«Он не думал, что когда-нибудь произнесет эти слова.»

Он не думал, что когда-нибудь произнесет эти слова. Он столько лет хранил в себе эту ненависть, эту боль, чтобы в один момент понять, что он ошибался. Признание сестры надолго лишило сна. Опасно давать больному человеку оружие и повод... Отец бы никогда не убил своего сына из-за каких-то там слухов. Из-за какой-то несчастной картины... Эту картину Валентин видел, и в первые секунды ему действительно показалось, что он видит знакомые черты, но сморгнув и всмотревшись он понял — мазки. Ничего более на холсте нет, просто мазки, собравшиеся в образ... И это стоило жизни Юстиниану? Какой же бред, Леворукий их побери... Отец ведь не дурак... И всё равно Валентин злился. Злился, ведь столько лет не мог докопаться до правды, и вот... Оказывается, хватило бы одного разговора. Габриэла... Старшая сестрица, про которую говорили, как про блаженную... И не ошиблись. Валентин на мгновение прикрыл глаза. Смотреть на выбитую на камнях вязь было сложно, особенно на имя матери. Он коснулся запястья и поморщился, дав себе мысленную затрещину. Держи себя в руках. Ты Придд, в конце концов. Перевести взгляд на второе имя оказалось проще. Вальтер Придд лежал вместе со своей женой. Старый Спрут... Строгий и холодный отец, примерный Человек Чести, любящий муж... Отец, приучивший их не показывать эмоций — ни плохих, ни хороших. Отец... Нет, он здесь не за этим. Пусть стерва-память явится ночью и не даст уснуть, а сейчас он должен признать, что был не прав. — Здравствуй, Отец. — Слова дались проще, чем он думал. — Я относил положенный траур и с гордостью ношу герцогский титул. Валентин поджал губы. Создатель... — Я хочу, чтобы ты знал. Я больше не виню тебя. — Медленно произнес он, подняв глаза к небу. Такому же серому. Утро сегодня выдалось пасмурным. — Я столько лет слепо верил в то, что Юстиниан был убит по твоей милости, пусть и не твоими руками. Я ошибался. — Глубокий вздох. — Прости меня, отец. Я зазря винил тебя, не зная всей правды. То, что я был юн, меня совсем не оправдывает и не оправдает никогда. Прости, если сможешь. Я больше не боюсь тебя. Увидимся в Закате. Какое-то время Валентин молча стоял, смежив веки. После быстро пошел прочь. Быстро, лишь бы не дать льду разлететься на мелкие осколки.