Часть 2

В Сеуле зима наступала резко — будто город просто щёлкал выключателем. Ночной воздух был сухим, острым, и каждый вдох ощущался, как предупреждение. Розалин стояла в кабинете дяди, глядя на экран планшета. На видео — горящий склад в порту. Их склад. Пламя вздымалось к чёрному небу, сирены выли вдалеке. — Это не Хан, — сказала она тихо. — Нет, — ответил дядя, не отрывая взгляда от огня. — Это Чон. Имя повисло в воздухе тяжёлым камнем, грозящим вот-вот упасть прямо им на головы. Клан Чон долгое время оставался в тени, торгуя оружием и собирая информацию. Они никогда не шли против них в открытую. До сегодняшнего дня. — Они ударили и по Ханам, — добавил он. — Два их объекта уничтожены. И, по слухам, есть погибшие. Розалин не хотела чувствовать то, что почувствовала. Облегчение. Значит, это не он. Но облегчение быстро сменилось тревогой. Если Чоны решили устранить обе стороны — значит, они хотят захватить всё. — Что ты предлагаешь? — спросила она. Дядя повернулся к ней. — Союз. Слово прозвучало, как приговор. — Нет. Это невозможно. - отрезала девушка. — Возможно, — холодно ответил он. — Если у кланов появится общая кровь. Она замерла. — Нет. — Ты умная девочка, Розалин. Понимаешь быстрее других. Люди должны увидеть, что Пак и Хан — одно целое. Самый быстрый способ? Отношения между наследниками. Комната внезапно стала слишком тесной, а кислорода резко стало не хватать. — Ты... Ты всерьез сейчас предлагаешь… мне… встречаться с ним? - едва выдавила из себя Розалин, неверяще глядя на родственника. — Фиктивно, — уточнил дядя. — Публично. Пока Чоны не отступят. Она вдруг рассмеялась — коротко, безрадостно. — Ты просишь меня притворяться влюблённой в человека, которого я ненавижу? Дядя тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза. — Я прошу тебя спасти клан. Только ты можешь это сделать. *** Енджун узнал о предложении почти одновременно с ней. Он сидел напротив отца в просторном кабинете, где стены были украшены старинными мечами — символами власти. — Это унизительно, — сказал он спокойно, но в его глубоком голосе звенела сталь. — Мы не нуждаемся в этом дешевом спектакле, отец. — Ты ошибаешься, — ответил отец. — Чоны атакуют нас обоих. Они ждут, что мы продолжим грызться между собой. Но если мы покажем единство — они потеряют преимущество. — И ты хочешь, чтобы я играл влюблённого? — Я хочу, чтобы ты выжил. Енджун сделал глубокий вдох, ненадолго прикрыв глаза, а затем посмотрел прямо на отца, выдохнув: — И она согласна? — Пока нет. Его губы едва заметно дрогнули. — Уверен, она в восторге от этой идеи. Но где-то глубоко внутри него вспыхнуло совсем другое чувство. Если это произойдёт… Он... будет рядом с ней. Нет. Это просто стратегия. Всего лишь ход на шахматной доске. *** Они встретились в том же здании, где проходили переговоры. Без свиты. Без свидетелей. Только их личная охрана снаружи. Розалин вошла первой. На ней было тёмно-бордовое платье и чёрное пальто. Она выглядела безупречно, как всегда, — и так же холодно. Енджун уже ждал. — Значит, ты тоже в курсе, — сказала она вместо приветствия. — К сожалению. - небрежно бросил он. Она подошла ближе. — Даже не смей выглядеть довольным. — Я выгляжу практичным. - криво усмехнулся он, не в силах отвести от нее зачарованного взгляда. — Ты выглядишь так, будто все это тебя забавляет. - подозрительно прищурилась она. Он поднял бровь. — Поверь, притворяться твоим парнем — вовсе не предел моих мечтаний. — Отлично. Значит, нам обоим будет одинаково противно. Между ними повисла напряжённая тишина. Они стояли друг напротив друга, слишком близко. Знак под её кожей отозвался теплом. Его — болью. — Это плохая идея, — тихо сказал он. — Знаю. — Люди поверят в это только если мы будем убедительны. Она усмехнулась. — Я отличная актриса. — Я тоже. Их взгляды столкнулись, как древние мечи. — Есть правила, — произнесла она. — Никакой личной информации. Никаких… лишних прикосновений. — Мы должны выглядеть естественно. - возразил он. — Мы справимся. - отмахнулась она. Он шагнул ближе. — Тогда... начнём репетицию. — Что? - девушка удивлённо уставилась на него, а он протянул руку и мягко коснулся её талии. Её тело предало её мгновенно — дыхание сбилось, сердце застучало, как сумасшедшее, где-то в горле. — Убери руку, — прошипела она. — Если ты будешь так реагировать на каждое мое прикосновение, никто не поверит, что мы в отношениях, - усмехнулся он, наклоняясь ближе к ней. — Я реагирую не на тебя! - фыркнула она, отворачиваясь. — Конечно. - насмешливо хмыкнул он. Его пальцы на ее талии сжались чуть сильнее — не больно, но ощутимо. Она подняла глаза — и на секунду всё исчезло. Зал, кланы, угроза в лице Чонов. Остались только он и она... И этот невыносимый жар между ними. Она резко оттолкнула его. — Не смей использовать это! — воскликнула она в гневе. — Не смей использовать нашу связь против меня! Он замер. — Ты думаешь, я это контролирую? — Ты контролируешь себя. — А ты? Её губы дрогнули. — Я не чувствую ничего. Ложь слетела с ее губ слишком быстро. Он сделал шаг назад. — Хорошо. Тогда это будет легко. — Да. Легко. И в этот момент в дверь постучали. — Пресса уже внизу, — сообщил охранник. Розалин и Енджун переглянулись. Игра началась. Он протянул ей руку. — Готова, любовь моя? Она смерила его холодным не читаемым взглядом. — Попробуй ещё раз назвать меня так — и я забуду, что это все просто спектакль. Он тихо усмехнулся. — Просто улыбнись, Розалин, ну же... Она закатила глаза с тихим фырком, но все же взяла его под руку. И когда они вышли к вспышкам камер, он наклонился к её уху и прошептал: — Только не влюбляйся в меня по-настоящему, договорились? Она ослепительно улыбнулась в объективы. — Не переживай. Это в принципе невозможно. Но когда их пальцы переплелись — слишком естественно для фальши — оба поняли, что эта игра будет опаснее, чем война.