13

У него болела голова. Сказывался недосып. Не то, чтобы жнец смерти нуждался в восьмичасовом сне, но последние дни он не успевал даже прилечь. Библиотека в доме небольшая, но даже среди огромного количества литературы он не мог найти ни одно существо, подходящее под описание Мэйлин. У него была мысль написать письмо в Хельхейм, своим старым учителям, с которыми до сих пор поддерживал связь. Но как он мог им объяснить, по какому поводу интересуется? После смерти Нат несколько лет провел в Хельхейме, это небольшой город глубоко-глубоко под землей, а начало пути в это место – Железный лес. Не самое лучшее место, но оно служило обитанием множества Мрачных – всяких упырей, оборотней, мелких фей. Если Элизиум обитель света и тепла, то Хель напоминал позднюю осень – вечно пожухшая трава, голые темные деревья с кривыми ветками. Первые годы Нат всеми фибрами души ненавидел это место – пока его сестра проводила время в Ангельской Академии, изучая языки, науку, искусство, Нат был вынужден вместе с несколькими десятками других жнецов ютится в холодных помещениях Эльвиднира, пытаясь научиться безболезненно вытягивать душу из тела. Если бы Ната просили описать Хельхейм, то он сравнил бы его с портовым городом, где живет всякий сброд. Конечно, вслух такое нельзя говорить. Взять ту же центральную площадь и Эльвиднир – дворец в центре Хельзейме, невероятных размеров чертог из льда и мрамора. На территории Эльвиднира располагались и жилые комнаты для жнецов, а ниже, спускаясь по склону холма, располагался сам город – вечно оживленный, шумный, с множеством душ и демонов. Казалось удивительным, как жнецы, по сути относящиеся к ангельской касте, уживались в городе с демонами, неупокоенными душами. К последним относились – старики, погибшие от болезней, нарушавшие законы, но недостаточно тяжкие, чтобы оказаться в Лимбе. Есть четкий перечень заслуг, чтобы попасть в Элизиум или даже на Поля Асфоделей, а есть противопоказания для Лимба. Те, кто не подходит под нормы, оказывался в Хельхейме. Несмотря на то, как сильно Нат нуждался в помощи, он боялся подставить Мию. Одно дело разборки в Элизиуме, а совсем другое оказаться в Эльвиднире и стать жертвой опытов Слуг Хель. Его передернуло, стоило вспомнить недолгие встречи с ними. — Я все еще жду объяснений, — фыркнул Джереми, вырывая его из воспоминаний. В последнее время Нат легко терялся в своих мыслях, а с демоном на хвосте нельзя было отвлекаться ни на секунду – это всегда плохо заканчивалось для него. Он слышал, как набиралась вода на кухне – Мия явно не спешила возвращаться, а сам Нат не имел понятия с чего начать. Мия неловко остановилась в дверях, протягивая ему стакан с водой. Нат попытался улыбнуться, но получилась безобразная гримаса. Он сделал глубокий вдох, прежде чем бросить в воду пару кубиков из аптечки. Это не уберет ожоги и волдыри, формирующиеся на коже, но поможет в заживлении. — Мия, — Нат улыбнулся, кивая в сторону демона. — Это Джереми. Он мой… Жнец застопорился на полуслове. Пытаться объяснить, кто они друг для друга слишком сложно для человека, который знает о тебе лишь имя, да то, что ты жнец смерти. Ему никогда не приходилось объяснять Ханиэль, что они значили друг для друга, потому что сестра всегда была с ним. С момента сбора душ до конца: до сожжённой деревни, сотен невинных жертв чужой мести и потери контроля. Джереми ухмыльнулся, внимательно следя за Натом, пока тот не выдавил нечто похожее на: — Он помогает отыскать того демона, с которым ты заключила сделку. Мия приоткрыла рот, прикусывая нижнюю губу. Смех Джереми эхом разнесся по тихой гостиной. Волдыри выглядели гораздо лучше, чем раньше – они медленно сходили на нет, хотя краснота и заканчивалась. Нат обмакнул вату в мутноватую зеленую жидкость из склянки, аккуратно прикладывая ее к ране. Демон сжал здоровой рукой подушку, морщась от боли, стоило Нату вылить на марлевую повязку еще снадобья, а затем повязать вокруг ожога. — Как гладко сказано. — Кивнул Джереми, хмыкая себе под нос. — Лаконично описал то, кто мы друг для друга. — Джереми. — прошипел Нат, чуть сильнее прижимая повязку к ране. — Знаешь, мне начинает казаться, что мое имя это какое-то ругательство. — Улыбнулся демон, перевел взгляд на Мию, убирая любой намек на фальшивую улыбку. — Я не собирался на тебя нападать, просто испугать. Мия кивнула, хмуря брови. Сложно привыкнуть к Джереми. Нат знал это как никто другой. Иногда Нат скучал по тому, как они общались раньше, без всяческих попыток уколоть друг друга, напоминаний о боли, недовольстве. — Прости, — она поморщилась, замечая, как волдырь лопается, а из него вытекала жидкость. — Я не знала, что ты хороший. Джереми засиял, его губы растянулись в улыбке, показывая ряд зубов. — А мне она нравится, — засмеялся демон, удобно откидываясь на спинку дивана. — Меня так давно не называли хорошим, что я и забыл, каково им быть. Обычно все кричат: «демон, убийца, мразь» и так далее. Быть хорошим – достаточно сложно, хочу сказать. Нат закатил глаза, вслушиваясь в его разглагольствования. Нога демона подпрыгивала в нетерпении, теперь он откровенно рассматривал её, продолжая улыбаться. Он никогда не умел усидеть на одном месте, как и держать язык за зубами. — Как ты это сделала? Мия наклонила голову набок, неловко присаживаясь на противоположную сторону дивана. Нат на это лишь фыркнул. Девушка явно переставала бояться с каждой секундой разговора, но сложно переубедить собственный разум, что демон, сидящий в паре сантиметров от тебя, все же друг, а не враг. — Что именно? Джереми улыбнулся, поднимая обожжённую ладонь вверх, пока Нат не потянул ее обратно, поправляя повязку на руке. Она вся пропиталась желтоватой жидкостью. — Такое чувство, что ты собиралась мою душу уничтожить. Неприятно, хочу сказать. Нат поджал губы, внимательно смотря на Джереми. Тот все еще игнорировал его, следя за каждым движением Мии. Она приосанилась, сильнее надувая губы. В голове щелкнуло. Тот случай в пиццерии. Он был уверен, что девушка вылила на нее кипяток или что-то в этом роде. Когда он расправлялся с тем демоном, ее рука была в таких же ожогах. — Ты уже делала это прежде, — Нат замочил новый бинт в целебном снадобье, — но никто не обратил на это внимание. Это срабатывает только… — На демонах. — Чересчур быстро кивнула Мия. — Или когда мне страшно. Это ведь тоже возможно, да? Такие вопросы не приводят к добру. На губах демона появилась ухмылка, он наклонился чуть ближе к ней, заставляя девушку вжаться в боковой подлокотник дивана. Она сглотнула, бросая испуганный взгляд на Ната. — Сейчас ты не боишься. Верно? — спокойно произнес Джереми. Мия кивнула. Нат нахмурился, всматриваясь в ее бледное лицо. Если так она выглядела, когда не боялась, он не хотел представлять, что случится с ней в настоящей битве. Не то, чтобы последние встречи с демонами заканчивались хорошо. Нельзя загадывать будущее, но сомнений не оставалось – впереди их ждало что-то похуже, чем парочка демонов. — Тогда, проверим твою теорию. Нат попытался перехватить его руку, но ему хватило лишь одного взгляда, чтобы жнец застопорился. Глупый демон, вечно подвергающий себя опасности ради великих целей. Мия сглотнула, прежде чем коснуться кончиком пальцев запястья, непокрытого повязкой. Джереми тут же зашипел, одергивая руку назад. Он понимал, что имел в виду Джереми, говоря о выдергивании души. Нат прикусил щеку, чувствуя неприятный металлический привкус на языке. Он дотронулся до губы, утирая кровь быстрее, чем кто-либо мог это заметить. Такого с ним никогда не случалось. Не в этом столетии так точно. — Кто еще знает об этом? — обратился к ней Нат, девушка нахмурилась, выдавливая из себя что-то похожее на: «никто». Джереми в ответ на это лишь фыркнул. Он по детски баюкал покалеченную руку в своей. На секунду Нату хотелось пожалеть демона, а с другой стороны он и так достаточно помог ему. Глупая жалость только навредит. — Среди демонов еще слух не пробежал. — Джереми внимательно посмотрел на нее. Нат прекрасно знал этот взгляд: бывшие привычки старшего офицера армейского отряда. Оценивал опасность противника. В первый раз он этим пренебрег, а теперь не собирался так просто отпускать ее. — А что еще ты умеешь? Может, сожжешь все? Нат закатил глаза, поднимаясь с пола. Джереми сжался на диване, разматывая старую повязку. Он поставил аптечку к себе на колени, обрабатывая рану здоровой рукой. Ранить человеческую оболочку легко, но повредить чужую душу гораздо сложнее. Благодаря жизненному дыханию они легко могли восстановить повреждения, будь это сломанная рука или же кровотечение, конечно с отрубленной конечностью этот фокус не пройдет. Но такого Нат никогда не чувствовал. А ведь ее дар даже напрямую не коснулся его! Только через связь. Нат поманил Мию рукой, а она тут же вскочила с дивана, следуя за ним. — Об этом никто не должен знать, — Нат прошелся по кухне, выискивая банку кофе в шкафу. Одна закончилась еще утром, его запасы медленно истощались. Не только продуктов, но и жизненных сил. Столько дней работать на автопилоте даже врагу не пожелаешь. Мия фыркнула, складывая руки на груди. — Не то, чтобы мне есть с кем поговорить об этом. Мия не могла сказать никому обо всем происходящем с ней. Слишком опасно. Не только для нее, но и для других. Нат знал, как это тяжело. После их смерти, получения диплома и выхода на работу, им нельзя было возвращаться в город, в котором они родились и умерли, еще тридцать лет. А когда вернулись, то и не узнали его. Сейчас правила изменились. Ангелы при желании могли наложить на себя флер, если обстоятельства требовали возвращения домой. Но хуже всего, когда душа встречалась со своим убийцей слишком рано. Года после смерти недостаточно, чтобы оправиться и привыкнуть. Иногда это приводило к печальным последствиям. — Если демоны узнают, на что ты способна… — Нат зарылся ладонью в волосы, — Ладно демоны. Ни один ангел не может касанием уничтожить душу. — Демоническую душу, — поправила его Мия. — Или ты думаешь… Если развить этот дар в правильном направлении, кто знает, что она сможет делать? Тогда одно лишь ее касание может принести боль не только демонам, но и ангелам. Нат покачал головой. Слишком рано переживать о возможном конце света из-за одного касания Мии. Есть дела поважнее. Нат дернулся, когда по квартире пронеслась мелодия звонка. Что за? Мия поморщилась, по-детски надувая губы, достала из кармана телефон. Она прочла сообщение, прежде чем поднять взгляд темно-карих глаз на Ната. И снова смотрела, как провинившийся щенок. — Нагло просить, понимаю, но мама вот-вот вернется домой, а я должна быть там. — Мия невинно захлопала ресницами. — Не мог бы ты провернуть всю эту штуку с телепортацией, чтобы я оказалась в своей кровати? Нат недовольно посмотрел на девушку, складывая руки на груди. Должного эффекта это не возымело, она все так же грустно смотрела ему в глаза. И с каких пор она перестала его бояться? А затем моргнула пушистыми ресницами: — Когда ты не улыбаешься, то выглядишь довольно пугающим. — Прошептала Мия, словно хотела оставить этот секрет между ними. — Это мое обычное лицо. Мия присвистнула, оценивающе взглянув на него. На губах появилась легкая ухмылка. — И оно довольно пугающее. Нат закатил глаза, дотрагиваясь до ее лба. Она растворилась с легким хлопком в воздухе. Пользование даром утомляло. Он плохо спал этой ночью, ходя вокруг да около двери в комнату Ханиэль. На секунду его пальцы сжали ручку, он уже был готов повернуть ее, как за окном громко и жалостливо запели птицы. Это разбудило его разум. Он очнулся, а потом тут же вернулся в комнату, закрывая за собой дверь. Чтобы не было соблазна вернуться назад. Нат все еще не мог войти туда, боясь своей реакции, чем того, что он мог отыскать. Может он поступал глупо, вдруг там окажутся ответы на все вопросы? Почему его сестру арестовали в погожий день, обвинив в измене и непослушании. Нат не сумел поговорить с ней не до суда, ни после. А потом он потерял ее навсегда. Нат перевел взгляд, сталкиваясь с собственным отражением в окне. Да, он мог понять, о чем говорила Мия. Ханиэль постоянно твердила, что его взгляд особенно пугающий, когда он злился. В расслабленном состоянии он не улыбался, просто сохранял свое обычное выражение лица. Это ведь не значит, что он злодей или что-то в этом роде. Все находили его либо мечтательно-грустным, либо недовольным. А он всего лишь не выражал эмоций. Он же не мог улыбаться вечно! В детстве на его лице постоянно играла улыбка. С братьями они бегали по полям, переплывали речку на мелководье, а потом в ней же ловили рыбу. Ханиэль громко смеялась, наблюдая за их играми. А потом началась война, и для смеха не осталось ни времени, ни причин. — Твоя подружка сбежала, испугавшись злого демона? — со смешком прохрипел Джереми, забинтовывая руку. Нат давно не видел, чтобы на демонах оставались раны. Не только на теле, но и на душе. Джереми лениво прошелся по кухне, присаживаясь на свое любимое место у окна. Подвинул горшок с цветами в сторону, открывая доступ к окну. Иногда Нат хотел вернуть тот день, никогда не говорить тех слов. Но ни один ангел не мог изменить прошлое. Сложно привыкнуть к демону, когда он менял оболочки с частотой в неделю. Эта долго не продержится, Нат это знал. В те времена, когда они только познакомились, на Джереми был армейский костюм, широкая улыбка на губах, а что более важно – пронзительные изумрудные глаза, да светлые волосы, напоминающие пшеничное поле. Нат знал о чем говорил, однажды они в шутку решили сравнить, что светлее – колосья или волосы демона. Ответ оказался очевиден. — Когда ты последний раз ел человеческую еду? — Нат отвернулся, прикусывая щеку. Повезло, что демон уставился в окно, не замечая его пристального взгляда. Они не нуждались в пище, как люди. Голод ничего не значил для них. Делали это по привычке, хотя более старые ангелы и демоны игнорировали эту процедуру, как и сон. Но вкус еды они чувствовали. И только ради него можно было поесть. Спали они, чтобы скоротать время и дать организму отдохнуть. А так же для восстановления сил после использования Дара. — Прошло слишком много времени. — Воодушевленно произнес Джереми, потирая ладони: в мыслях он уже представлял божественный вкус пищи. — Я могу приготовить тебе ужин, если ты перестанешь быть таким невыносимым. — Нат обычно не готовил, но если делал это, то все хвалили его навыки. В этом он гораздо лучше демона, который и яичницу не мог поджарить, не устроив пожар. Хотя последнее больше по части Ната. Глаза Джереми сверкнули огнем. Нат фыркнул себе под нос, внимательно смотря на парня перед ним. Сложно поверить, что демону перед ним уже две сотни лет, когда он вел себя как настоящий ребенок. — Ты мне должен гораздо больше, чем ужин. — Демон приподнял свою ладонь, аккуратно проходя мимо него на кухню. Вряд ли Джереми имел в виду только ожог. Нат прошелся по коридору, останавливаясь у телефона, покрытого тонким слоем пыли. Демон бесшумно шел за ним, напоминая кошку, гуляющую саму по себе. Джереми фыркнул, когда он смахнул пыль вместе с паутиной. Семейство пауков здесь, к счастью, не нашлось. Нат не пользовался им уже пару лет, но он должен сработать. Это второй самый легкий способ связаться с кем-то, находящимся на Небесах. Защита его дома работала таким образом, что без приглашения никто не мог отыскать его квартиру или же появиться в ней. Они сделали эту крепость вместе с Ханиэль, чтобы не бояться внезапного нападения демонов во времена, когда пакт о мире оказался наиболее шатким. Ушла не одна неделя, чтобы обеспечить весь дом защитой, они стали его хранителями. Пришлось подкорректировать некоторые пункты, чтобы позволять Джереми появляться в его квартире. Именно по этой причине он дал адрес, написанный его рукой, Мие. Иначе она попросту бы не нашла это место. А если бы каким-то чудом и нашла, то дальше коридора не прошла бы – попросту сгорела дотла. Нат нетерпеливо постучал по телефону, ожидая гудков. Работает. Он набрал нужный номер, ожидая, когда ангелы перенаправят его на нужную линию. Благо звонки на Небеса не оплачивались по общему тарифу. Заплатит, когда вернется в отдел. Или скинет счет на Замбрима, как месть за отстранение. — Иза? — Спросил Нат, услышав обеспокоенный голос девушки. Она звучала тихо и устало. — Нужно поговорить, это важно. Увидимся у меня. Без лишних слов он положил трубку, не дожидаясь ответа. Возможно, он ее немного напугал, зато быстрее прилетит. Джереми недовольно взглянул на него, пряча руки в карманы. — И зачем нам ангел? Нат прошелся до кухни, ставя чайник на плиту. Приоткрыл форточку, впуская свежий воздух, хранящий последние чары февраля. Джереми сел за стол, все еще прожигая его взглядом. Нат вздохнул, переводя взгляд на сосредоточенно-угрюмое лицо демона. — Если обещаешь не убивать ее ближайший час, то я приготовлю твою любимую пасту. Такой расклад его устроил. Демон ухмыльнулся, укладывая подбородок на ладони. — Ладно, пернатый. — Старое прозвище так легко слетело с его губ. Демон даже не заметил, как от угрюмого демона перешел в свое обычное, вечно приподнятое настроение, — Если ты этого хочешь, то я буду послушным демоном. Он оставил Джереми на кухне, надеясь, что его чайник не сгорит. Или демон не поджарит что-то, не являющееся едой. Нат переоделся в более комфортную белую футболку, да черные джинсы. Даже пытался причесаться, но бросил это дело. Стоило состричь пару прядей, но ему нравилось такое гнездо на голове. Его волосы завивались не так сильно, как у матери или младших братьев. Более волнистые, но не крупные кудри. Ханиэль же славилась прямыми волосами, Нат ей иногда завидовал. Но с течением времени полюбил эту свою особенность. Разговор с Джереми не клеился. Раньше они могли говорить о чем угодно, а теперь ступали по минному полю. Джереми не пытался даже наладить контакт, отвернувшись к окну. Он наслаждался последними солнечными лучами, попадающими сквозь задернутые шторы. Метеорологи прогнозировали усиление ветра, а вместе с тем и снегопады. Древу с каждым днем становилось хуже, несмотря на многочисленные попытки целителей вернуть его в норму. Нат сомневался, что у них это получится. Яд слишком сильный. Они послали несколько анализов в лаборатории Хельхейма, даже в Лимб, но ангелы переживали, что демоны не помогут им. — Я не думал, что связь еще работает. — Прошептал Джереми, взглянув на него из-под пушистых ресниц. Нат замер, держа в руках банку с пастой. Ему хотелось избежать этого разговора любой ценой. Но сам виноват. Только это не объясняло годы молчания от Ната. На самом деле, он не чувствовал чужую боль всегда. Только самую сильную. Это было лишь однажды с ними, лет сто назад. А теперь – сейчас. И это беспокоило его. Если коснувшись демона, который повидал в своей жизни столько боли, что уже не обращал на нее внимания, он чувствовал это через связь, то что происходило с душой самого Джереми? — Вот почему ты просил Мию коснуться тебя еще раз. — Нат хмуро улыбнулся, смотря ему прямо в глаза. — Не для проверки ее способностей… В аду ведь знают, да? Джереми пожал плечами, вновь отворачиваясь. Он облизнул губы, сложил ладони на столе, упираясь ими в стол. — Она цепанула лишь двоих, а слухами земля полнится. Не думаю, что она осознает какая мощь в ее руках. Если секундное касание вызывает такую боль, то что будет, когда она научится целенаправленно использовать свой дар? Нат лопаточкой помешал макароны на сковороде, закрывая ее крышкой. Он обернулся, прижимаясь поясницей к тумбе. — Что еще ты узнал? Джереми ответить не успел: громкое хлопанье крыльев перебило его. Изадаиль стояла при параде в просвете между коридором и кухней. Распущенные волосы при таком освещении казались почти что каштановыми, они струились по плечам, спускаясь до поясницы. Белоснежный деловой костюм: строгие брюки с высокой посадкой, пиджак, перевязанный лентой на уровне талии. Девушка сложила руки на груди, в упор смотря на Ната. — Что здесь забыл демон? — презрительно спросила Изадаиль, скривив губы. Джереми закатил глаза, сжимая ладонь в кулак. Не метался огнем, так что уже неплохо. — Я доволен не больше твоего, сестренка. — Не смей меня так называть, ты, грязный… — Вспылила Изадаиль, краснея от ненависти. Нат мигом оказался перед ней, пока она не сделала что-то непоправимое, уложил ладони на ее напряженные плечи. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. На губах появилась легкая натянутая улыбка, а румянец медленно исчезал. — Ты хотел поговорить. Зачем тут демон? — улыбка сошла с ее лица. — Успокойся, Иза. Его слова имели эффект следующие пять минут, пока ангел и демон вновь не принялись спорить. Одно колкое слово, другое. Он планировал накормить их обоих ужином, но Изадаиль отказалась, сказав, что не намерена ужинать, пока эта тварь здесь. Следом Джереми не удержался, начав про перья и прочее. Демон знал на какие точки следовало надавить. С Изадаиль демон встречался, когда они только стали напарниками – целых тринадцать лет назад! И с самой первой встречи демон возненавидел ангела, а та его в ответ. Джереми редко доверял кому-либо в белом костюме, да с нимбом на голове. Ханиэль была исключением, но у них с демоном были другого рода отношения. Что-то между дружбой и ненавистью, но с желанием уничтожить тех, кто хоть раз косо взглянет на самого Ната. Он был связующим звеном между ними. — Как тебя за такой скверный характер еще с Небес не выкинули? — фыркнул Джереми, прожигая взглядом ангела. Изадаиль надменно ухмыльнулась. — По своему опыту не судят. Нат закатил глаза, недовольно помешивая грибы на сковороде. Это уже надоело. — Заткнитесь вы оба, — вспылил Нат, резко поворачиваясь к ним. Он постоянно держал себя в руках, для них оказалось неожиданностью его реакция. В глазах плясали огоньки. Они удивленно уставились на угрожающую ложку в его руках. — Вам пять лет, чтобы ругаться из-за ерунды? — Ну, вообще-то, — начал Джереми, поднимая ладонь. Он затих, увидев взгляд черных глаз Ната. — Понял. Принял. Молчу. Нат фыркнул, ставя огонь тише. Больше откладывать разговор нельзя, иначе они поубивают друг друга. Он быстро пересказал все случившееся с Мией, начиная с охоты странного демона, их похода к Мэйлин и заканчивая последними событиями. С каждым его словом лицо Изадаиль становилось более хмурым, даже Джереми потерял былую язвительность, внимательно вслушиваясь в разговор. Такое для них всех случалось впервой. И нельзя отрицать важность этого всего. — Замбрим знает, — подытожил Нат. — О том, кто она на самом деле. И про осколок и про хва. Только ему невыгодно, чтобы знали остальные. — А тот демон? О нем есть известия? — Изадаиль впервые обратила взгляд на демона, не пытаясь уколоть его, но тот покачал головой из стороны в сторону. — И зачем нам твоя помощь, если ты даже не можешь узнать, кто он? Джереми цокнул языком. — Мы ищем не там. Все отталкиваются от смерти, будто это какая-то переходная точка. — Мэйлин говорила, что никому не дано умереть, чтобы воскреснуть, кроме одного существа. — Припомнил Нат, смотря на Изадаиль. — Но если бывший ангел Рождения не знает… — В ангельской канцелярии есть информация обо всех рожденных и живущих на земле людях, — Джереми улыбнулся, внимательно смотря на девушку. — Странно, что вы до сих пор не проверили ее карточку. Раз не можете узнать, кто она, то нужно найти ее родителей. Изадаиль фыркнула, ее щеки покраснели. — Я проверяла, демон, — скривилась девушка, поправляя волосы. — Мать – человек, ничем не примечательная личность, а отец исчез из ее жизни, что в карточке только его имя и значится. Нат внимательно посмотрел на напарницу. — Если силы не от матери, то значит от отца. Джереми кивнул, переглядываясь с ним на мгновение. Он тут же отвел взгляд в сторону, будто обжегся. — Иза, добудь мне пропуск в канцелярию, — Нат улыбнулся, смотря на девушку. — Я хочу проверить все сам. Найти ее отца, это должно нам помочь, верно? Изадаиль поджала губы, поднимаясь с места. Ангел кивнула, уходя в коридор. Джереми лишь глаза закатил, отворачиваясь к окну. Нат пошел за ней, смотря, как она ходила возле вечно закрытых дверей в спальню Ханиэль. Под ложечкой засосало, но девушка быстро отвернулась. — Ты уверен, что доверяешь тем людям? — Иза покосилась в сторону Джереми. — Я постараюсь добыть пропуск, но Замбрим следит за каждым твоим шагом. Да и за Мией тоже. Не рискуй, если не уверен. — Я доверяю ему, — сглотнул Нат, складывая ладони за спиной. — и тебе. Но я пойму, если ты перестанешь мне помогать. Изадаиль усмехнулась, делая шаг к нему на встречу, пока не прижалась к его груди. — Я уже по уши ввязалась, Нат, — ангел улыбнулась, медленно убирая прядь с его лба. — Мне уже поздно сбегать с поля битвы. Джереми недовольно фыркнул, стоило Изадаиль раствориться в белоснежном сиянии. Он проворчал себе под нос что-то похожее на «показушница». Нат не был уверен, видел ли он только свет, но и прочее взаимодействие. На секунду его передернуло. Самое последнее, что ему нужно – разбираться с чужой неразделенной любовью, когда в мире творилось черти что. Нат покачал головой из стороны в сторону, возвращаясь к плите. Паста со сливочным соусом и грибами для невыносимого демона, как он и обещал. А потом можно поговорить, им еще многое предстояло обсудить. От него не укрылось, как демон стал невероятно тихим с уходом ангела. Не убил ее и хорошо. У Джереми были небольшие проблемы с контролем гнева в таких ситуациях, хотя в большинстве своем он проявлял невероятную стойкость и хладнокровие. Может дело в его военном прошлом. Прошли столетия, но такое воспитание не забудешь. — Велорий. — Нат замер, услышав имя. Он прищурился, смотря на демона. — Он вернулся. — Ты же сказал… Джереми закатил глаза, укладывая свои ладони на кухонный стол. Чуть отодвинул небольшую вазочку без цветов в сторону. Когда Ханиэль жила здесь, в ней всегда стояли пионы. Ее любимые. — Послушай, Нат, я обещал не убивать, пока она здесь, но про честность ты ничего мне не говорил. — Джереми откинулся на спинку дивана, — Я не доверяю ангелам, ничего личного. Нат повернулся, внимательно посмотрев на демона. Он старался не отвлекаться от готовки, но его вновь вынудили к этому. Паста в любом случае получится отменной. Не то что мертвый, даже живой не устоит перед ней. — Но мне-то ты доверяешь. Джереми криво усмехнулся, смотря на него с выражением: «ты совсем глупый или притворяешься?» — Ты же знаешь причину. Не будь таким удивленным. — а затем демон цокнул языком. — хотя, я не удивлюсь, если ты уже забыл. Нат отмахнулся от него. Имя вызывало дрожь по телу. Прежде, столетие назад, еще перед Мировыми войнами, на земле творил хаос демонический клан, самый крупный из всех. И его предводителем был Велорий. В те времена он еще не ходил с тростью, да и к Мрачным не любил обращаться, предпочитая собрать вокруг себя мощную армию из падших и проклятых. Велорий был одним из Первозданных демонов – не бывших ангелов, ни бездумных порождений мрака. Они так же древни, как и архангелы с первыми ангелами, как сама земля. Таких во всем мире существовало не больше пары десятка. Во времена первобытности им ставили алтари, пытаясь таким образом спастись от них. А затем место страху уступила вера в лучшее, надежда на светлое будущее. Велорий – самый дикий, необузданный из них. Заняло несколько десятилетий, чтобы освободить землю от гнета его клана. Велория отправили во Мрак с некоторыми приспешниками, кого-то разбросали по всем частицам иного мира, а некоторым удалось сбежать. Столько лет сидеть взаперти, чтобы вернуться и искать некую драгоценность. — Ты думаешь, Велорий отравил Древо? Джереми пожал плечами. — Как обманный маневр? Вполне возможно. Это в его духе. — Джереми постучал пальцем по подбородку, кривя губы. — Отравление Древа отвлекает всех ангелов от его настоящих планов. Нат недовольно помешивал пасту, добавляя сливки и грибы. Пахло замечательно, навеивало воспоминания маленьком ресторане во Франции, где они впервые попробовали это блюдо. Тогда жизнь казалась другой. Более закрытые наряды, долгие разговоры с бокалом чего-покрепче. И медленные танцы в полутьме под аккомпанемент оркестра, и веселый смех молодых людей. Незабываемые моменты жизни. — Тебе не кажется это подозрительным? — Джереми постучал пальцами по поверхности кухонного стола. — Это слишком просто. Нат натянуто улыбнулся, а затем кивнул ему. — Я тоже так думаю. Если Велорий и был тем, кто отравил Древо, то он должен быть и тем, кто убил Мию. — Нат нахмурился, припоминая важный факт, — Но возле ее дома есть защита, Джереми. Не то, что демон, даже я не могу попасть туда. Джереми фыркнул себе под нос. — Нас водят за нос. — Он принюхался, самодовольно ухмыляясь. — У тебя подгорает. Нат чертыхнулся, поворачиваясь к сковороде. Благо ему удалось спасти пасту с минимумом потерь. Нашел в шкафу банку с кофе, предлагая ее демону. Заряд бодрости им не помешает. В отличие от алкоголя, кофе они чувствовали. Если знать, где найти нужные зерна с определенной добавкой. В этот раз тишина не казалось неуютной. Джереми наслаждался каждой ложкой блюда, издавая такие восклицания, что соседи мало ли поняли, что они предназначались для восхваления еды. За окном быстро темнело, на улице зажглись первые фонари, освещая речку. — Отравление Древа ослабляет границы вокруг Элизиума. — проговорил Нат, прожевав ложку пасты. — он надеялся, что сможет пробраться на Небеса и украсть свою ценность, но не вышло. Тогда и решил подключить Эмилию. Джереми цокнул языком, его щеки надулись, сам он напоминал бурундука, запасающего орехи. — Глупо, — сглотнув, произнес Джереми. — Это действует и на Лимб. В меньшей степени, конечно, но все Древа связаны. Уничтожишь частицу в Элизиуме, считай что настал конец света во всем Ином Мире. Нат кивнул, соглашаясь с ним. — Есть кто-то еще, кого мы не учли. — Джереми цокнул языком, внимательно смотря на него. — И этот кто-то знал об Эмилии еще до того, как она умерла. И об осколке, и о хва, да даже о том, что ее кровь – яд. Не удивлюсь, если он знает все и про ее силы. Джереми надул губы, смотря в опустевшую тарелку. Один взмах лопаточки и в ней появилась еще одна небольшая порция пасты, а на губах демона благодарная улыбка. Они могли ссориться, презирать поступки другого, но Нат никогда не оставил бы Джереми голодным. — Что может быть ценностью Велория? — Так ты встречаешься с ангелом? Они спросили одновременно. Джереми выплюнул эти слова, сам не ожидая того. Он хлопнул глазами, сглотнув. Нат молчал, забирая пустые тарелки в раковину. — У меня есть одна догадка, — Джереми почесал за ухом. Они оба пытались проигнорировать его вопрос. — И лучше бы ей не подтвердится. Нат нахмурился, ожидая продолжения, но демон лишь улыбнулся. — Поверь, если он вернет себе эту ценность, то миру придет конец.