Глава 53. «Преданность»

***

— Ты справишься, — тихо сказала Нарцисса Эйви на ухо. — Даже если тебе будет казаться, что нет — ты всё равно справишься. У тебя есть прекрасная привычка выживать назло обстоятельствам. Эйви усмехнулась ей в плечо. — Постараюсь оправдать доверие, — ответила она. — И вашу… веру в мои… привычки. Нарцисса отстранилась, провела ладонью по её щеке — чуть дольше, чем позволил бы этикет. — Пиши, — повторила она. — Обо всём. Не только о том, что связано с войной. Пиши о глупостях. О том, как грифиндорцы опять что‑то взорвали. О том, как тебе не даёт покоя профессор Снейп. О том, как ты смеёшься. — Смеяться в военное время не запрещено сводом указов? — уточнила Эйви. — Если бы это было так, я бы тем более требовала отчётов, — Нарцисса чуть усмехнулась. — И… приглядывай за Драко. Иногда он умеет быть разумнее, чем сам о себе думает, но всё же, присматривай там за ним. — Я всё слышу, — подал голос Драко с явным недовольством, но без злости. — Ты тоже пиши, — тихо сказала Нарцисса, поворачиваясь к сыну. — Даже если будет казаться, что писать не о чем. Особенно тогда. Это значит, что ты жив и всё более или менее терпимо. — Хорошо, мама, — ответил он. Голос у него был чуть ниже обычного. Он немного отстранился, но не полностью, и, несмотря на свои восемнадцать, наклонился и быстро поцеловал её в щёку, почти мальчишеским, неловким движением. Как в те редкие моменты, когда маленький Драко возвращался из младших классов Хогвартса и всё ещё помнил, что объятия не делают его слабее. Нарцисса чуть улыбнулась, положив ладонь ему на щёку, как будто запоминая. — Не пытайся быть старше, чем ты есть, — сказала она. — Ты и так слишком быстро вырос. Он усмехнулся, но ничего не ответил. Люциус, до сих пор молчаливо наблюдавший за ними, сделал полшага вперёд. — Мисс Джордан, — произнёс он, формально кивнув. — Постарайтесь… не попадать в неприятности, которые будут создавать лишние проблемы моему сыну. — Я приложу все усилия, — вежливо ответила она. — Но за вашего сына ничего обещать не могу. Уголок его губ едва заметно дёрнулся. — Это мы уже знаем, — сухо сказал Люциус. — Тем не менее… Он замялся на долю секунды, потом закончил: — Возвращайтесь живыми. Оба. Это прозвучало неожиданно искренне. Эйви на миг растерялась, но только кивнула: — Примем к сведению. Они прошли через ворота под взглядом родительской четы. Спина у Люциуса осталась такой же прямой, у Нарциссы — такой же хрупко‑гордой. Дом за их спинами медленно растворился в воздухе, когда они аппарировали к вокзалу.

***

Поезд мчал их к Хогвартсу, а Эйви всё никак не могла отделаться от ощущения, что возвращается не просто в школу, а в точку, где прошлое всё ещё рядом, но уже не надевается на неё так же легко, как мантия. Возвращение выдалось не таким суматошным как отъезд, но в целях безопасности было отправлено сразу несколько поездов друг за другом, чтобы не собирать всех в одном месте. — Перестань думать, — сказал Драко, когда за окном показались первые знакомые холмы. — Сейчас начнёшь в уме переписывать будущее, как свою контрольную по зельям, и сойдёшь с ума. — Сказал человек, который может в уме переписать полкниги по зельеварению, — фыркнула она. — Всё нормально. Я всего лишь слегка паникую, как нормальный человек. — Хорошо, что хотя бы слегка, — кивнул он. — Мне хватит одной истерички Грейнджер в коридоре, вторая — это уже излишки. — Гермиона — не истеричка, — машинально возразила Эйви. — И да, я очень хочу увидеть её лицо, когда мы наконец приедем.

***

Платформа вокзала встретила их привычным шумом и сыроватым весенним воздухом. Пар от локомотива висел в воздухе белыми клубами, от которых щипало глаза. Ученики бегали туда‑сюда, перетаскивая чемоданы, совы негодующе ухали в клетках, кто‑то уже громко жаловался, что «опять забыл перчатки». — Слизерин сюда! — позвал староста их факультета. — Подождёшь минуту? — бросила Эйви Драко и, не особо дожидаясь ответа, встала на цыпочки, выискивая глазами знакомую вихрастую голову. Она увидела сначала рыжие волосы Джинни — их невозможно было спутать ни с чем. Рядом, чуть в стороне, стояла Гермиона, прижимая к себе стопку книг так, словно они и были её настоящим чемоданом. — Гермиона! Джинни! — крикнула Эйви. Две головы обернулись почти одновременно. В следующий миг расстояние между ними перестало существовать. Эйви, не думая, бросилась вперёд, лавируя между чемоданами и первокурсниками. Гермиона тоже двинулась навстречу, книги чуть не вывалились из рук. Они столкнулись в объятиях так, как не делали даже в обычное время, после летних каникул. — Ты вернулась, — выдохнула Гермиона ей в ухо, крепко сжимая. — Я… так боялась, что в последний момент Малфои… передумают. — Я сама боялась, что они передумают, — честно ответила Эйви, обнимая её ещё сильнее. — Но, как видишь, я снова здесь и всё ещё без ошейника с фамильным гербом. К ним втиснулась Джинни, тёплая, шумная и с запахом свежего ветра и домашнего камина. — Если бы тебя не отпустили, я бы полезла в Мэнор с отрядом грифиндорского сопротивления, — заявила она. — С дубинками и моральным превосходством. — О, это страшная сила, — хмыкнула Эйви. — Моральное превосходство Гриффиндора — страшнее любого Круцио. Чуть поодаль стояли Гарри и Рон. Гарри смотрел на них с тем спокойным облегчением, которое бывает у человека, который очень привык терять и всё ещё не до конца верит, что в этот раз обошлось. Рон переминался с ноги на ногу, но, когда Эйви отстранилась от девочек, тоже шагнул вперёд. — Эй, — сказал он, неловко, но искренне. — Рад, что ты… ну… цела. — Я тоже рада, что вы целы, — ответила она. — Особенно учитывая вашу патологическую любовь лезть туда, куда не стоит. — Мы бережём твои нервы, — невозмутимо вставил Гарри. — В этот раз решили подождать, пока ты вернёшься, прежде чем делать что‑нибудь… особенно глупое. — Потрясающе утешили, — усмехнулась Эйви. Где‑то за её плечом негромко хмыкнул Драко, но ничего не добавил. Встреча с трио и так была перегружена историями, чтобы ещё и он вмешивался. — Давайте пойдём, — спохватилась Гермиона. — Иначе нас либо забудут на платформе, либо профессор МакГонагалл лично придёт выяснять, где её старшие ученики.

***

Хогвартс вырос из тумана так же внезапно, как и всегда. Башни, стены, знакомые зубцы, свет в некоторых окнах. Весенний воздух пах влажным камнем, водой из озера и чем‑то сладким от кухни. Сердце у Эйви почему‑то ухнуло — не от страха, от ощущения, что она вернулась на сцену, где ещё не доиграла свою роль. У главного входа выстроились преподаватели. Среди них — он. Северус Снейп стоял чуть впереди, как и положено директору. Мантия спадала чёрной волной, руки были спрятаны в широких рукавах, выражение лица — то самое, из которого невозможно понять, планирует ли он миссию по спасению человечества или внимательно оценивает каждого входящего. — Добро пожаловать обратно в Хогвартс, — его голос, усиленный магией, разнесся по двору. — Прошу всех пройти в Большой зал. Там вы получите дальнейшие инструкции. Его взгляд медленно скользнул по толпе, на долю секунды задержавшись на группе слизеринцев, среди которых шли Эйви и Драко. Никакого признака узнавания, только чуть более внимательный угол взгляда. — Слизерин — за мной, — уже обычным тоном добавил он. — И постарайтесь не растерять свои вещи ещё до того, как войдёте под крышу. В Большом зале всё казалось до болезненного знакомым: парящие свечи под зачарованным потолком, который отражал весеннее небо; четыре длинных стола, шепотки, глухой стук посуды. И одновременно — другим. На месте Дамблдора теперь сидел Снейп. Это одно изменение ломало всю привычную картину. Северус поднялся, когда поток учеников утих и все расселись по своим местам. — Возможно, некоторые из вас надеялись, что после недавних событий учебный год будет отменён, — начал он, и в зале прокатился нервный смешок. — К сожалению для вас и, к счастью для будущего магического сообщества, этого не произошло. Он выдержал короткую паузу. — Мы продолжаем обучение, — чётко произнёс он. — Но будем делать это с учётом реальности, а не в отрыве от неё. Взгляд прошёл по рядам старших. — Часть семикурсников вынуждена была покинуть школу раньше — по причинам, о которых мы прекрасно знаем. Сейчас вы возвращаетесь, чтобы закончить то, что начали. Интонация чуть смягчилась. — Это не «ещё один год». Это тот самый, после которого многие из вас окажутся в совсем ином мире. Он коротко обрисовал организационные детали: сроки обучения решено было сдвинуть, подготовку к выпускным экзаменам продлить, с учётом увеличения нагрузка, но без урезания программы. — Хогвартс остаётся школой, — закончил он. — Не тренировочным лагерем, не приютом и не полем боя. Пока я директор, это не изменится. От вас я ожидаю только одного: делать свою часть работы так же серьёзно, как мы делаем свою. После короткой паузы он, наконец присел, и Большой зал мгновенно ожил. Повсюду загудели голоса, зашуршали мантии, кто‑то уже тянулся к кувшинам с соком. Гостиная Слизерина встретила их привычным полумраком и тяжёлым запахом камня и воды. За окнами лениво шевелились тени водорослей, в мутной толще озера проплыла какая‑то тень. — Скучала? — тихо спросил Драко, пока они спускались по лестнице. — Ненавижу признавать, но да, — отвтеила Эйви. — Этот влажный подвал с претензией на аристократизм стал уже частью пейзажа в моей голове. В камине горел зелёный огонь, старосты распределяли первокурсников по комнатам, кто‑то уже спорил о расписании. Эйви, перекинув сумку через плечо, направилась к лестнице в женское крыло и чуть не врезалась в чёрный силуэт. — Простите, — выдохнула она, по инерции хватаясь за перила, чтобы не потерять равновесие. — Мисс Джордан, — Снейп даже не отступил, только чуть повернул голову. — Рад видеть, что вы всё же способны перемещаться по замку без того, чтобы сразу устроить себе травму. За этот почти месяц в Мэноре его голос окончательно перестал ассоциироваться только со страхом перед троллем или лишением очков. В нём теперь слышалось что-то очень знакомое и заземляющее. Эйви подняла на него глаза и позволила себе короткую улыбку. — Я тоже рада, что добралась до школы без катастроф, — ответила она. — Возможно, на меня благотворно влияет компания ответственных Малфоев. — Этот тезис мы ещё проверим в течение семестра, — заметил он. — Впрочем, должен признать, вы и правда избавили меня от нескольких головных болей, не устроив ни одного скандала на вокзале. — Я решила впервые в жизни сделать вам подарок, — отозвалась она. — Кстати… Колебание длилось долю секунды. — Я рада, что вы теперь директор. Серьёзно. Он чуть приподнял бровь, то ли удивившись, то ли маскируя лёгкую растерянность. — Это весьма спорное повышение, — сухо сказал он. — Но, возможно, оно позволит хотя бы частично удержать этот замок от полного распада. — Если кто и справится, то вы, — пожала она плечами. — Вы уже доказали, что способны держать под контролем Мэнор. Хогвартс, думаю, не хуже. В его взгляде на секунду мелькнули воспоминания. О слушании, ночных разговорах и о той самой, тихой просьбе называть её просто по имени. Разумеется, будучи в официальной обстановке, в Хогвартсе это было невозможно, но по привычке её имя пару раз упрямо намеревалось слететь с губ. — Постарайтесь, по крайней мере, не добавлять мне в этом остатке учебного года лишней работы, — произнёс он наконец, но уже чуть мягче. — Я рассчитываю, что вы ограничитесь обычными для старшекурсников глупостями и не будете экспериментировать с тёмной магией, запретными секциями библиотеки и Пожирателями. — Устрою вам окончание года без Пожирателей, — пообещала она. — С тёмной магией… посмотрим по обстоятельствам. Он хмыкнул почти неслышно. — Ступайте, мисс Джордан. — Снейп кивнул в сторону лестницы. — Завтра у вас первый полноценный день. Постарайтесь хотя бы к нему подойти вменяемой. Эйви кивнула, и поднялась по ступеням, чувствуя на затылке его взгляд ещё пару секунд.

***

Ночь опустилась на замок плотно и тяжело. Где‑то вдалеке выл ветер, шуршали стены, портреты переговаривались шёпотом. В кабинете директора, за дверью с горгульей, чуть слышно потрескивал камин, освещая стеллажи и старые приборы. Северус сидел за столом, просматривая отчёты и письма из Министерства. Лоб ныл, пальцы давно затекли от пера, но останавливаться было нельзя: школа требовала решения десятков мелких и нескольких крупных проблем ещё до рассвета. Он отложил очередной пергамент, потянувшись за следующей папкой, и в этот момент в воздухе будто что‑то хрустнуло. Сначала — знакомое, ледяное покалывание под кожей, там, где когда‑то запеклась чёрная метка. Потом уже нарастающее давление, словно невидимая рука сжала предплечье. Он опустил взгляд на руку. Кожа на месте Метки чуть посерела, контуры тёмного знака проступили отчётливее. Боль была ещё не острой, но настойчивой. Тёмный Лорд звал. Северус медленно выдохнул, отложил перо, и аккуратно поставив его в сторону чернильницу. Его лицо осталось спокойным, но внутри что‑то холодно сжалось, не от неожиданности, от понимания, что этот вызов сегодня вряд ли будет пустяком. Он поднялся, мантия мягко скользнула по полу. — Похоже, должность директора не освобождает от… прежних обязательств, — тихо сказал он в пустоту. Горгулья у двери послушно отступила, выпуская его на лестницу. Коридоры Хогвартса были пусты, только факелы отбрасывали длинные тени. Он прошёл мимо спящих портретов, мимо закрытых дверей, мимо тех мест, где сейчас спали те, кого он только что видел в зале — те самые дети, за которых он, по странной иронии, теперь отвечал. У внешней стены замка, на границе защитных чар, он остановился. Холодный ночной воздух ударил в лицо, запах озера был густым, тяжёлым. Луна висела над башнями, как бледный глаз. Северус чуть приподнял рукав, коснулся кончиками пальцев Метки, принимая зов. Мир качнулся, каменные плиты под ногами провалились — и Хогвартс исчез.

***

Он появился в тёмном зале, стены которого он знал уже почти наизусть. Холодный камень, узкие окна, через которые сочился бледный свет луны. Тени по углам, шёпот змеи, свившейся кольцами у подножия трона. Запах сырости, старого зелья и чего‑то медного. Волдеморт сидел на своём подобии трона — расслабленный, как кошка, которая лишь кажется беззащитной, пока не решит протянуть когти. Лицо как обычно бледное, глаза горят тусклым, нечеловеческим светом. — Северус, — произнёс он почти ласково. — Как приятно, что директор Хогвартса находит время для старого хозяина. — Мой лорд, — Северус склонился в поклоне. — Ваш зов для меня всегда в приоритете. Волдеморт чуть наклонил голову, рассматривая его. — Школа, обязанности, дети… — протянул он. — Всё это, конечно, важно для тех, кто ещё верит в будущее. Губы чуть изогнулись. — Но у будущего есть владельцы постарше. И у меня есть к тебе вопрос, который касается одного… любопытного человечка. Северус не шелохнулся. — Я слушаю, мой лорд, — тихо сказал он. — Девчонка Джордана, — произнёс Волдеморт, словно пробуя имя на вкус. — Забавное существо. Он поднялся, медленно сошёл с возвышения, обходя Северуса кругом. — Беллатриса с восторгом рассказывала мне, как Малфои… защищают её. Он сделал ударение на последнем слове. — Слишком… рьяно для простой гостьи. Северус невозмутимо выдержал паузу. — Долго проживающие под одной крышей люди иногда… привязываются, мой лорд, — произнёс он. — Это слабость, но весьма распространённая. — Ты всегда был склонен называть человеческое — слабостью, — заметил Тёмный Лорд. — И в этом мы с тобой удивительно похожи. Он остановился рядом, чуть за спиной. — Ты правда полагал, что я не узнаю, кто эта девчонка на самом деле? Сердце на миг сбилось, но Северус не позволил себе этого выдать. — Я никогда не недооцениваю вашу осведомлённость, — ответил он. — Личные истории некоторых… приёмных детей казались мне не столь значимыми в сравнении с вашими планами. — Личные истории не значат ничего, — отмахнулся Волдеморт. — Но магия, спрятанная за ними, — очень даже. Он прошёлся к столу у стены, где лежала тонкая папка. — Давным‑давно, ещё до моего… ухода, Джордан забавлялся с очень любопытными экспериментами. Его пальцы со скрипом пролистнули пергаменты. — Он искал способы перераспределять, прятать и концентрировать магию живых существ. Прятать источники там, где их никто не станет искать. Северус молчал. Слова складывались в узор, который он и сам уже частично видел, но теперь он слышал его из тех уст, из которых меньше всего хотел. — Много лет назад, он спас не только её. Вместе с её жизнью он спрятал в ней нечто гораздо более ценное — тщательно разработанный, и… очень мощный источник собственной магии. Северус почувствовал, как внутри всё леденеет. — Источник, — медленно повторил он. — В девочке. — Именно, — кивнул Волдеморт. — Девчонка нужна мне. Она ходит по миру, как сосуд, наполненный тем, что может понадобиться мне. Глаза мгновенно вспыхнули. — Магия Джордана специфична. Она… подходит мне. И я не привык отказываться от того, что может усилить мои силы. Он произнёс это так буднично, словно говорил о выборе ингредиента для зелья. Северус стоял неподвижно, но в голове уже стучала только одна мысль: Эйви. Её язвительные замечания, её упрямство, её привычка лезть туда, куда нельзя. И то, как легко она стала частью дома, в котором её, по сути, держали как секрет. — Я… слышал только слухи о его экспериментах, — осторожно сказал он. — Подробностями не владел. — Теперь и не нужно, — холодно заметил Тёмный Лорд. — Главное, что должен знать ты: в этой девчонке есть то, что нужно мне. И я собираюсь это получить. Он вновь подошёл ближе. — И ты, Северус, мне в этом поможешь. — Чем именно я могу быть полезен, мой лорд? — голос прозвучал спокойно, но внутри уже свивался тугой узел. — Ты приведёшь её ко мне, — произнёс Волдеморт так же буднично, как если бы говорил: «ты принесёшь ещё один отчёт». — Девчонка доверяет Малфоям. Малфои доверяют тебе. Школа под твоим управлением — идеальное место, чтобы изолировать и подготовить любую жертву… лояльно и незаметно. Тишина, повисшая после этих слов, оказалась густой, как туман. — Вы хотите, чтобы я… — он заставил себя закончить фразу. — Доставил к вам ученицу Хогвартса, находящуюся под моей защитой как директора? — Я хочу, чтобы ты доказал, что последняя твоя защита — только я, — мягко сказал Волдеморт. — Дамблдор мёртв, даже если притворяется. Его хвалёные принципы — с ним. Настало время определиться, кому ты служишь по‑настоящему, и доказать свою преданность. Он слегка наклонил голову. — Приведи мне Эйвелин Джордан. Целую, разумную и готовую к тому, чтобы я взял из неё то, что мне нужно. Имя, прозвучавшее из его уст, резануло в самую глубину. Северус медленно опустил голову, чтобы спрятать вспышку ужаса в глазах. Эйви. Та самая, которой он почти по‑человечески сказал, что рад, что она добралась без приключений. Та, с которой он спорил у камина Мэнора. Та, которую поначалу воспринимал как чужой, ненужный ему балласт, а теперь ловил себя на том, что считает, сколько она ест и спит. — И если я… столкнусь с сопротивлением? — спросил он, набирая в лёгкие воздух, который вдруг стал намного тяжелее. — В школе. В доме Малфоев. — Ты умный человек, Северус, — лениво ответил Тёмный Лорд. — Придумай. У тебя есть и доступ, и власть, и достаточно… изворотливости. Он улыбнулся, и от этой улыбки по спине пробежал холод. — В конце концов, если ты смог столько лет водить за нос самого Дамблдора, то справишься и с одной девчонкой. Нагайна приподняла голову, словно соглашаясь. — Я рассчитываю на тебя, — завершил Волдеморт. — Не подведи меня, Северус. Я не люблю… разочаровываться. Северус склонился в поклоне, потому что другого движения, которое позволило бы спрятать выражение лица, у него не было. — Я… сделаю всё возможное, мой лорд, — произнёс он. Каждое слово отзывалось внутри, как глухой удар по стеклу. Когда его выкинуло обратно за пределы защитных чар Хогвартса, ночь показалась ещё темнее. Башни замка чернели на фоне неба, в нескольких окнах горел тёплый свет. Где‑то там, далеко, спали или болтали по ночам его ученики. Среди них — она. Он стоял несколько секунд, глядя на замок, и позволил себе одну честную мысль, без красивых оправданий: Он её не получит. Как он это сделает, чем заплатит, кого обманет и кого предаст по дороге — он ещё не знал. Но знал одно: в этот раз он не сможет спрятаться за той же ролью, которая однажды уже привела к смерти любимогго человека. Сейчас же, у него была девочка, к которой он успел привязаться, не имея на это никакого права, и которую он любой ценой должен был защитить и не только потому, что обещал это кому то другому, но и себе.

***