Глава 2. "Океанские тропики".

Ночной Нью-Йорк жил совсем другой жизнью. Дневная духота, казалось, не исчезала даже после заката - она просто вежливо меняла форму. Теперь она висела над улицами липким облаком сигаретного дыма, бензиновых испарений и дешевого парфюма. С высоты птичьего полета, если бы кто-то мог подняться так высоко, Манхэттен казался гигантским, мерцающим ковром, сотканным из бесчисленных огней. Они переливались всеми оттенками - от теплого, золотистого света окон жилых домов до холодного, синего сияния неоновых вывесок, обещающих развлечения и забвение до ближайшего утра. Улицы, еще недавно заполненные спешащими людьми, теперь были лишь темными лентами, по которым скользили редкие автомобили, их фары выхватывали из мрака куски асфальта и тени прохожих. Из открытых окон баров наружу выливались саксофон, смех и иногда - кулаки да кружки с коктейлями. Неон загорался над дверями баров, джаз выползал из подвальных клубов, а люди, которые днем казались приличными гражданами, вдруг становились гораздо честнее со своими желаниями. И в таких вопросах «Океанские Тропики» были почти идеальным местом. Здание стояло на углу узкой улицы в нескольких кварталах от Маленькой Италии. Снаружи оно выглядело вполне прилично - двухэтажный кирпичный дом с широкими окнами и яркой неоновой вывеской в форме пальмы, которая мигала зеленым и розовым светом. Под вывеской было написано:

OCEAN TROPICS

А чуть ниже, более скромными буквами:

Bar & Lounge

Это была половина правды. Первый этаж действительно был баром. Второй - совсем другим заведением. У входа стоял массивный швейцар в светлом пиджаке. Он курил сигару и лениво наблюдал за улицей. Когда очередной автомобиль притормозил у тротуара, он даже не поднял головы - только чуть кивнул, когда из машины вышел знакомый ему постоянный клиент. Внутри было тепло, шумно и приятно пахло дорогим табаком, ромом и женскими духами. Бар занимал почти весь первый этаж. Длинная лакированная стойка тянулась вдоль стены, за ней стояли десятки бутылок - от дешевого бурбона до французского коньяка. В центре помещения играла небольшая джазовая группа: саксофон, контрабас, пианино и барабанщик, который лениво отбивал ритм, будто делал одолжение всей комнате. Несколько круглых столиков занимали посетители разной степени важности для городской жизни - брокеры, моряки, пара актеров с Бродвея и несколько людей, чьи костюмы стоили слишком дорого для их официальных профессий. А по лестнице на второй этаж время от времени поднимались мужчины в сопровождении девушек в ярких платьях. И никто не задавал вопросов. В дальнем углу, у окна, где вентилятор лениво гонял теплый воздух, уже сидели Бруно и Эшли. В нерабочее время им уже не надо было носить метки "Кауфмо" и "Зубл". Бруно развалился на диване так, будто пытался занять как можно больше пространства. Пиджак был расстегнут, галстук ослаблен, а перед ним стоял почти полный стакан виски. Зубл, напротив, сидела идеально прямо. Ее темный пиджак был застегнут, и без того не очень длинные волосы аккуратно собраны, а сигарета в пальцах горела ровной тонкой линией. Было такое ощущение, что смотря на напиток своего друга, она оценивала его содержимое и красоту подачи. Работа барменом пару лет назад даром не прошла. Бруно сделал глоток и скривился. — Клянусь богом… - пробормотал он. - если завтра Чиккони снова вытащит что-то выше моего стрита, я начну подозревать его в колдовстве. Зубл даже не подняла глаз на это сильное заявление. — Бруно. — Что? — Ну ты же уже проиграл. Хватит это мусолить до сучьей бесконечности. - совместно с затягом сигареты сказала фразу Эшли. — Это была невозможная комбинация! Пять червей, и именно в такой момент? Она наконец посмотрела на него. — Ты проиграл три раза подряд. — Потому что Кейн мухлюет. - уже практически нетрезвый Кауфмо возразил. - научно доказано. — Нет, потому что ты играешь в покер так же, как пьешь. — То есть? — Без тормозов и без мозгов. Клоун блять, а не Джонни Мосс. - дама докурила сигарету и потушила ее об прозрачную пепельницу. Кауфмо собирался ответить, но в этот момент к столу подошла девушка в ярко-красном платье. Она оперлась локтями на стол и улыбнулась мужчине напротив себя. — Бру-бру-брунчик…вы сегодня такой задумчивый. Кауфмо сразу оживился. — Лола, милая… - сказал он, расплываясь в игривой улыбке. - я всегда рад тебя видеть. — Я заметила. Вы смотрите на меня так, будто хотите жениться. — Жениться - нет. А вот… Зубл перебила его, не поднимая взгляда: — Если ты сейчас закончишь это предложение, я сломаю тебе пальцы. Лола тихо рассмеялась. — Вы всегда такая строгая, дамочка? — Только с подобными ему идиотами. Еще и пьяными в хлам. Бруно возмущенно поднял руки, а после чего тихо и театрально завыл: — Ну почему меня никто не уважает в этом заведении? — Потому что ты пытаешься флиртовать с женщинами, пока жалуешься на покер, - сказала Зубл. - на двух стульях уместиться не получится. В этот момент дверь бара открылась. Внутрь вошел Лоренцо. Его фруктовый галстук был слегка ослаблен, волосы чуть растрепаны от влажного ветра, а пиджак гордо висел на плече. Он остановился у входа, оглядел зал, поздоровался с лысым барменом за стойкой, и направился к их столу. — Господи… - пробормотал он, садясь. - здесь жарче, чем в аду. — Ты опоздал, дружище. - сказала Зубл. — Зато я вошел эффектно. Как мне и подобает. — Ты опоздал. — Я сюда пришел отдыхать, или спорить с тобой?.. Лоренцо посмотрел на Бруно. — Сколько он уже выпил? — Для эго его размера - уже достаточная доза, поверь мне на слово. - ответила она. Бруно возмутился: — Эй! — Я шучу, пьяница. На этот раз точно. Лоренцо поднял руку, подзывая официантку. — Куба-Либре, один стаканчик. И побольше льда, пожалуйста. Потом он посмотрел на Бруно. — Ну? Что ты опять проиграл? — Я не проиграл, Лоренцо. Честно-честно... - пялясь на стол прошептал Кауфмо. — Бруно, мне-то не пизди. Ты разве не помнишь, что я и Феликс лично видели вашу последнюю партию? — Ладно…немного. Относительно. — Сколько? - отпив напиток спросил Гаммигу. — Тридцать. — Долларов? — Сотен... Лоренцо от шока присвистнул. — Нихуя себе. Впечатляет. - он начал смеяться. - бьешь рекорды, да, азартный герой? — Он обвиняет Дона в колдовстве. - отозвалась Эшли. - скажи же, гениально? — Идите вы оба в пизду. Это логичное объяснение, самое лучшее, что можно только придумать в моей ситуации... - грустно сказал Кауфмо, поднося руку к стакану с горячительным напитком. В этот момент дверь снова открылась. И на этот раз в бар вошел лохматый парень лет двадцати. Феликс. Он остановился на секунду у входа, оглядывая зал. Неон, дым сигарет, джаз, смех, девушки, поднимающиеся по лестнице наверх. Знакомая вечерняя атмосфера. Он направился к столу со своими друзьями. Лоренцо первым его заметил. — А вот и наш пропавший "строитель". - при встрече он пожал ему руку. Такой же ритуал Джекс провел и со всеми своими "коллегами". — И вам привет, гуляки. Как ваше здоровье? — Меня обижает Эшли. - пьяный Кауфмо отозвался первым. - пожалуйста, скажи ей, что проводить время с подружками в борделе абсолютно легально. — А что случилось? — В пьяном угаре начал жаловаться, что просадил три штуки на покер против Кейна. - начала объяснять Зубл. - а потом к нему подкатила работница, а я ему помогла ее отшить. — Ты ей нагрубила, нагрубив при этом мне! Это возмутительно! — Ну и в чем наш господин Бурбонелло не прав? Значит когда он в борделе, от усталости, общается со всякими красивыми работницами - это очень плохо, а когда кое-кто втихаря пидорит в ноздри свою подругу-автоматчицу, то это уже другое. Да, Зуби? Девушка, как услышала их общий секрет, тут же резко встала со своего места, после чего взяла Феликса за воротник его рубашки. Глаза ее полыхали огнем, а сидевшие рядом друзья очень удивились услышанному. Хотя, не сказать, что они не догадывались насчет ее и…Мэри. — ...Закрой...свой...поганый рот, Джекс. — Надо же, от такого даже мое имя забыла? - невозмутимый Феликс не хотел портить отдых ни себе, ни своим друзьям, поэтому он решил свернуть с «наступления». - предлагаю, чтобы мы забыли все сказанное, и просто посидели и выпили. Скрипя зубами, дама тут же повернулась и очень грозным взглядом посмотрела на еще двух друзей. Лоренцо молча пил свой коктейль, делая вид, что осматривает интерьер бара, а Бруно сидел и с очень удивленной физиономией и вытянутой вниз челюстью почти отпил из своего стакана, но остановился, когда Феликс вслух сказал этот интересный факт. — ...я ничего слышал. - после этого Кауфмо откашлялся, а затем глотнул содержимое. — …Пока живи, сукин сын. - она отпустила его, после чего он поправил ворот и подвинулся к столу поближе. Щелкнув пальцами, он подозвал к себе официанта. Другого, не того, который до этого приходил к Лоренцо. — Виски сауэр мне. - промолвил заказ Феликс. — Ограничений нету? - спросил в ответ официант. - в составе есть белок... — Льда еще добавьте. Разносчик кивнул и удалился. — Ну и где ты был после работы? - поинтересовался Кауфмо. — ...были дела. - сначала Джекс чуть опешил, но после быстро пришел в себя. — Ты был с Лизой, да? - в диалог встряла Зубл. — ... Официант тем временем принес напиток Джексу. — Я смею предположить, что он хочет вам сказать: "почему вы ведете себя как ревнивые жены, отстаньте.". Я же прав, Феликс? - Лоренцо тоже не стал молчать. — Даже если с ней, то что? — Тебе лично Кейн говорил, что встречаться с ней - большая ошибка, - единственная девушка за столом продолжала вести беседу. - что будет, если она наконец-то узнает, что ты не просто обычный строитель-прораб? Как ты думаешь, какая у нее будет реакция? — Это вы так желаете мне семейного счастья?.. — Она права, если думать логически. - Гаммигу включил свою привычную мудрость. - уж прости, но людям нашей профессии правда очень сложно быть с кем-то из..."внешнего мира", скажем так. Ты одним скандалом не отделаешься, тем более, если исходить из твоих рассказов, ты еще "грязными" деньгами помогал ее отцу материально. Но ты не думай, что мы сейчас пытаемся тебя переубедить. Если вы оба друг друга любите и цените, то даже на такую раскрытую тайну она закроет глаза. А весь наш клан будет только рад, если это закончится не просто "недельной интрижкой". — Он уже...не в том возрасте, чтобы плести интрижки. - самый пьяный из всех, Бруно, подал свой икающий голос. И впервые за вечер он сказал что-то поистине мудрое. — Ладно, мы сюда пришли расслабиться, верно? - Лоренцо вытянул стакан к центру. - Salute! — Salute e cent'anni! - чокнувшись, все отпили содержимое напитков. Тем временем группа музыкантов сменила мотив с чего-то веселого, на более расслабленное, а их мотивы начали напоминать раннего Дина Мартина...

***

Дверь в бар в который раз распахнулась. Несколько персон у входа повернули головы. Внутрь вошёл человек в светлом плаще и такой же шляпе, которую носил Гаммигу. Он остановился у двери, снял перчатки и оглядел зал первого этажа. — Посидели спокойно, блять... - тихо прошептала Зубл, заметив знакомый силуэт у входа. Человек шел через зал неторопливо, словно у него впереди вечность и никакой необходимости торопиться нету. Он снял шляпу еще на полпути и провёл пальцами по влажным от дождя полям. Плащ был аккуратно застёгнут, ботинки блестели, будто он только что вышел не с улицы Манхэттена, а из витрины магазина. Несколько девушек у лестницы на второй этаж улыбнулись ему. Мужчина кивнул им почти вежливо, но не остановился. Когда он подошёл к столу, Бруно тяжело вздохнул. — Знаете… - сказал он, глядя в стакан. - каждый раз, когда он появляется, где-то в городе кто-нибудь умирает. Но, будто не слыша колкости в свою сторону, он спокойно повесил шляпу на вешалку рядом со столом, после чего уселся на последнее свободное место на диване. — Бруно. — Ну что опять-то? — Ты слишком драматизируешь. — Я недостаточно драматизирую, Чад. Лоренцо усмехнулся. — Садись уже, дружище. И расскажи, что на этот раз. Чад сел, попутно доставая из своего пальто свернутую в трубочку газету. Он слегка наклонился назад на стуле и оглядел стол. — Приятно видеть, что вы все живы. А вот кое-кому повезло сегодня гораздо-гораздо меньше... Новостник рухнул на дубовую поверхность. Первая же новость на главной странице New York Times:

МИСТЕР САЛЛИВАН ФИНЧ УМЕР! КТО И КАК УСТРАНИЛ ВЛАДЕЛЬЦА ГЛАВНОЙ ИМПОРТИРУЮЩЕЙ КОМПАНИИ ВСЕГО ШТАТА?

— Семь с половиной часов после убийства. Желтушники опять бьют рекорды. - съязвил Феликс. — Зато теперь брюлики на космическую сумму гарантированно попадут к нам в руки. Это разве не волшебно? Зубл опять достала сигарету, попутно приговаривая: — Надеюсь и нам что-то из этой суммы перепадет... Чад посмотрел на неё. — Я договорюсь, чтобы вам всем выписали премию, не переживайте. — Легко же тебе быть внуком Тони, да? - все такой же нетрезвый Кауфмо подал голос. — Я наоборот, стараюсь не только для нашего босса, но и для всех нас. Так что нахуй иди со своими шутками, алкоголик. — Который раз за день... - он вновь прислонился губами к стакану. — Ладно, кроме отдыха есть одно дело, которое я бы с вами хотел обсудить. Касается оно нашего с вами ловеласа... Все тут же повернули головы в сторону Джекса. Он, остановившись стаканом с напитком в сантиметре от своих губ начал оглядывать остальных в ответ. — Ты сегодня был в Риверсайд-парке? — ... — Отвечай честно, это реально очень важно. — Был. — Видел кого-нибудь подозрительного, пока гулял? В голове сразу начали прокручиваться все моменты, которые произошли буквально пару часов назад. И единственное хоть что-то кажущееся "не таким" среди прелестного и искреннего свидания с Риббит было... — "Форд Фэйрлейн" черного цвета...а из него на меня пялился мужчина в черном плаще. — Пиздец... - Чад потянулся руками к лицу, закрывая его. - мы крупно влипли, дамы и господа. Ну или точнее, он крупно влип. — А откуда ты знаешь, что он по парку гулял? Ты следил за ним? - спросил Лоренцо. — Нет, но смею предположить, что наблюдал за ним кто-то другой... Несколько секунд после ошеломляющей новости никто не говорил. Музыка в баре продолжала играть громкими, но хорошими мотивами, а за их столом стало тихо. Лоренцо медленно сказал: — Повтори. Чад спокойно ответил: — Этот "Форд". Я его видел, когда приезжал в офис Салли после вас. И этого парня в черном плаще тоже видел, он сидел за рулем, когда уматывал в закат. Допив свой напиток, Гаммигу спросил: — Ты видел его лицо? — Частично. Зубл тихо сказала: — Полиция? Чад, в ответ на подозрение лишь покачал головой. — Нет. Люди под прикрытием не раскрываются так быстро. Бруно выдохнул, знакомя всех своих друзей с запахом спирта из его рта. — Ну и слава богу, что-же переживать тогда? — Это были федералы. — ...А? - почти хором произнесли все, кроме Чада. — Этот Гарри Гудини был в федеральном здании на Бродвее пару дней назад. С точно таким же "Фэйрлейном". Кауфмо громко поставил стакан на стол. — Подождите, давайте попробуем проанализировать... — В твоем состоянии сейчас самое время это делать, Бруно. - в очередной раз его подъебала Эшли. — Нет, правда. Получается, если Чад тоже видел эту тачку и этого мужика, то... Он посмотрел на Феликса. Потом на Чада. — Вы...хотите сказать, что ФБР следило за Джексом, пока он гулял с девушкой? И в этот момент входная дверь «Океанских Тропиков» снова открылась.

***

Внутрь вошли двое мужчин. Они остановились у самого входа - не так, как обычные гости, которые сразу направляются к бару или ищут глазами свободный столик. Эти стояли секунду, просто осматривая помещение внимательными взорами. Высокий - худощавый, аккуратный, с лицом человека, который привык задавать вопросы. Второй - коренастый американец, с тяжелыми плечами и взглядом, который скользил по людям так, будто отмечал их в неведомом для них списке. Лоренцо первым заметил их. Он сделал вид, что пьёт из стакана Феликса, но сам тихо сказал: — Джекс. Феликс поднял глаза. Если в такой момент он перешел на их "рабочие" прозвища, значит само дело пахло жареным. — Да? — У двери... Пьяный Бруно повернулся сразу. — Где... И тут же замер, будто в один миг протрезвел. — О…блять. Зубл даже не смотрела в их сторону. Сейчас дело было не в ее высоком самомнении, а в том, что она просто не хотела привлекать к себе лишнего внимания. — Кто? — Двое, - сказал Лоренцо. - костюмы, пальто… и лица, как у налоговой службы. Чад медленно повернул голову. Посмотрел исподлобья. И через секунду совершенно спокойно сказал: — Все - пиздец. Это они. Один из них - водитель того самого "Форда". Бруно вытаращил глаза. — Что?! — Тише! - шикнул на него Гаммигу. — Я шепчу, в отличии от некоторых! Эшли сделала затяг сигареты, а после тихо сказала: — Они еще никого не ищут. Пока. Просто стоят, и пялят на все подряд. Высокий мужчина и его напарник проследовали к стойке с напитками. Один из них, тот что был пониже другого, достал бумажник. Бармен наклонился. Мужчина показал значок. Бармен на секунду застыл с удивленным лицом, потом медленно кивнул. Бруно закрыл лицо руками. — Все. Все. Это конец. ФБР, блять, в борделе! Это никогда не заканчивается хорошо! Особенно для таких, как мы. Феликс, скрывая всю свою нервозность, сделал глоток виски. — Они могут быть не за нами. Чад тихо ответил: — Ну ясен красен, что они не за нами. Они за тобой. Феликс повернул голову. — Почему? — Во-первых - сегодня именно ты был их мишенью на прогулке. Во-вторых, потому что разливайка сейчас смотрит прямо на тебя. Бруно осторожно выглянул из-за стакана. Бармен действительно посмотрел в сторону их стола. Потом, видимо нехотя, что-то сказал "агенту". После пары предложений, высокий повернул голову. И его взгляд остановился на Феликсе. Бруно тихо застонал. — Сколько там дают за рэкетирование?.. Лоренцо тихо сказал, стараясь максимально делать вид, что не заинтересован в новоприбывших гостях: — Чад. — Да... — Сколько у нас времени? Чад посмотрел на агентов. Они начали неспешно двигаться через зал, думая, что пятеро персон за столом никуда не денутся. — Даю нам минуту. Бруно побледнел. — Минуту?! Эшли же спокойно затушила сигарету. — Этого достаточно, не переживай. Был бы это рейд, нас бы уже три раза скрутили. Чад слегка улыбнулся. — Если их тут всего двое, то свалить отсюда - плевое дело. Нам еще доступно два выхода, если не считать центральную дверь. Лоренцо кивнул. — Есть кухня, но до нее долго добираться. — Верно. Зубл добавила: — И лестница наверх, прямо к блядушнику. Бруно моргнул. — Подождите…наверх? — На этаже есть пожарная лестница. Не переживай, твоих подруг трогать не будем, только немного потолкаемся с ними, если они нам не дадут сбежать. — При этом все еще присутствует одна проблемка. — Какая? — спросил Феликс. — Если мы все встанем и пойдем, это будет выглядеть подозрительно. Даже слишком. Чад сказал все также спокойно, будто его не ждал арест, если он не спохватиться: — Тогда мы не будем вставать все. Эшли посмотрела на него. — Давай быстрей говори, что задумал. Агенты уже были на середине зала. Чад, нагнувшись к столу, быстро и тихо сказал: — Кауфмо, через пятнадцать секунд ты опрокинешь стол. — Что?! — В сторону бара, это не оспаривается. Гаммигу, ты начинаешь спор с тем парнем у покерного стола. Лоренцо посмотрел направо. — С толстым? — Да. — Он похож на человека, который любит драки. Сделаю в лучшем виде. — Отлично. Мы втроем... - он посмотрел на еще не занятых делом друзей. - ...идем к лестнице. Бруно возмущенно прошептал: — Подождите, а я?! — Ты бежишь за нами. Тебя мы тут точно не бросим, не переживай. Агенты были уже в десяти метрах. Вид у них был чем-то средним, между дружелюбным и "сейчас мы каждого в этом заведении загребем, только попробуйте пискнуть". Лоренцо, немного пригнувшись, тихо сказал: — Джекс... Феликс посмотрел на него. — Да. — Надеюсь, ты и твоя девушка стоите всего этого. Феликс спокойно ответил: — Не посмотрим - не узнаем, правда же?

***

— Три секунды... - шептал Чад. Бруно нервно выдохнул, предвкушая начало веселья, в очередной вечер. — Я ненавижу вас всех, хотел же еще стаканчик сегодня выпить... — Две... Агенты почти подошли. — Одна. Самый пьяный из пятерки, сидевшей за столом, резко вскочил со своего места, после чего поддел пальцами дубовую перегородку. Потянув ее вверх, он крикнул: — Черт с вами! Стаканы полетели на пол. Бутылка разбилась. "Оверхольт", смешанный с колой, разлился большой лужей по ковру. — Эй! - заорал кто-то у бара. Лоренцо мгновенно вскочил и толкнул ближайший покерный стол. — Ты смотри куда ставишь карты, идиот! Толстый игрок тут же поднялся. — Ты что сказал?! Стулья мигом загрохотали по всему первому этажу. Несколько человек повставали со своих мест. Музыканты на сцене сбились, а после они маленькими шагами побрели прочь со сцены. Бар взорвался единым человеческим шумом. В этот момент Чад тихо сказал: — Сейчас. Джекс, Зубл и Чад одновременно поднялись и направились к лестнице. Им было все равно, видят ли их те, кто пришли по их души, или нет. Просто уйти отсюда не в наручниках - уже признак, что день прошел удачно. Бруно, перепрыгнув перевернутый стол, рванул вдогонку за ними. А позади уже начиналась драка, которую активно разгонял Гаммигу. Агенты у входа резко повернули головы. — Черт! - сказал один из них, глядя убегающим прямо в спину. Но толпа между ними и лестницей уже начала сгущаться...