Часть 32

Сессия обрушилась на университет как снежная лавина – внезапно, тяжело, погребая под собой всё остальное. Коридоры заполнились студентами с потухшими глазами и конспектами в руках, библиотека работала до полуночи и всё равно не вмещала всех желающих, а в столовой разговоры вращались исключительно вокруг экзаменов, преподавателей и билетов, которые могли выпасть. Люмин сдавала пять предметов за две недели, и каждый экзамен был отдельным испытанием, проверкой на прочность не только знаний, но и нервов. Первым шла макроэкономика – предмет, который давался ей особенно тяжело, но благодаря помощи Скарамуччи она чувствовала себя более-менее подготовленной. Села в аудиторию с колотящимся сердцем, вытянула билет и обнаружила, что это одна из тем, которые они разбирали особенно подробно. Судьба улыбнулась, и Люмин ответила уверенно, получив четвёрку, которая ощущалась как победа. – Молодец! – Скарамучча обнял её у выхода из аудитории, куда приехал специально, чтобы встретить. – Говорил же, что справишься. – Только благодаря тебе. Если бы не твои объяснения, провалилась бы. – Люмин прижалась к нему, чувствуя, как адреналин после экзамена медленно уходит, оставляя приятную усталость. – Не только благодаря мне. Ты работала, вкладывалась. Я просто направлял. – Он поцеловал её в макушку. – Следующий экзамен когда? – Послезавтра. Международные отношения. Этот должен быть легче, там больше теории, которую я помню. – Всё равно повторим вечером. Хочу, чтобы ты сдала всё хорошо. Они поехали в кафе отметить первую сдачу, и Люмин чувствовала себя на удивление легко – словно огромный камень свалился с плеч. Один экзамен позади, осталось четыре, и, если так пойдёт дальше, может действительно закрыть сессию без катастроф. Следующие дни были марафоном подготовки, экзаменов, коротких передышек между ними. Скарамучча сдавал свои экзамены параллельно, но у него всё шло гораздо легче – четвёртый курс, опыт, природные способности и то, что он действительно всегда был отличником, делали процесс почти безболезненным. Он сдавал на пятёрки легко, без напряжения, которое Люмин испытывала перед каждым экзаменом. Второй экзамен – международные отношения – Люмин сдала на пятёрку, что стало приятным сюрпризом. Преподаватель даже похвалил её ответ, сказав, что видит прогресс по сравнению с семестром. Люмин вышла из аудитории с улыбкой до ушей, и Скарамучча, который снова ждал у выхода, подхватил её на руки, раскрутив. –Я знал, что ты сможешь, Люми. – Не ожидала сама. Думала, максимум четвёрка. – Люмин смеялась, обнимая его за шею. – Может, я не такая безнадёжная, как думала. – Никогда не была безнадёжной. Просто нужна была правильная мотивация и поддержка. Третий экзамен – история экономических учений – оказался сложнее. Люмин вытянула билет по теме, которую знала не очень хорошо, и ответ вышел сумбурным, путаным. Преподаватель слушал с всё более хмурым лицом, задавал уточняющие вопросы, на которые Люмин не всегда могла ответить уверенно. В итоге поставили четвёрку, но такую, которая была на грани тройки, и Люмин это чувствовала. Вышла из аудитории подавленной, и Скарамучча сразу заметил изменение в настроении. – Плохо сдала? – Четвёрка. Но еле-еле. Чуть-чуть, и была бы тройка. – Люмин села на скамейку в коридоре, опустив голову. – Чувствую себя идиоткой. Тема была не такая сложная, просто я плохо подготовилась. – Четвёрка – это нормально. Не отлично, но и не провал. – Скарамучча сел рядом, обнял за плечи. – У тебя ещё два экзамена. Сосредоточься на них, а об этом забудь. – У тебя-то все пятёрки. Легко говорить, что четвёрка нормально. – Я на четвёртом курсе и учусь здесь с первого дня. У меня преимущество опыта. – Он повернул её лицо к себе. – Не сравнивай себя со мной. Ты здесь всего семестр. Прогресс есть? Люмин задумалась. Прошлый семестр она закрыла на пятёрки, но тогда не было месяцев эмоциональной турбулентности, пропущенных пар, ночей без сна из-за переживаний о Скарамучче. Учитывая всё это, две пятёрки и две четвёрки были почти чудом. – Есть. Наверное. – Вот видишь. Ты молодец. Даже с учётом всего дерьма, через которое прошла из-за меня, ты справляешься. – Скарамучча поцеловал её в висок. – Пошли домой ко мне. Отдохнёшь, отвлечёшься, завтра с новыми силами за следующий экзамен возьмёшься. Четвёртый экзамен – статистика – Люмин сдала на четвёрку, которая на этот раз была уверенной, без ощущения, что чуть-чуть и скатилась бы ниже. Она понимала материал, решила задачи правильно, ответила на дополнительные вопросы. Вышла довольной, и облегчение было почти физическим – остался один экзамен, последний, и сессия закончится. Пятый экзамен – микроэкономика – был самым сложным из всех. Люмин готовилась к нему особенно интенсивно, проводила дни в библиотеке, решала задачи до тех пор, пока глаза не переставали фокусироваться на цифрах. Скарамучча помогал, но даже его объяснения не делали некоторые концепции проще. В ночь перед экзаменом она почти не спала, переворачивая в голове формулы и графики, боясь, что всё забудет, как только войдёт в аудиторию. Утром экзамена Скарамучча приехал за ней, привёз кофе и круассан, которые Люмин не смогла доесть из-за нервов. – Дыши. Ты готова. Знаешь материал. Просто не паникуй, когда вытянешь билет. – Он держал её руки в своих, согревая. – И помни – что бы ни случилось, это не конец света. Даже если будет тройка, ты сдашь, не останешься на пересдачу. – Не хочу тройку. Хочу хотя бы четвёрку. – Получишь. Я верю в тебя. Люмин вошла в аудиторию с колотящимся сердцем и вытянула билет, который оказался по теме, которую она знала средне – не отлично, но и не ужасно. Ответила, запинаясь местами, путаясь в терминологии, но в целом логично. Преподаватель слушал с непроницаемым лицом, задавал вопросы, на которые Люмин отвечала, напрягая память до предела. В конце преподаватель долго смотрел в её работу, что-то подсчитывал, ставил пометки. Люмин сидела, сжав руки в кулаки под столом, боясь дышать. Наконец он поднял глаза, и на лице его мелькнула лёгкая улыбка. – Четвёрка. Еле вытянули, но вытянули. Вижу, что готовились, хоть и не без проблем. Молодец. Люмин вышла из аудитории на ватных ногах, и первое, что сделала – кинулась к Скарамучче, который ждал в коридоре. – Четвёрка! Сдала! Всё, сессия закрыта! Он подхватил её, раскрутил, и они смеялись, не обращая внимания на недовольные взгляды проходящих мимо студентов, для которых сессия ещё не закончилась. – Я горжусь тобой. – Скарамучча поставил её на землю, но не отпускал. – Особенно учитывая, что творилось в семестре. – Не смогла бы без тебя. Правда не смогла бы. – Смогла бы. Но со мной было легче. – Он поцеловал её долго, не обращая внимания на публику. – Пошли отметим. Они поехали в ресторан, который Скарамучча давно хотела попробовать, но всегда откладывал. Скарамучча настоял, что сегодня траты не имеют значения, заказал бутылку вина и всё, что Люмин хотела из меню. Они ужинали, разговаривали, смеялись, и впервые за долгое время Люмин чувствовала, что может просто наслаждаться моментом, не думая о завтрашнем дне, о проблемах, о тревогах. – Знаешь, о чём я думаю? – сказал Скарамучча, когда они доедали десерт. – О том, что мы справились. С сессией, с конфликтами, со всем. Может, мы действительно можем это. Быть вместе нормально. – Я тоже так думаю. – Люмин взяла его руку через стол. – Последний месяц был хорошим. Лучшим за всё время. – Хочу, чтобы так продолжалось. Хочу быть человеком, на которого ты можешь положиться. – Его большой палец гладил её ладонь. – Не обещаю идеальность. Но обещаю стараться. – Этого достаточно. Мне не нужна идеальность. Нужна честность и усилия. Они вернулись к нему домой, и усталость недель подготовки и стресса навалилась разом. Легли на кровать, даже не раздеваясь полностью, просто обнялись и лежали, наслаждаясь близостью и тишиной. – Родители довольны результатами? – спросил Скарамучча сонно. – Не в восторге, конечно. Привыкли, что у меня все пятёрки. Но сказали, что главное – я сдала, не осталась на пересдачу. – Люмин зевнула. – А твои? – Мои всегда довольны, когда я приношу пятёрки. Это ожидаемо, поэтому без особых эмоций. – В голосе прозвучала лёгкая горечь. – Но мне уже всё равно. Устал пытаться их впечатлить. Люмин погладила его по щеке, и он прижался к её ладони, закрыв глаза. – У нас теперь три недели каникул, – сказала она. – Что будем делать? – Отдыхать. Проводить время вместе. Может, куда-то съездим, если захочешь. – Скарамучча открыл глаза, посмотрел на неё. – Хочу, чтобы эти каникулы были хорошими. Без драмы, без конфликтов. Просто мы. – Звучит идеально. Они заснули в объятиях друг друга, измотанные, но довольные, с ощущением, что худшее позади. Сессия сдана, каникулы впереди, отношения в хорошем месте. Всё складывалось так, как должно было складываться. Но где-то на краю сознания, в том месте, которое Люмин пыталась игнорировать, тихий голос нашёптывал, что спокойствие временно. Что хорошие периоды всегда заканчиваются. Что за каждым подъёмом следует падение, и чем выше поднимаешься, тем больнее падать. Но пока Скарамучча держал её, пока его дыхание было ровным и спокойным, пока тепло его тела согревало в холодную зимнюю ночь, Люмин могла притворяться, что голос лжёт. Что на этот раз всё будет по-другому. Что они нашли способ быть вместе без токсичности. Что любовь достаточно сильна, чтобы преодолеть любые трудности. Даже если история показывала обратное. Даже если паттерны имели свойство повторяться. Даже если где-то глубоко внутри она знала – это затишье перед бурей.