Глава 2

Драко ожидал, что Ордену потребуется некоторое время, чтобы вернуться к нему с решением. Он покинул их в такой спешке, что ему пришлось снова связаться с Северусом, после того как он приземлился в своей старой комнате в Малфой-Мэноре и осознал какую ошибку совершил. Он потребовал Грейнджер. Он не собирался требовать её. Да он хотел бросить ей вызов, но так же он хотел, чтобы это было её личным решением. Он позвал Топси. —Не могла бы ты заскочить к Северусу и передать ему и Грюму, что я хочу девушку добровольно? Добровольно, Топси, это очень важно. Пожалуйста, подчеркни это когда будешь говорить. Драко чувствовал себя словно не в своей тарелке и до смешного нелепо. Он не назвал имени той самой девушки домашнему эльфу, но ему казалось, что она все равно догадывается. И почему он всегда сам себе всё усложняет? —Конечно, мистер Малфой. Я заскочу к ним и передам, что Хозяин хочет, чтобы девушка согласилась добровольно, – повторила она в ответ и выскочила из комнаты после того, как Драко резко кивнул. Он сморщился и потер переносицу, наслаждаясь своим идиотизмом и высокомерием, из-за которых он покинул Паучий Тупик, не упомянув о самой важной части своего требования. Нет, не требования. Просьбы. Конечно, он хотел, чтобы Грейнджер была его или, по крайней мере, рядом с ним, чтобы время от времени ее раздражать. Но он не понаслышке знал, насколько это ужасно быть принужденным к чему-либо без желания или хотя бы возможности высказаться по этому поводу. Драко не хотел, чтобы она его презирала, хотя, если подумать, она наверняка уже начала делать это. Он бы возненавидел себя, будь он на ее месте. Драко повернулся к своей чересчур большой кровати и сел на край, впившись взглядом в большой комод с тремя ящиками и гадая, как Орден воспримет его предложение. Как она воспримет его предложение. Внезапно все стало казаться невероятно абсурдным. Драко редко сомневался в себе. Он был настолько уверен во всех своих действиях, что нырнул в эту сделку с головой. Это было качество, которым обладали немногие, и именно оно так быстро продвинуло его в рядах Пожирателей. Он был готов рисковать там, где другие бы даже не осмелились. Почему его так волновало, что она подумает? Это действительно было выгодное предложение для Ордена, и Грейнджер однозначно поступила бы глупо, отказавшись принять его. Тем не менее, как бы сильно Драко не презирал саму мысль, что думает о Грейнджер, он не мог удержать свой разум, который постоянно возвращался к ней. У него едва ли хватило бы сил и мотивации, чтобы аппарировать из Мэнора, навевающего все эти болезненные воспоминания, и вернуться в своё привычное ночное жилище. Вместо этого Драко просто сменил свои рубашку и брюки, прежде чем залезть под темно-зелёное покрывало кровати, которым укрывался с самого детства. Он скинул свои парадные туфли и провел рукой по волосам, вдыхая желанный запах сна и выдыхая тревогу, которая, как он чувствовал всё еще оставалась в глубине его души. Часы показывали только половину пятого дня, когда Драко закрыл глаза и, наконец, уснул. Но это был Драко. Его сон никогда не был по-настоящему спокойным. *** Сознание Драко помутнело, и он почувствовал, что бежит - быстро, очень быстро - по коридору поместья Лестрейнджей. Его вызвали и аппарировали в поместье, где он услышал крик. Что-то пошло не так. Он почувствовал это в глубине живота. Было жарко. Слишком жарко для обычного летнего дня. А это даже было не лето. Его живот от этой мысли сжался ещё сильнее. Он забежал в гостиную, как раз в тот момент, чтобы увидеть дракона - кровавого дракона с людьми на спине, летящего с крыши и разбивающего окна. Драко мельком увидел кого-то кроме Поттера и Уизли, прежде чем чьи-то грубые руки оттащили его назад от линии бушующего огня, которую он ещё не успел заметить. Огонь. Нет, не огонь. Адское пламя. Паника поднималась все выше по горлу, и Драко лихорадочно огляделся, пытаясь вырваться из неизвестных рук, которые пытались увести его в безопасное место. Ему нужна была его мать. Он не мог оставить ее здесь. Это был даже не ее дом. Где Нарцисса? —МАМА!- крикнул Драко, подбегая к огню и ища - так отчаянно ища ее. Она не могла умереть. Не здесь. Огонь начал распространяться с бешеной скоростью, поглощая все на своем пути. Драко часто слышал об ужасах Адского пламени, но никогда не думал, что однажды сам увидит его. Тем более, в доме его семьи. Дым поднимался к потолку, и Драко сжал палочку, не зная, какое заклинание использовать и куда идти. Он был в растерянности. Драко был в нескольких секундах от того, чтобы столкнуться с пылающим огнем, как рядом появился его отец, волосы которого были испорчены, а по лицу стекал пот. Он все ещё держал трость, но та дрожала в его руке. Нижняя часть его брюк выглядела обгоревшей и обугленной. Вероятно, он тоже искал Нарциссу. В комнате стоял ужасный запах - будто здесь сожгли слишком много угля или металла. У него болела голова, когда он начинал думать о других причинах неприятного запаха, которым все больше и больше наполнялись лёгкие. Мучительно болезненные крики оглушили его, и подобно грому разнеслись по комнате, превосходя даже шум пылающего огня. Крики зазвучали ещё громче, и его разум решил сосредоточиться именно на этом звуке, на том - который казался таким пугающе знакомым. Он не мог сказать, реально ли было то, что он слышал, или же его сознание просто обличило все его страхи, которые как цунами взвились на поверхность, захлестнув и разрушив бетонные стены, который он построил сам для себя. Огонь стал окружать присутствующих людей, голова шла кругом, а густой дым начал жечь лёгкие. Белая рубашка насквозь пропиталась горячим потом. Отец просто смотрел на него, будто вокруг не полыхал огонь, и все было как обычно. И все же они были Малфоями; они давно привыкли к тому, что ничто и никогда в их жизни не было нормальным. Драко осмотрелся и заметил темные облака черного дыма, клубящиеся над ним. Все вокруг превращалось в пепел: мраморные столы и мягкие стулья, длинные толстые черные занавески, которые ниспадали до пола, закрывая окна и не пропуская ни капли солнечного света. На большой люстре почти не осталось свисающих стеклянных камней. Стекла разбивались, а окна продавливались, утягивая за собой бетонные стены. Наконец, крики и вопли, прекратились, но в Мэноре было далеко не спокойно. Огонь с громким хрустом поглощал деревянные балки и рамы – дом разрушался прямо на глазах Драко. Он всегда ненавидел поместье своей тети Беллы, но, увидев, что оно пылает огнем, у него перехватило дыхание. Дым вырвался из его легких сухим кашлем. Смог разъедал глаза, а по бледным щекам потекли слёзы. Он встретился взглядом с отцом. Ни один из них не сказал ни слова, они просто безучастно смотрели друг на друга, пока Люциус не сделал два шага на встречу и огонь не оказался в опасной близости от него. Дыхание перехватило. Люциус потянулся к Драко и крепко схватил его за левую руку. Его глаза смягчились и умоляюще посмотрели на сына. Драко никогда не видел своего отца таким, и, несмотря на его попытки успокоить сына, сердце юноши забилось быстрее. Голос Люциуса был тихим, почти отсутствующим, когда он говорил с Драко. —Ты обещал позаботиться о ней, Драко. Ты обещал, что позаботишься. Дышать было все труднее, но Драко это не волновало. Для него не имело значение ничего, кроме его матери. Нарцисса. Единственная, кто пела ему в младенчестве. Единственная, кто мирилась со злом в их доме, потому что знала - это сможет защитить ее семью. Единственная, которая не заслужила ничего из того, что с ней произошло. Его мать. Та, чьи крики навсегда отпечатаются в его памяти. —Мне жаль, - прошептал Люциус. Драко не успел ответить. Вместо этого он почувствовал знакомое притяжение аппарации и растущий жар в области его лодыжек и кистей. Это было вовремя. Но не имело никакого значения для него. Его безопасность или безопасность отца ничего не изменят. Они оставили Нарциссу - Леди Малфой, жену, его мать - умирать. Умирать. Нарцисса была мертва. Нарцисса была мертва. Его мать. Мертва. ... Драко проснулся и содрогнулся.