10.

Прошло два месяца. Два месяца мира и спокойствия, если не считать того, что Дэймон и Елена без остановки искали Стефана. Когда Даниэлла иногда заходила в дом, она получала небольшие новости, но ей было ясно, что они не скоро до него доберутся. Клаус был слишком умён, и она знала, что Стефан всегда выполняет свою часть сделки. Она волновалась за него, просто видя, как волнуется Елена, и это снова заставляло её чувствовать себя бесполезной, но всё, что она могла сделать, это утешить её и попытаться хорошо провести лето, что им пока и удавалось — если не считать отсутствия Стефана. За эти два месяца Дилан большую часть выходных проводил вне города, что начинало смущать Даниэллу. Она не стала с ним об этом говорить; она знала, что лучше этого не делать. Он очень хорошо делал вид, что ничего не происходит. Между ними всё оставалось как прежде. Его уход никак не влиял на их отношения, поэтому Даниэлла не поднимала эту тему, пока он не стал очень скрытничать в своём телефоне. Они как раз были у неё дома и смотрели фильм, когда он встал. Ему позвонили, и ему пришлось выйти из комнаты, чтобы ответить на звонок. Даниэлле это показалось странным. Она поставила фильм на паузу и стала ждать его возвращения. Когда это произошло, он сел, сделав вид, что ничего не случилось, и стал ждать, пока она снова включит фильм. — Кто это был? — спросила она, повернувшись к нему. — О, просто моя… мама, — пожал он плечами, но она знала, что это ложь. Когда мама звонила, он не выходил из комнаты. — Покажи мне свой телефон, — Даниэлла никогда раньше не просила у Дилана телефон, что его одновременно смущало и злило, учитывая, что она зашла так далеко. Дилан использовал молчание Даниэллы в своих интересах. Он привык к тому, что она ничего не спрашивает, и использовал это себе на пользу, чтобы делать всё, что ему заблагорассудится, и никогда не давать объяснений — даже если он не был неправ. Это было просто для того, чтобы успокоить её, и в этом не было ничего плохого, но теперь он явно увидел в этом проблему. Его сводило с ума то, что девушка наконец-то дошла до такого — не только потому, что это было признаком недоверия к нему, но и потому, что он понимал, что рано или поздно ему придется во всем признаться. — Дани… — Хорошо, не надо, — пожала она плечами и отстранилась от него. Она знала, что он бы сделал это с самого начала, если бы ему нечего было скрывать. — Даниэлла, ты серьёзно? Мы в итоге так и будем поступать? Превратимся в пару, которая постоянно проверяет телефоны и электронную почту?! Не делай этого…— с Диланом дело никогда не заключалось в решении проблемы; он пытался заставить её почувствовать себя настолько плохо, чтобы она извинилась и снова пришла в себя. — Значит, это моя вина, потому что я спросила? Ты мне только что солгал, Дилан! — Соврал тебе?! — он повысил голос, заставив ее приподняться. — Ты только что сказала мне, что это твоя мама, хотя это не так! Ты никогда не уходишь, когда это она! — Даниэлла никогда не начинала ссоры. Наконец она встала с дивана и надела тапочки. — Ты просто уйдешь? — Я что, должна сидеть здесь и делать вид, будто ты мне только что не солгал?! Как ты можешь отвергать любые объяснения?! — Хорошо, просто уйди. Полагаю, так и будут наши отношения, — пожал он плечами и начал вставать с дивана. — Это тебе решать, Дилан. Это ты не будешь объясняться, — сказала девушка, собирая съеденные закуски, чтобы выбросить их. — И это ты мне не доверяешь! Как ты можешь быть со мной в отношениях, если нет доверия? — Это ты мне лжешь! — наконец она подняла глаза, и голос ее дрогнул. Еще одна причина, по которой Даниэлла ненавидела спорить: как только кто-то повышал на нее голос, она начинала плакать. Так было всегда. — Дани… — Дилан сделал шаг вперед, желая утешить ее, но она отступила назад. — Увидимся завтра, — она взяла одеяло и отошла от него, издавая тихие всхлипы. Она ненавидела их, но ей надоело каждый вечер думать о том, что он делает и что скрывает от нее. — Некоторые вещи для меня очень личные, Дани! — Дилан, ты не можешь так со мной поступать, когда я всё знаю! Ты же знаешь, как сильно мы оба связаны с семьями друг друга! Здесь нет места личным делам, дела твоей семьи — это дела моей семьи, и ты это знаешь! Все эти поездки неизвестно куда, если бы это были личные дела, я бы всё равно знала! Потому что в конце концов, твоя семья отчитывается перед моей мамой! Дилан лишь презрительно фыркнул в ответ на её слова. — Так вот и всё? Вот как мы в итоге закончим? Ссоры? Отсутствие доверия? — Дилан, тебе ведь не так уж сложно просто рассказать мне, что на самом деле происходит…— сказала Даниэлла более спокойным голосом. — И тебе ведь не так уж сложно мне доверять! — Дилан же, напротив, всё больше раздражался на неё. — Ладно, ты явно не собираешься мне ничего рассказывать — сказала растроенная Даниэлла и покинула комнату. Дилан вздохнул. Ему было неловко от того, что он чувствовал необходимость скрывать от нее некоторые вещи, но он знал, что если расскажет, это будет плохо, и она расстроится, а он пока не хотел, чтобы это произошло. .......... На следующее утро Даниэлла собралась отправиться в дом Сальваторе. Кэролайн планировала вечеринку по случаю дня рождения Елены и попросила всех помочь. Она спустилась вниз на кухню, где ее мама пила кофе. Она взглянула на прилавок и увидела букет цветов — точно такой же, как те, что привозили все лето, только теперь новый появлялся каждые три дня. Сначала она подумала, что это от Дилана, но потом он, похоже, ничего не понял, поэтому она не была уверена, от кого именно. — Дилан этим летом просто перебарщивает…— заметила ее мать, указывая на цветы. Даниэлла просто кивнула и посмотрела на них в поисках записки или чего-либо подобного, но, как обычно, ничего не было. Она точно знала, что это не Дилан. Даниэлла села и позавтракала, а затем, после утренней тренировки, вошел Тайлер. — Доброе утро, — вбежал он, обнял Даниэллу и поцеловал её в макушку, отчего она с отвращением отстранилась. — Фу, ты весь вспотел! — пожаловалась она, наблюдая, как мать тут же отодвинулась, не желая, чтобы он поступил так же с ней. — Вы двое преувеличиваете! Дайте мне принять душ, а потом мы пойдем помогать Кэролайн, — объявил Тайлер, а Даниэлла лишь кивнула, наблюдая, как он спешит прочь. — Он очень много времени проводит с Кэролайн…— заметила Кэрол, возвращаясь к чтению бумаг. — Тогда лучше об этом не говорить. Он расстроится, — ответила Даниэлла, зная, что Тайлер всё ещё не полностью предан Кэролайн, главным образом потому, что чувствовал вину за то, что забрал её у Мэтта, и из-за их прошлого. Но Даниэлла знала, что он стал другим человеком; все это понимали, как и Кэролайн. Теперь все стало понятно. В конце концов, Тайлер закончил принимать душ и вместе с Даниэллой отправился в дом Сальваторе, где Кэролайн уже встала и принялась организовывать все необходимое и быстро расставлять всех остальных на работу. — Где Дилан? Клянусь, я написала ему вчера вечером! — пожаловалась Кэролайн, глядя на телефон и отправляя ему сообщение снова. — Даже не пытайся. Сомневаюсь, что он придёт, — ответила Даниэлла, поправляя кое-что из того, что ей посоветовала Кэролайн. Её ответ заставил Тайлера и Кэролайн обменяться взглядами. — Ой-ой…— сказал Тайлер, заставив Даниэллу сердито посмотреть на него. — Что случилось? — Он не хочет говорить мне, что скрывает, так что…— она пожала плечами и вернулась к своему делу, делая вид, что это не имеет значения, но все в комнате знали, что это важно, и, вероятно, она была на грани срыва. — Элла, наверное, ничего страшного… — попытался успокоить сестру Тайлер, зная, как сильно она может преувеличивать. — Если бы ничего страшного не случилось, он бы без проблем мне рассказал, — она закатила глаза, раздражённая всей этой ситуацией, но выражение её лица быстро изменилось, как только она увидела Елену. — Елена! С днём рождения! Затем Даниэлла крепко обняла Елену. —Дани, ты меня так обнимаешь… — Прости…— наконец отстранилась она. — Пора тебя нарядить! Я принесла кучу нарядов! Елена взглянула на Тайлера и Кэролайн, но понимала, что ей не удастся избежать наказания, не позволила Даниэлле нарядить её на день рождения. Когда она сдалась, то просто позволила Даниэлле отвести её в одну из комнат наверху, оставив Тайлера и Кэролайн одних. — Ты думаешь, у них произошла серьёзная ссора? — спросила Кэролайн, повернувшись к Тайлеру. — Не знаю. Обычно я не вмешиваюсь… Дилан — мой друг, и она моя сестра. Конечно, я буду её защищать, но я также не хочу потерять с ним дружбу… Это тяжело, — вздохнул он. — Но в конце концов, это Даниэлла и Дилан. К сегодняшнему вечеру они снова будут вместе. Кэролайн кивнула, понимая, что это правда. Сколько бы они ни ссорились, казалось, ничто не могло их разлучить. .......... Наверху Елена села на стул, ожидая, пока Даниэлла закончит завивать ей волосы. Им потребовалось целая вечность, чтобы подобрать платье и начать делать макияж. К тому времени, как Даниэлла начала делать ей причёску, Елене уже почти пора было спускаться вниз. — Ты такая красивая, — сказала Даниэлла, закончив последнюю завивку. Елена посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась, но тут же её улыбка исчезла. Даниэлла поняла, что та недовольна. — Я знаю, как это ужасно, что его нет рядом, и что ты понятия не имеешь, как у него дела… Мне очень жаль. Мы все просто пытались немного тебя подбодрить. Может, попробуем немного повеселиться? Елене нравилось, что, несмотря на юный возраст Даниэллы, она всегда находила способ утешить их, что могла сделать только старшая сестра. Она не понимала, как Даниэлле это удается, она всегда старалась поднять им настроение или просто извлечь максимум пользы из любой ситуации. — Жаль, что я не знаю, все ли с ним в порядке… — она пожала плечами и пошла надевать туфли. Даниэлла села на кровать, раздумывая, стоит ли ей задать задуманный вопрос, но в конце концов почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы просто спросить. — Я понимаю, что ты его любишь и что у вас всё прекрасно, но ты никогда не задумываешься о том, как сильно тебе больно от того, что вы с ним? — этот вопрос заставил Елену отвернуться от зеркала и посмотреть на неё. Она знала, что Даниэлла не хотела никого обидеть этим вопросом, но также понимала, что задала его не просто так. — Думаю, его любовь стоит всего, что происходит. По крайней мере, мне хочется в это верить, потому что в конце концов, нет ничего лучше, чем быть любимой им. Услышав эти слова, Даниэлла поняла, почему она осталась с Диланом. Она считала, что ссоры того стоили, потому что в конце концов она знала, что он её любит. Возможно, это и было правдой, но он любил её недостаточно сильно, чтобы она осталась, несмотря на всё, что он с ней сделал. — Дани, у тебя всё в порядке и… — Нет, да, всё в порядке. Я просто хотела узнать, — перебила Даниэлла, не желая, чтобы Елена подумала, что что-то не так. Елена решила не настаивать, да и даже если бы хотела, не смогла бы ведь в комнату снова вошёл Дэймон. — В сотый раз, вы двое готовы? — он открыл дверь, и Даниэлла бросила в него одну из подушек, но он легко её поймал. — Никогда не играйте в софтбол или во что-либо ещё, что требует бросания предметов. — Ладно. Я спускаюсь вниз. Только убедись, что она действительно спустится, — предупредила она Дэймона, проходя мимо него. — Конечно, Ваше Высочество, — насмешливо поклонился он, отчего она закатила глаза и ушла. .......... Даниэлла была внизу, общалась с несколькими людьми. Она хорошо проводила время, пытаясь отвлечься — этим она занималась весь день, чтобы избежать желания вернуться к Дилану, как обычно. Но на этот раз ощущения были другими. Она могла бы вернуться к нему, но это казалось неправильным. Это означало бы столкновение с тем фактом, что он что-то от неё скрывает — фактом, который она просто не могла забыть. Дилан привык к тому, что Даниэлла возвращалась после каждой ссоры, иногда уже через час. Он знал, что она долго не продержится, но на этот раз она выдержала — и это его беспокоило. Поэтому на этот раз он первым нашёл её. Она стояла у столика с напитками, потягивая из чашки, когда внезапно почувствовала руку Дилана у себя за спиной, который повернул её к себе лицом. — Дани, нам нужно поговорить… — начал Дилан, но она покачала головой. — Если это не объяснение, то я не хочу тебя слышать, — она попыталась вырваться, но он остановил её. — Просто… давай уйдём отсюда. Я всё объясню, — тихо взмолился он. — Дорогая, пожалуйста… Даниэлла могла бы позволить ему преследовать её ещё немного, но она уже отдала ему весь день. Она не могла долго терпеть — её было легко контролировать, и Дилан точно знал, как с ней обращаться. — Хорошо. Я всё равно хочу домой, — Даниэлла редко сопротивлялась желанию покинуть вечеринку, когда напитки начинали заканчиваться; обычно это был для неё сигнал к уходу. Дилан отвёз её домой, но по прибытии они остались сидеть в его машине и разговаривали. — Дани, я не хочу тебе лгать или что-то от тебя скрывать. Поверь мне, я не хочу, — сказал он. — Но я ведь ничего плохого не делаю. Я просто хочу, чтобы ты мне доверяла. — Я тебе доверяю, но поставь себя на моё место хотя бы на минуту. Что бы ты подумал, если бы я скрывал от тебя что-то так, как ты это делаешь сейчас? Ты бы разозлился. Поэтому я считаю, что у меня есть полное право злиться. Дилан понимал, что он не прав. Он знал, что выглядит подозрительно, но очень не хотел рассказывать Даниэлле о происходящем. — У тебя есть полное право злиться. Я знаю, — сказал он, подтверждая её чувства. — Я ничего плохого не делаю, обещаю. Я не общаюсь с другими девушками и ничего подобного. Но у меня есть кое-что, о чём я пока не могу говорить. Когда смогу, ты узнаешь первой. Он продолжил, и Даниэлла слушала. — Я просто хочу насладиться последними неделями лета с тобой, моим последним летом перед выпуском. Поэтому, пожалуйста, Дани… Я обещаю, что когда смогу, обязательно расскажу об этом. Даниэлла понятия не имела, что это может быть, но он легко её убедил. — Я просто хочу, чтобы у нас всё было хорошо, — тихо сказал он, поправляя прядь волос за её ухом. — Пожалуйста, перестань на меня злиться. Как только Дилан заговорил ласково, она снова попалась на удочку. Она слишком легко поддалась искушению. — Хорошо, ладно. Я тебе верю, — она убрала его руку со своей шеи и переплела их пальцы. — Я люблю тебя, — сказал он, заставив её улыбнуться. — Я тоже тебя люблю, — ответила она, и он улыбнулся в ответ. — А теперь, иди сюда, ты весь день не давала мне тебя поцеловать. Даниэлла усмехнулась, но наклонилась, чтобы поцеловать его. Его рука снова легла ей на лицо, притягивая её ближе. Затем она немного отстранилась. — Нет, вернись, — настаивал он. Она улыбнулась и снова наклонилась, на этот раз поцеловав его глубже. Даниэлла знала, что Дилан привлекателен, и его тянуло к ней, только страх сдерживал её. Она боялась, что Дилан увидит её такой же, какой она видела себя в зеркале. Дилан явно испытывал к ней влечение, но ему никогда не удавалось создать для неё достаточно комфортную атмосферу. Как только они начинали целоваться, он сразу же переходил к делу. Его руки скользили от её талии вниз к ногам и под платье. Даниэлла позволяла это; он всегда был очень тактильным. Он сжимал её ягодицы, затем снова двигался вверх по талии, под платьем, пока они целовались. Затем его рука опустилась ниже, к её шее. Когда она коснулась бедра, она встревожилась. Потом она переместилась между её бёдер, к трусикам. Это было самое дальнее, на что он когда-либо решался, но на этот раз он начал поглаживать её, и она тихонько ахнула. Он улыбнулся, прижимаясь к её коже, но Даниэлла почувствовала себя подавленной и покачала головой. — Дилан, нет… я не хочу, — она попыталась оттолкнуть его руку, но он продолжал какое-то время, пока она наконец не отдёрнула её. — Прости… Дилан откинулся назад и тяжело вздохнул. Даниэлла каждый раз чувствовала себя виноватой, но отчасти потому, что он заставлял её чувствовать себя плохо из-за этого. — Всё в порядке, — сказал он, потирая лицо, но отказываясь смотреть на неё. — Хочешь зайти внутрь? — тихо спросила она. — Нет, я думаю, я просто пойду домой и лягу спать, — ответил Дилан. Она кивнула, опустила взгляд и поправила платье. — Дилан, прости меня, — она снова извинилась. — Всё в порядке, Дани. Просто… тебе пора спать, — сказал он, и она кивнула. Открыв дверцу машины, она поспешила к входной двери. Даниэлле было ужасно неприятно, когда их вечера заканчивались вот так. Она часами размышляла, почему всегда так боялась двигаться дальше. Она считала, что дело в ней, что это она паниковала. Но на самом деле ей просто было некомфортно с ним. В конце концов, она поняла, что когда появится подходящий человек, весь страх исчезнет. _________________________________________ Примечание: Как вам новая глава? Как думаете, что скрывает Дилан? В следующей главе появиться Клаус! Не забывайте ставить лайки, подписываться и оставлять отзывы!