Два.

Локи тащился к тренировочной площадке, взглядом провожая будущих эйнхериев; в строю они уходили в казармы. Младший принц чаще всего тренировался в одиночку, только с братом. Он никогда не любил тренировки с оружием, но отец настаивал, чтобы оба сына свободно владели разными его видами. Тренировки Локи проходили раз в неделю, но как не вовремя, что именно сегодня он нашёл ту огромную книгу по истории Девяти Миров. В ней рассказывалось о каждом царстве, и Локи уже успел изучить главу про Ванахейм — часть про Асгард, что стояла первой, он решил оставить напоследок. В отличие от других книг, эта была особой. Мать учила, конечно, что все книги особенны, но эта — по-настоящему. Судя по дате на обложке, она была написана почти шесть тысяч лет назад, ещё до рождения Одина, но при этом содержала невероятно точные сведения о том, что случилось после: Великая война с Йотунхеймом, Льюсальфхеймом, мирный договор с Ванахеймом, которому лишь через несколько лет исполнится три тысячи. Ходят слухи, что книгу пишут сами Норны, но о ней известно слишком мало, и немногие из тех, что говорят о ней, видели её на самом деле. Локи это поражало. Внутри всё замирало, стоило ему подумать о том, как он узнаёт обо всём-всём, что только случилось в Девяти Мирах. Он снова вздохнул: вот бы скорее освоить иллюзии, и тогда... Додумать ему не дал подскочивший откуда-то справа Тор. Он крепко обхватил его за плечи, притянул к себе и повёл к центру площадки. — Я уж думал, ты не явишься, — усмехнулся он. Он швырнул любимый Мьелльнир куда-то в небо, и Локи тут же вырвался из объятий. Не хватало ещё молотом по голове получить. — Я был занят, — без энтузиазма ответил Локи, скрестив руки на груди. Тор поймал молот и уставился на него. На поясе у Локи висели любимые, уже поношенные кинжалы. Он вытащил один и посмотрел на лезвие, будто проверяя остроту. Кинжал отозвался знакомым волшебным теплом, и идеально лёг в руку. Сейд действовал безотказно. — Мы можем быстрее с этим покончить? — спросил он, нарочито небрежно крутя оружие в руке. Тор переложил Мьелльнир в правую руку. — Не хотелось бы зря тратить время, Ваше Высочество. Он перехватил кинжал обратным хватом. Тор подозрительно следил за его движениями. — Может, все-таки на мечах? — спросил он осторожно. Локи приблизился на шаг. — Не хочу на мечах, — сладко прошептал он, словно пытаясь соблазнить девушку. — Хочу закончить с этим поскорее. Он оказался почти вплотную к Тору, не принимая попыток напасть. Просчитывал ходы. Краем глаза он заметил, как пальцы нервно сжались вокруг рукояти молота. Локи усмехнулся. Сделал несколько шагов назад. — Забавно даже наблюдать, как ты пытаешься думать, — проговорил он задумчиво. Обернулся спиной. — Так старательно пытаешься, словно бы этот котелок и впрямь чем-то занят... Он увернулся, откатившись влево. Бросив короткий взгляд на противника, понял, что угадал. Он широко улыбнулся. — Нападаешь со спины, брат? Это низко даже для меня, — укорил он негромко. Он все ещё упирался руками в землю, восстанавливая дыхание, продумывая следующие движения. — Но так ведь интереснее. Он ловко поднялся на ноги, откинул волосы от лица и растянул губы в довольной улыбке, той, которая, насколько он знал, моментально выводила окружающих из себя. Тор свёл брови, но не двигался, хотя молот сжал сильнее. Ждёт ответного удара, как благородно. — Будем играть по правилам, да? — он облизнул пересохшие губы. — Только по каким? Он взмахнул рукой, тут же их окружила зелёная огненная сфера. Пламя было ненастоящее, но оттого не менее жгучее, и если ненароком обжечься, можно потом полдня мучиться от сильной боли. Тор огляделся, в глазах читался неподдельный страх. — А мать знает? — спросил он. Локи отвёл взгляд и посмотрел на огонь вокруг. Матери бы это не понравилось. Она не одобрила бы, что Локи вынес из библиотеки несколько книг по рунной магии, по темному сейду и магии на крови, но этот огонь... он ведь почти безобиден! — А что, пойдёшь жаловаться мамочке? — ядовито проговорил Локи, защищаясь, ощерившись. — Могучий Тор пожалуется маме, что его обидел младший братик! — Это же опасно! Как ты не понимаешь? Что на тебя нашло? Локи глубоко вздохнул, проведя рукой, заставил пламя исчезнуть. — Никакого с тобой веселья, — упрекнул он, пряча кинжал и отворачиваясь. — Думаю, тренировку можно считать завершённой. Не ищи меня, я выйду к ужину. Он неспешно пошёл в сторону дворца, не оборачиваясь, не имея ни малейшего желания видеть Тора и его сбитую с толку физиономию. Приходится только надеяться, что Тору хватит ума промолчать о случившемся. Он торопился. До ужина он должен успеть прочитать ещё хотя бы главу про Йотунхейм. Он быстро добрался до библиотеки; виляя между стеллажами, он оказался рядом с оставленной книгой. Итак, Йотунхейм, один из первых миров... История Йотунхейма оказалась действительно ужасной. До Союза, заключённого Имиром между многими племенами, этот мир просто тонул в крови военных и гражданских. Племена постоянно пытались захватить одно другое, убивая сотнями, иногда даже тысячами. Величайшему царю Йотунхейма, Имиру, удалось достичь благосостояния, однако Ледяное царство жило бесконечной войной с самой его смерти. При нем мир процветал, был на пике своего могущества. Йотунхейм тогда уважали, к нему стекались со всех Миров обездоленные, потерянные, жаждущие нового. Его потомки изо всех сил пытались снова вернуться на утраченный пьедестал, но никто из них не преуспел. Расцвели националистические настроения, и коренные йотуны все меньше желали видеть среди себя чужеземцев. Но такая долгая иноземная диаспора не прошла бесследно, и до сих пор среди йотунов много детей-полукровок. Чистокровных йотунов в мире почти не найдёшь, вплоть до того, что даже царь Лафей был замечен в связи с другими нациями, и двое его наследников полукровки. Все закончилось последней Великой войной с Асгардом. Йотунхейм развязал самую страшную войну в истории Девяти Миров, выиграть в которой ему было не суждено. Армия Асгарда, закаленная победами в Ванахейме и Льюсальфхейме, значительно превышала по силе армию йотунов. Некоторые даже говорили, что победу Одину предрекли сами Норны, хотя, по мнению Локи, силы просто были неравны. Конечно, Асгард вышел победителем. Йотунхейм не побеждал в войнах со времен старших сыновей Имира. Всеотец забрал Каскет в качестве залога, был составлен договор о Мире. Локи жил при этом Мире всю жизнь, и он не знал той войны. Отец не любил подробно рассказывать о ней, мать не жаловала войн вообще, а Тор был слишком маленьким, чтобы помнить такие подробности. Вот и получалось, что только из этой книги Локи мог узнать все, что его интересовало. Отдельно были вынесены все правители. Об Имире Локи знал с детства, он — одно из воплощений первородной силы, способной создавать миры. Его дети, тоже цари, гибнувшие во время войн; их дети — почти все мёртвые младенцы. Детская смертность в Йотунхейме всегда была одной из самых главных проблем, но никто не мог ничего поделать. Вот и хоронили десятки младенцев каждые несколько месяцев: там, в этих общих могилах, были все, и бедняки, и юные принцы, никогда не познающие жизни. Вечная Зима не щадила никого. Последний и нынешний царь Йотунхейма — Лафей, например, потерял всех своих сыновей: Бюлейста, Хелблинди, Хведрунга и, самого младшего, не то погибшего, не то потерянного во время войны, Лодура. Слово, обозначавшее смерть Лодура, почему-то переводилось, как утрата или пропажа. Впрочем, вся книга была написана древним наречием с помощью немагических рун, так что Локи не очень удивлялся неточностям. Он прикрыл книгу, отвёл взгляд, давая глазам и голове отдохнуть от сложной письменности. Йотунов всегда описывали как монстров. Но почему-то сейчас ему стало их немного жаль, особенно того мальчишку, Лодура. Судя по возрасту, они примерно ровесники, точнее были бы ими, если бы сын Лафея не погиб во время войны. Несправедливо это, подумал Локи. Почему именно он живет, даже не помнит этой войны? А здесь, на странице книги, среди всех имён есть Лодур? Он ведь только очередная жертва той бессмысленной бойни, оставившей кровавый след на всех старших жителях Девяти Миров. Ровесников Локи в Асгарде не было, как он ни искал. А вот здесь рунами написано: «Лодур, 10965 г.р., принц Йотунхейма...» Наверное, больше всего его задевает именно то, что он мог быть жив, если бы не война. Локи смахнул несколько капелек, образовавшихся в уголках глаз, сделал несколько вдохов, пытаясь успокоиться. Дрожащими руками он отложил книгу, глянул в окно и направился в обеденный зал, надеясь, что не слишком засиделся, и никто не будет выспрашивать, где он пропадал. Чёрного ворона, заглядывающего в окно с ветки дуба, он, конечно, не заметил. На другой день книги уже не было. Локи перерыл все ближайшие полки, заглянул в соседние шкафы, но так ничего не нашел. Норны, это ведь самая невероятная книга из всех когда-либо написанных! И каким же глупцом надо быть, чтобы потерять её. Локи злился. Кто-то, наверное, прознал об этой ценности и выкрал прямо из дворцовой библиотеки. Преступники. Завистники. Стащили прямо из-под носа! Но Локи тоже хорош. Вместо того, чтобы беречь «Историю» как зеницу ока, он просто оставил её в библиотеке, понадеявшись на благонравие асгардцев. Пока Локи посыпал голову пеплом, он дошёл до секции с большими рунами. Малые руны у него были уже давно: небольшие камешки из слоновой кости с нацарапанными на них магическими рунами старшего и младшего футарка. Они были занимательными, но практически бесполезными без больших рун. Ими можно было только гадать. Локи сквозь волшебное стекло смотрел на руны. Они были не больше ладони, на некоторых узоры потерлись, но магию, исходившую от них было ни с чем не сравнить. Локи чувствовал, как каждая жилка в его теле наполняется теплом, вековой энергией, пронзающей всю Вселенную. Невидимые нити связывали руны и хранили их от краж лучше любых эйнхериев. Руны нельзя было подчинить без долгих и упорных тренировок. Только долгие, монотонные занятия с каждой из рун могли принести хоть какие-то плоды. Рунами владели лишь избранные. Локи протянул руку к стеклу и коснулся его. Вязь на рунах слабо мигнула, но тут же погасла, словно ничего и не было. Локи решительно свёл брови, криво усмехаясь. — Проверим?