8. Июнь 1999

***

Малфой, конечно, учудил, так демонстративно появляясь в поместье. Но, видимо, на то и был расчёт. Бесило не как таковое его присутствие, а то, что Терис не могла понять его мотивы и поступки. Ну не совсем же он идиот, чтобы не понимать, что мистер Нотт узнает о его визите? Или всё-таки дебил, который каким-то образом узнал тщательно охраняемый секрет? Он оставил ей очень старую и очень, по его словам, ценную книгу про семейные ритуалы. Про то, на что он намекал в их прошлые «посиделки» в пабе-борделе, ну или что это там было. Такую литературу действительно лучше было вручать лично в руки и так же забирать обратно. Срок на прочтение ей дали довольно большой — неделю, но и книга была большая, а конкретных закладок бывший слизеринец там не оставил. Пришлось прятаться от Тео, хотя Терис совсем не ожидала, что он явится и постучится в её комнату. То, что он быстро сдулся от её холодного тона зато было совсем не странно. Но, честно сказать, она сама себя чувствовала весьма и весьма неудобно перед ним. Вообще-то не собиралась заходить так далеко. Просто спровоцировать, чтобы посмотреть, если он сможет. Поставила галочку на будущее, но пока ей действительно лучше было не заниматься сексом, а узнать, чем ей это грозит в перспективе. Папаша Нотт, конечно, никогда не затрагивал данную тему, но Терис и не могла представить, чтобы он вдруг начал расспрашивать её про постельные утехи. Такое только Малфой мог сдуру ляпнуть, что и продемонстрировал. Так что она тоже повела себя как дура, поддаваясь желаниям, ладно хоть с Викси они заключили особый договор, который позволял ей быть оповещённой о его появлении. Он вообще не должен был так резко появляться, но с Викси проще было договориться, чем переучивать, а наказывать своевольного эльфа ей тем более было противно даже в мыслях. Впервые в жизни Терис задумалась и о том, почему Нотт-старший так долго держал Теодора в неведении относительно тайны её появления на свет. Одна гипотеза уже жужжала надоедливо в сознании, хотя Терис она казалась весьма и весьма нелепой. Нелепой, но и не совсем. Что, если отец сознательно обставил всё так, чтобы Тео привязался к ней, не зная, что она сестра? Выстроенные долгими годами изолированные отношения ведь и вели к полнейшему залипанию, неспособности отвязаться от объекта навязчивых мыслей. Что для отца впоследствии и стало неплохим рычагом. Шаг в сторону от его привычного уклада жизни — и можно просто надавить на сына через неё. Разве именно это и не происходило теперь? Но какие цели преследовал отец? Не просто же женить наследника, чтобы род не прервался? Конечно, возможно, именно это… но Терис казалось это слишком уж мелочным для человека, у которого была одна страсть и амбиции: его собственные тайные дела. И разве такой человек пойдёт спать с какой-то левой женщиной, в то время, когда его жена на сносях? Нет, конечно, таких на свете вагон и маленькая тележка, но мистер Нотт? Которому уже тогда было под пятьдесят? Это же не банальная вспышка страсти? Как вообще он познакомился с Айрин Аргрин? Порой Терис винила мать в том, что та умерла, не потому, что скучала по ней, а потому что Айрин оставила дочь со сплошными вопросами, на которые, увы, скорее всего уже никогда не получить ответов. Долго изучать книгу ей не дали — отец отправил её на переговоры с новым знакомым, тем самым мистером Леманном, который был из Германии, но, якобы, то ли с норвежскими, то ли балтийскими корнями. Честно сказать, в отличие от Теодора, Терис не была так уж хороша в трансфигурации. То есть, как и в остальных предметах, у неё были прекрасные оценки, однако, те же зельеварение, руны и арифмантика ей давались куда проще. Так что и артефактологией если и интересовалась, то до конца не понимала. Как, впрочем, и ритуалистику, что было проблемно, ведь книгу надо было вернуть в начале июля, а половина написаного вызывала у неё головную боль. Не потому, что Терис не любила читать или узнавать новое — совсем наоборот, — но для чтения этой книги надо было поискать другие, с базовыми объяснениями. То есть, либо идти закупаться — и лучше не в обычных магазинах типа «Флориш и Блоттс», — либо обращаться к профессионалам. Светиться с подобными запросами, ясное дело, Терис не желала. Встреча с мистером Леманном была назначена в небольшом ресторане Косого переулка, недалеко от Гринготтса. Куда более изысканное заведение, чем «Дырявый котёл», но и не совсем уж для элиты. Цены, по крайней мере, вполне были по карману среднестатическому работнику Министерства, если позволять себе полный набор блюд раз в месяц. — Мисс Аргрин, очень приятно вновь с вами встретиться, — заявил мужчина, поднимаясь со стула и крепко пожимая ей руку. Учитывая, что он был ростом с Тео, если не выше, макушка Терис приходилась ему где-то по подбородок. — Взаимно, — хотя, честно говоря, ей было совершенно похер. Мужчина, конечно, представительный был и объективно красивый, но мускулы и стильная укладка её не впечатляли. У Терис уже был один объект симпатии, и ей его хватало с головой, учитывая какие проблемы это им обоим создавало. — Мистер Нотт предупредил, что мы можем осмотреть место работы, однако после того, как вы предоставите согласование из Министерства и документы с печатями по компонентам. — Такая молодая и уже вся в работе, — рассмеялся мистер Леманн. Терис чуть не скривилась, ну конечно, надо было тыкнуть в её возраст. Он на сколько, на десять, что ли, лет старше? — Не хотите ли сначала пообедать? В конце концов, потом мы, наверняка, надолго завязнем в делах. Я, к тому же, уже заказал напитки. Конечно, если вам не придётся по вкусу, вы всегда можете заказать другой. Просто прелестно. Ещё один контролёр, уверенный, что она должна играть по его правилам. Откуда отец его вообще нашёл? Скорее всего, мистер Леманн был слишком удобным и талантливым специалистом, ибо манеры у него оставляли желать лучшего. Разговорить себя за едой она не дала, делая вид, что очень занята тщательным пережёвыванием пищи. Заказанный напиток оказался каким-то фруктовым коктейлем — Терис не стала спорить и выпила предложенное, поблагодарив за внимание. Очевидно, мистер Леманн намёк понял, поэтому не стал, как некоторые, пытаться перейти на ты и более близкое знакомство. Про дела и себя он тоже не стал говорить. Пока. Напротив, взгляд его стал словно бы серьёзнее, хотя отвратительная полуулыбочка никуда с лица не делась. Как только она это подумала, немец-не-немец окликнул официанта, чтобы оплатить счёт и обратился к ней: — Мисс Аргрин, могу ли я называть вас Тейрис или вы предпочитаете официальное обращение? Моё имя — Юстас, как вы уже слышали, я не против, чтобы вы так меня звали. А она была против зваться Тейрис. Но мистер Нотт представил её именно так. Непонятно зачем, ведь многие присутствующие — те же Малфой и Гринграссы помнили её ещё со школы. С другой стороны, возможно не запоминали правильное произношение её имени, а всем остальным было в принципе всё равно. — Прошу прощения, но я не могу себе такого позволить, мы едва знакомы и вы меня значительно старше, — пытаясь звучать не едко, а профессионально, ответила Терис. — Мне заплатить за себя? — Конечно нет, что вы. Что ж, я вас понял, мисс. Дела не ждут. Прошу сопроводить меня к месту будущей работы. Терис кивнула с задумчивым видом. Что-то в Леманне ей казалось не таким, каким она запомнила на приёме Гринграссов. Пока они направлялись к камину в «Дырявом котле», чтобы отправиться в Уэльс, она всё украдкой посматривала на мужчину. Не смена же костюма так повлияла? Лишь когда они дошли, и он повторил следом за ней название места, куда стоило переместиться — она отправила его первым, — Терис осознала: во время их разговора, если это так можно было назвать, в ресторане Леманн в какой-то момент говорил почти без акцента. Раз так хорошо знал английский, зачем специально коверкал слова? Или иностранцем он тоже был только по документам и месту проживания? Германия, северо-восточно-европейские корни… по факту он вполне мог быть урождённым британцем, как и она сама, просто действительно с разнообразной родословной и не жить на родине. Просто зачем-то делал вид, что его британское произношение не так уж и хорошо. Или Терис просто везде мерещился заговор? Она помедлила, вспоминая легенду, сляпанную отцом и докрученную ею на ходу, потому что ей уже пришлось осторожно объясняться с Дафной Гринграсс на приёме. Та не лезла, но в какой-то момент подошла, как раз пока Малфой где-то пропадал тот час, что заставил её оставаться ждать его перед аппарацией в паб. — Аргрин, — обращение не показалось издевательским, просто они не были ни подружками, ни незнакомками. Их пару раз даже ставили в пару на практических сдвоенных занятиях Слизерина и Рейвенкло. — Не ожидала, что ты окажешься дальней родственницей Ноттов. Давно узнала? — Когда начала работать на мистера Нотта, — ответила Терис. Этот момент можно было, наверное, даже не считать за ложь. На отца Терис начала работать как только он её привёз в поместье, правда, тогда это выражалось в мелких просьбах и поручениях. — Для меня это тоже был сюрприз. Но мне объяснили, что такие проверки родословных — важный момент в крупном бизнесе. — Это так, — отозвалась Дафна. — Что ж, наверное, мне стоит тебя поздравить? Если Нотты полностью восстановят репутацию и семейные дела, можно считать, это отличное местечко для обогащения. Мне верится, что так и будет, мистер Нотт всегда был успешен в делах. Значит, мы будем чаще пересекаться. К чему вела Гринграсс, Терис так и не поняла: та не стала задерживаться, извинившись и упорхнув к младшей сестре. Помотав головой и откидывая воспоминания, Терис шагнула в камин. Леманн уже успел о чём-то разговориться с хозяином заведения, где располагался камин выхода. Впрочем, он тут же попрощался, как увидел её. — Всё хорошо? Вас что-то задержало? — Всё хорошо, проверяла, если мы ничего не оставили и я не потеряла ключи и амулеты для снятия барьеров. Отсюда мне придётся аппарировать нас, надеюсь, вы не против. Пешком будет далековато. — Вовсе нет, мисс Аргрин. Сам особняк Терис ещё не видела, но по указанным отцом координатам вполне неплохо сориентировалась. Они с матерью объездили почти весь Уэльс, да и в других местах были, так что с аппарацией куда надо проблем не возникло. Как и с чарами на загородном поместье, пусть и пришлось повозиться. Учитывая, что они остались наедине, её новый «партнёр по бизнесу» позволял себе уже более открыто на неё посматривать. А когда открыл рот, Терис поняла, что в ход пошла тяжёлая артиллерия. — Кажется, вы не особо близки с сыном мистера Нотта? Кем он вам приходится, напомните? — Дальним кузеном, — стараясь держать тон ровным и не ускорять шаг, отозвалась Терис. — Но мы познакомились совсем недавно, когда мистер Нотт предложил мне работу. Так что, полагаю, мы просто плохо друг друга знаем. Ну-ну. Терис, наверное, знала Теодора лучше, чем он сам. Одно что они действительно не так уж много общались в предыдущие годы. Что не мешало им смотреть и анализировать, просто немного… по разным причинам. — Но вы ведь работаете вместе? Мистер Нотт собирается передать дела наследнику. — Это так, — кратко согласилась Терис. — И всё же, на приёме я заметил, что вы с ним даже не разговаривали. — В этом не было необходимости. — Да что ж он такой дотошный?! — Понимаю, — вдруг рассмеялся Леманн. — Вы оба создаёте впечатление не сильно разговорчивых, но очень честных людей. Я, со своей точки зрения, это ценю, правда. Такие, как вы, очень собраны и щепетильны в делах, что, несомненно, большой плюс, особенно в таких профессиях, как моя. Работа с артефактами требует жёсткого надзора и контроля. «Тогда ты-то почему так много болтаешь?» — чуть не ляпнула Терис. Определённо, выводить из себя этот мужчина умел. Филигранно. Будь она Тео, то, наверное, нашла бы прямо сейчас предлог куда-нибудь отойти и для отвода души хотя бы настрочить брату, чтобы спросить, не прессует ли его сейчас точно так же их общий папаша. — Я вам честно скажу, в артефактах я разбираюсь куда хуже, чем в зельеварении, разве что в руническом письме понимаю. Но и то, и второе — это не база, а скорее дополнительные инструменты. Так что если вы хотите обсудить именно суть ваших будущих проектов, это лучше обратиться напрямую к молодому господину Нотту, а не ко мне. Я здесь для того, чтобы проверить документы и показать вам лабораторию. — Да, я знаю, — Леманн рассеянно моргнул. Кажется, действительно искренне не ожидал такого длинного заявления. — И благодарен, что вы выделили для меня время. — Вы сами знаете, что это не личное время, а часть работы. Поэтому, если у вас появятся какие-либо вопросы, задавайте сразу, я здесь для этого. — Принял к сведению, мисс. Первый вопрос: вы можете расположить нашу команду прямо на месте, решено ли уже, кто будет ассистировать и присутствовать с вашей стороны и по поставкам… — Это уже не один вопрос, — не выдержала Терис. — Извините, но я не успеваю за вами. Конечно, вашим коллегам будет предоставлено жилое крыло. Мы подготовим его к началу августа. По поводу присутствия… полагаю, мистер Нотт уточнит, когда решит. Пока что для меня эта информация также недоступна. А вот за поставки некоторых ингредиентов буду отвечать я. — Благодарю, — если Леманн и разозлился на то, что его прервали, он никак это не показал. Улыбнулся — причём на этот раз именно в прищуре глаз читался лёгкий оттенок флирта, а вот улыбка вышла холодной. Терис не имела романов в школе, хотя пару месяцев она с Энтони Голдштейном… наверное, можно это было назвать опытом поцелуев. Они с сокурсником никогда не называли это отношениями, для них обоих это скорее было экспериментом. Именно Голдштейн ей намекнул о подработке. Он тоже всегда был немногословен, но если что-то делал, то твёрдо и спокойно. Терис уважала такие качества, да и сам Энтони ей нравился, но, увы, не вызывал никаких бабочек в животе и прочей чепухи. Зато он был внешне очень похож на Леманна: светловолосый, голубоглазый, довольно плотно сбитый. И Энтони выигрывал, как ни крути, потому что не было от него липкого ощущения лицемерия. Другие парни как-то тоже пытались к ней подкатить на старших курсах, была парочка с Хаффлпаффа, причём с курса помладше, так что Терис вполне определённо могла догадаться, когда кому-то нравилась. Леманну она, может, и понравилась, но в первую очередь он её видел не как потенциальную сексуальную связь, а именно, что как партнёра, способного держать язык за зубами. Вот и щупал её слабые точки. Домой она вернулась поздно, не успев на ужин. Выжатая, как лимон. Стоило благодарить Леманна хотя бы за то, что он не часто её дёргал, но времени на тщательный осмотр лаборатории и библиотеки потратил немало, пока Терис ходила по особняку, изучая фронт работ на июль. После его ухода — она сопроводила его к камину, — Терис снова вернулась и до восьми вечера запоминала и изучала дом и территорию вокруг. Потом восстанавливала барьеры. Ничего странного не нашла, что, конечно, злило. Зато запомнила, где что находится. Дома она постучалась в кабинет отца, предварительно, конечно, позвав Викси и попросив доложить через Дрикси, что подойдёт. — Как всё прошло? — поинтересовался мистер Нотт, не отрывая взгляда от каких-то документов на столе. — Жаль, что не присутствовала на ужине. Мы только закончили. — Пришлось задержаться, чтобы оценить состояние поместья для приёма гостей. Извините. — Ничего страшного, Тейрис, — вот теперь Нотт-старший захлопнул кожаную папку и уставился прямо на неё. Серые глаза выглядели светлее, чем обычно. Но всё равно блеклыми, старческими. В сентябре ему исполнится шестьдесят девять. А ей в августе — девятнадцать. И, видимо, этот день рождения она проведёт в компании артефакторов в Уэльсе. — Это было продуктивно? Получила, что требовалось? — Подписанное соглашение да. — Терис передала отцу пергамент. — С остальными мистер Леманн обещал не задерживаться, но зависит не от него. — Тогда тебе стоит поближе познакомиться с сотрудниками Отдела Магического Правопорядка и Магического Транспорта. Вроде бы твой бывший… сокурсник как раз там и работает? — Да, — ответила Терис. Энтони как раз там и работал. Пауза, видимо, была намеренной: возможно, отец каким-то образом был в курсе их взаимоотношений. Главное, чтобы это касалось школьных поцелуев, а не подработки, о которой она не стала напрямую рассказывать мистеру Нотту. Судя по формулировке, он точно знал об их связи, раз намекнул на конкретного сокурсника. — Но мы не настолько хорошо общаемся, чтобы просить об услугах. — И не надо. Надо через него познакомиться с другими. — Хорошо. Спокойной ночи. — Она развернулась, полагая, что разговор закончен, потому что цель ей была понятна. Однако, отец негромко её окликнул. — Тейрис. Хочу кое-что тебе сказать. На мгновение ей показалось, что он ей в спину запустит что-то из непростительных заклинаний. Никакой объективной причины для внезапно накатившей жути не было, но Терис застыла, а в ушах раздался похоронный звон колокольчиков с кладбища Суонси. В конце концов, копая могилы — пусть и метафорично, — она сильно рисковала, и совсем не была уверена, что не подставится. Опыт, время, связи: всё играло против неё. — Я знаю, что тебя раздражает, когда я тебя зову. — Это не так. Вы меня не вызываете часто и не по делу, так что… — Я не про это. Я про твоё имя. Ты привыкла к другому, я понимаю. Это нормально. Но видишь ли, имя тебе давал я. Это твоя мать записала его не так, как я просил. Так что прости старику сентиментальность. Сентиментальность? Вряд ли. Но… чёрт возьми, неужели он сейчас говорил правду?! — Я понимаю, — прошептала Терис, не зная, как стоило на это отвечать. — Я могу пойти к себе? — К себе можешь. Ты ужинала? Если нет, сначала поешь. — Хорошо, спасибо. Она хотела успеть почитать книгу перед сном, но в библиотеке особняка в Суонси не нашла ничего про ритуалистику, а мысли уже путались, и ей было совсем не до ритуалов. Едва зайдя в комнату, она сразу пошла в ванну, открутила краны, чтобы заполнить ванну особенно горячей водой, и вернулась в основную спальню за одеждой. И застыла. Всё вроде бы было как обычно. Книгу Малфоя она заранее спрятала в тайник, заклинания были не нарушены. И всё же она прекрасно ощущала, что кто-то вторгся в её личное пространство. По лёгкому, остаточному, висящему в воздухе запаху парфюма. Точнее, не совсем, потому что наполовину это было зелье — переработанная Амортенция, которым она пользовалась как раз для того, чтобы создавать дополнительный след защиты. Она понятия не имела, как это пахло для других, но сама уловила нотки глицинии, озёрного ила и пергаментов. Тео заходил сюда в её отсутствие, ещё и филигранно взломал защиту. Стоило бы разозлиться, но Терис скорее восхитилась его навыкам. И, если быть совсем откровенной, наглости. Пожалуй, это было даже возбуждающе: в кои-то веки не стал грустно страдать в углу, а реально вломился. Интересно, что именно смог найти, а что нет? Тайник на проверку казался нетронутым, но ведь и заклинания на периметре тоже. В ванной Терис пролежала минут десять, радуясь кипятку, но от него же заклонило в сон. Она даже подумала, что братец в какой-то момент спустится к ней, но нет, он не пришёл и даже не оставил сообщения на дощечке. Она сама могла ему написать. Хотелось написать. Хотелось снова спровоцировать, заставить гореть, сделать глупость. Всё из-за внутренней пружины, которая была на взводе целый день, но никак не отпускала. Терис залезла под одеяло, так и не натянув сорочку. Провела руками по грудям, вспоминая момент в кухне. Потом опустила правую руку между разведённых ног и двумя пальцами провела по клитору и уже влажным половым губам. Ей потребовалось всего пять минут, чтобы почувствовать приятные судороги внутренних мышц, слабость в коленях и какое-никакое чувство удовлетворения. К сожалению теперь, когда она получила пусть и неловкий, но страстный, яркий, живой и откровенный контакт, резко контрастирующий с обычным холодом будней Ноттов, ей хотелось куда большего. И хоть что-то из того, что ей хотелось, Терис твёрдо планировала получить до своего дня рождения.