Песнь тетивы и ветра

Рассвет на Пандоре наступал не так, как на Земле. Здесь не было медленного пробуждения серого света; здесь тьма внезапно взрывалась фосфоресцирующим великолепием, прежде чем дневное солнце заливало мир золотом. Когда Найла вышла из лаборатории, её встретил именно этот момент — когда биолюминесценция леса еще горела ярко-синим, но небо на востоке уже окрасилось в тревожный, кроваво-красный цвет. ​Она поправила лямки своего снаряжения. Маска «Вторая кожа», ставшая её постоянным спутником. На плече висел облегченный лук из черного дерева, подарок Нормана, который она вчера с таким трудом отстояла перед Нейтири. ​— Готова? — раздался тихий голос из тени. ​Нетейам спрыгнул с ветки невысокого дерева. На нем не было ничего, кроме набедренной повязки и перевязи для стрел. Его кожа в предрассветных сумерках казалась почти черной. ​— Я не спала всю ночь, — призналась Найла, чувствуя, как в животе завязывается тугой узел. — Всё думала о «Тропе Теней» и о том, что Нейтири сделает со мной сегодня. ​— Она уже ждет в лесу, — Нетейам подошел ближе, его глаза внимательно изучали её лицо. — Она не любит ждать, Найла. И она не любит страх. Оставь его здесь, у ворот из железа. В лесу страх пахнет слишком сильно. ​Они двинулись вглубь джунглей. На этот раз Нетейам вел её не по земле, а по «верхним дорогам» — переплетению гигантских лиан и ветвей, которые находились в тридцати метрах над подлеском. Для Найлы это было испытанием: каждый шаг требовал предельной концентрации, а отсутствие страховки заставляло её ладони потеть. ​— Не смотри вниз, — бросил Нетейам через плечо. — Смотри туда, куда пойдет твой следующий шаг. Ветви — это не препятствия, это твои союзники. Доверяй им. ​Нейтири стояла на краю гигантской ветви дерева. Её силуэт четко выделялся на фоне восходящего солнца. Она не шевелилась, держа свой огромный лук в опущенной руке. Казалось, она была частью самой коры, неподвижной и вечной. ​Когда Найла и Нетейам приблизились, она медленно повернула голову. ​— Ты пришла, — произнесла она, и в её голосе не было ни одобрения, ни порицания. — Сегодня мы проверим, может ли твой дух подняться выше земли. Наземная охота — для тех, у кого нет крыльев. Но воин На’ви должен уметь разить врага, летя между мирами. ​Она указала на серию небольших ярко-синих плодов эпсу, висящих на тонких нитях лиан в сорока метрах от них. Ветер раскачивал их, создавая непредсказуемый ритм. ​— Твоя задача — поразить пять плодов, не останавливаясь. Ты должна бежать по этой ветви, прыгнуть на следующую и сделать выстрелы в воздухе или в момент приземления. ​Найла посмотрела на плоды, потом на узкую, скользкую ветвь, по которой ей предстояло бежать. Между ней и землей было сорок метров пустоты. ​— Но мой лук... — начала Найла. ​— Твой лук — это игрушка, сделанная людьми, — перебила Нейтири. — Но стрела не знает, кто её выпустил. Она знает только закон ветра и волю охотника. Покажи мне свою волю, Найла. Или уходи. ​Нетейам отошел в сторону, его хвост нервно дернулся. Он хотел что-то сказать, подсказать, но один холодный взгляд матери заставил его замолчать. ​Найла глубоко вдохнула. Воздух в маске был сухим, пахнущим фильтрами, но она заставила себя представить, что она вдыхает аромат леса. Она сорвалась с места. ​Первые десять метров ветвь была широкой, но затем она сузилась до тридцати сантиметров. Скорость. Нужно было сохранять скорость, чтобы инерция помогала удерживать баланс. Найла выхватила первую стрелу. ​Свист. Стрела ушла выше. Мимо. ​— Ты думаешь слишком много! — крикнула Нейтири. — Не целься глазом! Целься сердцем! ​Найла прыгнула. Секунда невесомости. В полете она выхватила вторую стрелу, наложила на тетиву и отпустила. Голубой плод разлетелся брызгами сока. ​Приземление на следующую ветку было жестким. Колено отозвалось острой болью, но Найла перекатилась через плечо, как учил её Ло’ак, и вскочила на ноги. Третий выстрел — в цель. Четвертый — мимо, стрела лишь задела лиану. ​Остался последний плод. Он висел в самом неудобном месте, скрытый густой листвой. Найла добежала до края ветви и поняла, что ей не хватит угла обзора. Нужно было прыгнуть в сторону, зацепиться за лиану одной рукой и выстрелить из неустойчивого положения. ​Она не колебалась. Прыжок. Рука впилась в грубую поверхность лианы, обжигая ладонь. Весь мир перевернулся. Найла увидела цель. Натяжение тетивы. Выдох. ​Плод лопнул. ​Она повисла на лиане, тяжело дыша, глядя, как остатки стрелы падают вниз, в зеленый океан подлеска. ​— Три из пяти, — раздался голос Нейтири совсем рядом. Оказывается, она перемещалась параллельно Найле по верхнему ярусу, не издав ни звука. — Для человеческого щенка — неплохо. Но для воина Тени — позор. Твой ритм рваный. Ты борешься с ветром, вместо того чтобы петь вместе с ним. ​Нейтири спрыгнула к ней, легко оттолкнувшись от воздуха, и приземлилась на ту же лиану, даже не качнув её. Она посмотрела на разодранную ладонь Найлы. ​— Ты чувствуешь боль? Хорошо. Боль напоминает тебе, что ты жива. Но не позволяй боли управлять твоей рукой. Тетива — это нерв твоего врага. Ты должна чувствовать её натяжение так, словно это твоя собственная кожа. ​Следующие часы превратились в бесконечный цикл. Прыжки, выстрелы, падения. Нейтири заставляла Найлу стрелять с закрытыми глазами, ориентируясь только на звук шелеста листвы вокруг целей. Она заставляла её удерживать лук натянутым по пять минут, пока мышцы не начинали дрожать, а затем требовала идеального попадания. ​— Посмотри на Нетейама, — сказала Нейтири, когда солнце поднялось в зенит. ​Нетейам вышел на «дистанцию». Он двигался как живое пламя — текучий, быстрый, смертоносный. Он не просто стрелял; он танцевал. Каждая его стрела находила цель еще до того, как он касался ногами следующей ветви. В его движениях не было усилий, только чистая энергия. ​— Он не думает о том, как попасть, — тихо произнесла Нейтири, стоя рядом с Найлой. — Он знает, что он уже попал. Стрела — это мысль. Если твоя мысль ясна, цель уже мертва. ​Найла наблюдала за ним, и в её груди защемило. Она никогда не сможет быть такой. У неё нет такого хвоста для баланса, нет таких мощных костей, нет той связи с Эйвой, которая дает На’ви их интуицию. ​— Я никогда не буду как он, — прошептала она. ​Нейтири повернулась к ней. Её взгляд был странным — в нем на мгновение промелькнула искра понимания. ​— Ты и не должна быть как он. Ты — Тень. А тень всегда короче и острее, чем свет. Нетейам — это сила леса. Ты — это его хитрость. Используй свою слабость. Твой лук слабее нашего, но он быстрее. Твое тело меньше, а значит, ты можешь спрятаться там, где охотник На’ви будет виден как гора. ​Нейтири протянула ей свою стрелу — длинную, с костяным наконечником, пропитанным ядом. ​— Попробуй еще раз. На этот раз не пытайся быть На’ви. Будь Найлой, которая выжила. ​Тренировка была прервана внезапно. Это не был звук выстрела или радиопомех. Это была тишина. Лес, который секунду назад вибрировал от криков пролемуров и жужжания насекомых, внезапно онемел. Птицы смолкли, а мелкие зверьки, мелькавшие в листве, попрятались в глубокие норы. ​Нейтири мгновенно замерла. Её уши прижались к голове, а хвост замер, как натянутая струна. Она медленно повернулась по ветру, расширив ноздри. ​— Палулукан... — выдохнула она едва слышно. ​Найла почувствовала, как по спине пробежал ледяной пот. Танатор. Высший хищник Пандоры. Машина для убийства, у которой нет естественных врагов. Если он вышел на охоту, значит, он уже почуял их. ​— Он близко? — прошептал Нетейам, уже накладывая стрелу на тетиву. Его движения были плавными, но в глазах застыло напряжение. ​— Он идет снизу, — Нейтири указала на густой подлесок под ними. — Он почуял чужой запах. Запах металла и лекарств. Твой запах, Найла. ​Найла сглотнула. Она знала, что танаторы — территориальные животные, и присутствие человека, чей запах не вписывается в экосистему леса, для них как вызов. ​— Нам нужно уходить выше, — скомандовал Нетейам. ​— Нет, — отрезала Нейтири. — Танатор умеет прыгать. Если мы начнем бежать по ветвям, мы станем легкой добычей. Нам нужно отвлечь его, прежде чем он найдет тропу к деревне. Там сейчас играют младшие. Там Тук. ​Найла смотрела на свои руки. На них всё еще были следы светящейся краски с вчерашнего испытания, хоть она и пыталась их отмыть. В тени густого леса эти полосы едва заметно мерцали. ​— Я могу его увести, — сказала Найла. Голос её был на удивление твердым. — Моя маска... у неё есть ультразвуковой манок. Макс встроил его на случай, если мне нужно будет отогнать хищников, но если переключить частоту, он будет его раздражать. Он пойдет за мной. ​— Ты с ума сошла? — Нетейам схватил её за плечо. — Он разорвет тебя в клочья, прежде чем ты успеешь сделать десять шагов! ​— Нетейам, он ас в лесу, — Найла посмотрела ему в глаза. — Но я Тень. Вы сами учили меня сегодня прятаться там, где охотник На’ви будет виден. Я меньше. Я пролезу в расщелины скал, куда он не просунет и лапы. ​Нейтири молчала, глядя в сторону, откуда доносилось тяжелое, прерывистое дыхание зверя. Громадная черная тень медленно пробиралась сквозь заросли внизу. Танатор был огромен, его бронированные пластины на спине поблескивали, как обсидиан. ​— Делай, — коротко бросила Нейтири. — Нетейам, прикрывай её сверху. Не стреляй, пока я не дам знак. Если мы прольем его кровь сейчас, он впадет в ярость, и тогда его ничто не остановит. ​Найла соскользнула вниз по лиане. Сердце колотилось в самых ушах, заглушая шум фильтров маски. Она коснулась ногами мягкой почвы и пригнулась. ​В десяти метрах от неё кусты раздвинулись, и показалась морда хищника. Огромные клыки, горящие красным глаза и антенны-сенсоры, которые бешено вращались, улавливая её тепло. ​Найла активировала манок на запястье. Тонкий, сверлящий мозг писк заполнил пространство. ​Танатор вздрогнул. Он издал низкий, вибрирующий рык, от которого у Найлы задрожали ноги. Зверь повернул голову в её сторону. ​— Ну же, котик, иди за мной, — прошептала она и сорвалась с места. ​Она не бежала по прямой. Она петляла между корнями деревьев-гигантов, ныряла под поваленные стволы и проскальзывала сквозь такие узкие щели, что танатору приходилось тратить время, чтобы обойти их или проломить. Она слышала, как за её спиной с хрустом ломаются деревья. ​— Быстрее, Найла! Влево! — крикнул Нетейам сверху. ​Она прыгнула в расщелину между двумя камнями. Танатор ударил лапой по скале, выбивая искры. Его когти прошли в сантиметре от её маски. Найла забилась глубже, чувствуя его горячее, вонючее дыхание. ​Она снова включила манок, но на этот раз на максимальную мощность. Зверь взревел от боли в чувствительных антеннах и начал биться головой о камни, пытаясь избавиться от звука. ​Это был её шанс. Найла выскользнула с другой стороны расщелины и, используя лиану, мгновенно взлетела на пять метров вверх, на нижнюю ветку дерева. ​Нейтири уже была там. Она стояла на ветке, натянув тетиву своего огромного лука. Стрела была направлена прямо в глаз танатору, но она не выпускала её. Она ждала. ​Зверь, окончательно дезориентированный ультразвуком, мотал головой. Поняв, что добыча ускользнула, и не в силах больше терпеть невыносимый писк, он развернулся и бросился прочь, в сторону глубоких каньонов, подальше от раздражающего шума. ​Тишина вернулась в лес так же внезапно, как и исчезла. ​Найла сидела на ветке, прижавшись к стволу, и её трясло. Адреналин уходил, оставляя после себя пустоту и слабость в ногах. ​Нетейам спрыгнул рядом с ней и просто обнял её, прижимая к себе. Его сердце билось так же бешено, как и её. ​— Ты... ты самая безумная дочь неба из всех.— выдохнул он ей в маску. ​Нейтири медленно опустила лук. Она подошла к Найле и долго смотрела на неё. В её взгляде больше не было льда. Там было нечто, похожее на суровое уважение воина к воину. ​— Ты использовала свой шум, чтобы спасти нашу тишину, — произнесла Нейтири. — Ты могла погибнуть. Но ты не бросила тропу. ​Она протянула Найле небольшую костяную подвеску на кожаном шнурке — изображение маленькой птицы, летящей сквозь бурю. ​— Ты больше не просто ученица, Найла. Сегодня ты стала Тенью, которая защищает лес. Ты доказала, что твоё сердце бьется в ритме Пандоры, даже если твои легкие этого не могут. ​Найла взяла подвеску. Она была теплой, отполированной тысячами прикосновений.