Часть 8. Сбросив маски

Стелла и Блум подошли к колонне, у которой их ждали Флора и Брендон. — Блум! — Улыбнулась Флора, видя подругу. — Ваш танец — это просто нечто! Вы так изумительно смотрелись со стороны! — Наверное, — замялась Блум, поджимая губы и обхватывая себя руками, чтобы как-то унять всё ещё не отпускающую дрожь. — Обсудите это позже, дамы. Нам нужно действовать, — деловито заявил Брендон. — Просто стоять и ждать — не вариант. Народ всё прибывает. — Знаю, — кивнула Флора, тревожно оглядываясь на возвышение в конце зала. — Но вокруг короля, Химеры и Кассандры столько охраны… Как мы подберёмся незамеченными? — Можно попробовать сделать это в танце, — заговорщически начал Брендон. — Смотрите: основная масса пар движется по кругу. Мы со Стеллой проходили мимо короля, пока танцевали. Если мы будем идти вдоль стены прямо на него, то это может привлечь внимание охраны, потому что люди в зале либо танцуют, либо стоят у колонн и фуршетных столов — никто не идёт в сторону отца Стеллы целенаправленно. А в танце мы будем выглядеть естественно, и это ни у кого не должно вызвать подозрений. В этот момент к ним присоединилась раскрасневшаяся Лейла. Она подошла под руку с тёмноволосым парнем в элегантном костюме — тем самым, с которым танцевала весь вечер. — Ребята, — выдохнула Лейла с улыбкой. — Познакомьтесь, это Набу. Он тоже с Андроса, представляете? — Очень приятно, — быстро, почти скороговоркой проговорила Стелла, едва взглянув на парня. — Правда, очень. Но у нас тут вообще-то… — Она посмотрела на подругу, показывая глазами, что её кавалер тут явно лишний. Лейла поняла всё без слов и попросила подождать своего нового знакомого в сторонке, пока другие разжёвывали ей всю суть плана: танцевать вальс, приближаясь к королю и королеве-самозванке, а по команде Стеллы начать трансформацию. — Главное — не делать резких движений и не пялиться на короля в упор, — поясняла она. — А когда мы подберёмся ближе, то там нас уже не победить. Последние ноты текущей мелодии затихали в воздухе, и музыканты уже перелистывали партитуры, готовясь играть следующую композицию. — Значит так, повторяю ещё раз: мы с Брендоном идём первыми, за нами — Лейла и её кавалер, а потом Блум и Флора, — Стелла быстро проговаривала план. — А с кем вы? — Лейла удивлённо посмотрела на подруг. Флора, отвечая на вопрос подруги, шагнула вперёд к Блум, изящно протянув той руку, и с театральным поклоном произнесла: — Я, конечно, не симпатичный высокий мужчина со светлыми волосами, но, пожалуй, тоже осмелюсь пригласить вас на танец, принцесса. Блум не выдержала и рассмеялась — впервые за весь вечер так легко и искренне. — С удовольствием, — серьёзно ответила она, кладя руку в ладонь подруги. — Ты самый идеальный кавалер! Лейла, видя эту картину, улыбнулась и пошла за своим новым знакомым, приглашая его на танец. Они парами двинулись в пёстрый круговорот из кружащихся юбок и сверкающих камней. — Держитесь ближе к нам! — Крикнула Стелла, уже уходя в танце с Брендоном. Музыка лилась рекой, завораживая и унося, а вместе с ней по залу плыли танцующие пары. Стелла и Брендон кружились только с виду в плавном, спокойном и размеренном вальсе, с каждым шагом продвигаясь всё ближе и ближе к королевскому подиуму. За ними, словно тени, следовали Лейла со своим кавалером, а чуть поодаль — Блум и Флора. На самом деле сердце каждого из друзей колотилось как сумасшедшее, заглушая музыку, заглушая смех гостей, заглушая всё вокруг. Стелла смотрела на отца — он сидел на троне с отсутствующим взглядом, будто его здесь и не было. Рядом, гордо задрав голову, восседала Кассандра, а Химера то и дело поправляла причёску, ловя восхищённые взгляды. И вот уже считанные метры отделяют их от заветной цели. Ещё пара шагов, и… — Сейчас! — Громко произнесла Стелла, резко обернувшись к страже. Она вскинула руку, и перстень на её пальце вспыхнул ослепляющим светом. — Solux! Из него полились лучи, бьющие во все стороны — зал мгновенно погрузился в белое сияние. Охрана, стоявшая стеной у трона, вскинула руки, зажмуриваясь. Кто-то вскрикнул, кто-то отшатнулся, ослепнув на несколько секунд и потеряв ориентацию в пространстве. — Прости, — бросила Лейла Набу, отстраняясь от него. — Было очень приятно познакомиться! И, прежде чем он успел ответить, она крикнула: — Девочки, трансформация! Зал на пару секунд озарился новыми цветными вспышками, а за спинами четырёх фей, уже парящих в воздухе, распахнулись крылья. Гости в ужасе шарахнулись во все стороны. Кто-то закричал, кто-то бросился к выходу, но большинство просто застыло, не понимая, что происходит. Маски наконец сброшены. Кассандра взвизгнула и спряталась за трон, вцепившись в его спинку побелевшими пальцами. Лейла и Флора, не теряя ни секунды, поймали бо́льшую часть стражи в магические путы — морфикс в руках феи волн взметнулся эластичной лентой, завязывая ближайших солдат и припечатывая их друг к другу, словно связку дров. Флора действовала не менее ловко — при помощи её магии из стен и пола вырывались гибкие зелёные лианы, мгновенно оплетающие руки и ноги стражников, лишая их возможности двинуться с места. — Отлично сработано, девочки! — Стелла, рассекая воздух, подлетела к подругам и обеими руками дала им «пять». — Ах ты маленькая белобрысая дрянь! — Закричала Химера, узнав Стеллу. Её глаза расширились от злости. — Я должна была догадаться, что ты попытаешься всё испортить! — Ага, — усмехнулась Стелла, паря в воздухе. — Именно поэтому ты, такая умная, решила запустить всех гостей во дворец в масках! Даже под толстым слоем макияжа было видно, как Химера побагровела от злости. Она схватила скипетр, стоявший у трона, и сжала его в руках, направляя на Стеллу. — Думала, что стража сможет распознать под маской того жирного зелёного монстра, в которого я тебя превратила, — прошипела она, глядя Стелле прямо в глаза. — Но если в прошлый раз ты отделалась лёгким испугом… Она перевела взгляд на остальных фей, и на её лице заиграла зловещая улыбка. — В этот раз живыми из дворца вы не выберетесь. Ни ты, ни твои драгоценные друзья! Скипетр вспыхнул тёмным светом, и Химера выкрикнула какое-то заклинание. Широкий поток тёмной магии ударил в фей, но Стелла оказалась на его пути первой — заклинание впечатало её в ближайшую стену с такой силой, что из груди вышибло дыхание, а мир перед глазами поплыл. Остальных тоже немного задело, но далеко не так серьёзно. Флора тут же бросилась к фее солнца и луны на помощь. В руках Блум вспыхнуло пламя Огня Дракона, и мощный поток магии устремился прямо в Химеру. Та в последний момент выставила щит, из-за чего попавшее в него пламя разбилось, падая на пол застывшими кусками лавы, которые остывали на мраморном полу, ещё какое-то время дымясь. — Стелла! — Она ринулась к подруге и Флоре, которая старалась той помочь. — Стража! — Заорала Химера. — Хватайте этих ведьм и этого парня! Защищайте королевскую семью! Иначе ваши головы полетят долой с плеч!!! Брендон оказался вовсе не в самой приятной ситуации — стражники с мечами наступали, прижимая его к стене, смыкая в кольцо. Он сделал шаг назад, ещё один, но пути к отступлению не было. Взгляд упал на меч, валявшийся на полу — видимо, оброненный кем-то из тех солдат, которых повязали Лейла и Флора. Брендон молниеносно нагнулся, схватил оружие и выпрямился, принимая боевую стойку. — Ну, давайте, — процедил он, крутанув меч в руке, привыкая к чужому оружию. Лейла тем временем заметила Кассандру, которая, пользуясь суматохой, пыталась улизнуть в боковой проход. Морфикс взвился в воздухе, целясь в королеву-самозванку, но та обернулась и с визгом выставила руки — магический удар разорвал розовую резину прямо перед её лицом. В зале началась настоящая паника и давка. Гости с криками метались между колоннами, наваливаясь друг на друга, пытаясь пробраться к выходу. Женщины визжали, мужчины расталкивали толпу локтями — все хотели одного: выбраться из этого кошмара живыми. — Никто не выйдет! — С этими словами Химера взмахнула скипетром, и главные двери с грохотом захлопнулись, запечатанные тёмной магией. — Никто не покинет этот зал, пока вы все своими глазами не увидите, как сдохнут Стелла и её драгоценные подружки-ведьмы! Эти выскочки не дают мне спокойно жить, и, раз они того хотят, пусть хотя бы умрут красиво! Брендон сделал выпад в сторону очередного солдата, взмахнув в его сторону мечом, но тот парировал удар. Специалист тут же развернулся, встречая второго. Клинки со звоном скрестились, высекая в воздухе искры. Движения были чёткими, отточенными годами обучения в Красном Фонтане. Он ушёл вниз, уворачиваясь от рубящего удара, и тут же ответил выпадом в незащищённый бок — стражник обмяк, выронил меч и упал на пол. Первый снова бросился в атаку, но Брендон встретил его клинок блоком, а затем, используя инерцию, толкнул противника плечом в грудь, отправляя на пол. Но всё же силы были слишком неравны — охрана всё прибывала и прибывала. Солдаты прорывались в зал с трёх сторон, окружая парня. В конце концов, Брендона прижали к стене. Острые концы мечей упёрлись в парня. Выхода не было. Специалист выдохнул, разжал пальцы, и меч со звоном упал на каменный пол. Он поднял руки, показывая, что сдаётся… Флора, отчаянно склонившись над Стеллой, хлопала ту по щекам. — Стелла! Очнись! Ну же, приди в себя! Стелла моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд, но голова всё ещё кружилась после удара о стену. Блум, заметив, что к подругам приближается стена солдат, резко спикировала вниз. Из её ладоней широкой волной вырвался огонь, накрывая наступающих. Одежда вспыхнула, а уже через секунду стражники с воплями катались по полу, бросая оружие и хлопая себя руками, отчаянно пытаясь сбить пламя. Блум контролировала процесс и видела, что ожоги были поверхностными, но не смертельными. Флора воспользовалась заминкой и, пока не подоспела новая партия солдат, подхватила Стеллу под руки и помогла ей подняться в воздух. Крылья Стеллы затрепетали, удерживая хозяйку на лету, но взгляд всё ещё был рассеянным. Она потрясла головой и потёрла виски, пытаясь прийти в себя. Тут её взгляд упал на короля, неподвижно сидящего на троне, словно он был статуей. Стеклянные глаза смотрели в пустоту, а лицо не выражало ровным счётом ничего — он будто и не замечал хаоса, творящегося в зале. — Папа, — выдохнула Стелла. Она рванула вперёд к отцу, забыв о боли и обо всём на свете. — А ну стоять! — Взвизгнула преградившая ей путь Химера, зависнув в воздухе между Стеллой и троном. — Ты к нему не подойдёшь! Стелла замерла в воздухе, глядя прямо в разукрашенное и противное ей до глубины души лицо Химеры. — Ну всё, — процедила она сквозь зубы, — у тебя получилось разозлить меня по-настоящему. Она вскинула руки, и между ладонями начал зарождаться свет — сначала слабый, но через долю секунды это были уже яркие лучи света, которые ослепили Химеру, и та зажмурилась, прикрывая глаза рукой. — Сила солнца Солярии! — Выкрикнула Стелла и отправила шар прямо Химере в грудь. Заряд ударил прямо в цель, и та, махая руками, полетела вниз, приземлившись с грохотом на пол. Скользя по мрамору и оставляя за собой кровавый след, Химера ударилась головой о колонну и замерла возле неё. Стелла рванула за ней вниз и всем весом обрушилась на принцессу-самозванку. Та даже не успела вскрикнуть — только воздух со скрипом вырвался из лёгких, когда фея приземлилась прямо на её грудь, сильнее припечатывая к холодному полу. Колени Стеллы упёрлись по бокам от тела жертвы, надёжно его фиксируя и не оставляя шанса вырваться. Пальцы сами нашли горло и сомкнулись на нём, чувствуя, как под ладонями бьется чужой пульс. — Ты… с ума… сошла… — Прохрипела Химера, пытаясь расцепить руки Стеллы, но её хватка была железной. — А ты думала, что можешь безнаказанно покушаться на мою семью? — Прошипела в ответ Стелла, наклоняясь максимально близко к её лицу. — Думала, что превратишь меня в монстра, заколдуешь моего отца вместе со своей чокнутой мамашей, а я буду сидеть сложа руки?! Она сжала пальцы сильнее, и лицо Химеры начало наливаться краской. Глаза расширились от ужаса, а рот открывался и закрывался в тщетной попытке вдохнуть. — Стелла! — Крикнула Блум откуда-то сверху. — Не надо! Стелла не слышала. Она видела только это разукрашенное лицо, эти ненавистные глаза, которые сейчас вылезали из орбит, эти губы, ухмыляющиеся ещё пять минут назад, глядя на то, как Стеллу и её друзей атакует стража. Пальцы вцепились в её шею мертвой хваткой, костяшки побелели, в ушах стоял шум. Ещё немного — и всё закончится. — Оставь мою дочь! Иначе я прикажу солдатам убить его! Голос Кассандры во всей этой неразберихе прозвучал негромко, но в нем было столько ледяной уверенности, что он перекрыл шум. Стелла замерла, медленно повернув голову. Кассандра стояла у стены, где пятеро стражников прижимали Брендона к холодному камню. Острые мечи упирались в его горло, ещё один — в его грудь. Брендон смотрел прямо на Стеллу, но в его глазах не было ни капли страха. Только сожаление. Только мольба. «Стелла, остановись, не надо. Ты не такая…» В зале воцарилась мёртвая тишина. Гости, прижавшиеся друг к другу, затаили дыхание. Никто даже не смел шелохнуться. — Отпусти Химеру, и я прикажу страже не трогать его, — твёрдо повторила Кассандра, наблюдавшая за тем, как озверевшая Стелла душит её дочь. Стелла разжала пальцы, слезая с Химеры. Та повернулась на бок, судорожно хватая ртом воздух. Она кашляла, задыхалась, держалась руками за шею. Но все внимание Стеллы уже было приковано к Брендону и остриям мечей у его горла. — Отпусти его, — голос феи солнца и луны задрожал. — Отпусти, и мы все отсюда уйдем, клянусь. Кассандра смотрела на неё из-под маски. Медленно, с явным наслаждением, она стянула её с глаз, встряхнула волосами и улыбнулась — холодно, торжествующе, жестоко. Повернула голову к страже. — Убейте его. — НЕТ! Стелла сорвалась с места, но охранник, услышав приказ и размахнувшись, вонзил острый клинок меча в грудь по самую рукоятку. Брендон ещё стоял, глядя на Стеллу стекленеющими глазами, но солдат тут же нанес второй удар — рядом с первой раной, пронзая сердце. Парень прижал ладонь к груди — туда, где уже расползалось большое багрово-красное пятно. Он качнулся, колени подкосились, и Брендон медленно начал сползать по стене вниз, оставляя на камне кровавый след. По залу прокатился единый, сдавленный вздох ужаса — сотни гостей не поверили своим глазам. Многие закрыли лицо руками, многие зажмурились. Но большинство просто застыло в ужасе, глядя на то, как тело молодого человека падает на пол. — Нет… Нет-нет-нет… — Шептала Стелла, падая рядом с ним на колени. Слёзы застилали глаза, мир расплывался, а фея отчаянно пыталась зажать свежие раны руками. Кровь никак не останавливалась, просачиваясь между пальцами и заливая белую рубашку, запястья, пол. — Стелла, — прохрипел Брендон, с трудом открывая глаза. — Не говори ничего, — всхлипнула она. — Ты не умрёшь, слышишь? Ты не можешь умереть! — Слёзы уже градом катились по щекам, падая на лицо возлюбленного — горячие, солёные, бессильные… — Стелла… — он еле поднял руку и, коснувшись её щеки окровавленными пальцами, произнёс: — я люблю тебя… моя золотая девочка… Его рука упала вниз, безвольно ударившись о пол. Глаза медленно закрылись, а грудь замерла, не пытаясь больше сделать ни единого вдоха. — БРЕНДОН! Крик Стеллы разнёсся по залу, но он уже ничего не слышал. Подруги смотрели на всё это с леденящим ужасом, забыв обо всём на свете. Флора зажала рот руками, а Лейла застыла, не в силах пошевелиться. Мир рухнул за какие-то считанные секунды… Блум рванула вниз, отталкивая Стеллу в сторону. Та даже не сопротивлялась — просто замерла, глядя пустыми мокрыми глазами на происходящее. Фея огня закрыла глаза, прикладывая руки к груди с окровавленными ранами. Глубокий вдох. Ещё один. Она уже делала это однажды — когда Скай был при смерти, когда никто уже не верил, что он очнётся. Тогда получилось. Тогда она смогла. Должно получиться и сейчас. Блум почувствовала, как Огонь Дракона внутри неё откликается на внутренний призыв. Тепло разлилось по груди, по рукам, по кончикам пальцев. Волосы взметнулись вверх, словно в невесомости, а всё тело окутало огненное сияние — золотое, пульсирующее, живое. — Пожалуйста, — прошептала она, концентрируя всю свою силу, всю свою волю, всё своё желание в ладонях, — пожалуйста, вернись. Свет лился в Брендона, проникая в раны, заливая тело тёплым золотом. Блум чувствовала, что значительная часть сил и магии уходит в него, пытается залечить, восстановить, вернуть к жизни. Секунда. Две. Три. Брендон не дышал. Блум открыла глаза. Огненное сияние погасло, волосы опали на плечи. Она смотрела на свои руки, всё ещё прижатые к его груди, и не могла повернуться к Стелле. — Не вышло… — Её голос дрогнул. — Пламя Жизни… оно… Оно не способно залечивать такие раны… Они слишком глубокие… — Она подняла глаза на подругу. — Стелла, прости. Кассандра тем временем махнула рукой страже, подзывая их к себе. Химера, шатаясь, поднялась с пола — голова была разбита и с раны сочилась кровь. Она подошла к матери, подхватившей её за руку, и они вместе спрятались за стеной солдат, выставивших мечи вперёд. Стелла медленно поднялась с колен. Дрожащей окровавленной рукой она смахнула со щёки слезу и сделала шаг в сторону кольца солдат, за которыми прятались принцесса и королева самозванки. — Сегодня, — произнесла она тихо, но каждое слово звенело, как натянутая струна, — ваш последний день. — Дорогая моя, ты, кажется, забываешь, кто здесь королева. — Кассандра обвела рукой зал, в который набежало ещё больше стражников с разных сторон. — А королева тут я. Каждый солдат давал мне лично обет верности. А это значит, что прежде чем ты и твои драгоценные подружки до нас доберётесь, вам придётся убить каждого из них. Разве добрые милые феи способны на такой поступок? — Значит, — Блум шагнула вперёд. — Мы сделаем так, чтобы охрана слушалась своего короля, а не какую-то самозванку. Блум резко обернулась к Лейле, взмывая в воздух от приближающихся со всех сторон солдат, со словами: — Лейла! Пыльца феи! Расколдуй короля Радиуса! Флора, свяжи солдат! С лёгкого движения руки феи природы по полу поползли зелёные крепкие корни. Они росли с невероятной скоростью, обвивая ноги стражников, поднимаясь всё выше, пока те не оказались полностью обездвижены. Лейла же тем временем подлетела ближе к неподвижно сидящему королю, и из её больших цветных крыльев посыпалась переливающаяся пыльца — мелкая, золотая, живая. — Нет! — Заорала Кассандра, вцепившись пальцами в волосы. — Химера! Останови её! Эта ведьма околдовывает короля! Химера, всё ещё державшаяся за горящее от удушения горло, вскинула скипетр над головой. Воздух вокруг неё загустел от напряжения. Тёмная энергия заклубилась вокруг артефакта, вбирая в себя как можно больше энергии. Глаза Химеры вспыхнули безумством — она вкладывала в этот удар всё: всю свою ненависть, всю свою злобу, всё отчаяние. — Умрите! — Заорала она, и её голос сорвался на визг. Из скипетра вырвался поток магии — чудовищный, ослепительный, смертоносный. Он был не просто потоком — это был настоящий шквал, сметающий всё на своём пути. Фиолетово-чёрная энергия клубилась внутри него, разрывая воздух, заставляя вибрировать даже пол во всём зале. Гул стоял такой, что у присутствующих заложило уши, а свет, исходящий от заклинания, был настолько ярок, что на несколько секунд всех ослепило. Поток нёсся прямо на Радиуса и закрывающую его Лейлу. Она выставила руки вперёд, заслоняя короля, пытаясь создать защитный барьер, но уже в первую секунду поняла: это бесполезно. Магия, которую Валтор вложил в скипетр Химеры, была чудовищной. — ЛЕЙЛА! — Заорала Блум, но Стелла оказалась быстрее. Она закрыла собой отца и подругу, принимая весь поток чёрной магии на себя до того, как он достиг их. Тело солнечной феи выгнулось дугой, а магия била прямо в грудь, разрывая одежду и прожигая кожу. Она замерла на мгновение в воздухе, пронзённая смертоносным волшебством, а затем безжизненно рухнула на пол, сбросив трансформацию и оставшись в бальном платье. — Стелла, нет! — Флора в ужасе закрыла лицо руками. — Вот так и погибла последняя надежда Солярии, — довольно произнесла Кассандра, ухмыляясь. — Жалкое зрелище. Блум, увидев, как тело Стеллы упало на пол, пришла в ярость. — ОГОНЬ ДРАКОНА! — Закричала хранительница. Из её ладоней вырвался поток пламени, несшийся на Химеру с Кассандрой с бешеной скоростью, сметая всё на своём пути, прожигая воздух и заставляя камни плавиться. Пламя накрыло их так быстро, что они даже не успели закричать. Они заметались, пытаясь сбить огонь, катаясь по полу, но пламя не унималось. Кожа на руках уже почернела, волосы обгорели, а лица покрылись ожогами. Огненные языки лизали тела, оставляли раны, но не проникали вглубь, не забирали жизни. Блум старалась сдерживать свою силу, даже будучи в гневе. Крики Кассандры и Химеры разнеслись по залу, смешиваясь с треском огня. Воздух мгновенно пропитался запахом горелой плоти — тошнотворным и душащим. — Помогите! Спасите вашу королеву! — Кричала Кассандра, протягивая руки к застывшей в ужасе страже. — Кто-нибудь! Флора и Лейла, видя, что Блум взяла ситуацию под свой контроль, с разных сторон ринулись к Стелле, но не успели к ней подлететь, как её тело засветилось… Сначала слабо, едва заметно — золотистое сияние пробежало по замершим рукам, по лицу, по груди. Свет становился ярче, теплее, заполняя каждую клеточку, каждую частичку её тела. Сияние вспыхнуло ослепительным золотом, и Стелла поднялась в воздух сама по себе. Она парила совершенно без усилий, без крыльев, без каких-либо движений — просто воспарила над полом, окутанная светом. Глаза распахнулись — в них горело само солнце. За спиной появились большие крылья. Они были в десятки раз больше прежних — огромные, переливающиеся, будто сотканные из чистого золота и солнечного света. Волосы поднялись в воздух, а затем упали идеальными локонами, обрамляя прекрасное, спокойное лицо. — Стелла… — Выдохнула Блум, с облегчением глядя на подругу, парящую в золотом свете. Стелла подлетела к отцу, и её голос разнёсся по залу: — Люди Солярии! Смотрите! Она рванула ворот рубашки короля Радиуса, обнажая его шею. На коже отчётливо проступил тёмный знак — символ Валтора. — Химера и Кассандра заколдовали моего отца! — Голос звенел от гнева. — Они хотели захватить власть, лишив его воли! Зал ахнул. Сотни голосов слились в единый гул — изумлённый, возмущённый, полный ужаса и неверия. Люди перешептывались, показывая пальцами на съёжившихся у трона Химеру и её мать. — Это правда? — Крикнул кто-то из толпы. — Измена! — Заорал другой голос. — В темницу их! Стелла уже не слушала. Она взмыла выше над отцом, а с её новых крыльев посыпалась золотая пыльца. Она оседала на голову короля Радиуса, на плечи, на грудь, проникая в самое сердце заклинания, сковывающего его волю. Радиус вздрогнул. Его глаза, ещё секунду назад пустые и стеклянные, вдруг наполнились жизнью. Он моргнул, оглядываясь по сторонам, и его взгляд остановился на Стелле. — Стелла! — Выдохнул он, и его голос дрогнул от сдерживаемых слёз. — О, милая… Прости меня. Прости! Он протянул руки, обнимая дочь. — Я как будто жил в кошмаре, — продолжил он. — Я знаю, я знаю, что это была ты, я слышал тебя, чувствовал, но не мог ничего поделать… Что бы я ни делал, я не мог проснуться! Эта Кассандра… Эта свадьба… Я бы никогда… — Папа, — перебила Стелла, обнимая отца. — Тише. Я всё знаю. Всё-всё знаю… Она прижалась к нему лишь крепче, а слёзы хлынули из глаз ещё сильнее. Зал взорвался ликованием. Люди закричали, захлопали, начали обнимать друг друга. Кто-то плакал, кто-то смеялся. Винкс снова сделали невозможное — правда восторжествовала. Радиус отстранился от дочери и обвёл взглядом зал. У трона, прижимаясь друг к другу, сидели Кассандра и Химера. Их было трудно узнать — обожжённые, покрытые копотью и волдырями, они напоминали скорее страшные манекены, чем людей. Кассандра смотрела в одну точку остановившимися глазами, раскачиваясь вперёд-назад. Химера тихонько поскуливала, зажимая обожжённые руки. — Стража! — Голос короля, наконец обретший привычную силу, разнёсся под сводами. — Уведите их в темницу! И вызовите лекаря — пусть обработает им раны. Эти предательницы предстанут перед судом. Фея солнца и луны обернулась. У стены, под расползающимся багровым пятном, лежало безжизненное тело специалиста. Она медленно подошла и опустилась на колени рядом с ним, глядя на пугающе бледное, застывшее лицо. Тяжёлая пелена слёз застелила глаза. Стелла прижала ладони к губам, пытаясь сдержать рвущийся наружу крик, но её плечи, сотрясаемые беззвучными рыданиями, выдавали то, что сердце наотрез отказывалось принимать…