Проникновение

Узкий переулок отделял мастерскую от соседних домов, создавая естественный разрыв. У входа, на перевёрнутых ящиках сидели двое угреедов, увлечённо бросая кости. У одного за поясом торчал ржавый тесак. Третий стоял, прислонившись к стене, и лениво игрался ножом, щёлкая лезвием. Периодически он поглядывал то на игроков, то по сторонам. Нужно было проникнуть внутрь, не привлекая внимания трёх пар глаз. Он окинул взглядом фасад, высматривая возможные точки входа. Охрана была не самой серьёзной, но и расслабляться не стоило. Водосточная труба проходила прямо вдоль стены, упираясь в карниз под самой крышей. Ржавая, но вроде бы крепкая. Верхняя часть мастерской, судя по всему, была жилой – на окнах висел узорный тюль. А вот над ними, под самой крышей, чернело маленькое, полукруглое окошко, похожее на слуховое. "Если оно открыто... я внутри." Козырёк соседнего здания нависал над мастерской. Гарретт прикинул расстояние. Да, это было возможно. Он двинулся вдоль края, перепрыгивая с одного здания на другое, пока не достиг нужного угла. Отсюда было рукой подать до слухового окна, но любой неосторожный звук мог насторожить банду. "Нужен шум. Достаточный, чтобы отвлечь их, но не настолько громкий, чтобы поднять тревогу." Вор осмотрелся, ища что-нибудь подходящее. — Эй, ты мухлюешь! Я видел, как ты докрутил кость! — раздалось снизу. — Умей проигрывать, тля, у меня рука лёгкая. — Чего?! — вскочил возмущённый бандит. — Да я тебе эту руку... — Хватит галдеть! — третий, с ножом, встрял, разнимая спор. Началась обычная потасовка. "Отлично. Пусть ссорятся." Несколько шагов для разбега. Рывок вперёд. Край крыши. Толчок. Он перелетел через разделяющий дома переулок, приземлившись на покатую крышу мастерской. Черепица тихо звякнула. Смягчив удар ногами, он сразу присел, почти касаясь грудью коленей. Нога отозвалась болью. Вор выдохнул, прислушиваясь. Внизу всё ещё голосили. Не дойдя пары шагов до цели, Гарретт остановился. В тусклом свете на черепице отчётливо выделялись глубокие царапины. Свежие. Широкая тёмная полоса засохшего масла, тянувшаяся от слухового окна вниз по скату и выправленная водосточная труба чуть ниже, явно говорили о том, что предыдущий гость покидал это место спиной вперёд. "Значит, чердак отпадает. Придётся искать другой путь." Он сосредоточился на окнах: свет нигде не горел, если спуститься по водосточной трубе до уровня второго этажа, можно попробовать вскрыть оконный засов. Осторожно, стараясь не наступать на скользкий участок, вор начал спускаться, держась за край карниза. "И здесь тоже? Похоже, у Уэбба богатый опыт общения с ночными гостями." На подоконнике отчётливо выделялся след ладони, оставленный на подпаленном дереве. Он осторожно коснулся края рамы. На пальцах осталась липкость, резко пахнущая серой и чем-то едким. Кто-то явно попытался пролезть через хозяйскую спальню, но наткнулся на неприятный сюрприз. Вор тщательно вытер пальцы о штанину, стараясь не касаться больше ничего подозрительного. "Сколько ещё тут выставочных экспонатов?" Внизу послышался звон стекла. Угрееды, забросив кости, по-своему коротали вечер. Передохнув, он снова залез наверх, перебравшись на другую сторону ската. Вопрос оставался прежним: как попасть внутрь? Задняя стена мастерской выходила прямо на реку. Здесь окон было меньше, и все они были расположены на первом этаже. Закрепив коготь, он начал осторожный спуск. Стена была гладкой, сложенной из грубо отёсанного камня. Где-то на уровне второго этажа он нашёл едва заметную трещину в кладке, куда можно было упереться носком сапога. Перевёл дух. Камень под ладонями был холодным и сырым. Внизу мерно плескалась вода. Угрееды что-то горланили у входа. Дёрнув верёвку, он перезацепил коготь, продолжив спуск. Наконец достиг уровня первого этажа и остановился, изучая окна. За мутным стеклом первого, в темноте, угадывалась проволока. "Сигнализация или что похуже." Деревянный же подоконник второго выглядел странно, кроме небольшой щели в раме, не было ничего подозрительного и это настораживало. Он подобрался ближе. В щели между стеной и рамой промелькнул слабый, металлический блеск нажимной пластины. Вор тихо выругался сквозь зубы. Верёвка мерно раскачивалась, пока он перебирал варианты. Можно было попробовать снять стекло со второго и аккуратно обезвредить ловушку. Но проволока блестела слишком уж нарочито. Оставалось проверить, нет ли других вариантов. "Уэбб, ты, заноза, каких поискать." Осторожно ощупав стену, он нашёл ещё одну выбоину и, закрепив в ней коготь, опустился чуть ниже. Почти на уровне воды, на наклонной стене набережной, чернело небольшое зарешеченное окошко, от которого в воду шли тёмные подтёки. Он задумчиво оценил узость сливной трубы, затем окна, заботливо опутанные проволокой и хитрыми ловушками. "Неприятно, но, возможно, не заминировано." С каждым метром требовалось прилагать всё больше усилий, чтобы удержаться. Нога скользнула по влажному камню, и он едва не слетел в воду. Волны захлюпали прямо под ногами, окатывая брызгами сапоги. Вблизи река пахла тиной с отчётливым оттенком городской канализации. Пальцы сомкнулись на холодных, заржавленных прутьях. Он потянул, проверяя на прочность. Камни слегка поддались. Отстегнув с пояса небольшой ломик, Гарретт вставил его в образовавшийся зазор. Пришлось повозиться, прежде чем часть решётки успешно покинула свои гнёзда. Внутри зияла темнота. Никаких ловушек. Кажется. "Если и там окажется засада, я просто подожгу эту мастерскую к чертям." Он свёл плечи, протискиваясь в узкую осклизлую трубу. Запах внутри был характерным – смесь золы, машинного масла и сырости. Неприятно, но терпимо. Лук за спиной то и дело мешал, чиркая о верх. Вор кряхтел, но упрямо полз вперёд, пока впереди забрезжил слабый свет. Ещё одна решётка. Металлическая, вмурованная в камень. Свет просачивался откуда-то сверху. Он осторожно подполз ближе, вглядываясь в очертания. Протянул руку, ощупывая края. Никаких натянутых проволочек или подозрительных выступов. По крайней мере, с этой стороны. Осторожно толкнул. Та поддалась. Медленно, в любой момент ожидая уловить сопротивление, он поднял её вверх. Тишина. Ни звона, ни щелчка.