Часть 33 О предложениях и расследованиях

Вечер опускался на Уилтшир медленно и торжественно, словно сама ночь знала, что в древнем поместье Малфоев собираются люди, привыкшие решать судьбы мира за закрытыми дверями. Малфой-мэнор стоял на холме, окружённый парком, по мнению хозяев, старым как сама магическая Британия. Его белый камень в свете зимней луны казался почти серебряным, а высокие окна сияли тёплым золотом свечей. Внутри же царила та особая тишина, которая бывает лишь в домах очень древних родов — тишина, наполненная памятью поколений. Главный зал был освещён длинным рядом канделябров из гоблинского серебра. На стенах висели гобелены с родословной Малфоев, уходящей в глубь веков — к временам нормандского завоевания. Между ними поблёскивали артефакты: старые палочки, мечи, медные шкатулки с печатями древних союзов. За длинным столом уже сидели гости. Лорд Нотт — худой, с тонким лицом и глазами человека, привыкшего слушать больше, чем говорить. Лорд Розье — высокий, широкоплечий, с тяжёлым взглядом и той холодной уверенностью, которая всегда появляется у людей, считающих себя наследниками великой традиции. Яксли — представитель министерских кругов, одетый с подчеркнутой сдержанностью, и конечно, хозяева. Во главе стола сидел лорд Абраксас Малфой. Его лицо было почти неподвижным, как мраморная маска, но в серых глазах читалась острая внимательность человека, который десятилетиями играл в политику и пережил не одного министра магии. Справа от него стоял его сын — Люциус Малфой. Он ещё не носил титул главы дома, но уже давно обладал влиянием, которое иногда значило больше формальной власти. Его светлые волосы были идеально уложены, а взгляд скользил по гостям с мягкой, почти ленивой наблюдательностью. Все разговоры за столом были тихими и осторожными. До тех пор, пока двери не открылись. Домовой эльф поклонился. — Лорд Сириус Блэк. В зал вошёл Тайвин. Он не спешил, шел спокойно, с той сдержанной уверенностью, которая в Вестеросе мгновенно выдавала человека, привыкшего отдавать приказы. На мгновение в зале стало почти тихо. Некоторые из присутствующих невольно отметили, как сильно он изменился за последние месяцы. Когда-то Сириус Блэк был известен вспыльчивостью, резкостью, почти юношеским пренебрежением к правилам. Теперь же перед ними стоял человек совершенно иного склада. Тайвин коротко поклонился хозяину. — Лорд Малфой. Абраксас ответил едва заметным кивком. — Лорд Блэк. Дом Малфой рад приветствовать вас. Люциус сделал приглашающий жест. — Ваше место подготовлено. Тайвин занял его без лишних слов. Вино было разлито. Блюда сменяли друг друга — жареный фазан, тушёная дичь, выдерданный сыр из Франции, фрукты, привезённые магическими порталами с юга. Но Тайвин почти не обращал внимания на еду, понимая что это не просто ужин, а проверка, и он вдруг с лёгкой, почти ностальгической иронией вспомнил длинные столы Кастерли-Рока и заседания Малого совета в Королевской Гавани. Если сравнивать — магический мир казался почти наивным. Наконец лорд Нотт заговорил. — Голосование в Визенгамоте… произвело впечатление. Его тон был осторожным. — Дом Блэк напомнил многим, что старые рода всё ещё способны защищать свои интересы. Лорд Розье тихо усмехнулся. — Некоторые в Министерстве слишком долго вели себя так, будто магическая Британия — их собственное поместье. Он перевёл взгляд на Тайвина. — Ваш законопроект… вернул определённое равновесие. Тайвин спокойно отставил бокал. — Я лишь предложил вернуть порядок, который существовал веками. Люциус, стоявший рядом с креслом отца, слегка наклонил голову. — Интересно, лорд Блэк… — произнёс он мягко. — Вы планируете ограничиться этим? Вопрос прозвучал почти невинно, но все за столом прекрасно понимали его смысл. Тайвин выдержал паузу. Вестерос научил его главному правилу политики: никогда не отвечать на первый вопрос прямо. Он медленно провёл пальцами по ножке бокала. — Магический мир… — сказал он наконец, — за последние десятилетия стал странным местом. Несколько человек слегка напряглись. — Старые семьи финансируют школы, создают мануфактуры, поддерживают торговлю зельями, артефактами, книгами. Он поднял взгляд. — Но при этом власть постепенно переходит к бюрократии. Нотт едва заметно кивнул. Тайвин продолжил: — Мир редко рушится сразу, сначала он начинает забывать… кто его построил. В зале повисла тишина. Абраксас Малфой внимательно наблюдал за ним. Лорд Розье первым нарушил молчание. — В прошлом… — произнёс он медленно, — были люди, которые пытались изменить этот порядок силой. Имя не было названо, но все понимали, о ком идёт речь. Том Реддл. Розье посмотрел прямо на Тайвина. — Как вы относитесь к таким методам, лорд Блэк? Это был опасный вопрос, ответ мог определить многое. Тайвин слегка наклонил голову. — Сила полезна лишь тогда, когда она служит порядку. Он сделал паузу. — Хаос… даже если он начинается с великих обещаний… всегда пожирает своих создателей. Некоторые обменялись взглядами. Ответ был безупречным, он не поддержал Реддла, но и не встал на сторону Дамблдора. Позже, когда ужин закончился, гости переместились в библиотеку Малфоев. Комната была огромной. Полки уходили под потолок, а между ними стояли кресла из тёмной кожи. Огонь в камине тихо потрескивал.Абраксас сел в высокое кресло у огня. Люциус остался стоять. Он посмотрел на Тайвина. — Магический мир вступает в новый период. Нотт и Розье молчали. — Старым домам… — продолжил Люциус, — нужен человек, способный говорить от их имени. Теперь это уже не было намёком. — Вы готовы взять на себя такую роль, лорд Блэк? Тайвин некоторое время смотрел на огонь, в его памяти всплывали образы. Кастерли-Рок. Железный трон. Он едва заметно усмехнулся. — Лидерство, — сказал он спокойно, — это не то, что можно вручить за ужином. Он поднял взгляд. — Оно возникает тогда, когда люди понимают, что без тебя порядок невозможен. Тишина стала ещё глубже. — Время покажет… — добавил он. — нуждается ли магический мир в таком человеке. Через некоторое время он покинул мэнор. Холодный воздух ночи встретил его на ступенях, когда он уже собирался аппарировать, за спиной раздались шаги, это был Люциус. Он остановился рядом. Некоторое время они молчали. Наконец Люциус произнёс тихо: — Вы очень необычный человек, лорд Блэк. Тайвин повернул голову. — Возможно. Его взгляд был спокойным и холодным. — Но иногда именно необычные люди… меняют ход истории. ———— Утро в особняке Поттеров было активным, за тяжёлыми дверями уже несколько часов работали авроры. Тонкие золотые нити диагностических заклинаний тянулись через комнаты, пересекали стены, медленно собираясь в центре гостиной, где на полу ещё оставались следы магического анализа. Тело уже унесли, но запах зелий и смерти всё ещё витал в воздухе. Руфус Скримджер стоял у окна, скрестив руки за спиной. Его рыжеватые волосы были растрёпаны, лицо было усталым, но сохраняло внимательное выражение. Рядом медленно двигался Аластор Грюм. Он шагал по комнате так, словно проверял поле боя. Его внимательные глаза метались по комнате, рассматривая стены, потолок, мебель — всё. — Яд, — наконец сказал Грюм. Скримджер повернул голову. — Ты уверен? Грюм фыркнул. — Я может быть молод, но вижу очевидное, ни следов проклятия, ни следов боевой магии или борьбы. Он постучал по полу. — Чистая работа. На столе стоял бокал. Тот самый. Внутри всё ещё оставалась тонкая полоска темноватой жидкости. Скримджер провёл палочкой. — Specialis Revelio. Жидкость вспыхнула бледно-зелёным. Грюм тихо присвистнул. — Вот это уже интересно. Скримджер нахмурился. — Узнаёшь? Грюм покачал головой. — Не сразу. Он наклонился ближе. — Но скажу тебе одно. Он выпрямился. — Такое не варят в Ноктюрн аллее. Скримджер молчал. Грюм продолжил: — Это старая школа, очень старая. Он снова посмотрел на бокал. — И очень дорогая. Скримджер прошёлся по комнате. — Значит, заказное убийство? Грюм пожал плечами. — Возможно. Он усмехнулся. — А возможно, она просто не вынесла смерти сына и то при каких обстоятельствах он умер. Скримджер остановился. — Она была матерью Джеймса Поттера. — Была, — спокойно сказал Грюм. Он снова осмотрел комнату. — И, насколько я помню, несколько дней назад она пыталась похитить Лили Эванс. Скримджер нахмурился. — Ты думаешь… Грюм пожал плечами. — Думаю после этого у неё появились враги.  Некоторое время они молчали. Затем Скримджер сказал: — Отправь образец в отдел зелий. — Уже. Грюм постучал носком туфли. — И ещё кое-что. Он повернулся к столу. — Посмотри на это. Скримджер подошёл. На поверхности стола едва заметно мерцала тонкая магическая нить. — Prior Incantato. Нить вспыхнула. На секунду в воздухе возникла тень заклинания. Скримджер нахмурился. — Маскировка? Грюм кивнул. — Кто-то аккуратно убрал следы. — Аврорская выучка? — Возможно. Он сделал паузу. — Или человек, который знает, как думают авроры. В этот момент дверь тихо открылась. В комнату вошёл молодой аврор. — Сэр. Скримджер повернулся. — Что? — Мы опросили домовых эльфов. — И? — Леди Поттер принимала гостя вчера вечером. Скримджер медленно выпрямился. — Кого? Аврор поколебался. — Они не видели лица. Грюм усмехнулся. — Конечно не видели. — Но они говорят… что гость был высоким… и говорил очень спокойно. Скримджер резко спросил: — Имя. — Нет, сэр. Скримджер вздохнул. Тишина в комнате стала почти тяжёлой. — Мы продолжим расследование. Он сделал паузу. — Но действовать будем… осторожно. Грюм прищурился. — Ты думаешь это Блэк? Скримджер покачал головой. — Пока рано говорить. Он посмотрел на окно, за которым медленно рассеивался туман. — А после вчерашнего голосования… — сказал он тихо, — половина Визенгамота будет готова защищать его. Грюм усмехнулся. — Только половина? Я бы сказал, больше. Тишина снова повисла в комнате. И где-то далеко, в другом конце магической Британии, Тайвин уже знал, что расследование началось, но он также знал и другое. В играх такого рода победа редко зависит от того, кто совершил преступление. Куда чаще — от того, кто способен управлять последствиями. ———— Утро в особняке Блэков начиналось иначе, чем в доме Поттеров. Здесь не было запаха зелий и смерти, не было напряжённых разговоров авроров и холодных диагностических чар. В старом родовом доме царило спокойствие. Тяжёлые шторы в высоких окнах были распахнуты, и мягкий свет раннего солнца ложился на тёмное дерево мебели, на серебряные подсвечники, на старинные гобелены, изображающие предков дома Блэк, чьи строгие лица наблюдали за происходящим с едва уловимым одобрением. В гостиной горел камин, и у камина, на широком диване, сидели двое. Лили Эванс — теперь уже официально невеста лорда Блэка — читала письмо от родителей, тихо улыбаясь, время от времени поднимая глаза на молодого мужчину рядом. Тайвин сидел напротив неё в кресле, вытянув длинные ноги к огню. В руках у него была чашка чая, но он почти не пил. Он наблюдал, за Лили, за утренним светом, за тем, как её волосы вспыхивают золотом от бликов камина. В этой сцене было что-то удивительно спокойное, почти домашнее. И всё же Тайвин знал, что через несколько минут в эту идиллию войдёт война, он уже слышал шаги, не обычные, а тяжёлые, уверенные шаги людей, привыкших входить в дома без приглашения. Кричер появился у двери почти бесшумно. — Хозяин… — прохрипел он, слегка кланяясь. — У входа авроры. Лили подняла голову. — Авроры? Тайвин спокойно поставил чашку. — Конечно, — сказал он мягко. Он встал. Его лицо было совершенно спокойным. Он ожидал их с той самой минуты, когда покинул дом Поттеров. — Проведи их к нам, Кричер. Эльф исчез. Лили встала, в её взгляде появилось лёгкое беспокойство. — Это из-за миссис Поттер? Тайвин подошёл к ней. На мгновение его рука коснулась её плеча — жест одновременно мягкий и уверенный. — Вероятно. Он посмотрел ей в глаза. — Не волнуйся. Он говорил тихо. — Им просто нужны ответы. Он улыбнулся, но в этой улыбке было то спокойное хищное достоинство, которое Лили уже научилась узнавать. Через минуту двери гостиной открылись. В комнату вошли двое, Руфус Скримджер и Аластор Грюм. Грюм остановился почти сразу. Его глаза медленно сканировали комнату, остановившись на Лили и Тайвине, которые стояли чуть ближе друг другу чем было принято приличиями. На секунду его бровь поднялась, сцена действительно выглядела… почти идиллически. Скримджер тоже заметил это. Он кивнул. — Лорд Блэк. Тайвин ответил лёгким, почти ленивым поклоном головы. —Аврор Скримджер. Его взгляд скользнул к Грюму. — Аврор Грюм. Грюм фыркнул. — Просто Грюм. Его взгляд снова прошёлся по комнате. — Хороший дом. — Древний, — спокойно ответил Тайвин. Скримджер сделал шаг вперёд. — Мы расследуем смерть леди Поттер. Тайвин слегка наклонил голову. — Я слышал. Скримджер внимательно посмотрел на него. — Нам сообщили, что вы были у неё недавно. Лили слегка напряглась, Тайвин же остался абсолютно спокоен. — Да. Он не стал отрицать. — Она пригласила меня. Грюм прищурился. — Зачем? Тайвин вздохнул почти устало. — Она хотела поговорить о том что произошло. Лили опустила глаза. Скримджер спросил: — Она угрожала вам? — Нет. — Спор? — Нет. — Тогда о чём был разговор? Тайвин некоторое время молчал. Он будто колебался, и затем тихо сказал: — О Дамблдоре. В комнате стало тихо. Грюм резко поднял голову. — О ком? Тайвин посмотрел прямо на него. — О директоре. Скримджер нахмурился. — Поясните. Тайвин медленно прошёлся по комнате, словно собираясь с мыслями. — Леди Поттер была… очень наблюдательной женщиной. Он остановился у окна. — И она начала задавать вопросы. Грюм холодно сказал: — Какие вопросы? Тайвин повернулся. — Например, почему её сын так быстро оказался рядом с Темным лордом. Тишина стала плотной. Лили медленно подняла голову. Скримджер сказал осторожно: — Вы намекаете… Тайвин перебил мягко: — Я не намекаю. Он говорил спокойно. — Я повторяю её слова. Он сделал паузу. — Она считала, что кто-то направил Джеймса. Грюм усмехнулся. — И этим «кем-то», конечно, оказался Дамблдор. — Именно. Грюм покачал головой. — Это абсурд. Тайвин посмотрел на него почти с интересом. — Абсурд? Он медленно произнёс: — Человек, который привёл Тома Реддла в мир волшебников. Он сделал шаг. — Человек, который был его учителем. Ещё шаг. — Человек, который много лет наблюдал за тем, как он становится Темным лордом. Он остановился перед Грюмом. — И вы уверены, что он не мог… направить события? Грюм резко ответил: — Дамблдор сражался против него. Тайвин слегка улыбнулся. — Возможно. Он наклонил голову. — Но вы ведь знаете историю. Он произнёс почти мягко: — Имя Геллерт Гриндевальд вам о чем-нибудь говорит? В комнате как будто что-то взорвалось. Скримджер медленно сказал: — Это было давно. Тайвин спокойно продолжил: — Лучший друг Дамблдора. Он посмотрел на Грюма. — Ещё один Темный лорд. Он сделал паузу. — Удивительно, как часто подобные люди появляются рядом с одним и тем же человеком. Грюм молчал. Скримджер внимательно смотрел на Тайвина. — Вы считаете, что Дамблдор мог убить её? Тайвин спокойно ответил: — Я считаю, что она боялась именно этого. Он слегка пожал плечами. — И что она сказала мне об этом. Он посмотрел на них. — После чего она умерла. Грюм резко сказал: — Удобная теория. Тайвин улыбнулся почти лениво. — Возможно. Он подошёл к камину. — Но если вы действительно хотите найти убийцу… Он посмотрел прямо на Скримджера. — Я бы начал с человека, который лучше всех знает, как думают авроры, потому что знаком со многими из них. Тайвин выразительно посмотрел на Грюма. Грюм медленно постучал носком ботинка по полу. Скримджер не сказал ни слова, но в его взгляде появилась новая мысль.