Часть 7

После урока Марта спустилась на служебном лифте — красная дверь действительно существовала, и кабина внутри оказалась просторной, с усиленными поручнями и даже зеркалами в полный рост. Марта поймала себя на том, что рассматривает своё отражение с каким-то новым, странным интересом. Красивые ноги, — эхом отдался в голове голос Куоритча. — Прекрати, — приказала она своему отражению. — Он просто констатировал факт. Как погоду. Как расписание лифтов. Отражение смотрело на неё жёлтыми глазами и, кажется, не верило ни единому слову. Двери открылись, выпуская её в знакомый коридор научного отдела. Гул голосов доносился из-за поворота — её ребята уже вернулись с лекции. Она вошла в лабораторию, и её встретил настоящий ураган. — МАРТА! Лизет налетела первой, сгребла в охапку и чмокнула в щёку своими прохладными синими губами. — Ну ты даёшь! — затараторила она, не выпуская подругу из объятий. — Рассказывай! Как урок? Как рекомы?Как наш драгоценный полковничек? — Лизет, задушишь, — прохрипела Марта, но в голосе слышалась улыбка. Прайс подошёл следом, чуть более сдержанно, но в глазах горело неподдельное тепло. Он протянул руку, но, передумав, тоже обнял Марту — осторожно, словно боялся сломать. — Рад видеть тебя в строю, — сказал он тихо. — Сильно досталось? — В смысле — досталось? — не поняла Марта. — Ну... воскрешение, новое тело, всё такое, — Прайс отстранился, разглядывая её. — Тяжело было? — А ты как думаешь? — фыркнула Марта, но беззлобно. — Проснуться в трёхметровом синем теле и узнать, что ты труп? Легкотня. Прайс улыбнулся, но в улыбке сквозила грусть. Фират подошёл последним, нервно теребя планшет. Он остановился в полуметре, не решаясь приблизиться, и просто кивнул. — Рад, что вы вернулись, — пробормотал он, глядя куда-то в сторону. — Система без вас скучала. Там столько неразобранных данных по Дизерфоликсусу... — Фират, ты неисправим, — хмыкнула Марта. — Система без меня скучала? А люди? Фират густо покраснел, заливая синеву лица фиолетовым оттенком, и уткнулся в планшет. Только Милана стояла в стороне. У своего стола. В углу. Сложив руки на груди и глядя куда-то мимо Марты, в стену. Лизет проследила за взглядом подруги и поморщилась. — Не обращай внимания, — шепнула она. — Она всегда такая. С тех пор... Она не договорила. Марта и не ждала продолжения. — Всё в порядке, — громко сказала Марта, обращаясь ко всем. — Я рада вас видеть. Правда. Но у нас много работы. У всех. До обеда нужно разобрать завалы, подготовить отчёты. Вы знаете, проект «Химера» перезапускается. Времени в обрез. Так что — за дело. Коллеги закивали, расходясь по своим местам. Лизет напоследок сжала руку Марты и упорхнула в технический блок. Прайс скрылся за стеллажами с реактивами. Фират плюхнулся за свой компьютер и через секунду уже был в мире цифр. Марта подождала, пока все разойдутся. А потом, глубоко вздохнув, направилась в угол. К столу Миланы. Девушка сидела, уткнувшись в монитор, но Марта видела — она не работала. Пальцы замерли над клавиатурой, взгляд был пустым, направленным в одну точку. Марта присела на край соседнего стола, оказавшись рядом. Ближе, чем обычно. Ближе, чем Милана любила. — Привет, — тихо сказала Марта. Милана дёрнулась, словно от удара током. Повернула голову. В её жёлтых глазах плескалось что-то тёмное и тяжёлое. — Чего тебе? Голос — ледяной. Режущий. Без намёка на тепло. Марта сглотнула. Она ожидала чего-то подобного, но всё равно внутри кольнуло. — Я пришла поговорить, — сказала она спокойно. — Мы не виделись с тех пор... ну, ты знаешь. Я хотела спросить, как ты. Почему ты всё время в стороне? Что случилось? Милана усмехнулась. Усмешка вышла кривой, злой. — Что случилось? — переспросила она. — А ты правда хочешь знать, что случилось? — Хочу, — твёрдо сказала Марта. — Ты была другой. Раньше. Мы хотя бы разговаривали. А теперь ты смотришь сквозь меня. Я хочу понять. Милана долго молчала. Смотрела куда-то в стену, за которой гудели генераторы. А потом повернулась и спросила: — Почему ты жива? Вопрос упал между ними, как камень в тихий пруд. Марта замерла. — Что? — Я спросила: почему ты жива? — повторила Милана. В её голосе не было злости. Не было агрессии. Только какая-то странная, выматывающая усталость. — Ты умерла. Я видела. Твоё тело увозили. А теперь ты здесь. Сидишь. Разговариваешь. Живая. Марта почувствовала, как внутри закипает раздражение. — В смысле — почему я жива? — голос невольно повысился. — Потому что меня воскресили, Милана! Как и всех нас.  — Я не об этом, — Милана покачала головой. Её лицо оставалось грустным, потерянным. — Почему именно ты? Почему тебя воскресили? Ты была главной в эксперименте. Ты отвечала за состав. Ты допустила ошибку. А тебя воскресили. А другие... Она не договорила. Отвернулась. Марта вскочила. Внутри всё кипело. Слова рвались наружу — злые, колючие, обвиняющие. — Допустила ошибку? — прошипела она. — Ты хоть знаешь, что произошло? Мне растения для опытов,оказывается были непригодны.Мёртвое растение! Я не знала! Никто не знал! И я до сих пор пытаюсь понять почему столько образцов за 2 раз перестали функционировать.Ты сидишь тут и спрашиваешь, почему я жива? А почему ты жива, Милана? Почему ты сидишь в своём углу и смотришь на меня, как на врага? Что я тебе сделала? Милана молчала. Смотрела в стол. Пальцы её дрожали. Марта перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Глубокий вдох. Выдох. — Слушай, — сказала она уже тише. — Я не знаю, что у тебя случилось. Но если ты хочешь поговорить — я здесь. А если нет... — она помолчала. — Будь проще, Милана. Иначе мне придётся принимать меры. Я не хочу конфликтов в отделе. У нас и так работы выше крыши. Она развернулась и пошла к своему столу, чувствуя спиной взгляд Миланы. Тяжёлый. Странный. Не злой — потерянный. Что с ней? — думала Марта, усаживаясь за рабочий терминал. — Что случилось с этой девушкой? Работа ждала. Горы документов, отчётов, архивных файлов. Марта с головой ушла в цифры, в текст, в бесконечные протоколы. Удалить. Систематизировать. Архивировать. Уничтожить. Старые отчёты по эксперименту, который её убил, летели в корзину один за другим. Марта не жалела — прошлое должно остаться в прошлом. Проект «Химера» начинался с чистого листа. Она работала, не поднимая головы. Часы летели незаметно. Пальцы бегали по клавиатуре, мозг переваривал тонны информации, глаза сканировали строки. Но краем глаза она всё равно замечала. Милана не работала. Милана сидела и смотрела. На неё. На её стол. На её терминал. Каждый раз, когда Марта поднимала голову, она ловила этот взгляд — и каждый раз Милана отводила глаза. Что ты высматриваешь? — думала Марта. — Чего тебе надо? Но времени на разбирательства не было. Четыре часа пролетели как один миг. — Марта! — Лизет влетела в лабораторию, сияя как начищенный самовар. — Обед! Ты идёшь? А то всё остынет! Там сегодня дают что-то съедобное, я разведала! Марта посмотрела на часы. Чёрт. Обед. А после обеда — тренировка. — Иду, — сказала она, сохраняя файлы и выключая терминал. — Ребята, обед! Все в столовую! Прайс оторвался от пробирок. Фират, не поднимая головы, поплёлся к выходу, уткнувшись в планшет. Лизет подхватила Марту под руку и потащила к двери. — Ну рассказывай! — затараторила она. — Как урок? Правда, что там Куоритч был? Он тебя не съел? Марта оглянулась. Милана осталась сидеть за своим столом. Не двинулась с места. Смотрела в монитор. — Милана, ты идёшь? — крикнула Марта. — Я потом, — глухо ответила та. — Работы много. Марта помедлила. Что-то царапнуло внутри. Нехорошее предчувствие. — Пошли, — Лизет тянула её за руку. — Она всегда такая. Не обращай внимания. Дверь закрылась за ними. В лаборатории стало тихо. Милана подождала минуту. Две. Прислушалась к шагам в коридоре. Когда они стихли, она медленно поднялась. И направилась к столу Марты. Её пальцы дрожали, когда она склонилась над терминалом. Быстро, почти лихорадочно, она пробежалась по открытым файлам, по папкам, по документам. Проект «Химер». Новая папка. Чистая. Милана усмехнулась. — Чистая, — прошептала она. — Думаешь, можно начать всё заново? Думаешь, я позволю? Она открыла архив. Старые письма. Переписка Марты с биологами. Вопросы о свойствах Дизерфоликсуса. Ответы. Данные. Те самые данные, которые исчезли тогда.А особенно тот самый важный абиотический фактор.. Фактор, определяющий необходимые условия для выживания растений. Именно этот фактор должны был предупредить Марту о том, что образец живет и функционирует всего неделю.Потом же он перестает действовать. Но самое важное было то,что если цветок пригоден, то при скрещивании генов нави и цветка,данный химерный ген может жить сколько угодно..но вот цветок.. цветок живет всего неделю Милана смотрела на экран, и в её глазах плескалось что-то тёмное. Безысходное. Отчаянное. — Ты не должна была выжить, — прошептала она. — Никто не должен был. Она закрыла архив, не тронув ни строчки. Зачем? Старое уже не вернуть. А новое... новое она будет контролировать. Милана вернулась на своё место и уставилась в пустой монитор, ожидая возвращения коллег. «Ничего,Марта.У меня есть подушка безопасности»