Часть 14

Утро началось как обычно – серое, холодное, безликое. Люмин проснулась от будильника, потянулась, чувствуя, как затекшие за ночь мышцы сопротивляются движению. Сон был тяжёлым, полным обрывочных снов, которые она не могла вспомнить, но которые оставили после себя неприятный осадок. Она лежала несколько минут, глядя в потолок, собираясь с силами, чтобы встать и начать день. За окном моросил мелкий дождь – снова. Казалось, ноябрь решил утопить город в бесконечной сырости. Деревья во дворе стояли совсем голые, чёрные ветви тянулись к небу, как костлявые пальцы. Люмин подошла к окну, прижалась лбом к холодному стеклу и посмотрела вниз. Люди спешили на работу, закутавшись в пальто и куртки, прячась под зонтами. Обычное утро. Обычный день. Она оделась механически, натянув джинсы и тёплый свитер, спустилась на кухню. Родители уже завтракали – мама читала что-то на планшете, папа смотрел новости по телевизору. Люмин налила себе кофе, взяла тост, села за стол. – Как спала? – спросила мама, не отрываясь от экрана. – Нормально. – У тебя сегодня много пар? – Четыре. До трёх часов. – Вернёшься на ужин? – Наверное. Короткий, отстранённый разговор. Люмин доела, допила кофе и встала. – Пойду. До вечера. – Береги себя, – мама подняла глаза и улыбнулась тепло. Люмин кивнула и вышла из квартиры. В метро было душно и людно, как всегда, по утрам. Она втиснулась в вагон, держась за поручень, и закрыла глаза, пытаясь абстрагироваться от толпы. Двадцать минут до университета. Двадцать минут, чтобы подготовить себя к очередному дню притворства, что всё нормально. В университете было шумно. Студенты толпились в коридорах, смеялись, обсуждали что-то. Люмин прошла сквозь толпу к своей аудитории, где сейчас должна быть потоковая лекция, стараясь не привлекать внимания. Ху Тао уже была там, сидела на их обычном месте, болтала с Ёимией о чём-то. Увидев Люмин, она помахала. – Привет! Как ты? – Нормально. – Ты знаешь, что говоришь это слово раз двадцать в день? – Ёимия усмехнулась. – Знаю. Просто других не подходит. – Может, «ужасно» подойдёт? – предложила Ху Тао с лёгкой улыбкой. – По крайней мере, честнее. Люмин слабо улыбнулась в ответ, но ничего не сказала. Села, достала тетрадь и ручку, приготовилась записывать лекцию. Преподаватель вошёл, поздоровался, начал объяснять новую тему. Люмин записывала автоматически, рука выводила буквы и формулы сама по себе, но мысли были далеко. Прошло уже три недели с того момента, как всё рухнуло. Три недели без Скарамуччи. Без его сообщений, без его взглядов, без его присутствия. Он уехал, и с тех пор Люмин не видела его ни разу. Не знала, когда он вернётся. И, если быть честной с собой, боялась этого момента. Потому что не знала, как отреагирует. Что почувствует. Что сделает. Первая пара закончилась. Потом вторая. Люмин сидела, записывала, отвечала на вопросы, когда преподаватель спрашивал. Всё было механически. Просто действия, которые нужно выполнять, чтобы день прошёл. После второй пары они с Ху Тао пошли в столовую. Взяли еду, сели за их обычный столик у окна. Люмин ковыряла вилкой салат, не особо чувствуя вкус. Ху Тао что-то рассказывала про новый сериал, который начала смотреть, но Люмин слушала вполуха, кивая в нужных местах. – ...и потом главная героиня узнаёт, что он всё время её обманывал, – говорила Ху Тао, – и знаешь, что она сделала? Просто ушла. Не стала выяснять отношения, не стала кричать. Просто взяла и ушла. Круто, правда? – Да, круто, – согласилась Люмин, хотя не уловила половину истории. Ху Тао посмотрела на неё внимательно. – Ты вообще слушаешь? – Слушаю. – Нет, не слушаешь. Ты опять думаешь о нём. Люмин вздрогнула. – О ком? – Не притворяйся. Я вижу. Ты постоянно где-то витаешь. И я знаю, где именно. Люмин опустила вилку, сжав руки на коленях под столом. – Я не... – Люмин, – Ху Тао наклонилась ближе, понизив голос, – я не осуждаю. Правда. Я понимаю, что тяжело. Но ты должна попытаться отпустить. Иначе он будет тебя пожирать изнутри, даже не присутствуя рядом. – Я пытаюсь. – Знаю. Но недостаточно. – Ху Тао взяла её за руку. – Слушай. Может, тебе нужно поговорить с кем-то? Профессионалом? Психологом? Люмин покачала головой. – Родители уже водили меня. Не помогло. – Может, потому что ты не говорила правду? – мягко предположила Ху Тао. – Ты же знаешь, что психологи не могут помочь, если ты закрываешься. Люмин молчала. Ху Тао была права. Она действительно не говорила психологу всего. Не говорила про Скарамуччу. Не говорила про то, как он играл с ней, как манипулировал, как она попалась на все его уловки. Просто отвечала на общие вопросы, кивала в нужных местах и уходила после сессии с чувством, что потратила время впустую. – Может, ты права, – наконец сказала Люмин тихо. – Но я не готова. Ещё нет. Ху Тао сжала её руку. – Хорошо. Когда будешь готова – скажи. Я помогу найти кого-то хорошего. Они доели в молчании. Люмин чувствовала себя виноватой за то, что заставляет Ху Тао беспокоиться. Она была хорошей подругой. Слишком хорошей. Не заслуживала того, чтобы тащить на себе чужие проблемы. После обеда у Люмин была ещё одна пара, но она решила прогулять. Просто не могла заставить себя сидеть ещё полтора часа в душной аудитории, делая вид, что слушает. Вместо этого она пошла в библиотеку, нашла тихий уголок на третьем этаже, где почти никто не бывал, и села у окна с книгой. Не учебной. Художественной. Что-то про любовь и предательство, что-то классическое. Люмин читала медленно, вдумываясь в каждое слово, позволяя истории уносить её прочь от реальности. Там, в книге, всё было понятно. Причины и следствия, начала и концы. В жизни всё было гораздо сложнее. Она читала около часа, когда услышала шум внизу. Голоса, смех, топот ног. Люмин подняла глаза от книги, прислушалась. Что-то происходило. Она встала, подошла к перилам, выглянула вниз. На первом этаже библиотеки собралась небольшая толпа студентов. Они окружили кого-то, разговаривали, смеялись. Люмин не видела, кого именно – слишком много людей закрывали обзор. Но по тому, как все себя вели, было понятно – кто-то важный. Кто-то, кого все знают. Сердце Люмин пропустило удар. Она знала. Не видела, но знала. Он вернулся. Толпа слегка расступилась, и Люмин увидела его. Скарамучча стоял в центре, руки в карманах куртки, лицо спокойное и слегка скучающее. Он был слегка загорелым – явно провёл время где-то на юге. Волосы чуть отросли, падали на глаза. Рядом с ним стоял Дотторе, говорил что-то, жестикулируя. Скарамучча кивал, но выглядел незаинтересованным. Люмин замерла, держась за перила. Не могла оторвать взгляд. Все старые чувства, которые она так старательно пыталась похоронить, поднялись разом – волной, накрывшей с головой. Боль, злость, притяжение, ненависть, тоска. Всё смешалось в один клубок, застрявший в горле. Он поднял глаза. Случайно или нет – Люмин не знала. Но их взгляды встретились. Секунда. Две. Три. Скарамучча смотрел на неё через перила, через расстояние. Его лицо не изменилось. Не удивление, не радость, не вина. Ничего. Просто смотрел. Потом он отвёл взгляд первым. Повернулся к Дотторе, сказал что-то, и они пошли к выходу. Толпа студентов последовала за ними, всё ещё разговаривая, смеясь. Люмин стояла, держась за перила так сильно, что побелели костяшки пальцев. Дышать было трудно. Сердце колотилось так громко, что казалось, его слышно на весь этаж. Он вернулся. Она не была готова. Думала, что будет, но нет. Одного взгляда хватило, чтобы всё вернулось – боль, зависимость, эта проклятая потребность в нём и его признании. Люмин вернулась к своему месту, схватила книгу и сумку, вышла из библиотеки почти бегом. На улице остановилась, прислонившись к стене здания, пытаясь отдышаться. Холодный воздух обжигал лёгкие, но помогал вернуться в реальность. Телефон завибрировал в кармане. Люмин достала его дрожащими руками, посмотрела на экран. Ху Тао: «Где ты? Пара закончилась, тебя нет» Люмин: «Извини. Прогуляла. Плохо себя чувствую. Поеду домой» Ху Тао: «Всё в порядке? Хочешь, провожу?» Люмин: «Нет, спасибо. Сама доберусь» Ху Тао: «Ладно. Напиши, как доедешь» Люмин убрала телефон и пошла к метро. Ехала домой, глядя в окно на мелькающие станции, и не могла выкинуть из головы этот взгляд. Холодный, равнодушный, словно она была никем. Словно трёх недель отсутствия хватило, чтобы забыть про неё полностью. «Может, так и есть. Может, я для него действительно ничего не значила. Просто игра. Просто ставка в споре. А я всё ещё не могу забыть.» Дома она прошла мимо родителей, сказав, что голова болит, и закрылась в комнате. Легла на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Не плакала. Просто лежала, чувствуя, как всё внутри сжимается в тугой болезненный комок. Телефон лежал рядом. Экран тёмный. Тишина. «Он вернулся. Он видел меня. Почему не подошёл? Почему не сказал ничего? Хоть бы кивнул. Хоть бы признал, что я существую.» Часы тянулись медленно. Люмин лежала, глядя в потолок, и думала. Думала о том, что будет дальше. Увидит ли она его завтра? Послезавтра? Подойдёт ли он? Напишет ли? «Нет. Он не напишет. Ему плевать. Он доказал это за три недели молчания.» Но часть её, маленькая, иррациональная, всё ещё надеялась. Вечером Люмин заставила себя встать, поужинать с родителями, сделать вид, что всё нормально. Мама спросила, как прошёл день. Люмин соврала, что хорошо. Папа рассказал что-то про работу. Люмин кивала, улыбалась в нужных местах, играла роль нормальной дочери. Но внутри всё кипело. Злость, боль, разочарование, надежда – всё смешалось в ядовитый коктейль, отравляющий каждую мысль. Ночью она долго не могла уснуть. Лежала, глядя в темноту, и слушала, как за окном шумит ветер. Дождь снова начался, капли барабанили по стеклу, монотонно и тоскливо. Телефон лежал на тумбочке. Люмин смотрела на него долго. Потом взяла, разблокировала. Открыла контакты. Имя Скарамуччи смотрело на неё с экрана. «Одно нажатие. Просто одно нажатие, и я могу написать. Спросить, почему он молчал. Почему не подошёл. Почему смотрел на меня так, словно я – пустое место.» Палец завис над экраном. «Но зачем? Что это изменит? Он либо не ответит, либо ответит что-то язвительное. Что-то, что сделает ещё больнее. Зачем мне это?» Люмин заблокировала телефон и положила обратно. Закрыла глаза. «Я не напишу. Я сильнее этого.» Но повторение этой фразы не делало её правдивой. Сон пришёл поздно, тревожный и беспокойный. Люмин снилось, что она в университете, идёт по коридору, и все вокруг шепчутся, смотрят на неё. Она оборачивается и видит Скарамуччу. Он стоит в конце коридора, смотрит на неё. Она идёт к нему, но коридор становится длиннее, и сколько бы она ни шла, расстояние не сокращается. Он стоит, смотрит, не двигаясь. Потом разворачивается и уходит. Люмин кричит, зовёт его, но голос не звучит. Она бежит, но он уже исчез. Проснулась в холодном поту, сердце колотилось. За окном рассветало – серое, мрачное утро. Люмин лежала несколько минут, пытаясь отдышаться, потом встала и пошла в ванную. Умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, потрескавшиеся губы. Она выглядела больной. Измотанной. «Что со мной происходит? Почему я не могу просто забыть и жить дальше?» Ответа не было. Вторник начался пасмурно. Люмин пришла в университет раньше обычного, не хотела рисковать столкнуться со Скарамуччей в толпе. Прошла в аудиторию, села на своё место и достала телефон. Листала соцсети, не видя ничего. Просто пыталась убить время до начала пары. Ху Тао пришла за пять минут до звонка. Села рядом, посмотрела на Люмин внимательно. – Ты выглядишь ужасно. – Спасибо за комплимент. – Серьёзно. Не спала? – Плохо спала. – Почему? Люмин хотела соврать, но поняла, что нет смысла. Ху Тао всё равно узнает. – Он вернулся. Ху Тао замерла. – Кто? – Скарамучча. Вчера видела его в коридоре. Ху Тао выругалась тихо. – И что? – Ничего. Он посмотрел на меня и ушёл. – Всё? Не подошёл? Не сказал ничего? – Нет. Ху Тао молчала несколько секунд, потом взяла Люмин за руку. – Слушай меня. Это хорошо. Понимаешь? Это хорошо, что он не подошёл. Значит, он оставил тебя в покое. Может, даже забыл. – Знаю, – Люмин смотрела в стол. – Но почему-то не легче. – Потому что ты не готова отпустить. Но ты должна. Ради себя. Люмин кивнула, хотя не была уверена, что сможет. Пара началась. Преподаватель вошёл, начал объяснять новую тему. Люмин записывала, но мысли были далеко. Она думала о вчерашнем взгляде. О том, как Скарамучча посмотрел на неё и отвернулся. Словно она была никем. «Может, так и есть. Может, я действительно никто для него. Просто игрушка, с которой наигрался.» После пары они пошли в столовую. Люмин шла медленно, оглядываясь. Боялась увидеть его. И одновременно хотела. Надеялась, что он будет там, в столовой, за своим обычным столом. Что она сможет хотя бы посмотреть на него издалека. Но его не было. Они сели за свой столик. Люмин ковыряла еду вилкой, не в силах заставить себя есть. Ху Тао рассказывала что-то Ёимии, смеялась. Люмин пыталась включиться в разговор, но слова проходили мимо. И тут дверь столовой открылась. Люмин подняла глаза машинально – и замерла. Скарамучча входил вместе со своей компанией. Дотторе, Розалина, Перуэр, ещё несколько человек. Они шли, разговаривая о чём-то, смеясь. Скарамучча был в центре, как всегда. Руки в карманах, лицо спокойное. Он прошёл через весь зал. Люмин не могла отвести взгляд. Следила за каждым его движением, за каждым шагом. Он подошёл к своему столу, сел. Кто-то из его компании что-то сказал – Скарамучча усмехнулся. Потом он поднял глаза и посмотрел прямо на неё. Через весь зал. Сквозь десятки людей между ними. Люмин замерла, не в силах пошевелиться. Сердце колотилось так громко, что казалось, весь зал слышит. Их взгляды встретились – на секунду, на две. Потом Скарамучча отвернулся. Продолжил разговор с Дотторе, словно ничего не было. Люмин выдохнула, не понимая, что всё это время задерживала дыхание. Руки дрожали. Она положила вилку, сжала пальцы в кулаки под столом. – Люмин? – Голос Ху Тао вернул её в реальность. – Ты в порядке? – Да. Просто... голова закружилась. Ху Тао посмотрела в сторону стола Скарамуччи, потом обратно на Люмин. Всё поняла без слов. – Пошли отсюда. – Нет, всё нормально. – Люмин, пошли. Сейчас. Ху Тао встала, взяв свой поднос. Люмин последовала за ней. Они вышли из столовой, и только на улице Люмин смогла нормально вдохнуть. – Спасибо, – сказала она тихо. – Не за что. – Ху Тао обняла её. – Слушай. Может, тебе стоит не приходить пару дней? Отдохнуть дома? – Нет. Я не могу прятаться вечно. – Не прятаться. Просто... дать себе время. Люмин покачала головой. – Время не поможет. Я должна научиться видеть его и не реагировать. – Это не так просто, как кажется. – Знаю. Но другого выхода нет. Они постояли в молчании. Потом Ху Тао сказала: – Ладно. Но если станет совсем тяжело – скажи. Мы что-нибудь придумаем. Люмин кивнула, хотя не знала, что можно придумать. Остаток дня прошёл в тумане. Люмин ходила на пары, отвечала на вопросы, делала записи. Но мысли были только об одном. О том взгляде в столовой. Секунда, две – и он отвернулся. Словно она была никем. «Почему он так делает? Почему смотрит, но не подходит? Почему не говорит ничего?» «Или это его игра? Новый способ манипулировать? Присутствовать, но не приближаться? Дать мне почувствовать его, но не дать возможности дотянуться?» Люмин не знала. И это сводило с ума. Вечером дома она легла на кровать, не раздеваясь. Телефон лежал рядом. Она смотрела на него долго, борясь с собой. «Не надо. Не пиши. Это сделает только хуже.» Но рука потянулась к телефону сама. Разблокировала. Открыла контакты. Имя Скарамуччи. «Нет. Я не дам ему этого. Не дам ему знать, что я всё ещё зависима. Что он всё ещё контролирует меня, даже молча.» Она заблокировала телефон и бросила на тумбочку. Повернулась лицом к стене, натянув одеяло на плечи. «Я справлюсь. Я должна справиться.» Но глубоко внутри она знала правду. Она не справлялась. Она проигрывала. И самое страшное – он даже не пытался выиграть.