Часть 8

— Капитан Малкольм Рейнольдс, — Сидевший перед Мэлом федерал, майор Реллис, уставился на экран в своей руке. — Что человек вашего статуса мог делать в ресторане «Гуанси»? А что вы вообще делаете на Осирисе? — Дела, — сказал Мэл, откинувшись назад и сложив руки за головой. — Дела, — скептически повторил Реллис. — Какие дела? — Мои, а не ваши, — ответил Мэл. — Вы понимаете серьезность ситуации? — Итак… по новостям, у вас мертвый ребенок, пропавшая девушка, похищенный представитель парламента, убитые телохранители и полдюжины кораблей, покинувших эту планету из-за инцидента с морскими обитателями, что запутывает ваше расследование… я что-нибудь упустил? — Капитан Рейнольдс, у меня нет ни времени, ни терпения на игры. Я видел ваши записи — вы состояли в Бурых плащах. — Это было давно, — Пока что Мэлу очень везло. Тот факт, что Ривер не попала в объектив камеры, был бы чудом, если бы Мэл верил в чудеса. Каждый человек на его корабле был внесен в реестр коры головного мозга, теперь включая Тэмов. Это вызвало подозрения у Реллиса, который указал, что Саймон и Ривер до недавнего времени были разыскиваемыми беглецами. Мэл возразил, что сейчас это не так. Сейчас настойчивое стремление Альянса к секретности в отношении Академии играло ему на руку. Никто не знал, за что разыскивались Саймон и Ривер. Майор понятия не имел о способностях Ривер. Пока что карты были на его стороне. За исключением, конечно, того, что он находится в федеральном изоляторе. — Капитан Рейнольдс, если бы вам нечего было скрывать, вы бы не возражали рассказать мне о своих делах. Вы могли бы сэкономить себе много времени, просто ответив на мои вопросы. — Я же вам сказал… К счастью для Реллиса, дверь в комнату для допросов открылась, избавив его от необходимости начинать спор заново. Вошел помощник и что-то прошептал Реллису, который кивнул и встал. — Пойдемте со мной. — Куда мы идем? — спросил Мэл, не двигаясь с места. — Капитан Рейнольдс, вы уже попали в ужасную ситуацию. На вашем месте я бы сотрудничал, иначе вас могли бы обвинить в государственной измене. — Хм. Меня никогда раньше не обвиняли в этом, — Тем не менее, Мэл решил, что лучше не утруждаться тем, чтобы его вытаскивали отсюда федеральные приспешники, и медленно поднялся на ноги. Его вывели в вестибюль, где, к его удивлению, стояла Реган Тэм в сопровождении двух федеральных офицеров. Майор Реллис подошёл к ней и уважительно кивнул. — Прошу прощения за неудобства, связанные с тем, что вам пришлось сюда прийти, советник, но у нас было несколько вопросов. Советник? Реган Тэм напряженно кивнула. — Я понимаю, почему это нужно было сделать. Надеюсь, у вас уже есть всё необходимое? — Да, советник. — Спасибо. Желаю вам удачи в дальнейшем расследовании, — Реган жестом указала на Мэла, который последовал за ней, довольно недоверчиво. Никто из них не произнес ни слова, пока они не вышли на улицу, уходя от Центрального управления. Они свернули за угол и остановились, и Мэл повернулся к матери Саймона и Ривер. — Вы советник? — Да, последние два года. И это, капитан Рейнольдс, только что спасло вас от дальнейших допросов и, возможно, тюремного заключения. Насколько им известно, я встречалась с вами в Гуанси. Оттуда они, похоже, предположили, что я знаю, что оба моих ребенка находятся на вашем корабле. Так что я хотела бы знать, капитан, что именно здесь происходит. Я только что впервые за четыре с половиной года увидела свою дочь. Она дралась так… я даже не знаю, кто так дерется! И служба безопасности… я хочу получить ответы прямо сейчас. Обычно Мэл послал бы любого, кто так настойчив, куда подальше и ушел бы, но Реган Тэм вытащила его из затруднительного положения, и это чего-то да стоило. Тем не менее, тот факт, что он ничего не слышал о ней от Ривер или Саймона за почти два года, что они провели на Серенити, означал, что он по-прежнему ничего не знает о ней — что она за женщина. Конечно, Ривер и Саймон были порядочными людьми, но иногда яблоко от яблони падает далеко. Реган скрестила руки и уставилась на него. — Капитан, мы с мужем ищем Ривер с тех пор, как Саймон забрал её из Академии. Частные детективы… — С тех пор, как Саймон забрал её, — недоверчиво повторила Мэл. — Что, чёрт возьми, Альянс рассказал вам о ваших детях? Реган недоумевая посмотрела на него. — Саймон… вы должны понять. Он блестящий человек, блестящий врач. Он и Ривер всегда были очень близки… — Я и сам это заметил. — Когда Ривер уехала в Академию, Саймон начал… параноить. Он был убеждён, что она посылает тайные сообщения в своих письмах, его даже арестовали. Мы волновались за него. Стресс явно начал сказываться на нём. Он разрушал свою репутацию, свой статус… не говоря уже о шансах Ривер в школе и наших должностях… — Вы никогда не задумывались, что он может быть прав? Что Ривер действительно попала в беду? — Нет. Это была государственная школа! Мы получали от неё письма, и когда Саймон начал свои теории заговора, мы даже поговорили с некоторыми из её преподавателей. Мы даже однажды поговорили с Ривер. Она звучала устало, но в целом хорошо. — Почему вы никогда не просили о встрече с ней? — настаивал Мэл. — В государственных академиях посетителей не пускают, — ответила Реган. — Ну, как удобно. — Саймон съехал после ареста. После этого он с нами не разговаривал несколько месяцев, а потом однажды мне позвонили из школы Ривер — сказали, что Саймон приехал и забрал её. Я поговорил с больницей, где работал Саймон, и там сказали, что Саймон ушёл без предупреждения. Мэл поднял брови. Насколько же глупыми могут быть некоторые люди? — И вы поверили в то гоу ши, что вам наговорил Альянс, а не тому, что сказал ваш собственный сын? Реган выглядела расстроенной. — Это звучало безумно! Ривер адаптировалась, в ее письмах говорилось, что она начала заводить друзей… Правительство выдало ордера на арест Саймона и Ривер. Габриэль, мой муж, пытался добиться их снятия… Мэл язвительно улыбнулся. — Плохая репутация, я полагаю. Но это не объясняет, почему Ривер была в списке разыскиваемых, если Саймон был тем, кого разыскивали. — В Академии сказали, что Ривер что-то у них взяла, когда ушла — они не сказали нам, что именно. Я твердо верю, что это было влияние Саймона. Я не знаю, что это было, но Ривер никогда бы… она бы сделала все что угодно для Саймона. А Саймон… к тому времени, как он ушел, я его уже совсем не знала. Я никогда бы не подумала, что стресс сделает его таким неуравновешенным… Мэл недоверчиво покачал головой. — Это самая большая куча фэй хуа, которую я когда-либо слышал в своей жизни, и если бы вы знали хоть что-то из того, что слышал я, вы бы это по-настоящему взглянули на ситуацию. Он огляделся, совсем не одобряя мысль о том, чтобы стоять так близко к центру управления. — Я могу сказать вам, что взяла Ривер, но это точно не было из Академии. — Что? — Если Мэл не ошибался, голос Реган Тэм звучал немного отчаянно. Скорее всего, отчаянно нуждаясь в ответах. — Себя. Прежде чем Реган успела это понять что он сказал, сама Ривер материализовалась из-за двух зданий через дорогу. Мэл наблюдал, как она быстро переходит улицу, но сделала это так тихо, что Реган вздрогнула, заметив её. Две женщины из семьи Тэм долго смотрели друг на друга, а затем Мэл нарушил молчание. — Разве я тебе не говорил… Взгляд Ривер метнулся к Мэлу. — Час. Час, а затем беспокойство. Прошло уже пятьдесят девять минут. Я думала, мне придётся вытаскивать тебя из центра управления. Мэл закатил глаза. Типичная Ривер, считающая минуты. — Твоя мама сделала это за меня. Взгляд Ривер снова вернулся к матери, она что-то искала, и тут Реган разрыдалась и обняла Ривер. — Ты совсем взрослая, не могу поверить, — Она сделала шаг назад, всё ещё держа Ривер за плечи. — Ривер, ты даже не представляешь, как я волнуюсь… что с тобой случилось? — Я знаю, ты хочешь ответов. Теперь я знаю. Я знаю, во что ты веришь. Обещаю, когда всё это закончится, я найду тебя и папу. Я расскажу тебе правду, — Ривер схватила мать за руки. — Ты не можешь застрять в этой паутине, — Она отпустила мать и с тревогой повернулась к Мэлу. — Предстоит многое сделать. Думаю, у нас не так много времени. Мэл давно научился прислушиваться к инстинктам Ривер, и, глядя на Реган, пожал плечами. — Полагаю, ваши ответы придётся подождать.

***

Ривер повела Мэла по улицам Столичного города, двигаясь как можно быстрее к тем районам, которые не были подключены к сети, где не велось наблюдение — к зонам отключения связи. Саймон провел много времени в зонах отключения связи, ища помощи, чтобы вызволить ее из Академии, и привел команду в одно из таких мест — небольшую таверну под названием «Лунный шаттл» на заброшенной улице в заброшенном районе города. — Ривер, — Саймон обнял ее, как только она вошла в таверну. — Ты в порядке? Ривер позволила себе на мгновение расслабиться, прижавшись к Саймону, находя утешение в его присутствии. — Я устала, — пробормотала она. Она все еще была морально истощена, и это было заметно, когда она объясняла, что узнала из мыслей Ари Вельгезе, потому что она поняла, что несколько раз говорила метафорически. Иногда ей все еще было трудно, особенно когда она была в стрессе, сопоставлять мозговые паттерны с вербальной идиомой. Мысли со словами. Но команда смогла понять, что она имела в виду. Джейн растерялся, но остальные поняли. — Мне нужно идти, — сказала она, закончив. — Мне нужно найти Иэна и Беннетт. Думаю, мы сможем… — Не думай, что тебе придётся долго искать их, — внезапно тихо сказала Кейли, указывая на экран в таверне, где транслировались местные новости. Ривер настороженно обернулась и увидела на экране не кого иного, как Беннетт и Иэна. Должно быть, они подключились к местному новостному сигналу. Они находились в какой-то тёмной комнате, а между ними на коленях лежала Ари Велгезе, к голове которой Беннетт приставила пистолет. Ривер пробиралась сквозь посетителей таверны, пока не смогла расслышать, что они говорят. Иэн говорил: «…прекратим прямо сейчас. Нас больше не будут преследовать. Мы будем жить свободно от парламента, свободно от Синего Солнца. Если вы не прекратите нас искать…» Иэн мрачно посмотрел на Беннетт, и та без колебаний выстрелила Ари Велгезе в голову: «Мы выследим каждого члена парламента или любого другого, кто попытается нас побеспокоить. Мы покажем Альянсу, насколько успешной была их программа». Экран на мгновение погас, а затем на нём появился ошеломлённый ведущий новостей. Ривер отвернулась, не потрудившись выслушать, что об этом говорят в новостях. Джейн заговорил первым. — Ну, похоже, нам больше не нужно беспокоиться о Велгезе, — Все повернулись к нему, и он пожал плечами. — Что? — Они не могут просто так устроить кровавую бойню, — недоверчиво сказал Саймон. — Это привлечёт внимание общественности, — сказал Мэл. — Если проект станет достоянием общественности, это может отбить у Альянса желание охотиться на вас. Они усвоили горький урок с Мирандой — секреты могут принести им проблемы, особенно те, которые они хотят скрыть больше всего. Ривер не одобряла действия Иэна и Беннетт, но понимала почему они так поступали. В любом случае, она не могла зацикливаться на этом, были и другие незавершённые дела. — Возможно, я смогу помочь, — медленно произнесла она. — Есть ещё несколько учеников, которые… не закончили своё обучение, и они заперты здесь, на Осирисе. Если я смогу… — Дорогая, твоя последняя идея не очень-то удалась, — заметил Мэл. — Просто потому, что там была моя мама. Внепланово. — Что? — Саймон уставился на Ривер. — Где была мама? — О твоих ючун родителях мы поговорим позже, — сказал Мэл. Он на мгновение посмотрел на Ривер, а затем кивнул. — Хорошо. Но мы сделаем это по-моему. — Да, потому что твои планы всегда получаются намного лучше, — сказала Джейн. Мэл бросил на него острый взгляд. — Мы в затруднительном положении. Мы находимся на чёртовой планете в Ядре Вселенной, и у нас больше проблем, чем обычно. Так что будьте внимательны, потому что мы должны закончить это дело, прежде чем все погибнем. Саймон вздохнул. — Это только мне так кажется, или мы говорим так часто?

***

Парламент перенёс Академию — если её ещё можно так назвать — в подземный бункер в горах. Два часа ушло на то, чтобы выбраться из столицы и окружающих её небольших городов и добраться до горного региона Осириса, места, где Тэмы дважды отдыхали в детстве. Конечно, родители Ривер отвезли её и Саймона на дорогой курорт, а не в дикую местность, где почти не было признаков цивилизации. Единственным признаком присутствия человека в этом районе было небольшое металлическое здание, приютившееся у подножия горы. Они арендовали небольшой двухместный транспорт у одной из «компаний» в зоне отключения электроэнергии. Ривер хотела добраться до этого объекта одна, думая, что так будет безопаснее для всех, но Мал отказался отпускать её одну. Разведка, как сказал Мэл. Просто разведка, выяснить всё, что сможем, о системе безопасности, сколько там людей, думает ли она что вообще возможно какое-либо спасение. Он напомнил ей, что Саймону потребовалось два года, чтобы вызволить её из старой Академии. Ривер испытала очень странное чувство дежавю, внимательно разглядывая здание, которое, она уже знала, видела в воспоминаниях Беннетт. Она закрыла глаза и мысленно потянулась к нему. Она слышала мысли Мэла рядом с собой и позволила им проникнуть в свой мозг, прислушиваясь к мыслям, которые, как она знала, должны были находиться внутри здания. Вместо этого она обнаружила… ничего. Никаких мозговых волн, посылающих мысли, никаких признаков активности вообще. Нахмурившись, она позволила своему разуму блуждать дальше, под поверхностью, а затем ахнула и отшатнулась назад, прямо на Мэла. Мэл осторожно положил руку ей на плечо. — Проблемы? — Мертвы, — прошептала Ривер. — Все мертвы. Ее разум был переполнен образами, запахами, звуками… криками и перекошенными лицами, кровоточащими ушами и глазами, ртами и ногтями… мертвые тоже рассказывали истории, и их голоса эхом отдавались в ее голове. Она прижала руки к ушам. — Остановитесь, пожалуйста, остановитесь. Мэл сжал ее плечо, его голос звучал очень приглушенно сквозь ее руки, смешиваясь с какофонией криков в ее голове. — Сосредоточься на мне, Ривер. Мне нужно знать, что происходит. — Слишком поздно, — прошептала она, убирая дрожащие руки от ушей. — Слишком поздно, они все мертвы. — Поняла, дорогая, — сказал Мэл. — Каким образом, ты догадываешься? Ривер точно знала, что вызвало смерть, которую она видела в своей голове. Синее Солнце. Она глубоко и судорожно вздохнула. — Мне нужно выбраться отсюда. Пожалуйста. Я не могу думать. Слишком много голосов, слишком громко. Крики… — Хорошо, только ты держись. Мы возвращаемся. Они отступили к транспорту, и Ривер рухнула на сиденье, скрестив руки на животе и борясь с желанием вырвать. Голоса все еще звучали в ее голове, но теперь уже тише, фоновым шумом. Она знала, что Мэл все еще ждет объяснений. Ривер упорядочила свои мысли, чтобы произнести осмысленные слова. — Думаю, парламент недооценил Синее Солнце, — У нее внезапно возникло абсурдное желание рассмеяться, скорее от отчаяния, чем от чего-либо еще. — Они уничтожают друг друга. Уничтожают… Она сглотнула и тяжело произнесла. — Качели, туда-сюда… Парламент охотился за Синим Солнцем, поэтому Синее Солнце охотилось за новым объектом… уничтожило его. — Как? — спросила Мэл. — Разве это не был объект строгого режима? — Высокий уровень безопасности не останавливает агентов Синего Солнца. Вот почему парламент так хотел от них избавиться. Так сильно… они другие, они другие. — Что значит "другие"? — Эксперименты, — пробормотала Ривер. — Их мозги были имплантированы… плохие радиосигналы. — Это прозвучало не совсем удачно. Она попыталась снова, говоря медленно. — Было невозможно читать агентов Синего Солнца, как кого-либо другого — это как пытаться расслышать очень плохую волну, обрывки, входящие и выходящие. Они никогда не работали в одиночку, всегда парами… по двое, всегда. Они всегда носили синие перчатки. Я не знаю почему, — Она пристально посмотрела на Мэла. — Я чувствовала, как они убивают раньше, используя орудия уничтожения, которые не причиняют им боли, потому что они изменились, из-за имплантированных им в мозг веществ. Кровоизлияние, смерть… — А как же другие студенты здесь? Синее Солнце убило и их тоже? — Я не знаю, — отчаянно сказала Ривер. — Слишком. Много. Голосов. Мэл наблюдал за ней, задумавшись, а затем решительно кивнул. — Думаю, нам придётся туда зайти и посмотреть, что мы сможем найти. Возможно, это поможет нам в этой ксиниу правительственной войне. Как думаешь, ты справишься? Заходить туда было последним, чего хотела Ривер, но только она могла опознать других учеников или взломать компьютерную систему. — Я справлюсь.

***

Мэл почувствовал, что его ждёт, когда они с Ривер вошли в здание, которое было полностью открыто, а охрана отключена. Более того, казалось, что на всей базе отключили электричество. Тела четырёх охранников лежали на полу, кровь, струившаяся из их глаз, ушей, рта и носа, прилипла к их лицам, липкие лужи крови были повсюду. Ривер прикрыла рот и нос рукой, а Мэл подошёл и посмотрел на одно из тел. — Умер несколько дней назад, — тихо сказал он. Ривер дрожала как осиновый лист, но Мэл подумал, что это скорее от всего, что крутилось у неё в голове, чем от чего-либо ещё. В подземном бункере происходило то же самое. Вскоре они обнаружили, что под зданием три этажа, и всё помещение освещено аварийными лампами, что только усиливало жуткую атмосферу. Здесь работало много людей. Врачи, медсёстры, санитары, охранники — все мертвы. Запах был невыносимым, и Ривер начала давиться. Запах пробудил в Мэле целый поток воспоминаний о войне, о которых он предпочел бы никогда больше не вспоминать. Он вытащил из кармана платок и протянул его Ривер, которая тут же завязала его вокруг рта и носа. Они спустились на первый этаж. Пока они шли по коридорам, Ривер прошептала. — Здесь все по-другому. Мэл повернулся, чтобы посмотреть на неё. Первой его мыслью было «Потому что они все мертвы?», но он понимал, что сейчас это будет не лучшим ответом. Если она и услышала это в его голове, она проигнорировала это. — Оно меньше, — сказала она, глядя в коридор. — Намного, намного меньше. Не такое… продвинутое технически. Мэлу оно показалось достаточно продвинутым, но он никогда не видел старую Академию. Ривер остановилась перед одной закрытой дверью. Она прислонилась к ней, прижав ладони и одно ухо к ней. — Сюда, — прошептала она. Она отстранилась от двери и отступила на несколько шагов. — Я не могу войти, — сказала она, широко раскрыв глаза. — Я не могу… — Почему бы тебе не присесть на минутку? — сказал Мэл. Он вытащил пистолет, который Ривер забрала у своего друга Хиро, открыл дверь и заглянул внутрь. Там был врач, пара санитаров и девушка, которая, как он предположил, была одной из похищенных как Ривер. Они умерли так же, как и все остальные. Мэл подошел к телу девушки и посмотрел вниз. Девочка с длинными черными волосами — не старше четырнадцати. — Ван ба дан, — пробормотал он. Еще более тревожным было то, что девушка была привязана к какому-то стулу, из ее головы торчали иглы, а провода тянулись к разным частям тела. Рядом с ней стоял поднос с хирургическими инструментами, и Мэл вспомнил слова Ари Вельгезе «Я не думаю, что врачи в Академии подошли к проекту должным образом. Как и мои товарищи, недавно избранные в парламент». Мэлу уже много раз лгали, но сам факт того, что Вельгезе и ее коллеги, «новые» члены парламента, одобрили это, говорил ему, что это была самая большая ложь из всех. Или, может быть, они проводили другие процедуры, которые, по их мнению, были лучше, но это было неправильно. И мысль о том, что подобное могло случиться с Ривер… ну, одно дело представить, что с ней сделали, и совсем другое увидеть реальные примеры. Он мог только представить, что бы это сделало с Ривер. Как по команде, Мэл услышал сдавленный звук позади себя и обернулся, чтобы увидеть, что Ривер подошла к двери и прислонилась к косяку, слезы текли по ее щекам и пропитывали платок, обмотанный наполовину ее лица. — Нет, — выдохнула она. А затем она бросилась в комнату и начала вытаскивать иглы из головы девочки, вырывая провода, бормоча что-то на китайском и английском, все это время плача. Мэл немного помедлил, а затем положил руку ей на спину. — Ривер. Ривер вытащила особенно большую иглу из лба девочки и приложила ладонь к ее лбу. — Прости, — прошептала она бездыханному телу. — Мне очень жаль. У нее перехватило дыхание, и она повернулась и рухнула на Мэла. Мэл обняла ее одной рукой, наполовину поддерживая ее дрожащее маленькое тело. Ривер посмотрела на него, в ее глазах горел свет, более яркий, чем любой, который Мэл когда-либо видел у нее. — Я ее не знала, — сказала она. — Она, должно быть, пришла после… Я даже не знаю ее имени, но я слышу ее… Слышу эхо… — Она отстранилась от Мэла и медленно выпрямилась. — Мне нужно закончить это, — Она повернулась и вышла из комнаты, и Мэл последовала за ней. К тому времени, как они обошли все комнаты в этом небольшом комплексе, число жертв достигло ста семи. Четверо из них были телами молодых подопытных Альянса. Ривер знала двоих из них. С учетом этих четырех смертей, плюс смерть Хиро, оставалось пять убийц, которые были на свободе. Ривер обнаружила, что во время нападения была отключена система видеонаблюдения, что является характерной чертой агентов Синего Солнца, но ей удалось восстановить питание и включить видеонаблюдение. Она подключила свой мозг, и как только это было сделано, она проникла в архивы Академии. Она нашла файлы всех студентов, включая свой собственный, файлы, в которых подробно описывалось, что было сделано с учениками, подписи членов парламента — старых и новых — которые одобрили это. Файлы о Синем Солнце и их роли во всем этом. Мэл знал, что единственное, что позволяет ей сидеть здесь, в этом месте, полном смерти, — это непреодолимое желание что-то сделать со всей этой смертью. Когда она была готова, она записала сообщение и разослала его разным людям. Затем она отправила еще одну волну, а Мэл стоял позади нее и наблюдал. На экране появилась женщина. — Региональный офис CorVue, где ваши новости — это наше дело! Куда я могу направить вашу волну? — бодро спросила она. Затем она слегка нахмурилась, несомненно, удивляясь, почему половина лица Ривер была скрыта. Ривер посмотрела в камеру. — У меня для вас новость. Она связана со смертью представителя парламента Ари Вельгезе, — Она нажала несколько кнопок на консоли. — У вас есть… — Голос женщины затих, когда она увидела изображения с камеры видеонаблюдения, которые Ривер подключила, изображения только из одной комнаты в здании. Женщина выглядела потрясенной. — Что… Ривер нажала еще одну кнопку, и все файлы, которые она собрала, начали передаваться в офисы CorVue. Затем, оставив сигнал с камеры видеонаблюдения подключенным к сигналу CorVue, она встала и посмотрела на Мэла. Она ничего не сказала, но ее взгляд был умоляющим. Мэл кивнул, и вместе они, осторожно перебираясь через тела, покинули это место, превратившееся в склеп. На улице наступила ночь, и с гор дул прохладный ветерок. Ривер сорвала платок с лица и повернулась лицом к ветру, закрыв глаза, и Мэл сам почувствовал немалое облегчение, оказавшись на свежем воздухе. — Нам нужно вернуться в город сегодня до вечера. Такое чувство, что скоро здесь будет полно чиновников, как только они начнут отслеживать записи с камер видеонаблюдения. Ривер молча кивнула и направилась обратно к транспорту. — Я могу рулить, если ты не в настроении» Ривер бросила на него один из своих обычных взглядов — тень одного из своих обычных выражений, но он все еще эффективно передавал ее скептицизм. Она села на переднее сиденье транспортного средства. — Есть причина, по которой ты никогда не управляешь мулом. — Потому что у меня есть другие люди, которым я плачу за это, — сказал Мэл. Это вызвало у Ривер лёгкую улыбку. Она покачала головой и включила транспорт, пока Мэл устраивался позади неё. Прежде чем Ривер отъехала, она повернула голову и искоса посмотрела на Мэла. — Как думаешь, это что-нибудь изменит? — Ривер, я думаю, если CorVue обнародует эти файлы, это изменит всё. Парламент получил угрозу от Иэна и Беннетт, и с этим сообщением, которое ты разослала, возможно, они наконец примут то же решение, которое, очевидно, приняло Синее Солнце. — Что с нами больше не стоит связываться, — тихо сказала Ривер. Это была невероятно глупая кучка людей, которые не поняли этого после Миранды. Если бы они просто оставили всё как есть, у Синего Солнца не было бы причин разрушать это место, и Ривер не смогла бы разослать все эти файлы. Парламент просто продолжал стрелять себе в ногу. Ривер резко нажала на газ, и они поехали прочь от гор, обратно к Столице. — Надеюсь, это так.