. Лично я поставил бы на паренька. У него есть недостигнутые мечты. Что думаешь, Фриз? Отдай свою сестру, и я тебя отпущу. Я даже устрою для тебя гараж, как ты и хотел. Работай над всеми машинами, над которыми хотел, только отдай ее мне. — Нет, — сказал Джоффри. Драко услышал, как он зашевелился, но не отвел глаз от Рабастана. Джоффри закашлялся, и страх в его голосе исчез, когда он снова заговорил. — Нет. Ты ей не навредишь. Сначала придется справиться со мной. Делай что хочешь, но ты ее не получишь. Рабастан сморщил нос. — Неудивительно, что паренек нравится тебе, — сказал он Драко. — Он такой же, как и ты. «О, не трогайте моих родителей, пожалуйста, я сделаю, что угодно», — произнес Рабастан жалостливым голосом. — Играет в мужчину. Он такой же тупой, как и ты. Совсем как твой отец. Плакал и кривлялся перед Министерством, что он этого не хотел, его заставили, он только защищал жену. Так много лжи, племянник. Сделаешь все, чтобы сохранить свою семью в целости и сохранности? Все это ложь. Ты лишь спасаешь свою шкуру. Самое важное. Ни один отец не заботится о сыне так же сильно. Не брат о брате. Когда Родольфус женился на Беллатрисе, ты знаешь, что мне сказали? Сказали, что Нарцисса хочет присоединиться к нам. Братья, женившиеся на сестрах. Представь, какую силу мы получили бы, смешав наши родословные. Мне так много говорили о Нарциссе, о ее привязанности ко мне, о славе, которую принесут наши объединенные родословные. А потом она вернулась из Парижа с обручальным кольцом Люциуса на пальце, и мой брат смеялся над всей ложью, которую он мне наговорил. Тогда я захотел, чтобы он умер. Хотел, чтобы они все умерли за их неверность. Родольфус, Люциус, Нарцисса, Беллатриса — сейчас они все мертвы. И мне не удалось получить удовольствия от убийства кого-либо из них! Он сделал шаг ближе, вдавливая палочку в шею Драко, в выемку между ключицами. Драко сглотнул, его горло дернулось под кончиком палочки, когда он откинул голову назад. За ним Джилли и Джоффри вцепились друг в друга с тихим и испуганным криком. — Вот в чем дело? — спросил Драко. Он мог слышать шум за дверью, скрип дерева, когда кто-то попытался войти, но он заставил себя не смотреть туда. Он сосредоточил свое внимание на Рабастане, чтобы он продолжал говорить, чтобы его дикий бред продолжался. Им нужно было еще немного времени. — Из-за моей матери? Моего отца? Ты жаждешь отомстить за то, что произошло почти сорок лет назад? От двери донесся грохот, как будто кто-то бросил в нее тяжелый камень или заклинание. Она задребезжала, но Рабастан, казалось, не заметил этого. Он схватил Драко за волосы, дернул его голову назад, заставляя встать на колени. Глаза Рабастана сверкнули безумием. — Я собираюсь уничтожить твою семью, — сказал он, почти выплевывая слова. — Перебежчики. Трусы. Ты последний, Драко, и я убью тебя. Тысяча лет лжецов и предателей завершится. Все закончится здесь. Он встряхнул Драко за волосы и швырнул на землю. Рабастан отшагнул, поднял палочку и расправил плечи: — Авада — Дверь взорвалась, разлетевшись на горящие куски дерева. Драко бросился на Рабастана. Оба мужчины свалились на пол, борясь за контроль над палочкой Рабастана. Джилли закричала, Джоффри завопил. Гарри и Гермиона нырнули в комнату. Рабастан с дикими криками сыпал заклинаниями, пытаясь направить свою палочку на Драко. Волшебный клинок взметнулся, рассекая щеку Драко, разрывая раковину его уха. Драко перекатился, его кровь брызнула на каменный пол. Башня загрохотала. Еще одно лезвие рассекло его спину, порез обжег плоть, вырвав из него крик. Он услышал эхом отозвавшийся голос Гермионы, услышал пронзительный звук магии, когда Рабастан повернулся к Гермионе и Гарри. Драко попытался пошевелиться. Он чувствовал сломанные ребра и порезы на спине. Он обмяк, едва двигаясь, чтобы увидеть, как Гарри принял на себя удар проклятия, которое швырнуло его в стену. Гермиона с перекошенным лицом удвоила усилия. Она колдовала раз за разом, заклинания срывались с ее палочки. Рабастан ухмыльнулся ей. Он развернулся и выстрелил круциатусом прямо в Миллбернов. Их крики боли эхом отдавались по комнате. Гермиона развернулась, чтобы атаковать Рабастана в спину. Он с легкостью отбил заклинание, затем развернулся, чтобы прицелиться в Драко. Еще одно лезвие рассекло его плечи. — Что будешь делать, грязнокровка? — крикнул ей Рабастан. — Ты ведь не можешь защитить их всех! Выбери одного, выбери одного! Магглы или Малфой, выбор за тобой! Драко не услышал ответ Гермионы. Он напрягся, чтобы пошевелиться и потянуться через пол. Рабастан, сражаясь с Гермионой, забыл у стены палочку мертвого аврора. Драко заставил себя сосредоточиться, приказывая своему телу двигаться. Он вытянул одну руку, пальцы потянулись к палочке. — Черт возьми, Малфой, — бормотал он себе. Ему нужно был дотянуться до нее, нужно было ее схватить. Гермиона закричала. Драко выхватил палочку и встал на одно колено. Миллберны рухнули без сознания. Гарри был оглушен, потихоньку двигаясь вдоль стены. Гермиона была в руках Рабастана, его палочка упиралась ей в горло, тонкое лезвие блестело на кончике. — Может, перерезать ей горло? — спросил он с дикой усмешкой. — Что думаешь? Не в первый раз ее кровь потечет по камням Малфой Мэнора. Последняя башня, последнее кровопролитие и битва, последний Малфой. Все это очень мило и поэтично, не правда ли? Драко взглянул на Гермиону. Ее губы сложились в слово «нет», но он проигнорировал это. Он провел рукой по щеке и уху, стирая кровь с кожи. Он позволил своей руке упасть, позволил своей крови капнуть на пол. Башня снова загрохотала. — Поместье Малфоев, — тихо сказал он. — Дом моих предков. Знаешь, я рассказывал Гермионе, что никому никогда не узнать всех секретов этого места, что здесь настолько древние защитные чары, что о них забыли, — он встретился с Рабастаном взглядом, прикоснулся палочкой к каплям крови на полу и улыбнулся, показывая зубы. — Но не все из них мы забыли. Глаза Рабастана расширились. С яростным криком он отшвырнул Гермиону и бросился в сторону Драко. Малфой постучал палочкой по камню и поднял голову. — Кровь на камне, — сказал он. Драко закрыл глаза и прошептал слова заклинания такого же древнего, как и родословная его семьи. Башня затряслась, когда магия откликнулась на пролитую кровь последнего сына рода. Драко развернулся на коленях, начертив кровью круг на каменном полу. Рабастан приблизился к нему, и мерцающий столб света окружил их щитом, закрывая от внешнего мира, удерживая Рабастана в ловушке внутри круга с Драко. Драко не колебался. Как только появился щит, он стал выпускать проклятие за проклятием, башня подпитывала силой его заклинания. Рабастан танцевал под натиском, застряв под щитом атаки Драко, ругаясь и рыча от боли. Драко мог видеть Гермиону снаружи щита, она била по нему кулаками. Из пореза на ее горле сочилась кровь, под глазом темнел синяк. Она кричала ему. — Драко, нет! Не делай этого. Нет! Драко покачал головой в ответ на ее протесты. Он смотрел на Рабастана, на человека, который хотел уничтожить его семью и убить его. Мужчину, который хотел убить людей, о которых он заботился, женщину, которую он любил. Он был в шаге от того, чтобы потерять всё. Здесь. В этой комнате. Время действовать. Он уже потерял слишком многое. Если он собирался потерять что-то еще, то только по своей воле. Драко поднял голову, напряг челюсть. Стоило рискнуть. — Ты был прав, — сказал он Рабастану. — Все закончится здесь. Он прицелился. — Круцио. Рабастан закричал, корчась у щита. — Круцио. Крики Рабастана стали пронзительными. Он забился в конвульсиях. Драко глубоко вдохнул и прицелился в грудь Рабастана. Он встречался с опасными волшебниками и раньше, но в этот раз... Этот человек заслуживал того приговора, что вынес ему Драко. Это не слабый старик, который угрожал подлым целям тирана. Этот человек угрожал жизни Драко и его любимым. Он сосредоточился, накапливая ненависть и гнев, но слова отказывались складываться у него во рту. Гермиона была за щитом, ее лицо исказилось от страха, страха за него, и Драко не мог заставить себя произнести смертельное проклятие. Он выругался и опустил палочку. Рабастан засмеялся, его голос сорвался от криков: — Трус! — закричал он. — Трус! Сделай это! Драко покачал головой. Он указал палочкой на пол и проделал дыру в камнях. Рабастан упал с грохочущим криком. Криком, который длился несколько секунд, прежде чем закончился тошнотворным хрустом у подножия магически увеличенной башни. Драко снял щит и опустился на колени у края дыры, глядя на искореженное тело Рабастана далеко внизу. Гермиона опустилась на колени рядом с ним, обернув руки вокруг его талии и положив голову на плечо. — Драко, — прошептала она. Он покачал головой, останавливая ее. В другом конце комнаты Миллберны зашевелились, прижимаясь друг к другу, скуля от боли после проклятий Рабастана. Гарри, бесполезно свесив одну руку, стоял перед ними в защитной позе. Покачав головой, он подошел и встал рядом с Гермионой. — Малфой, — сказал Гарри. Он посмотрел через дыру на тело Рабастана, затем протянул руку. Драко вложил палочку мертвого аврора в пальцы Гарри. Поттер сунул ее в карман и посмотрел на него строгими и печальными зелеными глазами за стеклами очков. — Черт возьми, Малфой, — сказал он, взъерошив челку. Когда он заговорил, его голос был полон власти главы авроров. — За нарушение условий вашего соглашения с Визенгамотом, использование проклятия Круциатус и убийство Рабастана Лестрейнджа вы арестованы. Гарри взмахнул палочкой, и на запястьях Драко появились железные кандалы. Гермиона вскочила на ноги, лицо ее было бледным и напряженным. Гарри вздохнул, опустив плечи. — Прости, Драко, — сказал он, отворачиваясь.