В шкуре Избранного (Захват тела)

      В тёмном-тёмном поместье в тёмной-тёмной комнате сидел Тëмный-Тëмный Лорд Волан-де-Морт и разрабатывал свой самый тёмный-тëмный план по захвату всей тёмной-тёмной (т.е. абсолютно непросвещëнной) Великобритании. Увы, но план всё никак не хотел разрабатываться. Сей простой факт с каждой минутой всё больше приводил Волан-де-Морта в бешенство, так что, в конце концов, Лорд решил оставить захват Великобритании на какой-нибудь другой день. Вместо страны Волан-де-Морт намеревался захватить кое-что другое. И этим кое-чем другим было тело ненавистного ему Гарри Поттера (чтоб его Дурсли вечно в чулане держали — этот наглый мальчишка умудрился опозорить Волан-де-Морта уже несколько раз!).       Дело в том, что между ним и Гарри Поттером существовала некая связь. Эта связь ни в коем случае не была кровной или уж тем более романтической (любого, кто осмеливался выдать подобный бред, Лорд отправлял прямиком к любвеобильным дементорам). Нет, это была магическая связь, и даже такой могущественный волшебник, как Волан-де-Морт, не до конца понимал, каким именно образом она возникла. Возможно, этот глупец Дамблдор с его лукавой улыбкой и хитрым взглядом и знал, в чём тут дело, но Волан-де-Морт предпочёл бы целиком съесть живую змею, чем спросить своего бывшего учителя об этом. Старый козёл наверняка опять запоёт свою вечную песнь про силу любви, а потом и вовсе заявит, что Волан-де-Морту и Гарри суждено пожениться.       В общем, не важно, как именно появилась эта связь, главное — какие возможности она предоставила Волан-де-Морту. А возможность была, причём очень чудесная. Когда Волан-де-Морт узнал, что благодаря связи может захватить тело Поттера, он был вне себя от радости. Хотя, в принципе, Волан-де-Морт всегда был немного вне себя, но сейчас всё это было не важно. Важно лишь то, что теперь он сможет вселиться в тело Поттера и выяснить всю информацию про Дамблдора и Орден, и никто об этом не узнает. Кто в здравом уме начнёт подозревать Избранного в шпионаже? Разумеется, был Фадж, вот уже несколько месяцев ведущий против Дамблдора и Поттера свою пропагандистскую кампанию, но трусливые слабохарактерные политики не в счёт.       Разумеется, захватить тело Поттера было не так уж просто. Волан-де-Морту даже пришлось обратиться к запрещённым книгам и тёмной магии, но ему, обладателю шести крестражей (пяти, ибо один он по тупости доверил Люциусу), было не привыкать. Увы, захват тела был плохо изученным аспектом мира магии, тем более магические связи, подобные той, что была между Волан-де-Мортом и Поттером, появлялись крайне редко. Поэтому сведений на эту тему было очень мало, и Тёмному Лорду пришлось долго повозиться, чтобы отыскать книгу, где говорилось об обмене телами. Сгорая от нетерпения, он принялся изучать полученную рукопись (созданную ещё до нашей эры), пролистывая страницу за страницей.       — Зелье «Адские мучения» — человек, выпивший такое зелье, в течение последующих семи дней будет видеть в своём подсознании «Дети против волшебников» без перерывов, — прочитал Волан-де-Морт. — Нет, ну это слишком жестоко даже для меня. Кто писал эту книгу? Сатана?       Он перелистнул страницу.       — Зелье «Скажи перхоти нет!» — приводит ваши волосы в полный порядок. Надо бы показать это Снеггу. Он не мыл свои волосы лет тридцать, не меньше.       Волан-де-Морт снова перелистнул страницу, и тут удача наконец улыбнулась ему.       — Зелье «Захват тела через связь» — даёт способность завладеть телом того, с кем у вас установилась магическая связь. Не подходит для романтической и кровной связей, — Волан-де-Морт зловеще улыбнулся; его красные глаза быстро пробежали по длинному рецепту, впитывая информацию. — Наконец-то, это в точности то, что мне и надо!       Отыскать ингридиенты было не сложно, разве что с ядом василиска возникли проблемы — любимый питомец Волан-де-Морта был безжалостно убит мерзким Поттером на его втором курсе. Но в конце концов, яд удалось раздобыть за огромную сумму денег (Люциус ещё долго рыдал и кричал, что это было всё его состояние) у какого-то китайского коллекционера ядов. И вот спустя несколько недель зелье было готово. На вкус оно было ужасно горьким, но Волан-де-Морт стойко выпил целиком весь котёл, представляя изумлëнное лицо Дамблдора, когда тот поймёт, что проиграл. Зелье подействовало незамедлительно — Волан-де-Морт тут же потерял сознание, а где-то далеко в Хогвартсе пронзительно закричал Гарри Поттер.

***

      «Превосходно!» — зловеще подумал Волан-де-Морт, когда он очнулся в теле Поттера в гриффиндорской спальне.       — Ты в порядке, Гарри? — с беспокойством спросил рыжий парень. Волан-де-Морт вспомнил, что его звали Рон Уизли. Это был лучший друг Гарри Поттера, а потому он давно находился в списке Тёмного Лорда «Презренные ничтожества, которых нужно убить».       — Конечно, Рон, — ответил Волан-де-Морт, пытаясь улыбнуться НЕ зловещей улыбкой. Получалось у него плохо — улыбка больше напоминала оскал.       — Как скажешь, Гарри, — всё ещё сомневался Рон. — Пойдём, нам нужно как можно быстрее спуститься в Большой Зал и позавтракать, если мы не хотим опоздать на зельеварение к Снеггу. Я не хочу слушать его крики с самого утра — они укорачивают жизнь. Учёные подтвердили.       Волан-де-Морт хотел было заявить, что Снегг — его верный слуга, а потому ни за что не будет на него кричать, если не хочет лишиться жизни, но вовремя вспомнил, что теперь он Гарри Поттер, а Снегг не обязан служить Гарри Поттеру. И вообще, насчёт преданности Северуса у Волан-де-Морта были очень большие сомнения.       — Идëм, — хмуро кивнул он, осторожно вставая с кровати.       Тело пятнадцатилетнего Поттера было ужасно неудобным для прежде высокого Тëмного Лорда, но тот не собирался сдаваться из-за такой мелочи. Кое-как надев на своё новое тело школьную мантию, Волан-де-Морт вместе с Роном отправился в Большой Зал, испытывая некое чувство ностальгии по тем временам, когда он был ещё подростком, учился в Хогвартсе, исследовал его в надежде найти Тайную Комнату и пытался подкатить к мегере Вальбурге Блэк. Волан-де-Морт понятия не имел, зачем он вообще занимался последним. Пытаясь отвлечься от мыслей о неадекватной Блэк, Реддл вспомнил о Выручай-Комнате, о которой не знал даже Дамблдор, что, вне сомнения, очень тешило эго Тёмного Лорда.       «Нужно обязательно проведать крестраж и убедиться, что цепкие пальцы старого петуха до него не добрались», — решил Волан-де-Морт. Как бы он не хотел этого признавать, Дамблдор был отнюдь не глупым волшебником и мог найти диадему. А то он и так уже потерял дневник, и при этом душа-то не бесконечная, вечно на части её делить не получится!       У входа в Большой Зал Волан-де-Морт и Рон столкнулись с Драко Малфоем и двумя его телохранителями: Крэббом и Гойлом. Волан-де-Морт понятия не имел, кто из двух гориллоподобных парней Крэбб, а кто Гойл. Они были одинаково уродливы и одинаково тупы, совсем как их отцы — тех Волан-де-Морт тоже не различал, пускай они и служили ему много лет. Другое дело Драко — сын Люциуса, одного из самых близких приспешников Тёмного Лорда. Правда, Люциус отвернулся от своего хозяина после его «смерти» и просрал доверенный ему крестраж, но Волан-де-Морт был уверен, что его слуга искупит свою вину. В противном случае — будет хуже для самого Люциуса. В любом случае, Волан-де-Морт всё ещё доверял Малфоям (ну, насколько вообще могут доверять психопаты) и ожидал от них должного уважения. Спойлер: уважения в теле Поттера он не получил.       — О посмотрите, святой Поттер и нищий Уизли соизволили прийти, — специально растягивая слова, с издевательской улыбочкой произнёс Драко. Волан-де-Морт никогда не понимал эту странную черту Малфоев — говорить со скоростью ленивцев.       — Не обращай на него внимания, — шепнул Рон своему «другу».       К несчастью, Малфой определённо хотел, чтобы на него обратили внимание. Возможно, Люциусу и Нарциссе стоит уделять больше внимания своему чаду.       — Как дела, Поттер? Я слышал, что у тебя вчера болел шрам, а потому сегодня утром пошёл к мадам Помфри, так как очень сильно беспокоился за твоё состояние. Она сказала, что, вероятней всего, ты скоро умрёшь. Какая жалость, не правда ли? Но стоит смотреть на вещи с позитивной стороны — ты сможешь наконец-то увидеться со своими жалкими родителями. Твоя грязнокровка-мать будет счастлива.       — Ты умрёшь, ты умрёшь! — вторили Крэбб и Гойл.       Есть три верных способа разозлить Волан-де-Морта: напомнить ему, что не смог убить Гарри Поттера (четыре раза, включая крестраж); заявить, что Дамблдор сильнее его; и конечно же, утверждать, что он всё равно умрёт. Драко, Крэбб и Гойл случайно воспроизвели последний, чем навлекли на себя огромную опасность.       — Я не умру! Я бессмертен! — закричал Волан-де-Морт, направляя свою волшебную палочку на трёх слизеринцев. — Ава…       Закончить смертельное заклинание Волан-де-Морту помешал внезапно появившийся Снегг. Он выглядел абсолютно так же, как и всегда: равнодушный взгляд — признак окклюменции, чёрная мантия до пола и волосы, которые тридцать лет не видели шампуня. Однако, когда Снегг увидел Волан-де-Морта-Гарри Поттера, вместо должной покорности и кроткого восхищения на его бледном лице появилось презрение.       — Поттер! Используете заклинания на других студентах?! — хмуро спросил Снег. — Видимо, правила не писаны для вас, Поттер. Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора за избранность Поттера!       «Северус, чёрт тебя подери, не пали контору! То, что Поттер — избранный, строжайший секрет, его нельзя просто так выдавать!» — недовольно подумал Волан-де-Морт.       Но Снегг и не думал останавливаться, продолжая мимоходом раскрывать тайны государственной важности. Рон пытался оспорить его решение насчёт баллов, утверждая, что Драко с подсосами прикопались первыми, но Снегг его проигнорировал — всё его внимание было обращено исключительно к ненавистному «Поттеру».       — Вы такой же, как ваш отец, Поттер! Этот придурок додумался побежать на Тёмного Лорда без палочки. Не удивлюсь, что однажды вы пойдёте сражаться с ним с камнем в качестве оружия.       — Гарри не… — попытался заступиться за честь друга Рон, но Снегг бросил на него такой взгляд, что Уизли тут же замолчал.       Волан-де-Морт закатил глаза — ну подумаешь, Джеймс Поттер свистнул твою грязнокровку. Что, его сына теперь до конца дней ненавидеть? Именно это он и сказал вслух. Реакция не заставила себя долго ждать — бледное лицо Северуса стало красным от злости, и он заорал:       — А ЭТО НЕ ВАШЕГО УМА ДЕЛО, ПОТТЕР!       Чего уж скрывать, Волан-де-Морт испытывал от криков Снегга истинное наслаждение — доводить людей до белого каления или чего похуже он любил. Рон изумлëнно смотрел на так называемого друга, пытаясь переварить тот факт, что Снегг любил мать Гарри. А вот банда Малфоя скучала — они лишь хотели позлить Уизли и Поттера, и им не было дела до каких-то любовных дел.       — Не… вашего… ума… дела… — бормотал Снегг, выдохшись после долгого крика. — В течение следующего месяца, нет, в течение двух следующих месяцев в шесть часов вечера вы, Поттер, — он буквально выплюнул это слово, — будете ходить ко мне на отработку. И попробуйте только хоть раз не прийти — я засуну вас в гроб к вашему отцу. А ещё… МИНУС СТО БАЛЛОВ С ГРИФФИНДОРА!       Не секрет, что Снегг ужасно любил снимать баллы с Гриффиндора. Он получал от этого какой-то особый кайф, мстя четырём мародёрам, один из которых был мёртв, другой — крысой во всех смыслах этого слова, третий — зэком, просидевшим двенадцать лет в Азкабане, а четвёртый — бедным оборотнем.       — Мы лишились ста пятидесяти баллов… Гермиона нас убьёт, — обречённо прошептал Рон.       Волан-де-Морту было не до Гермионы. Он был занят мыслями о своих предстоящих отработках с Северусом. Волан-де-Морт ненавидел отработки, а эту он тем более совершенно не заслужил! А уж проводить их в компании вечно угрюмого Снегга… Нет, он просто их прогуляет — ну что Северус может ему сделать? Начать вопить, что он копия отца? Волан-де-Морту приходилось общаться с Беллой во время её месячных. Крики Снегга его после такого ужаса не напугают.       — А теперь нам пора идти на урок зельеварения, — приказал Снегг. — Хотя, думаю, некоторые из нас всё равно ничего не смогут правильно сделать, — угадайте на какого он кинул ещё один презрительный злобный взгляд?       — Но профессор, мы с Гарри ещё не завтракали! — справедливо заметил Рон.       — Ничего, голодный желудок стимулирует работу мозга, даже такого крошечного, как у вас, Уизли, — на лице Снегга появилась язвительная улыбка. Волан-де-Морт, ни разу до этого не видевший, как улыбается Северус, был шокирован до глубины души и в таком состоянии дошёл до кабинета зельеварения.       — Где вы были? — спросила Гермиона Грейнджер (грязнокровка и ещё одна подружка Поттера) у Волан-де-Морта и Рона.       — Да так, — махнул рукой Рон, обещая, что позже всё расскажет. Про вычтенные Снеггом баллы Уизли решил благоразумно промолчать.       Волан-де-Морт тем временем старательно трудился над своим зельем. Зельеварение всегда очень хорошо получалось у Реддла в школе, и не только потому, что он дарил Слизнорту ананасы каждое воскресенье. Теперь же он хотел показать Снеггу, посмевшему дать ему отработку, что Поттер — непризнанный талантливый зельевар. Пусть Северус познает боль под названием «Чёрт, Поттер не так плох, как я думал», тревожившую Волан-де-Морта уже много лет. Тёмный Лорд злобно захихикал, представляя, каким будет лицо Снегга, когда он сдаст ему своё идеальное зелье. Увы, его мечтам было не суждено сбыться. И всё из-за троицы надоедливых слизеринцев.       Весь урок Малфой, Крэбб и Гойл, сидевшие прямо за Волан-де-Мортом, шептали ему обидные прозвища и оскорбления. Вспыльчивый маг терпел изо всех сил, стараясь не обращать внимания на троих дебилов. Во-первых, они слизеринцы. Во-вторых, их родители — его верные слуги, хотя насчёт верности у Волан-де-Морта в последнее время имелись большие сомнения. Но троица, видя, что их игнорируют, ещё больше заводилась, желая получить хоть какую-то реакцию на свои действия. Зачем сын Люциуса Малфоя, одного из самых влиятельных и богатых людей Великобритании, страдал подобной фигнёй — вопрос открытый. В конце концов, Драко решил перейти к решительным действиям и кинул в котёл Волан-де-Морта пару ингридиентов, которых там точно не должно было быть.       — Ах ты дря… — договорить ругательство Тёмному Лорду не дал взрыв.       Когда густой дым, появившийся из-за взрыва, исчез, перед классом предстал совершенно новый Гарри Поттер — его кожа, волосы и одежда приобрели ярко-розовый цвет. Кто-то из магглорождëнных достал маггловский фотоаппарат и запечатлел увиденное зрелище на камеру.       — Поттер! Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора за то, что подверг Драко опасности! — Снегг даже и не пытался скрыть свой фаворитизм.       — Но профессор! — розовый Волан-де-Морт буквально кипел от негодования. — Это Малфой кинул в мой котёл не те ингредиенты!       — Ещё минус двадцать баллов за клевету!       — Чёртов придурок сальноволосый, — пробормотал Волан-де-Морт. Он быстро собрал свои вещи и направился к выходу, подальше от этого несмываемого позора.       — Куда ты собрался, Поттер? — естественно, Снегг, как и всегда, был недоволен.       — В больничное крыло, — сквозь зубы ответил Волан-де-Морт.       — Сиди на месте, капризный мальчишка, твоему здоровью ничего не угрожает.       — У меня как минимум двадцать ожогов третьей степени тяжести.       — Твоему. Здоровью. Ничего. Не угрожает, — взгляд Снегга был настолько убийственным, что Волан-де-Морт тут же вернулся на своё место и смирно сел за парту, стараясь не обращать внимания на насмешки со стороны слизеринцев.       «Не жизнь, а какой-то симулятор страданий», — рассерженно подумал Волан-де-Морт, представляя, как будет насаживать Снегга, Малфоя и двух его подпевал на кол. Ну и что, что они его потенциальные союзники? Сегодняшнего унижения он никогда им не простит.       …Где-то на заднем плане сего спектакля плакала из-за потерянных баллов бедная Гермиона…       «Интересно, а где же сейчас сам Поттер? Надеюсь, не в моём теле — он же все мои планы испортит! И почему я об этом раньше не подумал? — задался логичным вопросом Тёмный Лорд. — Но в любом случае, я не буду бросать свой план на полпути, даже если придётся каждый день терпеть подобные унижения от собственных слуг. Что ж, остаётся только надеяться, что Поттер сейчас страдает гораздо больше, чем я».

***

      Гарри Поттер блаженствовал. Благодаря идиотскому плану своего заклятого врага — Лорда Волан-де-Морта — он оказался в неплановом отпуске и теперь чилил в своём подсознании, пока сам Волан-де-Морт проживал его жизнь и страдал. Гарри не сомневался, что упорство Реддла скоро иссякнет, и тот с позором капитулирует. А пока этого не произошло… воображаемый смузи сам себя не выпьет!

***

      Бедный несчастный ярко-розовый Волан-де-Морт быстрым решительным шагом шёл по коридору. Над ним ржали решительно все, кроме самых близких друзей и Макгонагалл — та была самóй серьёзностью. Ещё не ржал Снегг, но Волан-де-Морт знал, что тот тоже смеётся, просто мысленно, а не вслух — образ сурового учителя нужно было поддерживать. После зельеварения шёл урок прорицаний, что немного скрашивало паршивое настроение Волан-де-Морта, ведь учителем прорицания была Сивилла Трелони. Именно эта женщина давным-давно произнесла то самое пророчество про Поттера и Волан-де-Морта, из-за которой второй окончательно помешался и стал преследовать первого. Несомненно, такую важную фигуру, как Трелони, нельзя было упускать из виду. Глядишь, она ещё чего-нибудь нагадает. Например, что Волан-де-Морт эпично убьёт Гарри Поттера и будет жить вечно, даже после конца света. Увы, судьба в этот день явно не боготворила всяким там Тёмным Лордам.       — О боже, Гарри! — с тревогой воскликнула Трелони, как только начался урок. — Бедный мой мальчик…       — Что со мной? — поинтересовался Волан-де-Морт, не совсем понимая, о ком именно говорит Трелони: самом Поттере или нынешнем хозяине его тела.       — Сегодня ночью Венера, Марс и Меркурий встали на одну линию, а потом ворон, сидевший на крыше директорской башни, прокаркал ровно три раза. Ты знаешь, что это значит?       Волан-де-Морт не знал. До ситуации с пророчеством он никогда особо не интересовался прорицанием, хотя и был довольно суеверным и всегда поворачивал назад, если его путь переходила чёрная кошка.       — Что нынешний обитатель тела, имеющего розовый цвет, умрёт в результате кровавого сражения от собственного заклинания как самый обычный человек! — истошно закричала Трелони. — Хотя это так же может означать, что тебя укусит василиск, что ты сгоришь заживо или что в тебя воткнут меч. Прорицание — крайне запутанная вещь, Гарри. Ты не представляешь, как я ужаснулась, когда увидела тебя розовым. Мне казалось, что совпадение всех трёх знаков практически невозможно — розовые люди встречаются очень редко, а вороны обычно не каркают ровно три раза, но ты сумел меня удивить.       Волан-де-Морт моргнул. Ещё раз моргнул. Третий раз моргнул. Мыслительный процесс шёл на всю мощность. А затем…       — Я НЕ УМРУ, СТАРАЯ ШАРЛАТАНКА! — во всю глотку заорал Волан-де-Морт, направляя свою волшебную палочку прямо в сердце Трелони.       — Боюсь, мы ничего не можем поделать — такова судьба, — философски ответила Сивилла. — И пожалуйста, Гарри, убери свою волшебную палочку, она никак не поможет в предсказании будущего.       — Да ты просто шарлатанка! А я тебе верил! Я следовал твоим словам! Я несколько месяцев пытался заполучить это грëбанное пророчество! — взвыл Волан-де-Морт и со слезами на глазах выбежал из класса.       Трелони недоумённо уставилась ему вслед.       — Какое ещё пророчество?       — Мне кажется, или сегодня Гарри какой-то чересчур эмоциональный? — заметил Рон, тревожась за своего лучшего друга. Остальные ученики согласно кивнули — с Поттером действительно было что-то не так. Ну, помимо того, что он целиком был ярко-розового цвета.       Рону и Гермионе удалось отыскать Волан-де-Морта в гостиной Гриффиндора, где тот, свернувшись калачиком на диване, переживал серьёзный кризис из-за бездушного предательства Трелони. Кроме того, Волан-де-Морт всерьёз задумался о своём бессмертии. Мальчишка Поттер был обычным смертным (по крайней мере, Тёмный Лорд надеялся на это). Может ли это значить, что Волан-де-Морт, став им, лишился своего бессмертия? А значит, предсказания Трелони всё-таки правдивы. Эта мысль ещё больше ужаснула Волан-де-Морта, и он окончательно впал в депрессию.       — Гарри, ну ты же знаешь Трелони. Она каждый год предсказывала твою смерть, но ты ни разу не умер, — напомнила «другу» Гермиона.       — Да, ты не похож на восставшего из мёртвых зомби, — попытался разрядить обстановку Рон. Гермиона бросила на него сердитый взгляд.       — В любом случае, нам пора на защиту от тёмных искусств. Жа… то есть профессор Амбридж не любит, когда ученики опаздывают на её «важные» уроки, — Гермиона тяжёло вздохнула.       — Придётся опять терпеть эту жабу, — жалобно произнёс Рон.       — Я никогда не пойду! — упрямо заявил Волан-де-Морт. — Я собираюсь лежать здесь, в гриффиндорской гостиной и страдать!       — Такими темпами ты ничего не добьёшься, — серьёзно сказала Гермиона.       Эти слова чудодейственным образом подействовали на Волан-де-Морта. Действительно, у него была цель, и он не собирался так просто сдаваться! Он добьётся своего, даже если придётся терпеть Снегга, Малфоя с его дружками, Трелони и эту таинственную Амбридж! А что касается слов Трелони… Волан-де-Морт решил, что он очень быстро добудет всю нужную ему информацию про Орден Жареной Курицы, а потом вернётся в своё тело, и ужасное пророчество Трелони не успеет исполниться!       — Ты права, грязно… то есть Гермиона, — злобно улыбнулся Волан-де-Морт, напугав и Грейнджер, и Уизли. — Я здесь, чтобы побеждать! А теперь пойдёмте на урок и покажем Амбридж, кто здесь главный злодей!       — Что-то он слишком приободрился, — нахмурился Рон.       — Может, это на него так плохо зелье влияет? — предположила Гермиона. — Если верить моим расчётам, эффект от зелья и розовый цвет должны полностью исчезнуть через две недели.       — Две недели?! Нам две недели нужно терпеть эти странные перепады настроения?!       — Жизнь сурова, Рон.       Волан-де-Морт пребывал в своём воодушевлённом состоянии до самого кабинета защиты от тёмных искусств. Увидев Амбридж, сидящую за её письменным столом, он остановился как вкопанный и с ужасом уставился на дитя жабы и Сатаны. И кто-то после ТАКОГО монстра ещё осмеливался называть его главным мудаком Поттерианы! Интересно, что хуже: «Дети против волшебников» или Амбридж?       — Нам ТОЧНО нужно идти на этот урок? Эта женщина… она же вся розовая!       — Фактически, сейчас ты тоже весь розовый, — заметил Рон.       — Справедливо, — сдался Волан-де-Морт и, нацепив на себя самую добродушную улыбку, на которую он только был способен, вошёл в класс.       Разумеется, Реддл старался привлекать к себе как можно меньше внимания, чтобы ненароком не спалиться, но это было практически невозможно, ведь: а) он был розовым, б) он был Гарри Поттером. Как только Волан-де-Морт вошёл в класс, все взгляды тут же устремились на него. Слухи о розовом Поттере распространялись по Хогвартсу с удивительной скоростью. Амбридж не была исключением. Но вместо того, чтобы обрадоваться, что у неё впервые жизни появился собрат по одежде, жаба, наоборот, ужасно разозлилась, после чего яростно заорала:       — Мистер Поттер, как это понимать?! — голос у неё был ещё противнее, чем представлял в своей голове Волан-де-Морт.       — Что вам не нравится в моём внешнем виде, профессор? Все претензии можете озвучить Малфою и Снеггу — именно они виноваты в том, как я сейчас выгляжу, — буркнул Тёмный Лорд. — «Ничего, вернусь в своё тело — накажу каждого».       — Думаете, я не поняла, что своим внешним видом вы пытаетесь издеваться надо мной?! Делаете глупую пародию на меня! Что ж, в таком случае два последующих месяца после уроков вы будете приходить ко мне на отработку!       — Да вы издеваетесь! Это уже вторая отработка за день! — возмутился Волан-де-Морт.       — Кхе-кхе, не возмущайтесь, мистер Поттер, иначе я удвою ваш срок. Ах да, совсем забыла. Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора за оскорбление учителей и ещё минус двадцать за спор с учителем. А теперь садитесь на место и помните: Министерство не любит людей, способных к критическому мышлению и анализу. Кхе-кхе.       Волан-де-Морт недовольно сел на своё место рядом с Роном, сверля Амбридж убийственным взглядом. Если бы он обладал способностью Василиска, эту жабу он бы убил первой. Даже раньше Дамблдора и Гарри Поттера. Ибо они обычные наглые люди, а Амбридж — само порождение Сатаны. Её «кхе-кхе» кого угодно могло свести с ума. Волан-де-Морт подозревал, что именно этим кашлем пытают грешников в Аду (чередуя с «Детьми против волшебников», конечно). Кроме того, харизма, педагогические качества и умение заинтересовать учеников у Амбридж были на нуле.       Естественно, при таких паршивых вводных данных урок защиты от тёмных искусств оказался ужасно долгим и скучным. Дурак Дамблдор, нужно было брать в качестве преподавателя Лорда Волан-де-Морта, он был бы гораздо лучшим учителем. По крайней мере, по сравнению с Амбридж. Да, после знакомства с такими личностями начинаешь понимать, что Квиррелл в качестве учителя был не так уж и плох… Наконец, урок кончился, и все ученики радостно покинули кабинет, но несчастному Волан-де-Морту пришлось остаться с Амбридж на отработку. Совершенно незаслуженную, между прочим!       — Кхе-кхе, берите перо и пишите: «Долорес Амбридж лучше всех, а я не должен лгать», — слащавым голосом пропела Амбридж, протягивая Волан-де-Морту красное перо.       — Это что, Кровавое перо, которое запрещено во всех цивилизованных странах мира? — искренне удивился Лорд.       — Кхе-кхе, я заменитель министра, мистер Поттер. Как думаете, волнуют ли меня законы? А теперь пишите. Надеюсь, это научит вас элементарной вежливости и честности. Сами-Знаете-Кто мёртв, это факт, установленный Министерством Магии. Кхе-кхе, кроме того, я уверена, что на самом деле он был обычным, ничем не примечательным волшебником. Всё его могущество, бессмертие, непобедимость — это всего лишь грамотный пиар. В общем, Сами-Знаете-Кто всего лишь шарлатан-неудачник, не больше. Кхе-кхе.       — Шарлатан… неудачник… — со слезами на глазах повторил жестокие слова Амбридж Волан-де-Морт.       — Кхе-кхе, поверьте, Поттер, чем больше вы молчите, тем больше у вас шансов дожить до совершеннолетия. Хотя, зная ваши гены, вы умрёте максимум в шестнадцать. Пожалуй, не буду слишком строга с вами в ваш последний год жизни. Кхе-кхе.       Поздно вечером того же дня, прогуливаясь по Хогвартсу, Альбус Дамблдор заметил Гарри Поттера, в оцепенение сидевшего у двери кабинета защиты от тёмных искусств. В глазах Избранного стояли слёзы.       — Гарри, мой мальчик, ты в порядке? — обескоенно спросил директор, присаживаясь рядом со своим учеником. — Эта розовая жаба и тебя достала?       — Профессор, они все меня достали! Малфой, Снегг, Трелони, Амбридж! Они все сказали мне, что я скоро умру! А эта жаба, к тому же, заявила, что я никакущий маг и шарлтан!       — Гарри, не бойся, ты будешь жить долго и счастливо (хотя насчёт последнего я пока не уверен)! Я разработал отличный план по уничтожению Волан-де-Морта, в котором ты в итоге остаëшься жив. А что касается твоих способностей — не слушай Амбридж, она просто тебе завидует. Ты бы видел её школьные оценки по заклинаниям и трансфигурации! Вот умора!       — А что за план? — мигом оживился «Гарри».       — Боюсь, он ещё слишком сложный для тебя. Я расскажу, когда ты станешь старше. А пока хочешь шоколадку? — Дамблдор протянул названную сладость Поттеру.       — Глупый старик! Ты же знаешь, что у меня аллергия на сахар! — вспылил тот.       — Том? — моментально догадался Дамблдор.       — Нет, блин, Люциус!       — Что ты делаешь в теле Гарри, Том?       — Я задаю себе этот вопрос уже несколько часов. И знаешь что, Дамблдор? Жизнь Поттера — это полный отстой! Всё! С меня хватит! Я ухожу из этого тела! Адьëс! Всего плохого! — с этими словами Лорд Волан-де-Морт покинул тело Гарри Поттера, оставив Дамблдора одного размышлять над всем произошедшим.       …В тёмном-тёмном поместье в тёмной-тёмной комнате сидел Тëмный-Тëмный Лорд Волан-де-Морт и разрабатывал свой самый тёмный-тëмный план по жестокому убийству тёмной-тëмной ведьмы Долорес Амбридж. Ибо она такая мразь — сам Сатана боится!