Глава 13. Баллада о каратах.

Очередь где-то в стороне только успела затихнуть, а Феликс уже двинулся. Не как герой. Не как ковбой из дешёвого кино. Не как человек, который вдруг «решился». А как тот, кто слишком долго ждал именно этого крошечного смещения чужого внимания. Рука в кармане рванулась не вверх, а вбок. Быстро, коротко, без лишней красоты. Кольт вышел из-под плаща почти в момент выстрела. БАХ. Пуля вошла тому, кто только что предлагал ему «уйти живым», чуть выше правого глаза. Не в киношную точку посреди лба, а именно так, как стреляют, когда хотят не спорить, а закончить вопрос. Голова дёрнулась, тело отшатнулось на полшага, потом как-то сразу потеряло смысл и повалилось на мокрый асфальт с тупым, тяжёлым грохотом. — Вот тебе и последнее спокойное предложение, урод... - выдохнул Джекс. Вторая машина сзади ещё только начинала открываться. Феликс даже не стал смотреть, кто из неё лезет. Просто развернулся на носке, с хрустом вляпавшись ботинком в грязную лужу, и рванул обратно к грузовику. И ровно в этот момент из седана впереди наконец-то выстрелили. БАХ. Пуля вошла в дверь кабины почти на уровне его плеча. Металл зло звякнул. Ещё одна ударила в зеркало - то разлетелось к чёртовой матери, осыпав мокрый капот стеклянной крошкой. — Да пошли вы нахуй… Он заскочил в кабину, едва не ударившись виском о верхнюю раму, хлопнул дверью и почти сразу дал по газам. Грузовик взревел и дёрнулся вперёд - прямо на чёрный седан, который всё ещё перегораживал дорогу. У них, видимо, был расчёт на разговор. На то, что он начнёт тянуть время, прикидывать шансы, слушать ещё одну пафосную лекцию про «временных владельцев» и про то, как устроен мир. Ошиблись, ой как ошиблись... Седан попытался уйти чуть влево, но уже поздно - тяжёлая морда грузовика ударила ему в крыло с такой силой, что металл сложился внутрь, как жестяная банка под подошвой. Машину провернуло, она скрипнула шинами, дверь со стороны водителя распахнулась, а внутри кто-то выругался так громко, будто до сих пор не верил, что всё пойдёт именно так. Феликс не тормозил. Он продавил седан ещё на полкорпуса, пока тот окончательно не съехал с линии. Потом крутанул руль, выровнял машину и уже через секунду летел дальше - по мокрой улице, под вой двигателя и бешеный стук собственного сердца. Сзади начали стрелять плотнее. Бах-бах. Бах. БАХ. Пули били по задней створке, по борту, одна вошла куда-то в деревянную обшивку кузова с таким звуком, будто кто-то молотком пробил ящик насквозь. — Нет, родные, - пробормотал он, не отрывая глаз от дороги, - это уже моё. Он выжал скорость, насколько позволяла эта неповоротливая железная черепаха, и свернул к рынку.

***

В этот же момент, в другом конце района, Чад услышал ту самую далёкую очередь и сразу понял, что это не случайный хлопок и не ёбнувшийся мотор. Это был сигнал. Не официальный, не заранее обговорённый, но вполне понятный для любого человека, который живёт в такой профессии дольше пары месяцев. — Ну всё, блять… - выдохнул он, крепче вцепившись в руль. - Поехали. Первая машина уже вышла на основную линию. За ним, как и ожидалось, держались две асториевские тачки - нагло, грязно, даже не пытаясь выглядеть кем-то другим. Один седан и чёрный «Плимут», который шёл чуть дальше, как запасной кулак. Чад посмотрел в зеркало и скривился. — Хоть бы вы оказались такими же тупыми, какими кажетесь... Он резко дал влево, обогнул тележку с фруктами, которую какой-то долбоёб тащил прямо через мокрую дорогу, и повёл грузовик в сторону мясного ряда, где улица сужалась и большие машины начинали чувствовать себя как жирные мужики в церковной скамье. Если Астори хотят его догонять - прекрасно. Пусть догоняют здесь. Он почти улыбнулся этой мысли, но именно в этот момент справа, из-под навеса старой прачечной, выскочили двое с оружием. Один с обрезом, второй с чем-то длиннее - то ли карабином, то ли старой винтовкой. — Ах вы ж суки… Выстрел из обреза врезался в бок грузовика, сорвав клок краски и оставив мерзкую вмятину. Второй дал мимо - дробь ушла выше, в вывеску с колбасой и белыми буквами, от которой тут же полетели щепки. Чад не тормозил. Он только пригнулся, дал машину чуть правее и услышал, как где-то далеко, со стороны железной линии, хлопнула винтовка. Один раз. Мужика с длинным стволом отбросило назад так, будто его за шиворот дёрнул сам Господь. Он рухнул между бочек, ударившись головой о стену. — Спасибо, Гэнгл... - сквозь зубы пробормотал Чад. Второй успел сделать шаг назад. И тут хлопнуло ещё раз. Ему разнесло плечо так, что оружие вылетело из рук, а сам он завертелся на месте, захлёбываясь ором. Чад уже не видел, как он упал. Его интересовал только следующий перекрёсток и две машины позади, которые наконец перестали играть в вежливое преследование и начали реально давить. — Вот теперь повеселимся... — сказал он, сжимая руль.

***

В офисе Финча Зубл почти не дышала. Склонившись над «Спрингфилдом», она работала не на дальнюю бойню - для этого у неё была Мэри на башне у железки, - а на рисунок всего района. Винтовка лежала на подоконнике, бинокль - рядом, телефон - прямо у локтя. Она не пыталась быть везде сразу. Её задача была проще и оттого важнее: видеть, кто из живых на самом деле двигает процесс. Телефон коротко треснул. Линия от Мэри. — Да. — Мясной ряд прикрыт, - мягкий голос Мэри шёл треском и дождём. - Двух сняла. Чад жив, уходит дальше. Астори всё ещё за ним. — Отлично. Не лезь за ним глубоко. Держи только край сектора. Здесь мне свои уроды важнее. — Приняла... Зубл повесила трубку и сразу же сняла следующую. Кауфмо ответил почти сразу: — Ну? — Джекс уже попал в замес, - сказала она без тени обычной насмешки. - Повторяю: Джекс уже в замесе. Чад тоже. Астори повелись на первого, а чистые — на второго. Пауза. Потом голос Бруно с очень раздражённым выдохом: — Да вы издеваетесь... — Я сегодня не в настроении на юмор. Выходи прямо сейчас и держи середину маршрута. Не ту, что нам в бумагах накалякали, а реальную середину. И если увидишь хоть одну тачку, которая выглядит слишком официально, слишком чисто или слишком спокойно - не геройствуй. Это не твои клиенты. — Да понял я уже. — И ещё. Если доберёшься до винодельни раньше них, не умничай. Просто доберись. — Вот теперь я начинаю скучать по твоей нежности. — Иди нахуй, Кауфмо. Она повесила трубку, снова поднесла к глазам бинокль - и как раз вовремя. У дальнего забора один из «чистых» наконец достал оружие. Однако это не походило на реальную угрозу. Просто перевёл ситуацию из разряда наблюдения в разряд работы. — Ну наконец-то, сука... - прошептала Эшли. - А то я уж думала, вы до вечера будете только умные лица строить.

***

Королёр не бежал. Ему вообще это не шло. Он шёл быстро, но ровно, через внутренний двор склада, мимо тележек, матросов и двух трупов - один валялся у стены, второй лежал на коленях, будто просто устал и решил передохнуть. Выстрелы уже слышали все. Даже те, кто не хотел слышать. Портовая администрация начала растворяться с территории с той скоростью, с которой растворяются только те, кто давно работает рядом с мафией и уже по первому хлопку умеет отличать бытовую драку от профессиональной бойни. У служебной линии его встретил один из людей семьи. — Мистер Моррети! Южный выезд почти перекрыт! Какая-то чёрная машина встала поперёк, а из административного блока выскочили ещё двое! — Чьи? — Не наши и не Карло, судя по роже. Слишком...чистые. Королёр усмехнулся без малейшей радости. — Уже даже формулировки у нас общие. Как же замечательно... Он вытащил из-за пояса пистолет. — Сколько наших на месте? — Трое у склада. И ещё двое у северного въезда, если их не сняли. — Отлично. Значит, поработаем. Он шагнул к углу склада, выглянул и сразу увидел одного из этих новых уродов. Тёмное пальто, пистолет с длинным стволом, движения без суеты - как будто он сюда не стрелять пришёл, а галочки в уме ставить. Королёр выстрелил первым. Первая пуля чиркнула по кирпичу рядом с головой того, а вот вторая вошла уже в горло. Человек дёрнулся, уронил оружие и осел так тихо, что сам момент смерти выглядел почти скромно. — Ну вот и познакомились, - процедил Тони. Но времени на любование результатом не было. Слева уже бежали двое. И если один был обычной улицей, грязной и нервной, то второй двигался слишком чётко. Разные школы повстречались в один и тот же вечер. Королёр выругался. — Да когда вы уже определитесь, кто из вас тут главный... И снова поднял пистолет. Через пару минут, когда южная линия была хотя бы частично закрыта, а остатки формальностей по приёмке он передал Пепе - здешнему главному работничку, и двум портовым крысам, которые и без него прекрасно знали, куда ставить печати и когда исчезать, Королёр ушёл с территории. Не потому, что испугался, а потому, что официальная роль закончилась. Всё, что дальше происходило в порту, уже не имело отношения к документам. Оно имело отношение только к тому, кто первым довезёт груз, и кто первым успеет выставить свои условия. Чёрный «Кадиллак», в котором он уехал, пошёл коротким маршрутом на винодельню.

***

На перекрёстке у станции Кауфмо уже понял, что раскол пошёл сразу по двум направлениям: Карло жрал приманку Чада, а вот «чистые» били точнее и умнее. И это бесило его почти физически. Он видел больше всех. В этом и была его проблема. У разбитого чёрного седана, того самого, что сидел на хвосте у Феликса, ещё кто-то шевелился. Бруно тормознул так резко, что его самого швырнуло грудью в руль, выскочил из машины и подошёл к выжившему почти прогулочным шагом. Тот поднял пистолет. Поздно. Кауфмо всадил ему пулю в шею и даже не остановился. — Не сегодня, урод. Он уже хотел вернуться в машину, когда справа, из-под арки, увидел ещё одного из этих чистых. Тот не стрелял, просто смотрел, и было чувство, что глядел он буквально в душу. И вот от этого взгляда Бруно охуел сильнее, чем от погони. — О, я тоже в детстве любил в гляделки поиграть, - тихо сказал он и вскинул револьвер. Тот сорвался первым - нырнул за колонну, и пуля ушла в кирпич. Бруно не стал лезть следом. Секунда. Он стиснул зубы. — Вот, значит, как... И снова в машину, чтобы спастись от лишнего внимания своих врагов...

***

Джекс вылетел с рынка на более широкую улицу, где можно было наконец-то нормально вдохнуть - хотя бы на секунду. Сзади всё ещё висела одна машина. Не та, что впереди. Ту он уже размазал о собственную решительность. Эта была другая - темнее, ниже и быстрее. И держалась она ровно так, будто водитель знал: у него ещё будет шанс. — Ага... - тихо сказал Феликс. - Значит, вы из терпеливых... Он вытер ладонью мокрый лоб и резко крутанул руль вправо, уходя к станции. Там начинался участок, где дорога шла вдоль железки и вела к старому кирпичному мосту. Узко, с кучей луж, но зато без толпы. Если за ним и правда сидит кто-то умный, то там они наконец перестанут играть в догонялки и начнут делать то, зачем вообще вышли на линию. Через десять секунд, когда он увидел впереди под аркой моста перегородивший полполосы серый фургончик с открытым капотом и двух мужиков в рабочих куртках, стало ясно одно: понятнее стало. Но ни на грамм не лучше. — Да вы ж, блять, серьёзно... - выдохнул он. Серый фургон стоял слишком ровно для обычной паузы, чтобы проверить двигатель. Один из «рабочих» даже не пытался изображать панику - просто поднял голову на звук мотора и слишком спокойно потянул руку под куртку. Но не успел. Феликс рванул руль чуть влево, сдирая бортом кирпич, и ударил в край их машины на полном ходу. Металл завизжал, серый фургон развернуло поперёк, одного из мужиков отбросило в стену так, что он буквально сложился вдвое, будто внутри у него не было костей. Второй всё-таки успел достать ствол. БАХ. Пуля вошла в лобовое чуть правее Феликса. Стекло пошло паутиной. — Сука! Он выстрелил прямо через разбитое стекло ровно один раз. Второй мужик завалился под колёса своего же фургона. Феликс не тормозил - просто продавил обломки дальше и вылетел из-под арки, оставляя сзади куски железа, стекла и чью-то хуёво закончившуюся засаду. Но задняя машина не отстала. Наоборот - теперь уже шла почти впритык. Феликс глянул в зеркало и коротко, зло усмехнулся. — Ну давай, догоняй меня, сука... Он выскочил на длинную прямую к станции, а потом резко дёрнул ручник и вильнул грузовиком так, что заднюю часть повело вбок. Машина сзади, не ожидавшая такой подлянки, шарахнулась от удара дверцей в бордюр, потеряла линию на долю секунды — и этого хватило. Феликс выровнял грузовик, пересёк перекрёсток на жёлтый и ушёл в узкую улицу с прачечными и слепыми окнами. Задняя машина не вписалась. Глухой удар. — Минус ещё одна, - пробормотал он и дал машине ещё скорости. Максимальной, которую она могла из себя выжать. До винодельни оставалось всего несколько миль.

***

У Чада всё шло не лучше. Астори сели ему на хвост плотно и уже не скрывались. Один седан шёл сзади, второй пытался срезать через параллельную улицу. Первый выстрел пришёлся по задней двери кузова, второй - в фару, третий - вообще чёрт знает куда, но звучало это уже так, будто его не пугают, а конкретно пытаются вскрыть. — Давайте, ебланы, давайте же... Он резко вогнал грузовик в мясной ряд, где между лавками и навесами не то что стрелять — дышать было неудобно. Под колёсами хлюпали грязь, кровь и дождь, на пути орали торговцы, кто-то успел швырнуть в сторону машины целый ящик с помидорами. А потом сверху, с той же дальней линии, где сидела Гэнгл, хлопнул «Спрингфилд». БАХ. Пуля пробила водителю асториевского седана затылок навылет. Машина дёрнулась, ушла вправо и влетела в витрину с висящими тушами. Мясо, стекло и железо разлетелись в таком отвратительном балете, что даже Чад невольно радостно заорал: — А-ха! Красота! Но второй седан уже был слишком близко. И тогда Чад сделал единственное, что пришло в голову. Он резко ударил по тормозам. Грузовик встал почти колом. Седан, не успев перестроиться, въехал ему в зад так, что капот сложился гармошкой. Из машины вылетели двое - один сразу с дробовиком, второй со старым «Томпсоном». Чад уже был на полу кабины, выдёргивая револьвер. — Ну пошли, мрази... Один дал очередь по двери. Чад вывалился с пассажирской стороны, перекатился в лужу, поднялся на одно колено и выстрелил дважды. Первый асториевец схватился за живот и сложился. Второй успел пройти шагов пять, прежде чем его сняла Мэри - пуля вошла прямо в висок. Чад не тратил времени. Вернулся в кабину, снова завёл грузовик и, шипя от злости, выдавил: — До винодельни, блять, Сандро. Просто доедь до винодельни...

***

«Кадиллак» Королёра влетел во двор винодельни, судя по времени на часах, за несколько минут до колонны - короткой дорогой, через старую ветку у кирпичного завода, пока весь основной шум и погоня ещё крутились ближе к порту. Тони вышел из машины первым, на ходу стряхивая с плаща дождевые капли и чужую пыль со склада. Увидев его, Скрэтч даже не скрывал удивления. — О, надо же. А я думал, ты там до пенсии будешь бумажки подписывать. Королёр, не сбавляя шага, сухо ответил: — Бумажки я уже подписал. Дальше в порту началась не бухгалтерия, а хрень, в которой моё лицо только мешает. Где Кейн? Чиккони вышел из здания, которое, вроде как, предназначается для склада. — Я тут. Что там с Максом и Гаммигу? — Авель отзвонился пару минут назад. Сказал, что их не тронут до полуночи, дальше его группа будет разбираться грубее, если их не отдадут. — Хорошо... Скрэтч, стоявший рядом, зло усмехнулся. — Сука, ненавижу, когда он оказывается полезным. Кейн не ответил. Потому что в этот момент вдали послышался гул мотора. Первый грузовик. — По местам, - спокойно сказал он. Люди семьи у ворот разошлись, оружие поднялось, свет внутри склада стал ярче. Кейн же не двигался, а просто ждал, как будто подвоха в приезде этого фургона не было никакого. Грузовик Чада вылетел во двор - весь в грязи, с разбитой фарой и прострелянной задней дверью. Чад вылез из кабины мокрый, злой и с лицом человека, который хочет одновременно выпить и убить ещё пятерых. — Первый доехал, - прохрипел он. - Но это была ёбаная мясорубка. — Остальные? - коротко спросил Кейн. — Джекс ушёл раньше. Если его не вскрыли по дороге - будет. — Кауфмо? — Должен быть следом за мной. Сэл кивнул. И только тогда впервые за весь вечер позволил себе выдохнуть. Но рано. Потому что через двадцать секунд во двор въехал не грузовик, а чёрный седан. Он остановился у ворот, и из него вышел человек в тёмном пальто. Не тот, которого Феликс застрелил под дождём. Этот был старше, суше, с длинным лицом и каким-то неприятно спокойным взглядом человека, который давно привык приезжать не туда, куда его звали, а туда, где у всех остальных уже проблемы. Даже под дождём воротник на нём сидел слишком ровно. Скрэтч уже потянулся к пистолету, но Кейн поднял руку. — Не надо. Человек шагнул вперёд. — Мистер Чиккони, - сказал он спокойно, с очень зубастым "твёрдым акцентом на букву Р". - У меня к вам короткое предложение, пока ваш груз ещё в пути. Чад грязно выругался. Скрэтча перекосило от ярости. Кейн же только чуть наклонил голову. — Ну конечно, - тихо сказал он. - А я уж думал, что до вечера мне дадут отдохнуть хотя бы пять минут... И вот тут из-за поворота дороги наконец показался второй грузовик. Джекс.

***

Он влетел почти боком - с прострелянным лобовым, с сорванным зеркалом, с вмятиной по правому борту и с таким ревом двигателя, будто вся эта железная туша уже сама была зла на сегодняшний день. Колёса прошли по мокрому гравию, машину качнуло, и только после этого Феликс вдавил тормоз. Двор винодельни на секунду замер. Чад, стоявший у своего грузовика, первым зло хмыкнул: — Ну охуеть теперь. Я уж подумал, ты решил на полдороге к дьяволу завернуть. Феликс открыл дверь и спрыгнул вниз. Плащ мокрый, волосы прилипли ко лбу, на рукаве свежая грязь, а в глазах - уже не просто усталость, а что-то жёстче. — Завали ебало, - бросил он, вдыхая воздух целыми лёгкими. - И лучше скажи, что у вас тут за новое развлечение с хуй пойми кем. Он кивнул на чёрный седан и на мужчину в пальто, который всё ещё стоял перед Кейном так, будто не он сейчас приехал на чужую точку с предложением, а наоборот, все остальные пришли к нему просить о милости. Кейн не повернулся к Феликсу сразу. Только коротко сказал: — Вовремя. — Я старался... Только после этого Сальваторе перевёл взгляд на грузовик. Прострелянное стекло. Вмятины. Два свежих следа от пуль в дверце. — Живой? Феликс усмехнулся. — Пока да. Но какие-то новые умники на дороге попытались меня переубедить... Мужчина в пальто впервые чуть качнул головой, будто подтверждая то, что и без того было очевидно. — У вас действительно импульсивный водитель, мистер Чиккони. Феликс посмотрел на него так, будто был не против прямо здесь выбить ему зубы прикладом. — А у вас, я смотрю, талант приезжать туда, где вас никто не звал. — Обычно меня зовут позже, - спокойно ответил тот. Скрэтч уже тянулся к пистолету, почти не скрывая, как сильно ему хочется пристрелить эту спокойную тварь прямо у ворот. — Сэл, ну скажи только слово... Кейн поднял ладонь, даже не глядя в его сторону. — Подожди... Пауза. Потом он посмотрел на человека в пальто уже совершенно без тени любезности. — У тебя была одна минута, чтобы начать говорить. Сейчас она закончилась. Имя. Тот не обиделся. Даже не улыбнулся. — Павел Громов. Мне нужен не весь груз, - сказал он. - Мне нужен один ящик. В этот раз замолчали даже те, кто до этого шевелился. Чад выругался себе под нос, Скрэтч зло оскалился, а Феликс медленно перевёл взгляд на Кейна. И вот как раз в этот момент через ворота влетел третий грузовик. Кауфмо приехал тяжело - с перекошенной фарой и разодранным крылом. Он выскочил из кабины ещё до полной остановки. — Ну и какого хуя тут уже новый симпозиум, пока нас по дороге пытаются продырявить?! Он сделал пару шагов, заметил чёрный седан, чистого мужика, взгляды всех остальных - и мгновенно понял, что опоздал не на разбор, а ровно к самому вкусному месту. — А-а... - протянул он. - Понял. Простите, что прерываю ваш кружок любителей пиздежа. Продолжайте. Павел даже не взглянул на него. — Один ящик, - повторил он. - И я уезжаю. Со своими людьми, без дальнейших попыток перехвата. Королёр, который успел приехать на винодельню раньше второго и третьего грузовиков и теперь стоял чуть правее Кейна, усмехнулся так, как улыбаются только очень злые люди. — Вот это уже интересно. То есть вы весь вечер гоняетесь за нами, а потом приезжаете сюда и делаете вид, будто у нас на руках выбор. — У вас он действительно есть, - спокойно ответил тот. - Гораздо более реальный и рациональный, чем вам сейчас кажется. Феликс шагнул ближе. — Давай я угадаю. Сейчас будет часть про то, что вы хотите избежать лишнего кровопролития. — Нет, - сказал мужчина. - Эту стадию вы уже благополучно пропустили. Пауза. — Мне нужен ящик с маркировкой L-9. Королёр сразу посмотрел на Феликса. Феликс - на Чада. Чад - на Кауфмо. А Кауфмо, сука, первым сообразил быстрее всех и тихо произнёс: — А вот теперь у нас проблемы посерьёзнее, чем просто брюлики... Кейн не шелохнулся. Но глаза у него стали другими. То ли внимательнее, то ли холоднее. — С чего ты решил, что этот ящик здесь? — Потому что мои люди достаточно компетентны, чтобы не вести вас к пустой машине, - ответил Громов. — А мои люди достаточно компетентны, чтобы тебя сейчас закопать в винограднике и проверить, насколько ты был прав, - спокойно сказал Кейн. Мужчина выдержал его взгляд. — Можете попробовать. Только тогда через полчаса здесь будут не только ваши машины. И не только мои. Скрэтч зло выдохнул. — Да кто ты, блять, такой, чтобы с ним так разговаривать? Тот наконец повернул голову к Луке. — Человек, который ещё может дать вам возможность уехать отсюда не в наручниках и не в мешках. Феликс тихо рассмеялся. — Смешной ты, конечно. Прямо с утра лучше клоуна. Громов никак не отреагировал. Он смотрел только на Кейна. — L-9. Один ящик. Всё остальное остаётся вам. Кейн молчал. Это было хуже любой вспышки гнева, потому что он молча думал что делать дальше. А когда Кейн думал вот так, посреди двора, в сырости, рядом с раненым Скрэтчем, мокрым Феликсом, озверевшим Чадом, запыхавшимся Кауфмо и Королёром, который уже успел искупаться в порту, - это значило, что ситуация реально дошла до той точки, где любой ответ будет плохим. Феликс первым нарушил тишину. — Мы сами-то знаем, что в этом L-9? - спросил он уже не у чистого, а у своих. Чад покачал головой. — Ящики раскидывали быстро. L-серия вообще не вскрывалась. Только пломбы и маркировка - по общему списку, как второстепенная техническая херня. Королёр скривился. — На бумагах L-серия шла как промышленные камни под шлифовку. Что-то второстепенное. — Раз второстепенная, - тихо сказал Кауфмо, - то какого черта он за ней лично приехал? И вот это был правильный вопрос. Кейн медленно обернулся к одному из своих солдат у ворот. — Открой кузов второй машины. Феликс бросил: — L-9 был у меня. Громов впервые чуть напрягся. Едва заметно. Но достаточно, чтобы это увидели все. — Вот и отлично, - сказал Кейн. - Значит, сейчас и проверим, из-за чего все сегодня так дружно решили испортить мне вечер. Солдат уже прыгнул на подножку, откинул засов, раскрыл створки. Внутри стояли ящики — грязные, мокрые снаружи, но всё ещё целые. Королёр и Кауфмо подошли ближе, начали водить глазами по маркировкам. — L-4... L-7... — бормотал Бруно. — ...L-8... — Вот он, - Королёр ткнул пальцем. - L-9. Ящик стоял в глубине, с виду совершенно обычный. Даже слишком. Громов сделал шаг вперёд. Скрэтч, в ответ на это действие, уже поднял пистолет. — Ещё шаг, и я тебе вторую дырку для дыхания сделаю. Тот остановился. Кейн кивнул Кауфмо. — Достаём. Бруно запрыгнул в кузов, вместе с Королёром подтянул ящик к краю и почти скинул вниз. Тяжёлый. Конечно, не запредельно, но и не пустой. — Ну давай посмотрим, из-за какой хуйни нам весь день ломают, - пробормотал он. Феликс уже подошёл ближе, на ходу вытаскивая нож. Поддел крышку. Гвозди вошли плотно. Пришлось дёрнуть сильнее. Один. Второй. Третий. Крышка с хрустом отошла. Внутри действительно лежали камни. Небольшие пакеты с промышленными алмазами. Ничего особенного. Серая, унылая, техническая херня. Чад аж оскалился. — Ты, значит, из-за этого нам тут весь вечер ебёшь мозги? Но Кауфмо уже сунул руку глубже и замер. — Подожди... Пакеты сверху вытащили. Под ними - двойное дно. Толще, чем должно быть. Королёр тихо выругался, Феликс просунул нож в щель и поддел доску. Та отошла не сразу, а когда всё же пошла вверх, под ней оказалось не то, чего ждали. Никаких камней, никаких денег. Там лежали две металлические кассеты, завернутые в промасленную ткань. Плоские, аккуратные, с крошечными замками. И ещё - плотный пакет документов, перевязанный бечёвкой. На секунду весь двор реально замолчал. Даже дождь будто стал тише. Феликс первым выдохнул: — Да вы, блять, издеваетесь... Громов смотрел уже не на людей, а только на ящик. И именно это всё подтверждало лучше любых слов. Кейн медленно перевёл взгляд с содержимого на него. — Ну вот теперь, - сказал он очень спокойно, - у меня появилось настоящее любопытство. Скрэтч тихо, зло усмехнулся. — И предложение твоё мне уже нравится гораздо меньше, дружок... Чад шагнул ближе. — Что это за хуйня вообще? Королёр присел на корточки и осторожно взял один из свёртков с документами. — Не здесь, - коротко сказал он. - Это открывать не здесь. Сэл, тем временем, начал оглядывать взглядом незваного иностранного гостя, потому что теперь расклад дел насчет всех ящиков с камнями на сотни тысяч баксов стал совсем другим... — А теперь у нас с тобой будет совсем другой разговор, господин Громов... И вот именно в эту секунду, снаружи, за воротами винодельни, раздался визг тормозов. Не один. Сразу несколько... Издалека послышался звук мегафона: — Просим оставаться всех на своих местах! Вы окружены! Любое сопротивление будет пресечено!