Глава 13 — "Дыбом волчья шерсть"

Бывает такая степень боли, когда чувства перестают быть эмоциями и превращаются в физическую материю. Это напоминает мелкие осколки стекла, что сидят прямо под кожей и оставляют мелкие раны. Это схоже с полной, вакуумной пустотой, которая удушает своим присутствием. В такой момент страх окончательно умирает, оставляя после себя лишь жгучую ярость и жажду мести. И чувство это настолько велико, что оно ослепляет, притупляет все другие эмоции и мысли. Ствол, что так долго висел на стене, был заряжен. Выпущенная пуля летела быстро, держа траекторию в ледяной дворец. Пулей этой была Аннариетта. Черной молнией она сорвалась с места, покидая пределы Морепеска. Её лапы вбивались в обледенелый наст с такой силой, что снежная пыль взлетала выше деревьев. Она неслась прочь из деревни, не оборачиваясь. Словно команда поддержки, по обе стороны от волчицы бежали Хати и Сколль. Более мелкие, чем Анна, они не отставали ни на шаг, собираясь встретить смерть лицом к лицу со своим вожаком. В этом бесконечном белом мареве, где небо сливалось с землей, Аннариетта сама стала частью метели, несущейся к шпилям замка Царицы. Аннариетта смотрела лишь вперед, словно взглядом выжигала любые препятствия на пути. А взгляд был ясный, чистый. Лишенный той привычной мути и черноты, какая обычно овладевала девушкой в приступы бешенства. Ярость продолжала рвать изнутри, но она больше не туманила мысли. Напротив, каждое движение стало выверенным, каждый прыжок точным. Человеческий страх управлял зверем, не позволяя тому потерять последний шанс на спасение Кли. Сильный удар пришелся прямо в плечо. Хати, не успевший заслонить собой вожака, злобно оскалился в сторону нападающего, готовясь атаковать. Аякс крепко стоял на ветви сосны, что склонялась к земле. В одной руке был зажат лук, другая рука держалась за ствол дерева. Анна в спешке отряхнулась, подняла взгляд на рыжего. Ледяные глаза обоих встретились. — Куда ты? Где остальные? Аякс замер, и его рука, сжимающая лук, невольно дрогнула. Он ожидал увидеть в глазах волчицы черноту Бездны, безумие или мольбу о помощи, но встретил лишь холодную ярость и, вместе с этим, пульсирующий страх. Хати и Сколль без конца кружили вокруг вожака, скуля и устремляя головы на Заполярный замок. Больше Аяксу не нужны были объяснения. Он понял, что опоздал. — Я нагоню тебя на входе в замок, беги, — рыжий уверенно кивнул. Гидро стихия, закрутившаяся вокруг него, подняла юношу над ветвями сосен и потащила в сторону деревни. Хати и Сколль сорвались с места первыми, превратившись в две размытые полосы инея. Аннариетта бросилась следом, выбивая когтями ледяную крошку. Атмосфера вокруг становилась всё более зловещей. Чем ближе она подлетала к подножию замка, тем громче становился ветер. Вечная стужа выла, как голодный зверь. Волкам пришлось зажмуриться, вбегая в самый центр бури. Огромные ели, облепленные снегом, смыкались над головой, превращая лес в бесконечный коридор. Под лапами менялся ландшафт, мягкие сугробы уступали место обледенелому камню предгорья. Заполярный дворец высился впереди костлявым пальцем, протыкающем само небо. Не было страха, сомнений. Аннариетта бежала вперед с определенной, ледяной мыслью. Она убьет Дотторе и Царицу. Корзинка с овощами была тяжелой. Плетеная ручка сильно давила в ладонь, не спасали даже перчатки. Летящий в лицо снег мешал идти ровно и быстро. То и дело приходилось останавливаться, а порой и разворачиваться спиной к непогоде, пытаясь пережить очередной всплеск ветра. Джинн сто раз пожалела, что пошла на рынок одна, оставив дома Кли и не дождавшись прихода Анны. Но пустой обеденный стол и голодный ребенок заставляли решать дела в спешке. На подходе в избу магистр все чаще всматривалась в снег под ногами. Весь истоптанный, протоптанный. Но ведь на таком отшибе людей почти нет… Неприятное чувство засело в груди, когда среди человеческих следов на глаза Джинн попались следы волка. Корзинка выпала из руки девушки, когда та стремительно бросилась к дому. А внутри никого. Джинн вылетела на крыльцо, хватаясь за перила. Страх окутал с головой, а вместе с ним пришла абсолютная безысходность. Снег сбоку скрипнул неожиданно громко. Магистр тут же потянулась к мечу, тот уже появился в её руке. Но паника была напрасной, когда перед Джинн появился Аякс. Весь запыхавшийся, взъерошенный и держащийся за правый бок. — Вы! — магистр вскрикнула, скрывая оружие. Бросилась к нему через все ступени крыльца, хватаясь за накидку. — Кли нет! Вещи остались, а самой её нет! И Анны тоже! — Держитесь за меня, магистр, — пропыхтел Аякс, быстрым движением приобнимая девушку за талию, — крепко держитесь. — Чего? Аякс не стал тратить время на объяснения. Как только пальцы Джинн вцепились в его намокший мундир, гидро Глаз Бога на его поясе отозвался вспышкой. Снег под их ногами мгновенно протаял, превращаясь в бурлящий поток, который в следующую секунду взметнулся вверх мощным водяным столбом. — Держитесь, я сказал! — скомандовал рыжий, чувствуя, как девушка испуганно тянется к земле. Джинн охнула, когда земля резко ушла из-под ног. Сила инерции была такой мощной, что внутренности на миг сдавило, а ледяной ветер ударил в лицо с удвоенной силой. Аякс, используя потоки воды как реактивный двигатель, буквально выстрелил их телами в сторону нависающих над лесом шпилей Заполярного дворца. Вода под ними уплотнялась, создавая подобие скользящей опоры, и они неслись вперед, оставляя за собой лишь шлейф из ледяных брызг и инея. — Вашу Кли похитили Фатуи, — громко говорил Аякс, перекрикивая встречный ветер. — Анна несется к замку. Магистр, письмо — фикция! С вами никто не будет сотрудничать, они лишь хотят увидеть вас в замке, чтобы убить. Замок приближался с пугающей быстротой. Аякс летел напролом, игнорируя боль в боку и усталость. Скорость была безумной. Джинн чувствовала, как под пальцами пульсирует жар тела предвестника, контрастируя с обжигающим холодом высоты. Ледяной дворец, когда стоишь с ним вплотную, кажется ужасно огромным. Наверняка он таил в себе сотню комнат, коридоров и скрытых проходов. Окруженный заснеженными, пышными елями, замок выглядел непреступной скалой. Каждая арка, каждая статуя и каждый холодный витраж кричали о непомерных, ледяных амбициях Царицы, которые были столь же огромными и неприступными, как и её обитель. Казалось, замок рос и расширялся вместе с её планами по переустройству мира, заполняя собой все пространство вокруг. Высоченные двери были плотно заперты. Даже без охраны рядом, становилось понятно, что этот замок не впустит в себя чужаков. Волчица остановилась в нескольких метрах, не сводя мушки с дверей. Подумав еще несколько секунд, хищница припала к земле, пружиня задние лапы. Оттолкнувшись от снега, Аннариетта выпрыгнула вперед, несясь прямо ко входу. В последний момент она развернулась боком, всем телом ударяясь о двери. Но ничего не произошло. Лишь вороны насмешливо гаркнули над головой. Волчица рявкнула, явно выругиваясь, и вновь пошла на исходную. Опять напружинив лапы, хищница рванула вперед. Снова удар, еще сильнее, еще громче…но безрезультатно. Волчица билась и билась о двери, пока очередная встреча с ледяным дворцом не отозвалась жалобным скулежом хищницы. Она отступила назад. Тяжело дыша, Аннариетта медленно пятилась по перепаханному снегу, рыча себе под лапы. Воздух вокруг волчицы внезапно зазвенел. Влажность метели мгновенно кристаллизовалась, и вокруг её мощного тела начал формироваться ледяной кокон. Острые, как бритвы, осколки льда закружились в неистовом вихре, наслаиваясь друг на друга, пока хищница не оказалась заключена в непробиваемый, сияющий лазурью щит. Рывок был настолько резким, что снег под её лапами испарился. Аннариетта неслась к дверям. Удар!.. Звук столкновения был подобен удару двух тектонических плит. Ледяной щит, принявший на себя всю колоссальную силу удара, рассыпался на миллионы мелких осколков. Массивные створки, символ неприступности Царицы, с оглушительным скрежетом сорвались внутрь. Проход был открыт. Волчица влетела в огромный вестибюль вместе с облаком ледяной пыли и обломков. Вороны над головой замолкли, испуганно взмывая в потемневшее небо. Аннариетта успела только посмотреть по сторонам, как на неё уже спереди неслась армия Фатуи. Как смешно и жалко. Стая дворцовых псов, с пушками наперевес, против одного дикого зверя. — Отступить! — женский голос прозвучал сверху, словно оглушительный гром. Фатуи тут же остановились, врезаясь в спины друг друга. Женщина, что подала команду, остановилась позади волчицы. Арлекино приближалась стремительно, размахивая копьем в руке. Оружие приняло очертание косы, что рассекала само пространство. — Уйти с поля боя, и сделать все, чтобы волчица добралась до Царицы. — Но, госпожа Слуга… — залепетали Фатуи. — Вы меня не слышали? — женщина всплеснула черной кистью руки, и вслед за её тонкими пальцами пронеслись огненные искры. Аннариетта изумленно смотрела на предвестницу. От её появления тут же стало жарко, почти душно, запахло кровью. Волчица обернулась на армию, заглядывая каждому в глаза. Расценив, что болванчики не поняли приказа, хищница припала к ледяному полу, оскалив пасть. Это было куда понятнее и убедительнее любого словесного приказа. Арлекино лишь холодно вскинула бровь, наблюдая за реакцией своих подчиненных. Её присутствие давило на них авторитетом, присутствие Аннариетты — первобытным ужасом. Один за другим Фатуи стали опускать оружие. Тяжелые щиты с глухим стуком падали на лед, мушкеты со звоном ударялись о каменные плиты пола. Армия пятилась к стенам, вжимаясь в тени колонн и стараясь не делать лишних движений. Аннариетта медленно выпрямилась, переводя взгляд на Арлекино. Между двумя женщинами на миг повисло негласное понимание. Волчица коротко кивнула, признавая этот жест, и, больше не теряя ни секунды, рванула вперед по живому коридору из дрожащих солдат. Месть и жажда крови пульсировали в висках, подгоняя её вперед, но Аннариетта заставила себя подавить этот гул. Несмотря на то, что ярость продолжала разрывать её изнутри, волчица резко замедлилась, переходя на тяжелый, стелющийся шаг. Хищница жадно втянула носом морозный воздух дворца. Запах спирта, металла, старой крови и чернил. Но Аннариетта отсекала этот мусор, слой за слоем просеивая запахи. Пыталась уловить тот аромат, что явно не принадлежал этому месту. Свежая клубника прямо с куста, едкий порох и запах плюшевой игрушки. Где-то в конце западного крыла, за поворотом, ведущим к лабораториям, она наконец уловила этот след. Он был слабым, перебиваемым тяжелым духом солдатских сапог. Но след уже был пойман. Аннариетта рванула в сторону этого едва уловимого аромата детского тепла, зная, что, если Дотторе посмел хотя бы коснуться этого ребенка, замок Царицы сегодня станет его гробницей. Волчица ворвалась в комнату с прыжка, вынося тяжелой головой дверь. Зверь остановился по середине помещения, холка на шерсти встала с дыбом, а из приоткрытой пасти стекала струя пены. В этой комнате, пропитанной запахом страха и дешевого табака, маски окончательно были сброшены. В самом дальнем углу, на холодном каменном полу, сжалась в крохотный комочек Кли. Она казалась совсем маленькой и беззащитной на фоне этих серых стен. Девочка дрожала так сильно, что это было слышно в наступившей тишине, и прижимала ладошки к ушам, стараясь отгородиться от реальности. Над ней возвышались двое. Эти люди в форме Фатуи, которые должны были быть элитой армии, сейчас выглядели жалкими и мерзкими подобиями человеческих существ. Один из них, скалясь в пьяной усмешке, грубо хватал Кли за тонкое запястье, пытаясь заставить её подняться, пока второй, задыхаясь от гнусного смеха, протянул руку к подолу её платьица, пытаясь задрать его. Аннариетту называли чудовищем и кровожадным зверем, существом, носящим проклятье на своих плечах. Но сейчас, глядя на эту сцену, стало кристально ясно: настоящий зверь не тот, у кого когти и клыки. Хищница припала к полу, и её мышцы под шкурой перекатились, как стальные тросы. Секунда — и от этих мразей не останется даже памяти. Аннариетта бросилась вперед, вытягивая длинные лапы. Глаза, затуманенные чернотой Бездны, искали сами уязвимые места. Волчица запрыгнула прямо на бойца, вцепляясь лапами в его туловище. Второй Фатуи, что уже зарядил пушку в хищницу, оказался поваленным на пол Сколлем. Мужчина, перед чьим лицом оказалась здоровенная волчья пасть, тут же выронил оружие на пол. Анна вгрызалась тому в морду, превращая весь его вид в омерзительную кашу. Пыталась дотянуться до глаз, но вместо этого перекусила нос. Тот некрасивой фигуркой стал съезжать с его лица, оставляя дыру прямо по центру. Последним рывком оказался укус в шею. Волчица спрыгнула с бойца, не разжимая пасти, заставляя его тело безвольно прокатиться по полу. Кровь хлынула пугающим фонтаном, заляпав морду зверя. Она драла его лапами, отрывая от груди куски кожи, мяса. Добралась до кишок. Хищница ухватилась за них пастью, погрязнув по уши в человеческом теле. Она выдрала их с силой, прокусывая. Кли прятала лицо в углу комнаты, пытаясь не слышать всех этих рычащих, хлюпающих, мокрых звуков. Бешеный зверь остановился, отряхиваясь. На черной шерсти каплями легли следы крови, от волка разило вонью. Аннариетта, слизывая пену со рта, вновь оглядела комнату. Увидев Кли, она в один прыжок оказалась с ребенком. Не церемонясь, волчица подняла девчонку за руку, почти подбрасывая над полом. Эльфийка приземлилась на холку зверю, обхватывая шею Анны. Кли уткнулась в испачканную шерсть, пряча в ней свой плач. Волчица выбежала из кровавой комнаты. Мир перестал был понятным. Ярость ударила в виски, заставляя хищницу беспомощно трясти головой, словно пытаясь выгнать непрошенные мысли. Коридоры замка путали, словно лабиринт. Аннариетта побежала вперед, надеясь выбежать хоть куда-то. Но все стены были одинаковыми. Витражи изображали лишь одну сцену — Царицу и её престол. Это место сводило с ума. — Поберегись, собачка!! Стеклянный купол над головой взорвался дождем из сверкающих осколков, которые в свете факелов посыпались вниз, словно колючие звезды. Оглушительный грохот заставил волчицу резко затормозить, высекая когтями борозды на дорогом паркете. Вниз рухнула колоссальная тень. Земля содрогнулась от мощного ударного импульса, когда гигантский, облаченный в броню робот приземлился на обе ноги, выбивая каменную крошку из пола. Огромный стальной голем выпрямился, занимая собой почти все пространство коридора, и его тусклые окуляры вспыхнули зловещим красным светом. Но настоящая угроза восседала на его правом плече. Тонкая, изящная фигура Сандроне выглядела нелепо и пугающе на фоне этой груды смертоносного металла. Предвестница сидела, небрежно закинув ногу на ногу, словно на троне. — Давай сюда ребенка. Давай, живее, что ты встала! — командовала Сандроне, пока Пулония протягивал руку волчице. Аннариетта вновь оскалилась, выгибая спину. Кли сильнее вжалась в зверя. Даже несмотря на то, в каком видела была Анна, с ней все равно было безопаснее, чем с чужаками. Не успел Пулония сомкнуть свои стальные пальцы, как сверху, сквозь разбитый купол, обрушился новый вихрь. Ревущий поток воды разрезал воздух, и на пол между роботом и волчицей приземлились Аякс и Джинн. — Эй-эй, полегче с когтями! — Аякс вскинул руки, вставая прямо перед мордой Аннариетты, блокируя ей путь к атаке. — Свои! Она со мной! Сандроне на плече голема раздраженно закатила глаза и убрала пульт в складки платья. — Ты заставил меня тащить Пулонию через всю тайгу и дырявить крышу ради этого...облезлого зрелища, Чайльд? — голос Марионетки так и сочился напускным презрением. Робот послушно замер, переходя в режим охраны. — У тебя отвратительный вкус на союзников. Джинн, едва коснувшись земли, бросилась к волчице, но остановилась в паре шагов, увидев Кли. Магистр тяжело дышала, её взгляд метался между окровавленной мордой зверя и испуганным лицом ребенка. Растеряв всякий страх перед волком, магистр упала перед ней на колени, обнимая за широкую шею. Аннариетта захлопала черными глазами, тяжело дыша. — Спасибо, что спасла её, — шептала Джинн, глядя по очереди то волчицу, то Кли, — спасибо… — Сандроне поможет вывести ребенка отсюда. Дотторе перекрыл все выходы, но у Марионетки свои пути. Отдай ей Кли, а мы продолжим путь дальше, — голос Аякса был как никогда серьезным. Волчица недоверчиво перевела взгляд с рыжего на холодную куклу на плече робота. Сандроне выглядела как угодно, но только не как спасительница. Пулония снова протянул огромную ладонь, и на этот раз в его движениях была некая аккуратность. — Ну же, — поторопила Сандроне, поправляя воротник. — У меня нет желания торчать здесь, пока Дотторе не прислал своих ассистентов подчищать за вами мусор. Живее, пока я не передумала. Аннариетта рявкнула что-то на своем, переминаясь с лапы на лапу. Сомневаться времени не было. Волчица дернула туловищем, заставляя Кли буквально съехать с её шерсти. Джинн схватила ребенка, аккуратно ставя ту на пол. Магистр быстро стянула с себя шубу, закутывая в неё ребенка. — Давай, Кли, они тебя не обидят, — Джинн даже не спрашивала. Она вновь подняла ребенка за подмышки, вручая в руку Пулонии. Глаза эльфийки округлились то ли от страха, то ли от восторга. — Еще не все, — фыркнула Сандроне, устало расправляя подол платья. В глубине одного из боковых коридоров, ведущих к жилым секторам, послышалось ритмичное шуршание и тонкий механический писк. Из тени выкатились несколько небольших роботов на колесиках. То были причудливые механизмы Сандроне, которые в обычное время занимались чисткой бесконечных ковров и полировкой мрамора Заполярного. В этой тишине они выглядели совершенно безобидно, почти комично, но именно эта неприметность была частью замысла. Следом за уборщиками, стараясь держаться в тени колонн, вышла массивная фигура. Джинн замерла, не веря своим глазам: высокий, широкоплечий мужчина, чье присутствие внушало спокойствие даже в этом проклятом месте. Магистр Варка выглядел хмурым и собранным, а его взгляд мгновенно оценил обстановку в зале. Тело его было плотно перебинтовано, на лице сияли свежие следы ударов. — Варка! — взвизгнула Джинн, тут же бросившись к истинному магистру. Мужчина поймал девушку в свои лапы, задорно смеясь. Уставший, исхудавший, но своего обаяния не растерял. — Магистр Джинн, — заулыбался Варка, выпуская рыцаря из своих рук. Не тратя времени на чувства, мужчина тут же собрался, обводя взглядом присутствующих. Хороша компашка, ничего не скажешь. — Отличная работа, Марионетка. Твои крохи знают свое дело. Ни одна патрульная группа даже не взглянула в нашу сторону! — Эти «крохи» эффективнее сотни ваших рыцарей, магистр, — обиженно фыркнула Сандроне, уже сто раз пожалев, что вообще ввязалась в эту авантюру. — Так, все! — Аякс поднял руки, призывая всех заткнуться. — Сандроне уведет малую и магистра отсюда, они не помогут нам сражаться. Мы втроем направимся к Дотторе. Раз начали, значит надо закончить. — Ну и ну, эта махина меня выдержит? — хмыкнул Варка, аккуратно ступая одной ногой в руку Пулонии. И тут же ахнул, когда робот поднял его над землей, даже не шелохнувшись. — Ну и ну! Джинн, ты погляди. Нам нужны такие помощники в армию, что скажешь? — Ради всего святого, замолчите, — закатила глаза Марионетка. Пулония, не дожидаясь продолжения дискуссии, глухо лязгнул металлом и развернулся. Сандроне, сидевшая на его плече с видом глубочайшего одолжения, лишь махнула рукой, отдавая команду своим маленьким помощникам на колесиках расчищать путь. Массивная фигура робота вместе с пораженным Варкой и прижимающей к нему Кли быстро скрылась в густом полумраке технического коридора. Эхо восторженного бормотания магистра Варки о «передовых технологиях» еще несколько секунд доносилось из темноты, пока окончательно не затихло. В вестибюле повисла звенящая, давящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Аннариетты. Волчица вновь выпрямилась, её шерсть все еще была вздыблена, а в черных, пустых глазах горел холодный огонь. Аякс сделал шаг вперед, и воздух вокруг него задрожал от избытка энергии. С резким свистом он обнажил свои водяные клинки. Джинн, оставшаяся рядом, не проронила ни слова. Она лишь крепче перехватила рукоять своего меча, и вокруг её лезвия закружились неистовые потоки анемо. — Ну что, навестим Доктора? — голос Аякса прозвучал спокойно и непринужденно. Словно в этом вопросе не было ничего удивительного. Аннариетта ответила ему коротким, резким кивком. В следующее мгновение они сорвались с места единым порывом. Трое — зверь, предвестник и магистр бросились вглубь коридоров, навстречу самому темному крылу замка. Коридоры закончились внезапно, упираясь в тупик. Впереди, перекрывая собой все пространство от пола до сводчатого потолка, возвышались последние двери. Эти створки не были похожи на те, что Аннариетта вышибала на входе. Тяжелые, отлитые из темного, почти черного металла и инкрустированные ледяными кристаллами. Это был вход в Главный зал — сердце Заполярного дворца, где под гнетом вечного холода решались судьбы народов. — Там должна быть Царица, а вместе с ней, — Аякс замялся, сжимая в кулаках клинки, — Дотторе, что не отходит от неё ни на шаг. Джинн направила сильный поток ветра прямо в двери. Стихия с визгом ударилась о металл, а затем резко отскочила назад, летя обратно в магистра. Аякс выставил руку перед девушкой, загораживая её собой. — Так у нас ничего не выйдет, — предвестник покачал головой. — Сами они тоже радушно не откроют. — Отойдите. Арлекино выступила из густой тени коридора так бесшумно, как и всегда. Ни Аякс, ни Джинн не услышали её приближения, лишь Аннариетта за долю секунды до её появления дернула ухом. Четвертый Предвестник шла не спеша, её каблуки выбивали хищный ритм по ледяному полу. Она прошла мимо замерших союзников, даже не взглянув на них. Взгляд Арлекино был прикован исключительно к массивным металлическим створам, преграждавшим путь. — Отойдите, — повторила Арлекино, дернув косой. Аякс подхватил Джинн под локоть, увлекая её назад, к стене. Аннариетта припала к полу, ощетинившись, но не смея атаковать. Арлекино остановилась в паре метров от ворот. С резким, хищным свистом она взмахнула косой. Алое лезвие разрезало воздух, оставляя за собой шлейф из кровавых искр. И в то же мгновение на темном металле дверей, словно выжженный клеймом, проступил зловещий, пульсирующий рисунок кровавой луны. Багровая энергия хлынула из символа, расползаясь по косякам трещинами, светящимися изнутри сияющим багрянцем. Слуга сделала глубокий вдох. Она перехватила косу поудобнее и нанесла второй удар — сокрушительный вертикальный взмах, направленный точно в центр кровавого символа. Грянул взрыв. Но это не был обычный грохот разрушаемого металла. Это был звук рвущегося пространства. Кровавая луна на дверях сдетонировала, высвобождая всю накопленную мощь пиро силы. Колоссальная волна багрового пламени и осколков рванула внутрь зала, вышибая многотонные створки с такой силой, что они влетели в Главный зал. Арлекино, не поведя и бровью, опустила косу, лезвие которой все еще дымилось. Аннариетта расценила это как приглашение. Волчица тут же бросилась вперед, ступая по еще горячим обломкам некогда дверей. Товарищи бросились следом. Перед ними открылся большой, красивый тронный зал. Он был совершенно пуст, лишь далеко по центру стоял высокий трон. За ним, усеянным кристаллами, прятался силуэт. Облаченная в белые одеяния, что словно искрились в свете витражей, она испуганно смотрела на не званных гостей. Ажурный кокошник на её голове, струящееся платье, вьющийся вокруг неё снег — все говорило о том, что это Царица. Совершенно перепуганная богиня, не ожидавшая предательства своих самых близких подчиненных. — Ваше Величество, — начал Аякс, аккуратно ступая вперед. — Нам нужна не вы… Анна нервно рыкнула, обернувшись на рыжего. «Как это не она? — пронеслось в мыслях волка. — Убью обоих, и дело с концом!». — А кто? Дотторе не спеша вышел с балкона. Руки его были сложены за спиной в кулак. Походка уверенная, размеренная. Он ничего не боялся. Даже выйдя перед троном, заслоняя собой Царицу, Доктор лишь мягко улыбался. Он с интересом обвел взглядом всех, задержавшись на волчице. Анна оголила клыки. — Достаточно с твоих идей, Дотторе, — Арлекино подошла ближе, встав около одиннадцатого предвестника. — Ты должен был предвидеть, что это случится. От тебя отвернулись все. — Мне не нужны все, Отец, — хмыкнул Дотторе, медленно ступая вперед. Аякс тут же напрягся, Арлекино даже не шелохнулась. — Мне достаточно самого себя и её Величества. Но все же, я так долго ждал, когда в вас проснется голос разума, и вы поймете, что я преследую благие цели… — Что происходит? — прошептала Джинн, поднимая голову к потолку. Аннариетта последовала примеру магистра. Аннариетта задрала голову, наблюдая, как по безупречно расписанному потолку, где в лазурных тонах была запечатлена история становления Снежной, поползли тонкие, как паутина, нити. Краска осыпалась пылью, и некогда величественные фрески покрывались глубокими трещинами, которые ветвились и множились прямо на глазах. Замок, веками стоявший незыблемой глыбой, начал терять свою безупречность. Арлекино не просто вышибла дверь. Слуга нарушила целостность самой цитадели, заставляя залы содрогаться от своей разрушительной силы. — Хватит трепки! — прикрикнул Аякс, чей голос эхом разнесся в тронном зале. Чайльд был первый, кто сдвинулся с места по направлению к Доктору. Юноша оказался высоко в воздухе, и тело его стало меняться. Гидро стихия заволокла рыжего, обрисовывая его силуэт водяными хлыстами. Стоило им исчезнуть, как на месте Аякса оказался истинный монстр Бездны. Вот он, тот облик, что был дарован ему Глазом Порчи. Разъяренное создание замахнулось обеими руками, запуская в стоящего Доктора электро потоки. — Моя дорогая, бегите на балкон, — скомандовал Дотторе, скидывая с плеч плащ. Царица, не готовая к битве, покорно послушалась своего самого верного слугу, пряча силуэт за дверьми балкона. Арлекино, стоявшая до этого неподвижно, издала тихий вздох. Тень Предвестницы вытянулась, принимая чудовищные, нечеловеческие очертания. С резким, сухим треском, за её спиной развернулись колоссальные крылья, сотканные из багрового пламени и воли Алой Луны. Битва вспыхнула мгновенно. Чайльд обрушил на Доктора каскад молний. Дотторе, двигаясь с неестественной, рваной быстротой, уклонялся, одновременно запуская в Аякса веер из десятка шприцев. Граненые иглы сверкали в свете молний, неся в себе яды. Один из шприцев задел доспех Чайльда, заставляя металл зашипеть и покрыться трупной зеленью. В ту же секунду Джинн, окутанная яростным анемо-вихрем, ворвалась в ближний бой. Её меч, усиленный стихией, свистел, нанося удары с рыцарской точностью. Она метила в открытые участки кожи, заставляя Доктора отмахиваться от неё, как от назойливой осы. — Надоедливая девчонка! — рявкнул Дотторе, парируя очередной выпад магистра. Над головой Дотторе пронеслась багровая коса Арлекино. Слуга атаковала молча и страшно. Её крылья создавали иллюзию множественности, сбивая Доктора с толку. Никогда прежде бывшим коллегам не приходилось вступать в схватку друг против друга. Это играло на руку обоим. Каждый взмах косы Арлекино оставлял в воздухе багровый след, который взрывался, если Дотторе пытался сквозь него пройти. Пораженный пиро мощью, предвестник скрывался в пыли взрывов и тут же атаковал, направляя яд на Слугу. Очередной шприц вонзился в ногу женщине, заставляя Арлекино наконец издать первый, изнеможденный вскрик. И пока Доктор пытался отбиться от этой тройной угрозы, из тени, словно продолжение самой тьмы, вынырнула Аннариетта. Вместе с ней в бой вступили Хати и Сколль. Волки раззявили пасти, словно были готовы поглотить само солнце. Они напали со спины, одновременно, не давая Дотторе ни единого шанса на маневр. Когти Аннариетты впились в плечо Доктора, разрывая ткань и плоть. Хати и Сколль сомкнули челюсти на его ногах, пригвождая к месту. — Потолок! — крикнула Джинн, вздымая голову вверх. Тронный зал наполнился оглушительным гулом, от которого заложило уши. Огромные куски фресок и острые, как пики, ледяные сталактиты начали падать вниз, дробя мраморный пол и превращая величественный зал в смертельную ловушку. Пыль, серая и удушливая, мгновенно скрыла из виду роскошные драпировки. Аннариетта почувствовала, как под её лапами вибрирует сам фундамент. Сколль и Хати, все еще сжимавшие челюсти на ногах Дотторе, зарычали, когда прямо рядом с ними с грохотом рухнула многотонная люстра, разлетевшись на миллионы стеклянных кинжалов. — Мы все станем частью братской могилы, если не выберемся, — произнес искаженный голос Аякса. Юноша замер, готовясь отправить в Доктора последний электро разряд. Но ему помешали. Арлекино, подхватившая юношу за живот, со стремительной скоростью стала покидать рушащийся дворец. Она летела прямо к дыре, что уже сияла в потолке. Монстр Бездны забился, обрушивая вокруг себя две стихии. Слуга вылетела на мороз, отпуская Чайльда. Рыжий уже было понесся обратно, как коса Арлекино его остановила. Слуга полоснула предвестника, заставив того оцепенеть. Боль с пульсирующей мощью прошла по всему телу. Аякс лишь успел выставить руку вперед, как потерял сознание и полетел к земле. Аннариетта вдруг подняла голову от тела Доктора, устремив взгляд вверх. Все рушилось и выло. Животная ярость сменилась человеческим страхом. Волчица, замешкавшись, хотела было побежать к Джинн, но не успела. Ледяная боль пронзила бок. Да такая боль, какая еще не обрушивалась на девушку. Аннариетта медленно повернула голову, и её глаза встретились с безумным, торжествующим взглядом Дотторе. Его сломанные пальцы до белизны в костяшках сжимали массивный шприц, который он вонзил глубоко под её ребра. Лапы подкосились, мех встал дыбом от судороги, а мир перед глазами начал стремительно меркнуть, затягиваясь черной пеленой. Доктор рявкнул, хватаясь за волчицу. Хотелось схватить её за шкирку и утянуть с собой, но сил еле хватало спасти самого себя. Мужчина с хрипом поднялся на ноги, зачарованно смотря, как ледяной замок рушился. — Мразь! — рявкнула Джинн, налетая на Дотторе. Предвестник вскрикнул, отпрыгивая от девушки. Изнеможденный магистр с трудом делала выпады, пытаясь сбить мужчину с ног потоком ветра. Доктор, пользуясь моментом слабости, ухватился за лезвие Фавония, потянув девушку на себя. Не боясь боли, которую принесла сталь его руке, предвестник выхватил оружие, отбрасывая его в сторону. Он одним точным ударом окончательно обезвредил Джинн, ударяя ту кулаком в живот. Внутри царил хаос. Воздух был настолько густым от каменной пыли и ледяной крошки, что дышать было практически невозможно. Джинн, измотанная поддержанием анемо поля, стояла на одном колене среди обломков около Аннариетты. Как она старалась вылечить себя и подругу, но сил уже не хватало. Огромная несущая балка уже начала свой смертельный путь вниз, целясь точно в голову магистра, когда тень Отца накрыла её. Прежде чем Джинн успела возразить или взмахнуть мечом, Слуга мертвой хваткой вцепилась в доспех на её плече. Арлекино рванула к светлеющему пролому в потолке в тот самый момент, когда центральный купол Заполярного дворца с окончательным, оглушительным стоном стал проваливаться внутрь. — Ты с ума сошла?! — Джинн, позабыв обо всех правилах этикета, бешено забила предвестницу кулаками. — Там Анна, она же погибнет! Верни меня! Верни меня обратно!! — У неё хватит мощи, чтобы убить Доктора, — ледяным тоном произнесла Арлекино, вновь оказываясь на морозе. — Если она погибнет, но при этом расправится с Дотторе, она останется героем в памяти людей. — Ты больная? — ахнула Джинн, тянувшись вниз, но сопротивляться силе Отца было бессмысленно. — Она там без сознания, она же умрет! Так нельзя!! Аннариетта с трудом открыла глаза. Трясущиеся руки девушки вцепились в пол, покрытый обломками. Хищница медленно подняла голову к верху, видя, как последний каркас замка начинает рушиться. Оскалившись, девушка стала подниматься на ноги. Резкая боль отозвалась в боку. Из него все еще торчал шприц с ядом. Накрыв место ранения, Анна стала в спешке перебирать ногами, пытаясь добраться до первой попавшейся комнаты. Обломки за спиной уже летели вниз. Крыша обвалилась с такой силой, что Аннариетту тут же отбросило вперед. — А-а-а!.. — вскрикнула Анна, падая на живот. Изломанные кристаллы больно впивались в тело. Медленным ползком, Аннариетта добралась до дверей. Она толкнула их ладонью. Впереди был еще целый коридор. Собравшись с последними силами, волчица поднялась на ноги и захромала вперед. Выдернув почти пустой шприц, Анна тащила тело вперед, держась за ледяные стены. Она чувствовала, как все здание ходит ходуном. Знала, что замок рушится. Но выхода нигде не было видно. Все превратилось в одинаковую кашу, пугающим лабиринтом из обломков, где за каждым поворотом поджидала смерть. Боль стала яростней. Аннариетта изнемождено рявкнула, хватаясь обеими руками за рану в боку. Она кровоточила. Идти сил не было. Не оставалось цели бороться и сражаться. Девушка обессиленно прислонилась спиной к стене, упираясь руками в колени. Мир почти потерял все звуки и запахи…если бы не одна разящая вонь, что была совсем неподалеку. Дотторе, несмотря на тяжелые ранения, не собирался сдаваться судьбе. В его личной лаборатории все ходило ходуном. С потолка сыпалась штукатурка, разбивая бесценные рецепты и колбы. Доктор, словно одержимый, метался между столами. Его руки, испачканные собственной и волчьей кровью, лихорадочно сгребали в кожаный кофр папки с чертежами и запечатанные ампулы с прототипами ядов. Он хватал редкие реагенты, едва успевая уворачиваться от падающих шкафов. Доктора окружили тени и грохот, но он продолжал рыться в обломках своей научной империи, выискивая самые важные зелья. Резкий, ледяной поток крио энергии ударил Доктору точно в спину. Кофр с чертежами и зельями выскользнул из онемевших рук, с грохотом упав на пол. Дотторе застыл в неестественной позе, наполовину обернувшись к выходу из лаборатории. В дверях возвышалась Аннариетта. Она, уперевшись руками в дверной косяк, с трудом стояла на ногах. Сгорбившись, девушка тяжело дышала ртом. Она больше не походила на человека, но и волком стать не могла. Парализующий яд Дотторе заблокировал трансформацию. Вместо этого её овладело абсолютное, чистое бешенство. Воздух вокруг волчицы мгновенно замерзал, а с её пальцев, вцепившихся в косяк, срывались ледяные искры. Сама кожа её казалась полупрозрачной, едва ли не светящейся изнутри. Глаза Анны превратились в две бездонные черные пропасти, лишенные белков и зрачков. Рот был приоткрыт, и с губ, окаймленных снежной кромкой, стекала струя белой, густой пены, смешиваясь с кровью. Аннариетта четко понимала, что она в шаге от смерти. Но она также понимала, что никогда прежде её тело не было так сильно. — Какая тварь… — прорычал Дотторе, сжимая кулаки. — Тебя не должно было существовать! Волчица бросилась вперед, замахиваясь. Дотторе, едва успев прийти в себя после увиденного, рванулся в сторону. Его движения были рваными, лихорадочными, но накопленный веками опыт выживания брал верх над болью. Удары Анны были страшными по силе, но им не хватало точности. Очередной замах заставил её пошатнуться. Изнеможение ослепляло волчицу. Доктор не упустил этот миг слабости. Перехватив её руку в воздухе, он с невероятной ловкостью сократил дистанцию. Прежде чем она успела снова выпустить крио стихию, Дотторе мертвой хваткой вцепился ей в горло. С глухим стуком он прижал Аннариетту к стене лаборатории, вышибая из легких остатки воздуха. Пальцы Доктора, холодные и твердые как скальпели, впились в шею девушки, сдавливая гортань. Аннариетта захрипела, вцепляясь руками в его запястье, пытаясь разжать эту железную хватку. Её ноги бессильно заскребли по полу. — Умрем здесь вместе, как ученый и его не случившийся эксперимент, — прошептал Доктор, сильнее сжимая пальцы. Аннариетта раззявила рот, пытаясь зарычать. Но звук не выходил из гортани. Она вновь вцепилась в запястья мужчины, пытаясь вырваться. Боль в боку продолжала зажигать звезды перед глазами, пока не зажглась очередная, самая яркая и болезненная. Анна неожиданно взревела, и голос её стал двоиться. Нечто совершенное дикое и яростное вырывалось наружу, оно хотело крови и смерти. Эта сила била в грудь изнутри, сжимая легкие. Дышать становилось тяжело, но не из-за хватки Дотторе. Крио Глаз Бога, что держался из последних сил на поясе девушки, заискрил. Аннариетта сжала запястья мужчины, начиная выпрямляться во весь рост. Она сильнее давила кулаками, заставляя Доктора жмуриться от этой боли. Обезображенное лицо девушки озарилось новой вспышкой ярости. Волчица, вцепившись в его запястья пальцами, которые теперь были холоднее стали, резко подалась вперед. С коротким, яростным выдохом, принесшим с собой облако ледяного пара, она с нечеловеческой силой оттолкнула Доктора от себя. Дотторе, не ожидавший такого отпора от умирающего существа, отлетел назад, врезавшись спиной в покосившийся лабораторный стол. Анна не дала ему времени опомниться. С резким, свистящим взмахом, в который она вложила остатки своей жизни и всю свою ненависть, Анна нанесла сокрушительный удар кулаком прямо в лицо Доктора. Дотторе, не издав ни звука, рухнул на спину среди обломков своего безумного наследия. — Ты…тварь… — прошептал Доктор, устремив взгляд снизу вверх на Аннариетту. Упала последняя стена лаборатории, впуская внутрь неистовую, ревущую метель Вечной стужи. Снежный вихрь ворвался, закружившись вокруг Аннариетты неистовым, ледяным торнадо. Из этого белого безумия начал материализоваться клинок. Сначала это был лишь призрачный сияющий стержень, но с каждым мгновением он обретал плоть и вес. Тяжелый, хищный двуручный меч, чье лезвие было выковано из чистейшей крио энергии. Сияние от оружия пробивалось сквозь снежную пыль, озаряя перекошенное лицо Анны голубым светом. Аннариетта сделала шаг, возвышаясь над распластанным Дотторе. Она перехватила рукоять меча обеими окровавленными руками. — АГРХ! — прозвучал громкий, вибрирующий крик волчицы, заставивший содрогнуться последние целы стены лаборатории. Она подняла сияющий двуручный меч высоко над головой и с этой дикой силой опустила его прямо вниз. Тяжелое лезвие с мерзким, чавкающим звуком пробило доспех и вошло глубоко в живот Дотторе. Доктор выгнулся дугой, из его горла вырвался задушенный, булькающий крик. Его глаза под разбитой маской округлились от невыносимой боли. Рефлекторно он вцепился в лезвие меча обеими руками, пытаясь вытащить оружие из себя. Кровь брызнула на сияющий лед клинка, а пальцы Доктора мгновенно начали покрываться инеем, примерзая к металлу. Но Аннариетта не остановилась. Не прекращая свой безумный, яростный крик, она подалась всем телом вниз, наваливаясь на рукоять всем своим весом. Она давила и давила, засаживая меч все глубже и глубже, пока рукоять не уперлась в окровавленную плоть. Лезвие меча прошло сквозь него, вонзаясь в каменный пол под ним. Дотторе обмяк. Его руки, все еще сжимавшие лезвие, бессильно соскользнули, оставив на льду кровавые отпечатки. Взгляд его потух, зафиксировавшись на перекошенном лице своей убийцы. Аннариетта резко выдернула меч. Кровь и ледяная крошка брызнули на её лицо. Она тяжело дышала, а меч в её руках начал медленно рассыпаться, превращаясь в снежную пыль. Сил действительно больше не оставалось. Ясность стала вновь возвращаться во взгляд девушки. Волчица устало упала на колени около еще теплого тела. Сотня мыслей пронеслась в голове, но все уже было поздно. Слишком поздно жалеть, думать о том, что хотел сделать, но не смог. Дворец рушился. Рушился весь, полностью. Стремительно вниз летели шпили, схлопывались целые коридоры и комнаты. Огромные кристаллы, словно запущенные ножи, разлетались по лесу. Последним сдался центральный купол. Он на мгновение завис в воздухе, словно не желая признавать свое падение, а затем с оглушительным гулом рухнул внутрь, поднимая в небо колоссальный столб пыли, снега и магической искры. Ударная волна разметала остатки пристроек, превращая некогда великое творение архитекторов в бесформенный хаос. Когда через несколько минут снежная пыль начала оседать, на месте символа абсолютной власти Царицы не осталось ничего. Заполярный дворец окончательно превратился в огроменную, чудовищную груду обломков. Теперь здесь царила лишь мертвая тишина.