Глава 4 — Софи

Впервые мы поехали вместе в школу примерно через неделю, когда я здесь освоилась. Карлайл в ускоренном порядке подготовил мне фальшивые документы, чтобы у меня было алиби. Неделя была загруженная, поэтому его мы в этот период почти не видели — если не считать, что он ещё старался выходить на смены. Среди документов я обнаружила удостоверение личности — карточка с фото и данными, где мне приписали семнадцать лет. Давно мне не было семнадцать, сразу вспоминается та фраза из фильма, которая теперь вышла боком. Также мне оформили медстраховку и документы о зачислении в школу Форкса. Здесь я живу под легендой, что раньше жила в СНГ, но теперь я приёмная дочь доктора Каллена — всё-таки о СНГ, тем более о России, я знала больше, чем о любой другой стране. На этой почве легче выдумать правду. Сегодня я рано проснулась, быстро позавтракала — мне до сих пор лестно, что Эсме готовит одной мне еду в этом доме, кофе с молоком мне очень нравится у неё. Особо я старалась не задерживаться: меня пока смущала мысль о нашем разном образе жизни, не хотелось, чтобы они меня долго ждали. Поэтому я ушла одеваться. Большую часть гардероба мне подарила Элис, хотя бы пока я здесь. А насколько это «здесь» затянется — это уже другой вопрос. Одежда была очень разная и удобная — заметно, что девушка прошла не одну эпоху и побывала в разных штатах и городах. Я ощущала себя героем видеоигры, где можно комбинировать красивые образы — в народе это называют «одевалки». Сегодня я решила надеть блузку с пуговицами, имитирующими жемчуг, и голубые джинсы. Волосы я никогда не заплетала — попросту не умею, и мои волосы торчали, как у той забытой старой куклы на чердаке. Но я всегда их расчёсывала, мне не хотелось выглядеть неряшливой во вселенной, где меня ещё не знают. Вот по этой причине я и подстриглась коротко в своём мире — за длинными ухаживать очень сложно, а это не моя главная проблема в этом быстро меняющемся мире. Предпочитаю сосредотачиваться на чём-то крупнее, чем «что надеть» и «как заплести волосы». Когда я спускалась, на первом этаже были только Джаспер, Элис и Эсме — очевидно, остальные уже уехали в город. Признаться честно, я всегда позволяла себе любоваться этой парой. Они оба стильно одевались и хорошо выглядели, и дело не только в вампиризме как инструменте. Вдвоём они ждали меня, чтобы поехать в школу — это предложил Джаспер пару дней назад, когда Карлайл принёс документы о зачислении. Было бы смешно, если бы я позволила себе упустить возможность провести время в их компании. — Нервничаешь? — спросил Джаспер, кивнув в сторону моих ладоней. Я вспомнила о том, что забывала в повседневной жизни, но никогда не ускользало от глаз окружающих. Тем более от вампиров. У меня был тремор рук — они слегка тряслись. Это можно заметить, если вытянуть ладони вперёд, не напрягая, позволив им повиснуть. В повседневности почти незаметно, если не вглядываться, но бывает, трясутся сильнее, если я нервничаю. Или ношу тяжёлые вещи — да, от сумки тоже. Тогда трясутся так, что даже потом пить воду не могу — банально не попадаю губами к краю стакана или бутылки, а стекло звенит о зубы. — А? Нет, нет, всё нормально, — начала я. — Это тремор. Всегда со мной был. Просто из-за волнения усиливается. Или если ношу тяжёлые вещи — не на плече, а именно в руке. — Значит, нервничаешь? — краем губ улыбнулся он, неожиданно забрав у меня сумку. Её мне тоже предложила Элис — одну из тех, которыми она сама уже не пользовалась. Там я временно носила свои вещи, если они вообще были. Кнопочная «раскладушка», бутылка воды. Совсем мелочи, но сумку у него я не забрала. — Возможно, — ответила я, пожав плечами. — Расслабься, — сказала Элис, нежно улыбнувшись и отмахнувшись рукой. — Представь, что всё ещё смотришь фильм. Просто с эффектом погружения. Мы же рядом теперь. Действительно, это же одно и то же. Интересно, насколько эта реальность разнится с моей — не только с фильмами, но и с книгами, в которых указано, конечно, больше информации, чем уместили в фильмы. Я совсем забыла, дошла ли до 2008 года технология виртуальной реальности и очков, поэтому об этой шутке решила умолчать. — Теперь, — повторил Джаспер, соглашаясь. — Пойдёмте. Мы вышли на улицу, и я ощутила ту самую палитру красок, которую так усердно передавали в первом фильме. Пасмурное небо, холод по плечам — но приятный холод. Отчего-то мне был приятен холод, а не мучителен, хотя Форкс теплом не славится, и я обычно чувствительна к температурам. Казалось, будто даже в глазах на секунду появился тот самый бирюзовый фильтр. Мы спустились и свернули в сторону гаража, где были припаркованы автомобили ребят. Пару дней назад Эммет уже показывал мне их коллекцию, и некоторые я моментально узнала, сравнивая с картинкой из фильма — джип Эммета, мерседес Карлайла и, конечно, хвалёный вольво Эдварда. В книге, помню, описывалось, что у Джаспера был мотоцикл. Конечно, книги я досконально не читала, как пересматривала фильмы, но читала упоминания в браузере и на форумах. Но никак не могла ожидать, что он подойдёт к одной из машин и откроет своим ключом — это был BMW 7. Не оглядываясь на меня, Джаспер подошёл и открыл пассажирскую дверь — сначала для меня. Мелочь, но приятно. Перехватить даже самую лёгкую сумку из рук, открыть дверь — эти галантные жесты. К сожалению, я таких почти не видела в своей вселенной, в 2026 году. Кто знает, может, Джаспер и Эдвард просто воспитаны другим временем, а из моего века джентльмены вымерли. Тем не менее, это приятно. Я села за водительским креслом, и он закрыл дверь. — Удивлена? — спросил он, когда хлопнула дверь. — Могу поклясться, что в книге этой машины не было, — ответила я. — Вот видишь, — усмехнулся он, уже открыв дверь для Элис спереди. — Чем-то я уже лучше твоей версии. Блять. Он сейчас посмеялся надо мной? Или над собой? Он совершенно другой — я его не помню таким в фильмах, по крайней мере в первом. Это будет сейчас слишком эгоистично, но... это я сейчас на него влияю? Он сел за водительское кресло, поправив зеркало заднего вида — я увидела его хитрую улыбку, какую показали только в третьем и последующих фильмах. Он смеялся, как нашкодивший мальчишка, который осознаёт весь масштаб хулиганства. Поцеловав ладонь Элис будто на удачу, он пристегнулся и выехал на улицу. Моё любимое занятие — смотреть в окно. Всегда, даже если я вижу в сотый раз проплывающий пейзаж. — Хотя если не испугаешься, могу прокатить как-нибудь и на Ducati, — добавил он, держа одну руку на руле и посмотрев через зеркало на меня. Но я его уже не слушала, приклеив взгляд к лесу за окном, пока мы выезжали на главную трассу. Мимо нас проплывали ели почти изумрудного оттенка, землистые тропинки — видок был однотонный, пока мы ехали только по лесу. Тонированное стекло чуть затемняло и без того пасмурное небо за окном, делая его фиолетовым. В салоне пахло то ли теми же елями, то ли мужским парфюмом. Музыка тихо играла по радио, не мешая основному разговору — мы обменивались редкими фразами. В городе стало интереснее. Выехав на трассу, Джаспер чуть ускорился, но не пугающе быстро — приемлемая скорость для прямого шоссе. Скоро показались первые здания, узнаваемые из фильма: кафе, где Белла ела с Чарли несколько раз, жилые дома. Городок маленький — основная суета наверняка была в Порт-Анджелесе. Подобные города встречала и я в своей вселенной. В России. Например, Москва и Московская область — мы жили в округе в лесной зоне. Или Ростов-на-Дону и Таганрог — второй мне всегда казался меньше и тише, а деревня Петрушино, где теперь жил папа с новой женой, и того меньше. Когда мы приехали к знакомой из фильма школе, на парковке было ещё мало людей. Стоило догадаться, что культура вождения у американцев в почёте — большинство едет на своих машинах. Некоторые выходили из жёлтых автобусов — это рейсовые школьные, которые забирают прямо от крыльца дома. И лишь некоторые приходят в самом деле пешком невесть откуда. У нас такое не модно, не развито. Принято, что место учёбы — в непосредственной близости, пешком. В крайнем случае подвезут родители или приходится спасаться на общественном транспорте. Ведь водительские права в России выдают только в восемнадцать лет — даже если учиться можно с шестнадцати. Эта логика мне всегда оставалась непонятной. — Напомни, откуда ты? В своём мире, — спросил Джаспер, когда помог мне выйти из машины и закрыл за мной дверь. — Из России. Москва, — ответила я. Вот ведь! Я им не рассказала о себе за эти пару дней толком. — Россия? Фантастика! Ты обязана мне будешь всё рассказать! Особенно учитывая, что это другая вселенная — там может быть всё иначе, — Элис оживлённо жестикулировала указательным пальцем, выходя из машины. — Потом, — вполголоса отрезал Джаспер, повернув голову к ней. — Не знаю, как это было в России, но вот тебе вводная база. Классы здесь никогда не повторяются. У каждого своё расписание, и каждый год учеников перемешивают так, что ты можешь оказаться с совершенно новыми людьми на каждом уроке. Подружиться бывает сложно. Джаспер напомнил вовремя о суровой реальности. Любишь кататься — люби и саночки возить. Оказаться среди вампиров — тем более Калленов — конечно, приятная неожиданность, хоть я и скучаю по дому. Но оказаться здесь также означало вплетаться в их мир и снова столкнуться со школой, которую я нехотя закончила с тройками в девятом классе — потом ушла в колледж. — И шкафчики. Там ты хранишь свои основные вещи, а на урок берёшь только то, что понадобится. Кстати, перемены здесь довольно короткие — не затягивай, — добавил он, напоминая, что местные перемены около пяти-семи минут. Об этом я когда-то читала на форуме. К нам уже подходил Эдвард в своём сером пальто и с наспех причёсанными волосами, но даже сейчас он умудрялся выглядеть красиво. Он положил руку мне на плечо и кивнул вопросительно — будто без слов что-то спрашивал у Джаспера. Тот, положив руку на талию Элис и закрыв машину, ушёл в сторону школы. — Мы решили приехать пораньше, — начал Эдвард, проводив взглядом Джаспера и Элис, — чтобы ты успела сходить в администрацию за формуляром. Не волнуйся, я схожу с тобой. Могу поклясться, Эдвард опять прочитал мои мысли, но я была ему благодарна — озвучить вслух я бы не решилась. Это как впервые идти к врачу без мамы: куда идти, как идти, зачем идти, а если я кого-то перепутаю или скажу не то? Волнительно, немного страшно. Но не страшнее Джеймса, конечно. Я кивнула, слушая инструкции, и всё ещё стояла возле машины Джаспера. Потрясающе, у него есть машина! Что дальше? Белла блондинка? Как по заказу, на парковку приехал красный ржавый пикап. Такой был только у одного человека, по крайней мере если судить по моим последним данным. К счастью или сожалению, информация совпала — оттуда мешком выпала Белла. Да, грация картошки у неё даже в этой вселенной. Бедняжка. Я видела, как Джаспер и Элис задержались у лестницы, глядя на неё, что-то прокомментировали и ушли ко входу. Я машинально почесала нос и отвела взгляд, чтобы пока не заострять внимание Эдварда на этом. К моему удивлению, он даже не посмотрел в ту сторону. Если, конечно, не притворился.

***

— Чем могу помочь? — спросила одна женщина, приспустив очки на нос. — Софи Каллен, новенькая, — ответил Эдвард, мягко надавив на мою спину, чтобы я подошла ближе. Но руку он не отпустил. Это поддержка. — Отец должен был предупредить. — Верно. Документы пришли совсем недавно, — ответила женщина, поправив очки. Работающий вентилятор, который крутился в разные стороны. Старые квадратные мониторы и щёлкающая клавиатура. Облизнуть палец, прежде чем что-то искать в бумагах. Как же давно я не видела вживую столь приятную атмосферу. Читай между строк: сарказм. Нет, что-то приятное в этом было, как ностальгия. Но в моём мире технологии и минимализм убили всю забытую эстетику, и самое главное — человечность в вещах. И зачем, спрашивается, работающий вентилятор в дождливом городе в марте?! Ещё и с открытым окном! А американцы что-то про закалку русских шутят. — Каллены. Все вы старше своего возраста выглядите, — прокомментировала другая блондинка-секретарша, что-то заполняя за другим столом. А ведь правда. Возраст у них — тема запутанная. Майор. Невеста. Лесоруб. Потерявшая ребёнка. Все они были уже взрослыми людьми в своё время, спасённые Карлайлом, и только Эдварду «давно уже семнадцать». А учитывая, что они живут на земле гораздо дольше, они действительно старше своего возраста, что создаёт путаницу в глазах жителей. Теперь такой была и я: ведь мне двадцать, без нескольких месяцев двадцать один, а в документах — семнадцать. На комментарий Эдвард ничего не ответил, молча ожидая формуляр. Очевидно, к подобным сплетням парень уже привык. Я ничего не стала говорить тоже. — Итак, добро пожаловать в бюрократию местной школы. Ты, кажется, из России, — начал вводную Эдвард, когда мы вышли. Я совершенно не удивлена его словам. — Но у нас здесь всё работает иначе. У тебя есть обязательные предметы — они нужны для выпуска и уже вписаны по умолчанию, — объяснял он, указывая пальцем по строкам. — А вот дополнительные — это то, что нужно лично тебе. Скажем, для колледжа. Ну и личные интересы. Не спеши, у тебя будет ещё время. Всё равно это надо будет потом Карлайлу на подпись отвезти. — А сегодня что? — спросила я, прикусив костяшки кулака и глядя в бланк. — Сегодня у тебя душа свободна. Сокращённый день, только обязательные предметы по расписанию. Вот тебе, кстати, и расписание дали, — он показал распечатанную бумажку сзади. — Пять уроков. Могу показать тебе кабинеты, чтобы не заблудилась. Я кивнула на автомате, желая продлить время с Эдвардом. В новом месте всегда тяжело, а я — в новой вселенной. И совершенно никого не знаю. Только упомянутых персонажей из самой истории. Но ведь всё может пойти иначе, так что гарантировать, что я с кем-то полажу, я не могла. Пока мы шли и ждали бланк, оставалось уже десять минут до начала первого урока — у меня это английский. У нас он второй язык, а у них основной. Зато вторым языком можно взять испанский или французский, который как раз был не основным, а предметом на выбор. К сожалению, когда я вошла в класс, нам пришлось попрощаться — Эдвард ушёл на обществознание, а в моём кабинете не было ни одного знакомого лица. Три урока тянулись медленнее, чем в моей школе. Я в целом учиться никогда не любила и делала это из рук вон плохо, а тут — другая культура, другая программа, другие люди. Да и до старших классов я прежде никогда не доживала: я же в колледж заканчивала, и там другая атмосфера, другой подход к образованию. В целом в Америке ученики и учителя относились ко мне с уважением. Учителя меня совсем не спрашивали в первый день, давая привыкнуть к процессу. Но что-то мне подсказывало, что уважение от учеников рождалось потому, что я ходила под фамилией Каллен — а у них тут ярлык «странных». К счастью, ничего касающегося математики сегодня не было — по ней у меня едва получалось вытягивать тройки. Я была настолько плоха в вычислениях, что по геометрии и алгебре получала бы сплошные двойки, если бы нашей математичкой не была классная руководительница — видела, что я стараюсь, и всегда, по возможности, повышала мои оценки на балл. Что ж, вспомним её мудрости, царство небесное ей. Прошло лишь три урока, и я могу с лёгкостью назвать аргументы, почему каждый мне понравился или не понравился. Начнём с английского — он был первым. У них это основной язык, как для нас русский. Программа здесь не особо отличалась: те же упражнения с проработкой у доски. Только раскладка поменялась. Так что этот предмет мне скорее не понравился, чем да. Вторым была химия. Подход здесь был, конечно, ярче, чем в России — мы действительно занимались химическими опытами. Но ведь это не отменяло факта, что мы должны были что-то записывать? Водород, углерод... Что там за чем смешивать и складывать в тетради — не понятно. Поэтому особо я не воодушевилась. Мне не понравилось. И сюрприз — третьим уроком тоже была химия, дублированный урок. Некоторые ученики не покинули кабинет, кому тоже выпала такая лотерея, большинство же сменили других. Поэтому скука продлилась. Я готова была лезть на стенку. После каждого урока Эдвард оказывался возле моих кабинетов раньше, чем я успевала его покинуть. Это приятно удивляло и почти льстило — я не ожидала такой... заботы? Внимательности? Он действовал будто не раздумывая. Это не похоже на ухаживания за новой пассией, это простая забота и вежливость. Правда, когда я сказала, что химия мне попалась дублем, он с усмешкой посочувствовал и чуть успокоил своё рвение, решив просто постоять в коридоре. После третьего урока настала перемена подольше, и мы пошли в столовую. — Она находится на цокольном этаже. Но туда проще пройти через улицу, — ответил Эдвард, держась расслабленно, но ровно. — Можешь сесть с нами. Ты же теперь Каллен. Я молча слушала его, оставив вещи в шкафчике и идя рядом. Как и Джаспер, он не наседал с заботой, просто существуя рядом и предлагая своё общество. Я не должна сесть — я могу сесть. Разница есть. Выбор по-прежнему за мной, и, недолго подумав, я молча кивнула. Эдвард улыбнулся краем губ, сворачивая налево. — Как тебе школа? Если опустить факт, что пока она для тебя больше как пособие по химии, а не кучка шумных потных учеников. — Отлично, — я пожала плечами, улыбнувшись и добавила: — Хотя уроки химии меня... доканали. Скучно. — Я заметил, — ответил он, продолжая мило улыбаться. — А какой тебе урок нравится? — спросила я, взглянув на него. — Когда выпускаешься по меньшей мере семьдесят пять раз за последние девяносто лет вампиризма, — начал Эдвард будто эта деталь ничего не значила, — многие предметы теряют краски. Ничего. Ничего не нравится и нравится всё. Привыкаешь. И да, у меня действительно семьдесят пять шапочек выпускника, — он украдкой подмигнул мне. Блять, он прочитал эту мысль — однажды мне стало интересно, сколько шапочек на его стене в кадре, и я поставила фильм на паузу. — Не парься. Ты хорошо считаешь, — добавил он, увидев мою неловкую улыбку. Мы вышли на улицу и свернули в сторону столовой. У входа уже стояли Джаспер и Элис, но, увидев меня, расслабились — особенно Джаспер. Прошло около недели, как я здесь, и я стала замечать: Джаспер расслабляется только когда я прихожу. Будто кто-то наконец размял узел в мышцах и его отпустило. Спустя некоторое время нас догнали Эммет и Розали — как и в фильме, они флиртовали глазами, держась за руки. И их не в чем винить. Что я, никогда влюблённых не видела? — Вы идите, — начал Эдвард, когда Розали и Эммет уже вошли, — мы сейчас подойдём. Элис и Джаспер кивнули нам, не прощаясь, и тоже вошли внутрь. — Пойдём, возьмём тебе что-нибудь, — ответил он уже мне и открыл дверь. Я почти покраснела, но гордо подняла голову и вошла внутрь. Я широкими шагами последовала за Эдвардом, который направился к стойкам с едой и взял поднос. Сам он не ел, но вызвался помочь донести всё, что я выберу. И тут до меня дошло: тремор. Он прочитал в моей голове утренний разговор. И если бы я сейчас понесла еду, у меня действительно, вероятно, затряслись бы руки. Он... не перестанет меня удивлять. Мы сели за стол к Калленам, где уже все сидели. Так мило. Та самая сценка. Тот самый стол. И мы такие в компании — типа загадочные все из себя. Поставив поднос, Эдвард сел рядом со мной, но не наседая: мне было место, где свободно положить локти, если захочу. Джаспер и Элис сидели чуть дальше, слева от меня — она прислонилась спиной к его груди, имитируя какое вкусное у неё яблоко. Вампиры. — Итак, Софи, — усмехнулся Эммет, кладя локти на стол и посмотрев на меня. — Как тебе первый день с нами? — Вернее — без нас, — поправила Розали, посмотрев в его сторону. — Какая разница? Мысль донесена, — почти по-детски возмутился он, когда Розали мягко спихнула его локти со стола. — Нормально. Как и прежде — скучно, — ответила я, смотря в тарелку и неоднозначно пожав плечами. — В этой школе только физкультура нормальная, там хоть подвигаться можно, — снова усмехнулся Эммет, поиграв мускулами на предплечьях. — Никогда не любил учиться, — в голос ответили Джаспер с Эмметом и невольно усмехнулись. Я подавила усмешку, прикрыв улыбку тыльной стороной ладони. Удивительно, как с ними я чувствую себя ребёнком. Хотя фактически они взрослые — очень взрослые и только Эдвард условно «сверстник». — Мальчики, отстаньте от человека, — ответила Элис, чуть улыбнувшись. — Сами не ешьте, так другим не мешайте. — Ты проект доделал? Мистер Гарнер задавал, — напомнил Эдвард с вызовом посмотрев на Эммета. — Практическое применение тригонометрических функций в архитектуре. Сдать через пятницу. Фу, сложно. Не поняла ни одного слова. Я уже говорила, что ненавижу математику? А тут ещё какие-то проекты. Ну почему нельзя выбрать математику как предмет по желанию? Я, например, страстно пожелала бы не складывать буквы, чтобы получить что-то непонятное третье. В этот момент я чисто из интереса обернулась назад. В двери столовой вошла она. Длинные тёмные волосы, бледная, почти белая кожа. Полосатая теплая кофта, синие джинсы. Она пришла в свой первый день, когда он совпал с моим. Или мой с ней? Белла. Чтоб тебя! — Тригонометрия?! Проект по тригонометрии?! Чувак, я понимаю... — начал что-то Эммет на фоне, но их голоса растворились в моей голове. Я провожала Беллу как маньяк, взяв её на прицел. Она взяла обед и села за стол с Анжелой и Джессикой. Всё идёт по сценарию. Пока. Я задумчиво стучала пальцами по столу, больше не притрагиваясь к бутерброду. Каллены меня не замечали, Белла меня не замечала, время будто замедлилось. Я невольно вспомнила, как эти двое влюбятся безоглядно друг в друга, а потом выпускной, свадьба, дети, собаки. Я почесала висок — если Каллены такого характера, то как поменяется история с Беллой, если теперь здесь есть новое звено — я? — Проклятие… — прошептала я под нос. — Да, проект — настоящее проклятие… — начал Эммет, но не договорил. — Да нет же! Белла! — прошипела я сквозь зубы. Каллены замерли и посмотрели в моём направлении. Джессика хихикнула, тронув Беллу рукой, и та обернулась в нашу сторону. Мы как по команде отвернулись, занимаясь своими делами. Притворяясь, что занимаемся. Нет, я не должна была так реагировать на Беллу. В конце концов, это её и Эдварда история, где их ждут вышеупомянутые свадьба-дети-собаки в лице Ренесми и Джейкоба. Но вырвалось с языка лишь потому, что Белла — это знак. Жребий брошен, история началась. И я теперь в этом механизме, как колесо в мельнице. Я могу влиять на сюжетные повороты. — Белла? Какая Белла? — бельчонком на меня посмотрела Элис, подняв голову. — Она? Фу ты, ещё не хватало, чтобы «бельчонок» на языке привязался. Он у меня теперь только с Викторией ассоциируется. Я посмотрела на Эдварда и вздрогнула: он смотрел на меня всё это время, медленно отведя взгляд в сторону Беллы. Ну, понеслась божья благодать! Теперь он будет пялиться на неё каждый раз, когда она в «его резервации» — невольно вспомнилась фраза Джейкоба. Но я поняла: он думал о том же, о чём и я. Последние два урока, к счастью, выпали с Эдвардом. Четвёртым уроком была история США. Обычно мне сложно давалась история — приходилось запоминать, кто когда родился, короновался, захватил, умер. Мне было скучно учить то, что, честно говоря, меня не касается. Но почему-то этот урок показался мне интересным. Либо потому что наконец было знакомое лицо в виде Эдварда, либо потому что США была чужой для меня страной и у меня была возможность познакомиться с ней легально и бесплатно. Стоит ли упоминать, что последние два урока я сидела только с Эдвардом? Так было спокойнее, а он был не против. Самым последним выпала химия, но уже в обществе Эдварда. Первый день в новой школе. Вы что, издеваетесь? Похоже, Эдвард был прав насчёт шутки про «пособия по химии». За один день я почувствовала себя Менделеевым больше, чем он сам. Кто составлял расписание? Догадываюсь, что тот же, кто поставил вентиляторы в кабинеты в марте с открытыми окнами. С логикой они тут не дружат. Прошло несколько дней, и я точно определила для себя список дополнительных предметов. Успешно заполнила все документы. В карточке о здоровье я указала, что у меня тремор рук, а также быстрая утомляемость и низкий гемоглобин (по последним данным, но, по возможности, я бы это перепроверила с Карлайлом). А что? Может, получится выбить себе упрощённые занятия по физкультуре? У нас это называлось основная, подготовительная и специальная группа. Я была во второй. Что касается дополнительных предметов, я определила для себя максимальную возможную четвёрку: психология, испанский, театральный кружок и, неожиданно, криминалистика. Испанский мне давался легче французского, хотя я любила оба языка — один я учила в колледже, а второй — в школе. Творчество я люблю, просто обожаю. Может, театральный кружок поможет мне не свихнуться от мысли, что я из другой вселенной, живу с вампирами, а охотится за мной другой? Да и навыки актёрского мастерства подкачаю. Психология и криминалистика — это было не хобби, а дело. Там я надеялась выудить полезную информацию и попробовать разобраться в себе. Этот список подписал Карлайл, загадочно улыбнувшись мне в тот же вечер. Я начинаю входить в расписание.