Часть 35 О решениях и их последствиях, часть первая

Несколько дней спустя кабинет директора Хогвартса был необычно тих. Даже портреты старых директоров, которые обычно любили перешёптываться между собой, словно чувствовали настроение хозяина комнаты и предпочли молчать. За окнами висел серый туман, который медленно поднимался от Чёрного озера и расползался по склонам холмов, делая башни замка похожими на острова в молочном море. Альбус Дамблдор стоял у окна. Он почти не двигался уже несколько минут, лишь изредка проводя пальцами по длинной белоснежной бороде. Его взгляд был направлен на воду, но мысли явно находились далеко от спокойного пейзажа. Слова Флимонта Поттера всё ещё звучали у него в голове. Возродить его. Уничтожить окончательно, и Блэк исчезнет. Дамблдор закрыл глаза на мгновение. Иногда история действительно требовала тяжёлых решений. В этот момент в дверь постучали. — Войдите. Дверь открылась резко, в кабинет вошли двое. Руфус Скримджер — высокий, сухощавый, с гривой рыжих волос и выражением человека, который привык смотреть на мир как на цепь проблем, которые нужно решать быстро и жёстко. Рядом с ним шёл Аластор Грюм. Дамблдор чуть приподнял бровь. — Господа авроры. Он жестом указал на кресла. — Чем обязан? Они не сели. Скримджер заговорил первым. — Мы проверили информацию. Дамблдор чуть наклонил голову. — Какую именно? Грюм хмыкнул. — Ту, что нам сообщил лорд Блэк. Имя повисло в воздухе, Дамблдор заметил уважительное упоминание титула. Скримджер продолжил: — Вы действительно были близким другом Геллерта Гриндевальда в юности. Дамблдор спокойно ответил: — Я никогда этого не отрицал. Грюм холодно добавил: — И именно вы ввели Тома Реддла в магический мир. Дамблдор слегка нахмурился. — Я нашёл его в приюте и сообщил, что он волшебник. Скримджер не моргнул. — И привели его в Хогвартс. — Как я делал это со многими детьми. Грюм скрестил руки. — Но не многие из них стали Тёмными лордами. Тишина в комнате стала плотнее. Дамблдор медленно снял очки. — Если вы хотите обвинить меня в том, что я выполнял свою обязанность учителя, то боюсь, разговор будет коротким. Скримджер не отступил. — Мы лишь проверяем факты. Грюм наклонил голову. — Интересная получается цепочка. Он начал загибать пальцы. — Лучший друг Гриндевальда. — Учитель Реддла. — И теперь ещё одна странная смерть. Дамблдор поднял взгляд. — Что вы имеете в виду? Скримджер произнёс спокойно: — Дорея Поттер. Комната словно замерла. Дамблдор медленно положил очки на стол. — Будьте осторожны, аврор. Грюм не сводил с него глаз. — Она обвиняла вас. Дамблдор резко встал. — В чём? Скримджер ответил: — В том, что именно вы подтолкнули её сына на путь служения Тёмному лорду. Дамблдор побледнел. — Это нонсенс! Грюм пожал плечами. — Возможно. Он сделал паузу. — А возможно, она знала больше, чем должна была. Скримджер тихо добавил: — И вскоре после этого она умерла. Тишина в кабинете стала почти невыносимой. Дамблдор смотрел на них несколько секунд. Потом его лицо изменилось. Вся мягкость исчезла. — Достаточно. Его голос был холодным как лёд. — Я не намерен слушать инсинуации. Грюм не отступил. — Мы просто задаём вопросы. Дамблдор шагнул вперёд. В его глазах вспыхнул гнев. — Без доказательств ваши вопросы — это клевета. Он указал на дверь. — Убирайтесь из моего кабинета. Скримджер некоторое время смотрел на него. Затем коротко кивнул. — Как скажете, директор. Грюм усмехнулся. — Хорошего дня, профессор. Они развернулись и вышли. Дверь закрылась, и кабинет снова погрузился в тишину. Дамблдор стоял неподвижно, затем медленно опустился в кресло. Он долго смотрел на стол. Затем тихо сказал: — Блэк. Слово прозвучало почти как проклятие. Сириус Блэк не просто забирал власть, он начинал разрушать его репутацию, а репутация для Дамблдора была тем же, чем для короля была корона. Он поднял палочку, из её кончика вырвался серебристый свет, форма быстро сложилась в фигуру. Феникс. Патронус взмахнул крыльями, готовый к полёту. Дамблдор смотрел на него несколько секунд. Потом тихо произнёс: — Передай Флимонту Поттеру. Феникс наклонил голову. Дамблдор медленно продолжил: — Я согласен рассмотреть его предложение. Он сделал паузу. Его голос стал холоднее. — В свете последних событий становится очевидно… Он на мгновение замолчал. — Что иногда цель действительно оправдывает средства. Патронус вспыхнул ярче. — Если устранение Блэка необходимо для будущего магического мира… Глаза Дамблдора стали тяжёлыми. — Тогда я готов сделать то, что нужно. Феникс взмыл вверх, и исчез, вылетев через окно в холодное утреннее небо. ——— В Хогвартсе уже давно наступила ночь. Замок спал тем особенным, древним сном, который бывает только у очень старых мест. Факелы на стенах коридоров горели тихим золотым светом, и длинные галереи тянулись в темноту, как каменные реки, по которым уже тысячу лет ходили ученики, учителя, герои и предатели. Флимонт Поттер шёл рядом с Альбусом Дамблдором. Они почти не разговаривали. Только звук их шагов тихо отражался от каменных стен. Дамблдор шёл впереди, держа палочку низко, но Флимонт понимал: директор прекрасно знает каждый камень этого замка. Для него Хогвартс был не просто школой, это была система, сложная, как живой организм. Они остановились на пустом коридоре на седьмом этаже. Здесь было темнее. Окна выходили на север, и лунный свет едва пробивался сквозь стекло. Флимонт огляделся. — Здесь? Дамблдор кивнул. — Да. Он медленно прошёлся вдоль стены. Один раз. Второй. Третий. Флимонт ничего не видел — только камень. Но потом… Стена вздрогнула, сначала почти незаметно, потом камни начали двигаться, словно просыпаясь после долгого сна. Между ними возникла линия, затем она расширилась, и через несколько секунд перед ними стояла дверь. Простая деревянная дверь без ручки и без замка. Флимонт тихо сказал: — Выручай-комната. Дамблдор слегка улыбнулся. — Комната, которая появляется тогда, когда её действительно нужно найти. Он толкнул дверь. Она открылась бесшумно, и за ней не было комнаты, там был мир. Флимонт остановился на пороге. Перед ними раскинулся огромный зал, такой огромный, что потолок терялся где-то в темноте. Ряды вещей тянулись до самого горизонта — горы мебели, тысячи книг, сломанные котлы, древние шкафы, разбитые зеркала, сундуки, метлы, портреты, которые тихо шептались сами с собой. Место выглядело как кладбище забытых вещей. Словно за тысячу лет ученики Хогвартса приходили сюда и оставляли всё, что не могли уничтожить или спрятать. Флимонт тихо сказал: — Мерлин… Дамблдор спокойно ответил: — Тайник. Он сделал шаг внутрь. — Если бы я был Томом Реддлом, я бы тоже выбрал это место. Они шли медленно. Свет палочки Дамблдора выхватывал из темноты странные предметы: старый шлем с рогами, разбитый трон, куча мантий, сотни сундуков. Иногда казалось, что между этими предметами что-то движется, но когда Флимонт поворачивал голову — там была только тень. Дамблдор вдруг остановился. Он закрыл глаза, и тихо прошептал заклинание. Воздух вокруг стал плотнее. Флимонт почувствовал это почти сразу, как если бы в комнате вдруг стало холоднее. Как если бы кто-то смотрел из темноты. Дамблдор медленно открыл глаза. — Там. Они прошли ещё несколько рядов и увидели старый деревянный шкаф, на котором стоял потемневший бюст, а на голове бюста лежала диадема. Серебряная и тонкая, сделанная с почти невозможной точностью. На её поверхности были выгравированы руны. Флимонт тихо сказал: — Диадема Ровены Рейвенкло… Даже спустя тысячу лет она выглядела почти новой. Но рядом с ней воздух был… неправильным. Сначала Флимонт не мог понять, что именно его беспокоит. Потом он почувствовал, это было как запах перед грозой, только не в воздухе, в его голове. Место вокруг диадемы казалось слегка искажённым, как если бы сама реальность там была чуть мягче. Чуть… гнилее. Флимонт сделал шаг ближе и почувствовал это. Ощущение, будто кто-то стоит прямо за его плечом и дышит. Очень тихо и очень медленно. Он резко обернулся. Никого. Только горы вещей. Но чувство не исчезло. Оно ползало по комнате, как холодный сквозняк. Диадема выглядела как украшение, но от неё исходило что-то… другое. Не просто тьма, тьма была бы проще, это же было похоже на старый дом, в котором кто-то когда-то умер, и теперь стены помнят об этом. Флимонт тихо сказал: — Она… Он не закончил. Дамблдор кивнул. — Да. Его голос стал серьёзным. — Крестраж. Он поднял палочку. Серебряные руны вспыхнули вокруг диадемы. Флимонт заметил, что директор не прикасается к ней напрямую. Заклинания медленно подняли её в воздух, в тот момент пространство словно вздохнуло. Где-то далеко раздался тихий звук. Как будто что-то скребло по камню. Флимонт почувствовал, как по спине пробежал холод. Дамблдор медленно опустил диадему в небольшой магический футляр. Крышка закрылась, и ощущение сразу ослабло, как если бы кто-то закрыл дверь в комнату, где раньше стоял. Флимонт выдохнул. — Где мы проведём ритуал? Дамблдор посмотрел на футляр, потом на Флимонта, в его глазах появилась странная искра. — Скажи, Флимонт… Он слегка наклонил голову. — Ты когда-нибудь слышал о Тайной комнате Салазара Слизерина? Флимонт нахмурился. — Это легенда. Дамблдор тихо улыбнулся. — Многие легенды в Хогвартсе оказываются удивительно… правдивыми. Он развернулся к выходу. — И если где-то в этом замке есть место, где можно использовать древнюю силу… Его голос стал тише. — То это именно она. И где-то далеко в глубине Выручай-комнаты, среди гор забытых вещей, что-то снова тихо заскреблось. Словно часть души, заключённая в древней диадеме, почувствовала, что её наконец нашли.