Часть 4 Люмос"

Я выхватила книгу из его рук быстрее, чем он успел моргнуть. Движение вышло резким, почти грубым — я даже сама не ожидала от себя такой прыти. Корешок хрустнул в моих пальцах, но мне было плевать. Лишь бы не смотреть на него. Лишь бы он не видел, как горит мое лицо. — Спасибо, — процедила я сквозь зубы, вперив взгляд в каменный пол. — Могла бы и сама справиться. — Очевидно, нет, — в его голосе звенела привычная издевка, — Раз уж тебя сбивают с ног третьекурсники, Грейнджер. Сдаешь позиции? Я резко вскинула голову. Слова уже готовы были сорваться с языка — достаточно колкие, которыми я годами отбивалась от его выпадов. «Малфой, заткнись», «Малфой, иди к черту», «Малфой закрой рот!" Но они застряли в горле. Он стоял надо мной, ближе, чем я думала. Когда я поднималась с корточек, я не рассчитала дистанцию. Или это он шагнул вперед? Я не знала. Но теперь между нами не было расстояния. Я поспешно выпрямилась, отряхивая мантию. Я чувствовала запах дыма, которым от него тянуло — не табачного, я видела как он частенько курил, и это нарушало все правила!, не привычно каминного аромата, как от многих. А какого-то горьковатого, будто он только что из леса. Видела, как нервно бьется жилка на его бледной шее, прямо над расстегнутым воротом рубашки. Видела тени под глазами — глубокие, синие, такие, какие бывают у людей, которые не спят ночами. У меня точно такие же. — Завтра урок по зелью, — сказала я — И у тебя в том числе! а не только у меня одной. Если ты хочешь закончить с худшими баллами — это твое решение, а не мое. А я предпочитаю подготовится! Он усмехнулся с хитрой улыбкой. У меня внутри все сжалось в тугой узел. — Ты правда думаешь, что меня волнуют баллы, Грейнджер? — спросил он тихо. Голос низкий, почти шепот. — После всего, что было? Я открыла рот, собираясь ответить. Что? Я не знала. Но он не дал мне шанса. Он шагнул ближе. Еще ближе. Я вжалась спиной в перила лестницы. Холодный камень уперся в лопатки, но отступать было некуда. Я была в ловушке — между железными прутьями и им. Зачем он это делает? Его лицо оказалось в опасной близости от моего. Серые лунные глаза впились в меня с такой интенсивностью, что у меня перехватило дыхание. В них не было ненависти. Не было презрения. Такие пустые, словно смотрю дементору в душу. Если бы она у них была. — Знаешь, что меня волнует? — прошептал он почти в самые губы. Я не могла пошевелиться. Воздух между нами стал плотным, как вода. Я окаменела. — Чтобы такие как ты, — выдохнул он, и его дыхание коснулось моей щеки, моих губ, — зашивали свой рты и не лезли не в свое дело. Поняла, Грейнджер? Он отстранился. Так же резко, как приблизился. Будто ничего и не было. Будто не стоял сейчас в миллиметре от меня, не шептал в губы, не сжигал взглядом. Он не имел не какого права, оказываться слишком близко. Никакого. Я стояла, вцепившись в книгу так, что корешек, кажется, затрещал по-настоящему. Пальцы онемели. В голове было пусто. — Удачи на патрулировании, Грейнджер, — бросил он через плечо, уже разворачиваясь. — Смотри не превратись в полтергейст по дороге. И пошел вниз по лестнице. Я смотрела, как его фигура удаляется. Черный силуэт на фоне каменных стен. Он не оглянулся. Просто исчез в темноте лестничного пролета. Растворился, будто его и не было. Будто этот разговор мне приснился. А я еще долго стояла, сжимая книгу, и пыталась унять сердце. Оно колотилось где-то в горле. В кончиках пальцев. Я провела рукой по губам. Как же я ненавижу тебя" Драко.

****

Патрулирование. Книги — в шкаф. Плюхнула их на полку, даже не глядя, куда они упали. Мантию — поправить. Дрожащими руками одернула воротник, разгладила складки. Волосы — в хвост. Потому что на большее нет времени. Потому что если я сейчас начну думать о том, что случилось на лестнице три часа назад, я сойду с ума. Я стянула волосы резинкой так туго, что заболела кожа головы. Пенелопа уже ждала меня у входа в гостиную. Пуффендуйка с тихим голосом и спокойными глазами цвета лесного ореха. Она стояла, прислонившись к стене, и листала какой-то конспект. Увидев меня, кивнула и убрала пергамент в карман. — Готова? — спросила она без лишних слов. — Да. Мы вышли в коридор. Старый добрый Обход. Я люблю ночной Хогвартс. В темноте он кажется другим — старше, мудрее. Днем здесь вечно шумно, суетно, кто-то бегает, кричит, хлопает дверями. А ночью замок дышит иначе. Будто видит хорошие сны. Как спящий великан. Шаги гулко отдаются в пустых коридорах. Портреты сопят во сне, кто-то всхрапывает так громко, что хочется рассмеяться. Иногда из рамок доносится бормотание — кому-то снятся плохие сны даже на холсте. Мы прошли мимо Большого зала, свернули к восточному крылу. Здесь было темнее — факелы горели реже. Я зажгла палочку: — Люмос. Яркий свет брызнул из кончика, осветив каменные стены, пыльные гобелены с выцветшими гербами и древние доспехи, что стояли в нишах. Тени заметались, прячась по углам. Картины недовольно завозились. Лесная дама в чепце натянула одеяло на голову. Старик с длинной бородой погрозил мне все рассказать профессорам" все как всегда. — Вечно они недовольны, — пробормотала я. — Им не нравится яркий свет, — тихо отозвалась Пенелопа. — Говорят, слепит глаза, и утром не проспаться! Я фыркнула. Мы шли молча. Пенелопа была идеальной напарницей — не болтливой, не любопытной, не лезущей в душу. Просто делала свое дело. Шла рядом, освещала коридоры, заглядывала в темные углы. Я была ей благодарна за это молчание. После сегодняшнего дня — после Рона с его несостоявшимся разговором, после Малфоя с его дурацкими фразами в миллиметре от моих губ — мне нужно было именно это. Тишина. Покой. Никаких вопросов. — Нам стоит пройтись возле совиной башни, — сказала Пенелопа, когда мы свернули к лестнице. Голос у нее был ровный, чуть сонный. — Там часто остаются парочки. Прячутся в нишах после отбоя. — Отлично, — кивнула я. Мы поднимались по ступеням, и я поймала себя на том, что думаю о Полумне. Она ушла в Запретный лес. С кем-то. Добровольно? Я видела только силуэт — высокий мужчина, Лица не разобрать. Он слишком быстро ушел. Может, это какой-то ее странный романтический вечер? Я представила это и чуть не улыбнулась. В стиле Полумны — увести парня в лес, кормить его мятными леденцами и рассказывать о мозгошмыгах, пока он пытается понять, шутит она или всерьез. Так хочется распарсить ее. И тут Я сглотнула. А может, это не мое дело? Может, она нашла себе парня и проводит с ним время так, как ей нравится? Кто я такая, чтобы лезть? Но внутри все равно свербело.т Я ненавидела свою паранойю точно так же как скромность. Я тряхнула головой, отгоняя мысли. — Там кто-то есть, — шепнула Пенелопа, и я вздрогнула, выныривая из мыслей. Она смотрела в сторону совиной башни. Я прищурилась, вглядываясь в темноту. В нише у окна действительно мелькали тени. Две. Одна побольше, одна поменьше. Они шевелились, прижимались друг к другу, и даже отсюда было слышно приглушенное хихиканье. — А ну стоять! — голос Пенелопы неожиданно стал стальным. Я даже удивилась — откуда в этой тихой девочке такая командирская жилка? — Кто там? Выходите! Из темноты вынырнули двое. Парень и девушка. Слизеринские галстуки — зеленый и серебряный отсвечивали даже в полумраке. Пятый курс, растрепанные, с виноватыми лицами и предательски раскрасневшимися щеками. — Мы просто... — начал парень, нервно поправляя мантию. — Гуляли, — закончила девушка, пряча глаза. Пенелопа вздохнула. Так глубоко и устало, будто видела это в тысячный раз. Что, скорее всего, так и было. Я повторила за ней. — Правила знаете? — спросила она без злости, скорее устало. — После отбоя все должны быть в своих башнях. Идемте, провожу вас. Она повернулась ко мне: — Гермиона, подождешь здесь? Я быстро, туда и обратно. Не хочу тащить их через весь замок вдвоем — В еще наследуются! — Конечно, — кивнула я. — Иди. Пенелопа повела парочку в сторону подземелий, и их шаги стихли за поворотом. Я осталась одна. Совиная башня возвышалась надо мной, темная и молчаливая. Где-то там, наверху, спали совы — изредка я слышала шорох крыльев и тихое уханье. Они перебирали перьями. Я подошла к окну. И тут... — Мисс... Грейнджер. Я подпрыгнула на месте. Из-за угла вынырнула чья-то тень. Высокая, худая, в развевающейся мантии, которая колыхалась даже в полной тишине. — Профессор Снейп, — выдохнула я, прижимая руку к груди. Там бешено колотилось сердце. — Вы меня напугали. Он смотрел на меня своим обычным прожигающим взглядом. Черные глаза блестели в свете моей палочки, как два уголька. Лицо непроницаемое, как всегда. — Что вы здесь делаете одна? — спросил он с волнением. — Патрулирование, сэр. — Я постаралась говорить ровно. — Моя напарница отлучилась проводить студентов в башню, парочка из Слизерина. Он кивнул — едва заметно, будто это все объясняло. Но с места не двинулся. Продолжал сверлить меня взглядом. — Я бы попросил вас проверить кое-что, — сказал он медленно, после долгой паузы. — Зал возле туалетных комнат. Старые туалетные комнаты.? — Там что-то происходит последние ночи, — продолжил Снейп. — Звуки. Противный хохот. — Может это приведение? — спросила я. Он поморщился — редкостное выражение на его лице, означающее, что он счел мое подозрение глупым. Хотя в уборных очень часто пакостничал Пивз, или Плакса Миртл. — Странные звуки. Шорохи. Возможно, студенты устроили там тайное место встреч. Возможно... что-то другое. Сегодня я там еще не был. Сходите сегодня Вы. — Хорошо, профессор, — сказала я как можно спокойнее. — Я схожу. — Кто ваша напарница? — Пенелопа Сноу. — Я ей передам, — он уже разворачивался, но на мгновение задержался. — Вы сказали, найденные студенты были из Слизерина? Мне как раз по пути в ту сторону. Я кивнула и Снейп ушел. Я глубоко вздохнула. — Люмос, — прошептала я, и палочка вспыхнула ярким светом. Быстро. Почти бегом. Лестницы сменялись одна за другой. Каменные ступени гудели под ногами, эхо разносилось по пустым коридорам. Я старалась не думать о том, куда иду. О том, что там, внизу. Я спустилась по летающим лестницам — они плавно двигались, перетекая с этажа на этаж, и каждый раз, когда ступени смыкались подо мной, я ловила себя на том, что задерживаю дыхание. Глупо. Я сотни раз ходила этим путем. Когда я подошла к коридору, ведущему к туалетным комнатам, я услышала это. Хихиканье. очень противное, будто нарочно раздражающий звук. Он доносился из-за двери, и у меня мурашки побежали по коже. Снейп был прав — здесь что-то было. Я толкнула дверь. — Есть кто? — мой голос прозвучал громче, чем я планировала. Тишина. Туалетные комнаты встретили меня запахом сырости. Ни души. Только два крана были включены. Вода текла медленно, тонкими струйками, наполняя раковины и переливаясь через край. Я взмахнула палочкой, и краны с шипением закрылись. — Пивз? — позвала я. — Миртл? Ни звука. Я обошла каждую кабинку. Толкала двери, заглядывала внутрь, освещала палочкой темные углы. Пусто. Абсолютно пусто. — Странно, — пробормотала я. Я слышала хихиканье. Снейп слышал хихиканье. Но здесь никого не было. Или это магия. Я подняла палочку выше. — Акцио, источник звука! Вспышка. Из последней кабинки вылетело что-то маленькое, круглое и мерзко хихикающее. Я поймала его в воздухе и поднесла к свету. Шумилка. Знакомая штука. Такими пользуются младшекурсники, чтобы передавать друг другу послания во время скучных уроков. Но эта была сложнее обычной — зачарованная специально, чтобы хихикать без остановки. Противная, как назойливая муха. — Кому-то совсем нечем заняться? — сказала я вслух. Ответа не последовало. Я сжала шумилку в кулаке, и она затихла. Простое заклинание — и эта дрянь больше не будет раздражать ни меня, ни профессора Снейпа своими дурацкими звуками. Я спрятала ее в карман мантии. Завтра покажу на уроке. Пусть знает, что я не зря ходила. Я вышла из туалетной комнаты и уже собиралась вернуться к Пенелопе, как вдруг... Топот. Кто-то бежал. Быстро. Очень быстро. Где-то рядом. Я замерла, прислушиваясь. Звук доносился снизу — кто-то мчался вниз по лестнице, не разбирая дороги. Каблуки стучали по камню, эхо металось по коридорам. Я выглянула из-за угла и успела увидеть только тень. Чья-то фигура мелькнула в пролете лестницы и исчезла внизу. Кто-то бежал так, будто за ним гнались дементоры. — Стоять! — крикнула я. Меня проигнорировали. И Я рванула следом. Лестницы прыгали под ногами — я едва успевала перескакивать с одной на другую. Каменные ступени двигались, перестраивались, пытаясь сбросить меня, но я не сбавляла темпа. Сердце колотилось где-то в горле. — Да что сегодня за ночь! — выдохнула я, перепрыгивая очередной пролет. Столько неспящих. Столько бегущих. Очередная парочка, которая расходится по комнатам? Я почти догнала. Фигура вылетела из замка в сад — тот самый, что в центре Хогвартса, где студенты любят сидеть под деревом и отдыхать между занятиями. Я выскочила следом, но... Пусто. Только ветер шевелил листву. Только луна светила холодным светом. Я замедлила шаг, оглядываясь. Никого. Парнишка исчез. Растворился в темноте. — Вот черт, — выдохнула я, хватая ртом воздух. И тут я услышала голоса. Они доносились откуда-то слева, из-за густых кустов, что росли у стены замка. Я замерла, прислушиваясь. Голоса были тихими, но в ночной тишине каждое слово отдавалось четко. Я узнала их сразу. Драко Малфой. И Блейз Забини. Во имя Мерлина! Ну почему именно они? Я прижалась спиной к дереву и затаила дыхание. Мне было их видно. Они даже не оглядывались по сторонам. На столько уверенные будто они невидимки. — Ты видел? — голос Драко звучал напряженно, с металлическими нотками. Забини, как всегда, спокоен. — Какой-то парень бежал. Со другой стороны. Я сжалась. Лишь бы они не увидели меня. — Может, очередной влюбленный идиот, — лениво отозвался Забини. — Бежит от разгневанной подружки. Драко промолчал не выглядев убежденным. Я злилась на себя. Снова. Опять я здесь, в кустах, подслушиваю разговор Малфоя. Я не доверяла ему ни на грош, но это было очевидно — меня тянуло сюда. К тайне. К ответам. Которые вновь меня не касались. — Осталось меньше дней, — сказал Забини, понизив голос. — Все готово. Кроме одного ингредиента. Я напрягла слух. — Какого? — резко спросил Драко. — Его нужно достать в Запретном лесу. Завтра. Пауза. — Я попросил Пэнси, — добавил Забини. — Она сказала что все сделает. Драко кивнул — я видела это даже в темноте, по движению его тени. — Хорошо. А потом его голос изменился. В нем проснулась былая ненависть. — Она что-то знает. — Кто? — Забини насторожился. — Грейнджер. У меня внутри все оборвалось. Забини будто понимал о чем речь куджа лучше меня. Я в отличий от этих двоих. Не понимала абсолютно ничего. — Я чувствую. — Драко говорил отрывисто, будто каждое слово вырывал из себя. — После войны... Снейп уже допрашивал меня. О многих вещах. — Я знаю, — тихо ответил Забини. — То, что происходит сейчас, — Драко понизил голос до шепота, — никто не должен знать. Никто. — Я понимаю, — Забини звучал рассудительно — Но мы очень рискуем. Делаем это без источника. Без того, у кого мы забрали... есть вероятность что ничего не выйдет Драко. — Замолчи, — оборвал его рычащие Драко. Без кого? Забрали что? О чем они говорят? Я не понимала. Но одно знала точно — это связано с Запретным лесом. С полной луной. С тем, что они задумали. Сердце предательски вновь застучало, жаль я не могу прямо сейчас трансгрессировать. Это будет слишком заметно. Я уже представляю как рассказываю, Макгонагалл о том что задумал Малфой" Но! — На моих рукавах вместо выигрышных карт. Только лишение значка старосты, за то что я дозволяю Драко и его дружку" нарушать правила школы! Я подалась вперед, пытаясь услышать больше. И под моей ногой хрустнула ветка. Громко. Отчетливо. В тишине ночного сада этот звук прозвучал как выстрел. Я застыла и закрыла рот рукой. Драко резко обернулся. Его глаза — даже в темноте я видела, как они блеснули — впились в кусты, за которыми я пряталась. — Выходи, — он сделал еще шаг, слишком уверенно, слишком угрожающе, будто он и вправду может причинить мне вред, одним только присутствием. — Я сказал, выходи!