Часть 9 Я буду холодной вместо тебя

Утро было слишком тихим. Слишком спокойным для того, что должно было произойти. Рюджин почти не спала. Телефон не замолкал — новости уже раздували ситуацию. Заголовки становились громче с каждой минутой. "Скандальный поцелуй вне сценария." "Роман или продуманный ход?" "Рюджин использует Мингю?" Она прочитала достаточно. И поняла, что будет дальше. В офисе агентства атмосфера была напряжённой. — Мы подготовили заявление, — сказал менеджер, не глядя ей в глаза. — Ты скажешь, что это была импровизация ради художественного эффекта. И что между вами нет личных отношений. — А он? — Его агентство выпустит аналогичное. Она кивнула. Это правильно. Так безопаснее. Для него. Мингю узнал о её решении не от неё. А из новостей. На экране телефона — её лицо. Спокойное. Стальное. — Это был исключительно творческий импульс. Мы остаёмся коллегами. Коллегами. Он выключил видео. Не досмотрев. Дверь распахнулась — он вошёл в её гримёрную без стука. — Это что? — голос был низким, сдержанным. Она сидела перед зеркалом. Уже готовая к съёмкам. Спокойная. Слишком спокойная. — Это правильное решение. — Для кого? — Для тебя. Он подошёл ближе. — Я не просил тебя спасать меня. — Но я хочу. В её голосе не было истерики. Только усталость. — Ты думаешь, мне важно мнение продюсеров? — его глаза потемнели. — Мне важно, что ты сейчас делаешь. Она наконец посмотрела на него. И в её взгляде была та самая сталь. — Я не позволю разрушить твою карьеру из-за меня. — Это не «из-за тебя»! — Для публики — из-за меня, — тихо перебила она. — И ты это знаешь. Он замолчал. Потому что она была права. — Ты снова отталкиваешь меня, — сказал он после паузы. — Я защищаю тебя. — Я не просил защиты. — А я не спрашивала. Секунда тишины. Она встала. Подошла к нему почти вплотную. И впервые за всё время её голос дрогнул: — Если мы сейчас скажем правду, тебя будут обсуждать как айдола, который нарушил контракт. Тебя могут заморозить в проектах. Снять рекламу. Ты шёл к этому слишком долго. Он смотрел на неё так, будто пытается запомнить. — А ты? Она слабо улыбнулась. — У меня нет такого контракта. И нет такой цены. Это было неправдой. Но она уже приняла решение. — После сегодняшнего дня… — тихо продолжила она, — мы будем вести себя как раньше. Дистанция. Работа. Никаких лишних взглядов. Он схватил её за запястье. Не грубо. Отчаянно. — Ты не можешь просто выключить это. Её дыхание сбилось. — Я могу. Я уже умею. Её рука медленно выскользнула из его пальцев. И это было больнее любого крика. — Рюджин… — Не приходи ко мне больше без необходимости, — сказала она уже почти шёпотом. — Так будет проще. — Для кого? Она выдержала его взгляд. И впервые солгала без дрожи: — Для меня. Он понял. Это была ложь. Но если он сейчас пойдёт против её решения — он разрушит всё, что она пытается сохранить. Он сделал шаг назад. Медленно. Словно каждый сантиметр стоил усилий. — Ты не обязана быть сильной всё время, — сказал он тихо. Она улыбнулась. Стальной улыбкой. — Кто-то должен. Он ушёл. Дверь закрылась. И только когда щелчок замка отозвался эхом в пустой комнате, её плечи дрогнули. Она закрыла лицо ладонями. И позволила себе плакать. Тихо. Без свидетелей. Потому что иногда любовь — это не держать. А отпустить, даже если это ломает тебя.