Ре

Будильник зазвонил ровно в семь, оглушая и без того тяжёлую голову. Томиока хлопнул ладонью по лежащему на тумбочке смартфону, переворачиваясь на другой бок. Слева донеслось ленивое движение, и следом — лёгкое прикосновение прохладной женской руки. Она медленно обвела его торс, а затем прижалась сзади, доверчиво уткнувшись грудью ему в спину. — Останешься дома? — Томный женский шёпот коснулся мочки уха. Томиока попытался детально вспомнить черты встретившейся вчера вечером девушки, но помнил только цвет волос и фигуру. Вспомнилось и то, что она была очень даже неплоха этой ночью, не дав ему уснуть сразу после первого раза. Они заснули лишь к утру, а в семь ему вставать на учёбу. Понятно, почему так раскалывается голова. Но учёбу пропускать нельзя. Вот к чему, а к университету и перспективам после завершения учёбы он относился со всей серьёзностью. Даже если его ждёт стремительный взлёт рок-звезды и экспертность в области международного права ему не пригодится — это ничего не значило. Закончить университет было необходимо. Так хотела его сестра, которая никогда в нём не сомневалась. — Пойду в душ, — Томиока встал, аккуратно убрав руку девушки. — Если хочешь, на кухне есть кофе-машина. Дверь можешь просто захлопнуть. Он поднялся с постели, наощупь находя брошенную на пол футболку. Девушка, лежащая в его постели, понятливо кивнула, наверняка не ожидая ничего большего, чем просто проведённая вместе ночь. — Было хорошо, — заискивающе сказала она. — Может, как-нибудь… повторим? Томиока натянул футболку, на этот раз оглядываясь и встретившись с небесным взглядом симпатичной незнакомки. Он улыбнулся краешком губ, пытаясь запомнить лицо, чтобы в будущем не возникало неловких ситуаций. — Я не против, — он махнул рукой в сторону кухни. — Чашки наверху. Бери любую, кроме зелёной. После этих слов он скрылся за дверьми собственной ванной комнаты. Горячий душ махом выбил всю ночную усталость, а затёкшие от поверхностного неудобного сна мышцы приятно расслабились. Выйдя из ванны, в которой Томиока проторчал минимум полчаса, он обнаружил ожидаемую пустоту. Девушка ушла, оставив на холодильнике записку со своим номером и помытую кружку на сушилке. Томиока хмыкнул, снимая розовый квадратик с дверцы и сминая его в ладони. Вряд ли они снова встретятся. Хотя знакомство действительно получилось приятным. Он мигом собрался в университет, скрыв забитое тату предплечье за широким худи с длинными рукавами. Разумеется, большая часть преподавательского состава колледжа знала о его деятельности рок-музыканта. Никто не имел ничего против, а даже наоборот — Томиока был любимчиком не только как толковый студент, но и как отличный музыкант. Проверив время на дисплее телефона, Гию облегчённо выдохнул. Не опоздал, хоть и был шанс. Всё-таки сон в ночь с воскресенья на понедельник нужно контролировать тщательнее. Он остановился возле лектория, чтобы найти в сумке нужный блокнот, когда ощутил знакомый запах лаванды и жасмина. Уголки губ сами, почти автоматически, поднялись вверх. Кочо. Он обернулся, без сомнений угадывая направление шагающей вперёд особы. Сейчас она пройдёт мимо, зайдёт в лекторий и не поздоровается. Сделает вид, что его не видит. Томиока поджал губы, чтобы не рассмеяться. Её попытки не замечать его в упор веселили и даже немного заводили. Он старался не смущать девушку своими комментариями, но иногда их словесные столкновения всё же случались. Не по его вине. Всё случилось, как он и предполагал. Даже взгляда на него не бросила. Ни мимолётного, ни скрытного — уж он в этом смыслил. Видимо, она узнаёт о его присутствии так же, как и он о её — по запаху парфюма. Он выудил со дна своей сумки нужный блокнот и вошёл почти следом. В лектории уже было наполовину заполнено студентами. Томиока поднялся на самый верх, желая уединиться на последних рядах, чтобы не отвлекаться и снизить вероятность разговора с кем бы то ни было. Проходя вдоль рядов, он то и дело ловил на себе взгляды девушек, привычно кивая некоторым из них, с кем был знаком. И нет, со всеми ними он не спал — принцип. Ему ещё с ними учиться. Но вот с Шинобу Кочо он бы с радостью развлёкся. Томиока упал на неудобный стул самого последнего ряда, кинув на парту нужный блокнот и пару ручек. День обещал быть насыщенным на знания. Профессор по трудовому праву появился ровно в девять, мигом открыв на своём компьютере нужный документ. Аудитория погрузилась в полумрак, а лица студентов освещались лишь падающим светом от экрана проектора. Томиока всё тщательно записывал, слушая почти внимательно. Вырисовывая каракули на последних страницах тетради, он то и дело старался не заснуть. Он вздрогнул от резкого звука собственного телефона. — Прошу выключить все гаджеты, уважаемые студенты, — строго обратился профессор, отвлекаясь от презентации. Гию тут же щёлкнул по звуковой панели, коря себя за забывчивость. «Хай. Сегодня позвали в «Ликорис», играем?» — сообщение от Сабито. «Ликорис» был не самым многолюдным баром, а в сравнении с тем, где они играли на выходных, и вовсе убежищем для монашек. Но группа старалась отзываться на каждое предложение. И дело было даже не в деньгах, а в самом процессе — им всем очень нравилась концертная жизнь, в этом каждый из группы был согласен с остальными. «Да», — короткий ответ, но и говорить тут было не о чем. Усталость и недосып — не самая большая проблема. Хуже — если он откажется. Весь вечер бы себя корил, проживая противное ФОМО Ещё один вечер в компании друзей и репетиции. Гию даже не уставал от этого. К тому же бар, в который они придут сегодня вечером, был, скорее, для узкой компании людей: никого лишнего, мало места и атмосфера отнюдь не тусовочная. То, что нужно для отыгрыша. Да и не хотелось слишком большой публики. Томиока облокотился на парту, положив голову на предплечье. За последние дни он немного устал от общения с людьми, кто не был в его сугубо мужской компании музыкантов. Он слушал профессора вполуха, фиксируя в тетрадь лишь нужное, лениво скользя взглядом вдоль рядов. Белая лента на тёмной макушке привлекла внимание, заставив блуждающий взор остановиться. Шинобу Кочо усердно писала, глядя лишь на экран проектора. Спина прямая, будто вставили спицу, собранная и, как всегда, безупречная. Красавица, каких поискать. «Вот бы пригласить её на свидание, но откажет же», — с усмешкой подумал Гию. Может, этим его и зацепила? Полнейшим игнором и пренебрежением, когда он к ней всё же обращался. Было в ней что-то, отчего его фантазия могла вмиг разгуляться. Лекция закончилась, а за ней и весь остальной день пролетел незаметно. Томиока успел лишь закинуть домой ненужную сумку и взять гитару, перед тем как оказаться в «Ликорисе». Администратор бара провёл его в тесную комнату, где уже успели собраться все остальные. Кроме Игуро, который привычно опаздывал практически из раза в раз. После минутной перебранки по поводу выбора песен, пары отыгрышей без Игуро и пары отыгрышей, когда тот пришёл, — настало время выходить на сцену. — Хэй, привет! — крикнул Санеми, настраивая микрофон под себя. Посетители бара задорно поприветствовали группу криком. Их было немного, но энергия лилась через край. Шинадзугава становился совсем другим, когда выходил к людям и смотрел на них со сцены. Впрочем, как и остальные участники. Томиока прошёлся пальцами по любимым струнам, с улыбкой предвкушая ближайший час. Они отыграли, как делали это всегда — на полную катушку, выворачивая собственную душу наизнанку. По крайней мере, Гию видел эту отдачу от всех участников группы. Неважно, сколько перед ними людей, большой бар или маленький — они будут играть так, словно это их последний концерт. Крики толпы сбавили обороты, и группа, собрав аппаратуру, решила задержаться в баре, чтобы пропустить по кружке пива. У бара ожидаемо столпились люди, но Обанай резво нашёл нужный закуток, больше похожий на вип-зал. Огороженный и приватный. — Я возьму себе лагер, — Санеми бросил свою куртку на край кресла. — Обанай? — Возьми какой-нибудь коктейль для Мицури, она сейчас подойдёт. — Принято, — махнул рукой Санеми и исчез в толпе бара. Томиока, услышав этот короткий диалог, сразу подумал о Кочо. Вдруг она появится вместе со своей подругой? Гию тряхнул головой, замечая, что в последнее время особенно часто вспоминает о своей знакомой. Сабито устало откинулся на спинку углового дивана, протяжно вздохнув. Концерты всегда выжимали последние силы, даже если проходили максимально удачно. — Что-то я совсем без сил, — простонал он, глядя в потолок. — Вы как? — Также, — согласился Гию, вытянув под столом ноги. Откуда-то слева, где сидел Обанай, зазвонил мобильный, и друг, резко подскочив, прижал телефон к уху в пылающем ожидании. Немудрено, что Санеми подкалывал Игуро по поводу его новых, но определённо пылких отношений. Обанай выглядел смешно и нелепо, подпрыгивая от каждого сообщения своей девушки или понижая голос до странного шёпота, говоря с ней по телефону. — Конечно, никто не против. Да… да, конечно, ага… жаль, что не придёт… ага, как зайдёшь, иди прямо и налево в зону, похожую на вип. Да, целую. Жду тебя! — Обанай сбросил вызов, всё ещё улыбаясь потухшему экрану телефона. Гию перевёл взгляд на Сабито и увидел, как тот демонстративно скривился. От этого зрелища стало смешно, но Томиока мужественно подавил ухмылку, чтобы не задевать уязвимую тему для Обаная. — Кто не придёт? — прикусив губу, спросил Сабито. Обанай отложил телефон, устремив взгляд в толпу бара, наверняка высматривая подошедшую Мицури. — Подруга Мицури. Они пришли сюда вместе, но та, проводив её до бара, отказалась присоединиться, — безразлично ответил Обанай, продолжая смотреть в толпу. Томиока ощутил лёгкое волнение, как бывает перед самым первым в жизни свиданием. Таинственная подруга снова решила не приходить? Он точно знал, кто это мог быть. Какое-то странное внутреннее чувство наполнило его тело энергией, которую он, казалось, всю растратил на сцене. — Я курить, — бросил Томиока, поднимаясь с места. — Ты ж бросил, опять задымил? — прищурился Сабито, глядя на него. Гию пожал плечами, накидывая на плечи свою куртку. — Иногда. Я скоро приду. Кончики пальцев подрагивали от предвкушения этой встречи. Томиока даже не успел выпить, а уже почувствовал опьянение от одной мысли увидеть Шинобу Кочо не в обстановке лекционного зала или среди спешащих студентов в коридоре университета. Словно всё это было совсем из другой реальности — встретиться с ней в баре. Кто знает, может, среди музыки и атмосферы веселья и расслабленности она сговорчивее? Взгляд сканировал пространство, выискивая знакомую тёмную макушку и белую ленту в волосах. Он не сомневался — она её не снимала, пришла в ней. Прохладный вечерний воздух ударил в лицо, и Томиока почти сразу нашёл глазами нужную цель. Кочо стояла недалеко от шумного бара, что-то старательно высматривая в своём телефоне. Ждала такси или только вызывала — неважно — это отличный шанс заговорить. Томиока потянулся во внутренний карман своей куртки, пальцами нащупав зажигалку и почти пустую пачку сигарет. Он и правда давно не курил, но прямо сейчас это не имело значения. Он остановился рядом с ней, зажёг сигарету и шумно выдохнул дым. — Второй раз бросаешь подругу наедине с группой парней, — Он улыбнулся, краем глаза заметив её резкий поворот головы. — Нехорошо. Она медленно убрала телефон в карман своей толстовки, разворачиваясь к нему всем телом. — Ты что несёшь? Она никогда не церемонилась в тоне своей речи и голоса, когда он пытался с ней заговорить. — Прости, — он затянулся сигаретой, выдохнув дым в сторону. — Просто жаль, что ты не приходишь. Я рад был бы с тобой пообщаться вне стен университета. — А мы охренеть как общаемся в стенах университета? — Шинобу вопросительно выгнула бровь, сложив руки на груди. Томиока улыбнулся. — В стенах университета я тоже был бы рад пообщаться. Шинобу вытащила свой телефон, чтобы снова устремить взгляд в экран, проверяя приближение такси. — У тебя и без меня полно… знакомых. Мне неинтересно, извини. Гию не очень ей верил. Между ними было нечто, что обычно называют химией. Или искрой — неважно. Он это чувствовал и был уверен, Шинобу ощущает тоже самое. Он не привык активно навязывать своё общество. И на это было, как минимум, две причины. Первое — ему это не требовалось. Друзей у него было достаточно, а больше было не нужно. А девушки знакомились и проявляли инициативу сами. Второе — он просто не слишком любил постоянное общение. Друзей ему было достаточно на репетициях, концертах и периодических посиделках, а с девушками… с девушками никогда не длилось дольше положенного. Потом хотелось отстраниться и закрыться с гитарой в четырёх стенах. Сабито называл его тихушником, но на лекциях по психологии он узнал, что это называется — интроверт. Поэтому то, что он делал сейчас с Шинобу, было непривычным для него самого. — Могу я угостить тебя чем-нибудь? — Гию не терял надежды рядом с ней. — Нет. — Ты не пьёшь? — Пью, но не с тобой. — Почему? — Ты мне не нравишься. — Хм, — Томиока ухмыльнулся, чувствуя азарт. — Я музыкант и чувствую фальшь в твоих словах. Шинобу шумно выдохнула и повернулась к нему с горящими от гнева глазами. — Значит, у тебя очень плохой слух и музыкант ты так себе, — со злой улыбкой бросила Шинобу ему в лицо. — Ты знаешь, что это не так, — ответил он ей с такой же улыбкой. За всем этим диалогом Томиока даже не заметил, что они стояли друг к другу почти вплотную. Его сигарета давно тлела, оставшись зажатой между пальцами, и совсем потухла. — Пойдём на свидание? — спросил он без тени улыбки. — Какая часть «мне не интересно» тебе непонятна, Томиока? Они оба вздрогнули, когда просигналила подъехавшая неподалёку машина. Кочо резко отошла, словно только сейчас заметила между ними слишком маленькую дистанцию. Она достала телефон и, сверив номера подъехавшей машины, ушла не прощаясь. — Приятно поболтали! — крикнул он ей. И рассмеялся, когда увидел, как она показала ему средний палец, даже не поворачиваясь.

***

Долгожданные выходные выпали на редкое отсутствие планов. Обычно свободные дни были заняты концертами или репетициями, но парни единогласно решили дать друг другу передышку и заняться каждый своими делами. Томиока решил провести выходные в одиночестве. Поиграть на гитаре, приготовить еду и съездить в дальний магазин видеопроката, где, судя по отзывам, ещё остались музыкальные концертные коллекционные издания. Туда он и направится, чтобы взять то, за чем давно охотился, и провести вечер в блаженном одиночестве. Колокольчик на входе в магазин задорно прозвенел, уведомляя о редком посетителе. Томиока огляделся по сторонам, не найдя никого поблизости. Магазин проката находился в отдалённом от оживлённых улиц переулке. Здесь была кладезь старого артхауса, редких фильмов и пластинок малоизвестных музыкантов. Именно здесь был нужный диск, который Томиока заранее забронировал. Он глянул на часы: половина восьмого. Приехал слишком поздно, под самое закрытие, и наверняка будет раздражать работника проката, который, может быть, хотел закрыть магазин пораньше и уйти домой. — Эй, кто-нибудь тут есть? — спросил он, осторожно делая шаг в сторону стойки с кассовым аппаратом. — Минутку, я сейчас, — послышался голос из открытой двери за стойкой. Отлично, он успел. Гию облегчённо выдохнул, радуясь тому, что всё-таки успел до закрытия и ухода работника. Запланированный просмотр концерта в одиночестве состоится. Томиока подошёл к стойке с авторским кино, покрутив в руках первый попавшийся под руку диск. Незнакомый автор, незнакомое название, и актёры на обложке нигде не попадались на глаза. Он перевернул диск на другую сторону, от скуки ожидания начав читать описание к артхаусному фильму, на какое-то время совсем отвлекаясь от реальности. — Какого чёрта! Гию чуть не выронил диск, когда услышал внезапный возглас за своей спиной со стороны стойки с кассовым аппаратом. Он обернулся и пару раз моргнул, сразу не поверив в то, что видит перед собой. Вернее, «кого». Шинобу Кочо собственной персоной стояла за стойкой в форме прокатного магазина и держала коробки обеими руками. Уголки его губ поползли вверх уже больше автоматически, как реакция на неё, чем на сознательный акт приветствия. — Что ты тут забыл? — строго прошипела она, поставив коробки на столик рядом. — Вообще-то… — Томиока словно очнулся, вернув на место диск с артхаусным кино. — Пришёл забрать свой заказ. Он сделал шаг вперёд, остановившись напротив Кочо. — Ты что, тут работаешь? — Он выгнул бровь, до сих пор не веря такой удаче. Шинобу Кочо здесь: вечером в прокатном магазине. Можно законно любоваться её вздёрнутым носом и попыткой скрыть очевидное притяжение между ними. — Не твоё дело, Томиока, — проговорила она сквозь зубы. — Номер заказа. — Что? — Номер, чёртового, заказа, — отчеканила она каждое слово. Томиока засунул руки в карманы, расправив плечи. Как же он был не похож на самого себя, когда дело касалось этой девушки. — Давай так: ты мне свой номер телефона, а я тебе номер заказа. Тишина в ответ на его очевидно идиотское предложение послужила ответом. Шинобу раздражённо начала что-то печатать на клавиатуре рабочего ноутбука, всматриваясь в экран. Томиока засмотрелся на то, как свет от экрана отпечатывается на её щеках. До чего же она была красива и притягательна. Дерзкая и умная. Совершенно ни на кого не похожая. Гию, может, и встречал уже подобных девушек когда-нибудь, но он этого, очевидно, не заметил. Она молча ушла в открытую дверь, чтобы появиться спустя тридцать секунд с диском в руках. — Выпендрёжник, — с этим словом она протянула ему диск. — Ты буквально работаешь в магазине с коллекциями выпендрёжного кино. Гию полез в карман поясной сумки, чтобы достать бумажник. Он молча положил тысячу йен двумя купюрами на плоскую подставку для оплаты. Губы сами растянулись в улыбке: намеренная провокация, чтобы посмотреть на её сморщенный от раздражения нос. Она демонстративно забрала лишь одну купюру и, после того как положила её в кассовый аппарат, безмолвно глазами показывала в сторону выхода. — На чай не заберёшь? — почти смеясь, спросил Гию, показывая на оставшиеся пятьсот йен. — Нет. — Выпьем кофе вместе? — Нет. — Подвезти тебя до дома? — не сдаваясь, спрашивал Гию. — Ты начинаешь походить на маньяка, — прошипела она. — Я точно не он. А вот среди тёмных улиц позднего вечера может найтись парочка по твою душу. Она протяжно выдохнула, закрывая кассу, наверняка потеряв всякую надежду на то, что он оставит её в покое. — «Не маньяки» обычно сдаются хотя бы после второго «нет», — Кочо начала собирать сумку, показательно отвернувшись. Томиока ухмыльнулся. Она права, он никогда не был из настойчивых, и такое поведение вряд ли одобрял у других парней. Но с Шинобу Кочо всё было по-другому. Гию ощущал, что их словесная игра не приносит ей боли или, ещё хуже, — страха. Её тело, голос, взгляд, вся она безмолвно давала понять — её это тоже будоражит, так же, как и его. А если нет — что ж. Он никогда так по-ублюдски не ошибался. Свою тревожную мысль он решил проверить. — Ты ведь… не боишься меня? Если я тебя сейчас пугаю, то… скажи, ладно? Я оставлю тебя в покое и никогда больше не потревожу. Шинобу замерла с раскрытой сумкой в руках. Она вытянулась и с удивлением посмотрела на него. В её взгляде вдруг проявилась некая… мягкость? Томиока заворожённо смотрел за её реакцией на его слова. Он, пожалуй, впервые увидел в её взгляде на него что-то принимающее. Кочо была удивлена его словам и вместе с тем будто обрадовалась их услышать. Внутри стало так тепло от этого её взгляда, что он вдруг поймал себя на мысли, что хочет видеть его чаще. — Не боюсь, — просто ответила она, вновь отворачиваясь к сумке. — Просто ты меня бесишь. — Это поправимо, — с улыбкой прошептал он так, чтобы она слышала. Она покачала головой, но ничего не сказала. Время приблизилось к закрытию магазина, и Томиока стал свидетелем того, как Кочо, закрывая кассу и выключая свет в разных секциях, собирается домой, безмолвно позволяя ему находиться рядом. — Так ты всегда так поздно возвращаешься с работы? — как бы невзначай оказавшись рядом на выходе из магазина, спросил Гию. — Ради бога, Томиока… — Я правда могу тебя подвезти до дома. Можем сделать это молча. Шинобу резко остановилась и вскинула на него взгляд. Её щёки немного порозовели, и Томиока только в этот момент понял, как двусмысленно прозвучало последнее предложение. Это вызвало лёгкую усмешку и немного умиления, глядя на то, как Кочо смутилась. — Я не… Кочо не успела договорить, когда её слова перебили звуки громкого пьяного голоса в нескольких метрах от них. Из-за поворота вышла группа из трёх пьяных людей, весело распевающих какую-то мелодию. Они не замечали никого вокруг и вряд ли сами по себе выглядели хоть сколько-нибудь опасно: обычные пьянчуги среднего возраста, похожие на трёх несуразных стариков. Но ситуация всё равно не была безопасной для одинокой девушки, возвращающейся с работы. Гию сразу взглянул на Кочо. Она остановилась и испуганно посмотрела на трёх удаляющихся шаткой походкой людей, с тревогой сжимая лямку от сумки на своём плече. — Теперь твои возражения не принимаются, Кочо, — Он тронул её за плечо, отчего та неожиданно вздрогнула. Томиока мысленно поблагодарил трёх незнакомых пьяных бедолаг за возможность провести время с девушкой, которая вызывала в нём всплеск эндорфинов с самого первого своего появления в его жизни. Они сели в его небольшую машину, доставшуюся ему когда-то от сестры. Не очень роскошная марка и точно не подходящая по стилю рок-музыканта, однако Томиока эту машину очень любил. И он вдруг понял, что ни одна девушка, с которой он «проводил время», никогда не бывала в его машине. А вот Шинобу Кочо очень неплохо смотрелась на пассажирском сиденье. Кочо села, неловко поёрзав и застёгивая ремень безопасности. — Говори адрес, — Защёлкнув свой ремень, Томиока завёл машину. — Высади у университета, оттуда дойду сама. Томиока улыбнулся и согласно кивнул. Вряд ли это была бы Шинобу Кочо, если бы так просто позволила ему довезти её до дома и, тем самым, дать узнать ему свой адрес. Настаивать он не стал. Какое-то время они ехали в тишине, пока Кочо, отвернувшись, смотрела в окно и, по всей видимости, старалась лишний раз не двигаться. Томиока предположил, что ей было неловко находиться с ним наедине, ещё и в его машине. Но сам он ощущал себя так, будто получил долгожданный подарок на Рождество. Томиока не обманывал самого себя: серьёзные отношения ему не нужны. Возможно, ему просто хотелось переспать с Кочо, и интуитивно он чувствовал, что она тоже была бы не против. Просто боится это признать. И может, после этой их встречи в магазине и его помощи им удастся стать немного ближе? Сама мысль об этом будоражила, а воображение рисовало непристойные картинки. Но помимо всего прочего, Кочо была также достаточно интересной девушкой. Пусть между ними ничего так и не случится, но познакомиться поближе ведь они могут? Размышляя об этом, он бросил взгляд в её сторону и заметил, что всё это время она смотрела на него. И в её взгляде было что-то иное. Возможно, она всё это время думала о чём-то похожем? Томиока сглотнул, чувствуя, как напряжение между ними становится осязаемым. И это, безусловно, его очень радовало.