Глава 33. «Отголоски прошлого»

***

На этот раз вторжение не было похоже на удар, а походило скорее на осторожное касание. Не таран в дверь, как прежде, а щупальце, которое осторожно проверяло щель. Оно двигалось не вглубь, а вдоль, по поверхностному слою сознания, чтобы не тревожить лишнего. Перед ним вспыхнуло первое: ночной коридор замка, их с Драко фигуры у бокового выхода. — Показывайте, — тихо сказал Снейп, уже заранее предполагая что именно ему предстоит увидеть. Картинка послушно потянулась. Холодный воздух снаружи. Их руки, сцепившиеся в жёстком, но необходимом хвате. — Раз… два… три… — голос Драко. Рывок. Картинка сменилась: небольшая поляна за пределами Хогвартса, старый каменный столб, послуживший им неким ориентиром. Они появились по очереди, удерживаясь на ногах. У Эйви на секунду потемнело в глазах — это она почувствовала и снова, почти физически. Снейп чуть усилил «держатель» у ее сознания, чтобы не дать ей провалиться обратно. — Дальше, — осторожно произнес он. Воспоминание вновь послушалось. Вторая трансгрессия. Более резкая. Монастырь. Грубо отесанный коридор, низкий свод. Тот самый, где позже появился он сам, но сейчас — другой ракурс: со стороны Эйви. Холод пробирал до костей, воздух пах сыростью и старой магией. — Здесь, — шепнул Драко. — Слышишь? Дальше на картинке всплыл огонь факелов, отбрасывавший пляшущие тени на стенах. — Осторожно, — сказал Снейп вслух, хотя память уже текла сама. Зал. Только еще без крови на полу. В центре двое фигур в мантиях, маски откинуты. Одну из них Эйви в памяти сразу обходила взглядом, словно сама боялась всмотреться сильнее. Снейп мягко, но настойчиво навел туда фокус. Женщина. Черные волосы. Щеки впалые от одержимости. Глаза горят безумным огнем. «Естественно, кто — если не ты?» — всплыло в голове Снейпа, прежде чем у Эйви внутри дернулась боль, отозвавшись где-то под ребрами. — Не углубляемся в ее лицо, — тихо сказал Снейп, стараясь не давить. — Только события. Вторая фигура была ниже ростом, сутулая, с крысиными чертами. Питер. Воспоминание дрогнуло. Он видел, как Эйви и Драко прятались за колонной, постоянно переглядываясь. — План, — шепнул Драко. — У нас его нет, — шепнула в ответ Эйви. — Импровизация, — усмехнулся он. Дальше все ускорилось. Снейп видел глазами Эйви, как они пытались обойти сзади, как в какой-то момент Питер исчез в коридоре с крысиной быстротой — возможно, уносить новости. Как Беллатриса поворачивала голову — резко, как хищник, и ее взгляд безжалостно продолжал цепляться за тень за колонной. — Кто это у нас тут? — протянула она. Голос ее был мерзко певучим даже в воспоминаниях. Она сделала ленивый взмах палочкой, и колонну рядом с ними ссекло вскользь, каменная крошка отлетела прямо в лицо. Драко толкнул Эйви в сторону. — Беги! — крикнул он. — Смотрите, какие подарки привез нам наш дорогой Джордан. Ее палочка взмыла вверх — зеленая вспышка пролетела где-то рядом, но не попала. Эйви попыталась поставить щит — в памяти было видно, как дрожала ее рука, как магия откликалась рывком. Часть заклятия отклонилась, однако часть все же ударила по ней, сбивая с ног и выбивая весь воздух из легких. — Драко! — она закричала во весь голос, но в реальности звук получился странно глухим. Он стоял чуть впереди, между ней и Беллатрисой. — В сторону! — рявкнул он. Чары летели одно за другим. Часть она успевала увидеть, часть — только почувствовать. Снейп внутри воспоминания чувствовал, как дрожала не только ее память, но и реальное тело на койке. Он чуть ослабил давление, чтобы не разорвать нервную систему повторно. — Держитесь, — шепнул он, и это прозвучало сразу на двух уровнях. Самое страшное было не в ударах. Самое страшное пришло в момент, когда она увидела, как Драко исчез. Яркая вспышка и чей-то короткий, оборванный крик. Он упал, но память не успела зафиксировать, куда именно. Либо его отбросило в темноту, либо кто-то потянул его прочь, Эйви было уже не разобрать. — Драко! — почти завыла она. К этому моменту по ней самой уже прошла очередная волна боли и все вокруг утонуло. Последнее, что она успела увидеть, то как Беллатриса склонилась над ней, будто рассматривала редкий экспонат. — Тебя ещё рано убивать, — прошипела она. — Ты — слишком хороший повод. Кончик палочки коснулся ее груди. — Пусть папочка побесится, да? Затем последовал резкий, режущий свет. Тело вздрогнуло.

***

Снейп выбросил себя из ее сознания раньше, чем всплыли совсем уж лишние детали. Контакт оборвался. Он моргнул несколько раз, будто бы убеждаясь, что они находятся уже в лазарете, а не в монастыре. Его пальцы все еще сжимали подлокотник стула, словно стараясь проломить его. Дамблдор и Макгонагалл стояли совсем рядом. Оба смотрели на него выжидающе, и им обоим было достаточно одного его лица, чтобы понять, что он увидел нечто ужасающее и вопиюще жестокое. Снейп перевел дыхание, делая вид, будто все под контролем. Он уже знал, что именно нужно сказать, и еще лучше знал, чего говорить нельзя. — Все в порядке, — сухо произнёс он. Эйви приподнялась на подушках, бледная и напряженная, слегка дрожащая от вновь пережитого кошмара. — Что вы увидели? Он не ответил сразу. Лишь еще сильнее сжал пальцы на подлокотнике стула, словно удерживая себя от того, чтобы сказать лишнее. — То, что и ожидал, — ровно сказал он, не глядя ни на нее, ни на Дамблдора. Директор прищурился. — Северус.. — Нет необходимости обсуждать это здесь, — холодно отозвался Снейп, обрывая еще не начатый поток вопросов. Эйви попыталась податься вперед. — Но вы видели Драко? Что с ним? Где он? Вы сказали, что… Снейп резко оборвал ее взглядом. — С ним все в порядке. Она тут же застыла, явно не ожидая такого ответа. За то короткое время, Эйви уже успела извести себя самыми страшными мыслями и всевозможными догадками. — Что? — Он жив, — произнес Снейп уже тише. — Он в безопасности. Эйви явно не поверила ему до конца, но сил спорить у нее уже не хватало. — Тогда почему вы не говорите мне правду?.. — Потому что вы сейчас не в том состоянии, чтобы выслушивать лишнее, — отрезал он. — И потому что вам совершенно не нужно знать всё немедленно. — Но… — Мисс Джордан, — голос стал жестче, — не задавайте лишних вопросов. Я сам разберусь. Она уже открыла рот чтобы продолжить, но он не дал ей продолжить. — Ваша задача сейчас одна — поправиться. И этим он оборвал разговор окончательно. Дамблдор не стал настаивал при Эйви, и без того было ясно: на этом разговор еще не окончен. Макгонагалл бросила короткий тревожный взгляд на девушку, потом на Снейпа, и по ее лицу было видно: она тоже поняла, что это еще не конец всей истории. Снейп же тем временем уже возвращался к привычной холодной собранности. — Еще одно зелье, — сухо произнёс он, меняя тему, когда дверь за директором и профессором Макгонагалл закрылась. — И не смейте сопротивляться. Эйви хотела что-то сказать, но в этот момент у кровати появились Гермиона, Гарри, Рон и Джинни. Они вошли в больничное крыло с тем напряженным видом, будто боялись увидеть самое худшее. — Пять минут, — строго предупредила Помфри. — Ни ссор, ни громких разговоров. — Мы вообще-то пришли просто навестить, — обиженно пробормотал Рон, но Гермиона тут же дернула его за рукав. Занавеска отъехала, и комната снова наполнилась голосами, неловкими шутками и осторожной радостью. Эйви улыбнулась через боль, и на мгновение больничное крыло перестало казаться тюрьмой. — Привет, — выдохнула она. Сказать больше не получилось — горло сразу напомнило о себе. — Не говори, — поспешно вскинула руки Гермиона. — Мы сами поговорим. Гарри выглядел так, будто не спал пару ночей: глаза с красноватыми прожилками, волосы еще более торчащие, чем обычно. Рон переминался с ноги на ногу, поглядывая то на нее, то на индикатор над кроватью, будто тот мог его укусить. Джинни подошла ближе всех и остановилась почти вплотную к койке. — Ты выглядишь… — начала она и осеклась. — Не говори, — кашлянула Эйви, и уголок ее губ все-таки дрогнул. — По геройски, — выдал Рон, пытаясь спасти ситуацию. — Ну, в смысле, как обычно те, кто выжил. — Рон, — простонала Гермиона. — Что? Я… это… комплимент! Эйви тихо хрипнула — вышло что-то между покашливанием и смешком. — Мадам Помфри сказала, что тебе нельзя волноваться, — первым собрался с мыслями Гарри. — Поэтому мы не будем говорить про монастырь, Беллатриссу, исчезнувшего Малфоя, загадочные проклятия и то, что тут явно происходит что-то жутко… — Гарри, — одернула его Джинни. — Ладно, — сдался он. — Просто… мы рады, что ты жива. Эйви кивнула, стараясь не смотреть на их лица слишком внимательно: в каждом читался легкий оттенок того самого «мы думали, что уже всё». — Мы пытались узнать новости, — оживилась Гермиона. — В библиотеке, у профессоров, даже у Флитвика, но… — Но нас вежливо посылали куда подальше, — уточнил Рон. — Рон! — Ну а что, так и было. — Дамблдор сказал, что ситуация под контролем, — вмешался Гарри. — И что ты… большая часть его плана. Эйви чуть приподняла брови. — Без подробностей, — торопливо добавил он. — Но он сказал, что сейчас главное — чтобы ты… — Не умерла, — подсказала Джинни совершенно спокойно. — Джинни! — Что? Я честно пересказываю. Эйви снова тихо кашлянула и в этот раз уже действительно похоже на смешок. — Мы принесем тебе задания, если хочешь, — быстро сказала Гермиона. — Ну, когда ты будешь в состоянии. Я знаю, что ты ненавидишь оставаться позади по программе. — И слухи, — добавил Рон. — Слизеринские сейчас вообще как осиный улей. При слове «слизеринские» у Эйви что-то болезненно дёрнулось внутри. — Дра… — попыталась она. — Тсс, — наклонилась Джинни. — Мы знаем, что его нет в замке. — Никто не говорит прямо, — продолжил Гарри, — но… Дамблдор и С… Он запнулся, забыв что тот, кого он только что упомянул все это время продолжал стоять рядом. — Я рад видеть, что список тех, кто считает больничное крыло местом для светских бесед, растет, — ледяным тоном произнес наконец Снейп. Четверка синхронно дернулась. — Профессор, мы… — начал Гарри. — Нарушаете рекомендации мадам Помфри, — перебил Снейп. — И мешаете пациентке восстанавливаться. — Мы всего пять минут… — возмутилась Джинни. — Для вас пять минут, — сухо сказал он. — Для нее — перегрузка. Он перевел взгляд на Эйви. — Мисс Джордан, если вы умрете из-за того, что решили устроить заседание клуба Поиска Приключений у себя у постели, я сочту это глубоко нелогичным завершением всех наших усилий. Эйви слабо повела уголком губ. — Я… не… — попыталась она. — Именно, что «не», — отрезал он. Он повернулся к гостям. — Вон. — Но… — начал Рон. — Мистер Уизли, — голос Снейпа стал уже вкрадчиво-опасным, — если вы не уйдете добровольно, я с радостью напомню вам вкус больничных зелий, которые мадам Помфри использует для чрезмерно разговорчивых пациентов. — Они не… — начал было Рон, но под взглядом Гермионы осекся — Мы зайдем позже, — мягко сказала она, наклоняясь к Эйви. — Когда тебя отпустят от этого… Она бросила быстрый, неприязненно-осторожный взгляд на Снейпа. — …уважаемого профессора. — Сомневаюсь, — холодно заметил он. — Мы всё равно зайдем, — тихо упрямо сказала Джинни, уже отступая. Гарри задержался на секунду и их взгляды встретились. — Держись, — только и сказал он. Эйви кивнула и занавеска наконец закрылась. Тишина вернулась слишком резко. После четырех, таких ярких голосов, она даже зазвенела в ушах. Снейп взмахнул палочкой — индикатор чуть сместился, показывая Эйви угол обзора поменьше, заклинание фиксации подушки поправило её голову так, чтобы шея не ныла. — Они… не виноваты, — прошептала она. — Они надоедливы, — отрезал он. Он подошел ближе, ловко одной рукой поправляя край бинта на её плече. — И их присутствие сейчас вам вредно. — Вы… тоже тут, — с трудом возразила она. — Я — полезен, — холодно сказал он. — В отличие от школьного отделения Гриндевальда. — Это… теперь так называется? — выдохнула она. — Неофициально, — угол его рта едва заметно дёрнулся. Он сменил повязку на ее руке, проверил плотность магических швов на боку, а затем отошел к столику, взял склянку. — Две ложки, — сказал он. — Не торгуйтесь. Зелье снова оказалось мерзким и горьким, с металлическим привкусом. — Это… — поморщилась Эйви. — Для нервной системы, — пояснил он. — Ваша только что пережила экскурсию по личному аду с моим сопровождением. — Не… жалею, — прошептала она. — Еще бы, — пробурчал он. — Вы из тех, кто скорее сломает себе все кости, чем откажется от информации. Он подождал, пока она проглотит, а затем продолжил: — Ваша задача, — добавил он, — к моменту, когда вернется Мистер Малфой, быть в состоянии хотя бы сидеть. — Зачем? — Чтобы у него не было повода устроить истерику по поводу того, как вы выглядите, — холодно сказал он. — У него и без этого будет достаточно причин для драм. Эйви еле слышно хрипнула. — Это… почти оптимизм, профессор, — выдохнула она. — Не привыкайте, — сухо отозвался он. Он взмахнул палочкой — свет чуть приглушился. — А теперь — спать, мисс Джордан. — Вдруг… новости… — Если будут, я буду первым, кому мадам Помфри позволит вас разбудить, — сказал он. Он присел обратно на стул рядом с ее кроватью.

***

Тем временем в Малфой-мэноре стояла совсем иная тишина. Сразу после возвращения, Нарцисса старалась держаться спокойно, но усталость и тревога читались в каждом ее движении. Люциус встретил ее у камина, и одного его взгляда хватило, чтобы понять: все гораздо хуже, чем он мог предположить. — Она в очень плохом состоянии, — тихо сказала Нарцисса, сжимая пальцы в складках мантии. — Я видела ее. Люциус, это было… ужасно. Он едва заметно напрягся. — Я уже знаю, — мрачно ответил он. — Северус сообщил мне достаточно. Нарцисса вздрогнула. — А Джордан? Люциус не успел ответить, как за ним уже показался еще один силуэт, одетый в черную, тяжелую мантию. В глазах темноволосого мужчины читался ледяной гнев. — Надеюсь, вы не рассчитывали обсуждать это без меня, — холодно произнес Джордан, полностью поворачиваясь в их сторону. Нарцисса медленно выпрямилась, из всех сил стараясь не выдать шок от неожиданности. — Что ты здесь делаешь? — она хотела бы, чтобы это прозвучало более сдержанно, но голос предательски дрогнул. — А как, по-твоему, я должен был узнать, о произошедшем? — резко бросил он. — Или вы всерьёз думали, что я буду ждать разрешения? Люциус ступил вперед, инстинктивно закрывая собой Нарциссу. — Если ты пришел требовать объяснений… — Именно за этим я как раз таки и пришел, — перебил тот. — Угомони свою сестру, Нарцисса. — тон был настолько ледяным, что казалось будто само пламя в камине немедленно обратится в пепел. Он выдержал небольшую паузу, продолжив: — Она одержима тем, чтобы доказать, будто именно она должна стоять ближе всех к Темному лорду. И ради этого готова лезть туда, куда ей явно не стоит совать свой любопытный кончик волшебной палочки. Он перевел взгляд на Люциуса. — Если вы оба до сих пор делаете вид, что Эйвелин вам не безразлична, тогда уладьте это сами, прежде чем мои, почти восемнадцатилетние труды пойдут прахом. Ее магия наконец достигает нужного уровня, и Темный Лорд не любит слишком долго ждать, а мне бы не хотелось потерять такой драгоценный ресурс. Нарцисса заметно побледнела, вцепившись в край камина, но все еще сохраняла стальное спокойствие, которое в тот момент давалось ей труднее всего. — Не смей говорить о ней так, будто… — Как будто что? — оборвал ее Джордан. — Как будто я не вижу, что творится? Как будто я не понимаю, что вы оба уже давно играете в слишком опасную игру? Не делайте из меня маггловского идиота, я вижу, что происходит. — его взгляд скользнул куда то между ними, всматриваясь в горящие языки пламени. Он сделал шаг по направлению ближе, и чуть с усмешкой произнес: — Не делайте вид, что не понимаете, о чем я говорю. Вы прекрасно знаете, чем однажды я вам уже помог. И вы оба слишком хорошо понимаете, что именно вы мне должны. Можете и дальше продолжать усидеть на двух стульях, пытаясь пустить пыль в глаза Темного Лорда. Но у нас был уговор, и я не позволю вам нарушить его, когда все уже почти готово. — Джордан не спеша обернулся и перевел взгляд на Нарциссу. Под рукавом, почти у ее запястья, уже проступали еще более темные, полосы, словно еще сильнее откликнувшиеся на его слова. Его глаза задержались на них на мгновение дольше, чем следовало: — Северус сколько угодно может поить тебя зельями, но чем больше ты сопротивляешься, тем сильнее вы обе будете страдать. Люциус, уже не выдержавший той легкости и безразличия, с которой все это было сказано уже был готов вцепиться в шею непрошенного гостя, но тот уже шагнул по направлению к пламени. И прежде чем камин снова поглотил его фигуру, он бросил Нарциссе короткую, холодную фразу: — Не забывай, больно ей — больно и тебе. Зеленое пламя сомкнулось за ним, и в комнате снова стало тихо.

***

За дверью коридора, почти у самой лестницы, стоял Драко. Он пришел слишком поздно, но успел услышать достаточно: «больно ей — больно и тебе» Он нахмурился, не понимая, как это связано между собой. В голове не складывалось ничего — только осколки чужих фраз, тревога в голосе матери и холодное напряжение, от которого хотелось сжать зубы. По спине бежали мурашки, и вдруг, он наконец осознал, в насколько опасную игру оказался втянутым.