Сквозь снег и тьму

Утро встретило Братство холодом и серым небом. Виктория сидела на камне, проверяя снаряжение. Пистолет — чисто, смазано. Магазин полон эльфийских пуль — 17 штук (одну она всё-таки истратила на тренировке, проверяя). Запасные — в специальном мешочке на поясе, 80 штук. Два клинка Лихолесья на бёдрах — подарок Леголаса. Рюкзак за спиной. Телефон в кармане худи — на всякий случай выключен, берегла заряд. Гэндальф собрал всех. — Мы должны двигаться к западу от Мглистых Гор, — объявил он. — Сорок дней. Если нам повезёт, врата Рохана будут ещё свободны, и дальше наш путь пойдёт на восток, в Мордор. Боромир, тренировавшийся неподалёку с мечом, кивнул: — Хорошо, молодец. Арагорн хлопнул в ладоши: — Живее! Хоббиты возились у костра. Мерри и Пиппин, как всегда, дурачились, пытаясь бороться. — Здорово, Пиппин! — крикнул Мерри, заходя на противника. Боромир наблюдал за ними с усмешкой, комментируя: — Нападай. Два, один. Быстрее. Гимли подошёл к Гэндальфу, ворчливо поглаживая бороду: — Если кого-то интересует моё мнение, что совсем не похоже, я скажу, что мы делаем большой крюк. Гэндальф. Мы могли бы пройти через копи Мории. Мой кузен Балин оказал бы нам королевский приём. Боромир продолжал тренировку, не обращая внимания на спор: — Нападай, нападай, нападай. Хорошо. Гэндальф покачал головой: — Нет, Гимли. Я рискнул бы идти через Морию только если не будет иного выбора. — Два, один, хорошо. Молодец, — Боромир сделал выпад и случайно задел Пиппина. — О, прости. — Вали его! — заорал Пиппин, бросаясь на Мерри. — Держи его, держи его, Мерри! — вопил в ответ Мерри. Арагорн вздохнул и разнял их: — Хватит, господа. — Ты меня за руку схватил, — обиженно сказал Пиппин. Виктория улыбнулась, наблюдая за этой вознёй. Хоббиты напоминали ей щенков — вечно игривых, вечно голодных, вечно в центре внимания. Леголас стоял рядом, и даже он, обычно сдержанный, чуть улыбался уголками губ. — Смотри, — шепнул он Виктории. — В них столько жизни. Даже здесь, на краю опасности. — Ага, — кивнула она. — За это я их и люблю. Вдруг Сэм насторожился: — Что это? Гимли глянул в небо: — Ничего. Просто облако. Боромир нахмурился: — Оно движется против ветра. Леголас мгновенно стал серьёзным. Вгляделся, сощурив эльфийские глаза. — Кребайны из Дунлэнда, — сказал он тихо, но твёрдо. Арагорн среагировал мгновенно: — Прячьтесь! Боромир схватил Мерри: — Мерри! Арагорн подтолкнул хоббитов: — Фродо, Сэм! В укрытие! Виктория рванула к ближайшим камням, но Леголас оказался быстрее. Он схватил её за руку, увлекая за большой валун, и в следующую секунду накрыл их обоих своим плащом — лёгкой эльфийской тканью, которая, однако, скрывала от любого взгляда. — Тихо, — прошептал он ей на ухо. Они сидели, прижавшись друг к другу в тесном пространстве под плащом. Виктория чувствовала его дыхание, тепло его тела, слышала, как бьётся его сердце — или это её собственное колотилось так громко? Сверху пронеслись тени. Визг кребайнов резанул по ушам и стих вдали. — Улетели, — выдохнул Леголас. Но плащ не убрал. Задержался на секунду, глядя ей в глаза. Они были так близко. Его глаза цвета моря смотрели прямо в её небесную голубизну. — Спасибо, — прошептала Виктория. — Всегда, — ответил он. Она выбралась из-под плаща первой, чувствуя, как горят щёки. Леголас вышел следом — спокойный, невозмутимый, но в глазах плясали искорки. Гэндальф уже говорил с остальными: — Шпионы Сарумана. Проход на юг под надзором. Придётся идти через Карадрас. — Что за злобный голос? — спросил кто-то. — Это Саруман! — ответил Гэндальф. Не успели они двинуться, как небо потемнело, и горы заговорили. Голос, полный ярости и тьмы, прогрохотал над вершинами: — Карадрас!.. — эхом разнеслось вокруг. Арагорн оглянулся наверх: — Он пытается обрушить скалу! Гэндальф, надо повернуть назад! — Нет! — Гэндальф поднял посох. Снежная буря обрушилась мгновенно. Ветер взвыл, закручивая снежные вихри, сбивая с ног. Гэндальф произносил заклинание, но голос Сарумана перекрывал его. Виктория с трудом удерживалась на ногах, прикрывая лицо от колючего снега. Леголас схватил её за руку, не давая упасть. — Держись! Голос Сарумана гремел, перекрывая заклинания Гэндальфа. Маг покачнулся. Наконец буря стихла так же внезапно, как началась. Боромир, тяжело дыша, сказал: — Нужно убираться с горы. Пойдём через врата Рохана и свернём на запад, в мой город. Арагорн покачал головой: — Врата Рохана приведут нас слишком близко к Изенгарду! Гимли упрямо тряхнул бородой: — Нам не перебраться через гору. Давайте пройдём под ней. Пройдём через копи Мории. И снова голос Сарумана — теперь тихий, вкрадчивый, но от того ещё более жуткий — прозвучал у них в головах: — Мория... Ты побоишься идти в эти копи. Гномы копали их слишком жадно и слишком глубоко. Ты знаешь, кого они разбудили во мраке Казад-Дума — тьму и огонь... Гэндальф сжал посох: — Это решит хранитель кольца. Боромир оглянулся на хоббитов: — Нам нельзя здесь оставаться! Это будет смертью для хоббитов! Гэндальф посмотрел на Фродо: — Фродо. Фродо поднял глаза. В них была решимость. — Мы пойдём через копи. Гэндальф кивнул: — Да будет так. --- Они спускались с горы в тяжёлом молчании. Виктория шла рядом с Леголасом, но разговаривать не хотелось. Слишком много всего навалилось. Гэндальф отозвал Фродо в сторону. — Фродо. Иди сюда, помоги старику. Как твоё плечо? — Уже лучше, — ответил Фродо. — А кольцо? — тихо спросил Гэндальф. — Ты чувствуешь, как растёт его сила? Я тоже это почувствовал. Теперь тебе нужно быть настороже. Оно будет притягивать к тебе тёмные силы извне Братства. И я боюсь, что изнутри тоже. Фродо нахмурился: — Кому же мне доверять? — Доверяй самому себе. Доверяй собственным силам. — О чём это ты? — не понял Фродо. Гэндальф вздохнул: — В этом мире много разных сил — хороших и плохих. Есть и посильнее меня, а есть и такие, о которых я ещё не могу судить. Виктория, шедшая неподалёку, поймала взгляд мага. Он смотрел на неё — задумчиво, изучающе. Она отвела глаза. --- Они вышли к озеру у подножия гор. Гимли оживился: — Стены Мории. Двери гномов не видны, когда они закрыты. Гэндальф кивнул: — Да, Гимли. Даже их хозяева не найдут их, если их тайна будет забыта. Леголас усмехнулся, но промолчал. Гэндальф подошёл к гладкой каменной стене, провёл рукой. В лунном свете проявились очертания дверей и надпись. — Так. Посмотрим. Итильдин. Он светится только в звёздном и лунном свете. Здесь написано: "Врата Дарина, владыки Мории. Молви друг и войди". Мерри подошёл поближе: — Что это, по вашему, значит? — Всё просто, — ответил Гэндальф. — Если ты друг — скажи пароль, и двери откроются. Он начал бормотать заклинания на разных языках. Ничего не происходило. Пиппин нетерпеливо переминался: — Ничего не происходит. Гэндальф обернулся к нему с тяжёлым вздохом: — Раньше я знал каждое заклинание на языках эльфов, людей и орков. — Так что же ты будешь делать? — не унимался Пиппин. Гэндальф прищурился: — Постучу твоим лбом об эти двери, Перегрин Тук. Если уж и это их не откроет, то по крайней мере мне это позволит отдохнуть от глупых вопросов и я попробую отыскать пароль. Виктория фыркнула, прикрыв рот рукой. Леголас рядом чуть заметно улыбнулся. Гэндальф продолжил шептать заклинания. Тем временем Арагорн подошёл к пони Биллу. — Копи не место для пони, даже такого храброго, как Билл. Сэм погладил пони по морде: — Прощай, Билл. Арагорн хлопнул животное по крупу: — Скачи, Билл, скачи. Не волнуйся, Сэм, он знает дорогу домой. Сэм смотрел вслед уходящему пони с тоской. — Ничего, — Виктория подошла и положила руку ему на плечо. — Выживем — заведёшь нового. — Билл был хороший, — вздохнул Сэм. — Знаю, — кивнула Виктория. — Но сейчас нам нужно идти. --- Гэндальф всё бормотал заклинания, но двери не открывались. Фродо задумчиво смотрел на надпись. — Не тревожь воду, — сказал Арагорн, заметив, что Фродо подошёл к озеру. Фродо кивнул, но вдруг его осенило: — Это загадка. "Молви друг и войди". Как будет по-эльфийски "друг"? Гэндальф обернулся. Глаза его загорелись. — Мелон, — произнёс он. И двери дрогнули. Камень зашевелился, створки медленно разошлись в стороны, открывая тёмный проём. — Мелон, — повторил Гэндальф с улыбкой. Они вошли внутрь. --- Мрак Мории обступил их со всех сторон. Тишина была такой плотной, что казалось, её можно резать ножом. Гимли шёл впереди, полный энтузиазма: — Скоро, господин эльф, вы познаете легендарное гостеприимство гномов. Жаркий огонь, хмельное пиво, свежее мясо без косточек. Это, мой друг, дом моего родича Балина. А они называют это копями, шахтами! Боромир оглядывался по сторонам, держа меч наготове. Вдруг он остановился. — Это не шахта, — сказал он мрачно. — Это склеп. Они вошли в огромный зал. И увидели тела. Множество тел — гномов, павших в битве, скелеты в доспехах, разбросанное оружие. Гимли замер. Лицо его исказилось. — Нет... нет... нееееет! Он бросился к одному из тел, узнавая сородичей. — Гоблины, — тихо сказал Леголас, разглядывая следы. Боромир схватился за меч: — Идём через врата Рохана. Здесь нам не пройти. Пошли отсюда, уходим! Но было поздно. Из темноты послышался шум. — Фродо! Странник! — закричал Сэм. Пиппин завопил: — Фродо! — Отпусти его! — Сэм бросился вперёд. Фродо крикнул: — Арагорн! Гэндальф рявкнул: — В шахту! Боромир заорал: — Все в укрытие! Арагорн скомандовал: — Бежим! Началась паника. Орки наступали со всех сторон, стрелы свистели в воздухе. Виктория выхватила пистолет, но стрелять в темноте было бесполезно — только тратить патроны. Она прикрывала хоббитов, работая клинками, когда орки подбирались слишком близко. Леголас был рядом — его стрелы находили цели даже в кромешной тьме. Они бежали через залы, коридоры, мосты. Орки преследовали по пятам. Наконец Гэндальф остановил их: — Теперь у нас не осталось выбора. Придётся идти через бесконечный мрак Мории. Будьте начеку. Зло ужаснее и древнее орков обитает в этих глубоких туннелях. Идите как можно тише. Путь на другую сторону займёт четыре дня. Будем надеяться, что наше присутствие останется незамеченным. Виктория переглянулась с Леголасом. Оба понимали: надежда слабая. --- Они шли часами. Тишина давила. Только偶尔 звон капель и шорох их собственных шагов. Гэндальф рассказывал, чтобы хоть как-то отвлечься: — Богатство Мории было не в золоте и не в драгоценных камнях, а в мифриле. У Бильбо была кольчуга из мифрила, подаренная ему Торином. Гимли, всё ещё подавленный, кивнул: — Воистину королевский дар. — Верно, — сказал Гэндальф. — Я ему не говорил, но эта кольчуга стоит больше, чем весь Шир. Мерри и Пиппин, как всегда, начали шептаться. Пиппин споткнулся, уронил камень в колодец. Звук эхом разнёсся по шахте. — Пиппин! — зашипел Мерри. Гэндальф остановился. Подошёл к краю колодца. Прислушался. Из глубины донёсся звук. Сначала тихий, потом громче. Барабаны. — Тук, болван! — рявкнул Гэндальф. — В следующий раз прыгни туда сам и избавь нас от своей глупости! Пиппин съёжился. А барабаны били всё громче. Им отвечали другие, из других туннелей. — Мистер Фродо! — испуганно позвал Сэм. Леголас насторожился: — Орки! Арагорн скомандовал: — Назад! Держитесь ближе к Гэндальфу! Боромир выглянул за угол: — С ними пещерный тролль! Гимли, несмотря на страх, вскинул топор: — А! Пустите их сюда! Остался ещё гном в Мории, способный держать топор! Виктория приготовила пистолет. На этот раз темнота не помеха — орки несли факелы, освещая зал. Бой начался. Леголас стрелял без остановки — стрелы находили цели. Арагорн и Боромир рубились в первых рядах. Гимли молотил топором, рыча как зверь. Виктория стреляла эльфийскими пулями. Каждый выстрел — мёртвый орк. Пять, десять, пятнадцать... Она сбилась со счёта. Тролль вышел из темноты — огромный, страшный, с дубиной размером с небольшое дерево. Он крушил всё на своём пути. — Фродо! — закричал Арагорн. Тролль схватил Фродо. Пронзил его копьём. — Арагорн! — закричал Фродо, падая. — Фродо! — бросился к нему Арагорн. — Фродо! Фродо! — закричал Сэм. Арагорн склонился над хоббитом: — О нет... — Фродо! — Сэм был в отчаянии. — Он жив... — прошептал Арагорн. — Всё в порядке, я не ранен, — слабо сказал Фродо. Арагорн не верил своим глазам: — Ты не умер. Это копьё пронзило бы вепря! Гэндальф подошёл, глянул на разорванную рубашку Фродо, под которой блестела кольчуга. — Этот хоббит не так прост, как кажется. Гимли присвистнул: — Мифрил! Вы полны сюрпризов, мистер Бэггинс. Но радоваться было некогда. Орки наседали. — К мосту Казад-Дума! — крикнул Гэндальф. — Быстрее! --- Они бежали. Мост был уже близко, когда позади раздался грохот, от которого заложило уши. Боромир обернулся: — Что за новая напасть? Из темноты выходило Оно. Огромное, сотканное из тьмы и пламени. С мечом из огня и бичом из раскалённых цепей. Гэндальф побледнел: — Это Балрог — демон древнего мира. Этот враг не по силам никому из вас. Бегите! Быстрее! Арагорн шагнул к нему: — Гэндальф! — Веди их, Арагорн. Мост уже близко. Делай, что я сказал, мечи здесь бесполезны. — Гэндальф! — позвал Леголас. — Идите! Арагорн потащил хоббитов: — Мерри, Пиппин! Сэм! Гимли заорал, когда его подхватили: — Не сметь швырять гнома! Еее... не за бороду! Гэндальф подтолкнул Фродо: — Фродо! — Стой! — крикнул Арагорн. — Арагорн! — позвал Леголас. — Держись! — Арагорн помогал хоббитам. — Наклонись вперёд! Давай! — Боромир страховал на мосту. — Прыгай! — крикнул кто-то. Гэндальф вышел на мост. Один. Перед лицом демона. — На ту сторону, быстро! — приказал он. Балрог шагнул на мост. Пламя взметнулось до потолка. Гэндальф поднял посох: — Ты не пройдёшь. — Гэндальф! — закричал Фродо. Гэндальф произнёс слова силы — древние, как сам мир: — Я служитель тайного огня, повелитель пламени Анора. Багровый огонь не поможет тебе, пламя Удуна! Нет! Возвращайся во мрак! Ты не пройдёшь! Балрог шагнул. Его огненный меч взметнулся. Гэндальф ударил посохом. Мост дрогнул. Камень под демоном рухнул, и Балрог полетел в бездну. Но его бич взметнулся в последний раз, обвил ногу Гэндальфа и потянул мага вниз. — Нет! Нет! Гэндальф! — закричал Фродо. Гэндальф вцепился в край моста. — Ааа... бегите, глупцы, — прошептал он и сорвался в пропасть. — Нееееет! Нет! — закричал Фродо, падая на колени. — Арагорн! — позвал Боромир. — Нет! — Фродо бился в истерике. Арагорн подхватил его: — Леголас, поднимай их. Боромир коснулся его плеча: — Дай им минуту, будь милосерднее. Но Леголас уже подошёл к Виктории. Она стояла, глядя в пропасть, и по её щекам текли слёзы. — Он... он был... — она не могла говорить. Леголас обнял её. Просто обнял, прижимая к себе. — Я знаю, — прошептал он. — Я знаю. Виктория уткнулась лицом ему в грудь и беззвучно плакала. Гэндальф. Мудрый старик, который нашёл её в лесу, который вёл их, который верил в неё. — Мы должны идти, — тихо сказал Леголас. — Он хотел бы, чтобы мы шли. Виктория кивнула, вытерла слёзы. Достала телефон, на секунду включила — экран осветил её лицо. Она посмотрела на фото Чака, на маму, папу, Катьку. — За Гэндальфа, — прошептала она. — За всех. И пошла за остальными, на свет, к выходу из Мории. Леголас шёл рядом. И молчал. Но его присутствие было важнее любых слов.