Глава 5: Версия для ментов.

Утром Холмогорова вызвали на допрос. Кабинет был тесный, пах табаком и машинным маслом. За столом сидел мужчина лет сорока пяти и что-то сосредоточенно крутил отвёрткой в разобранном приборе. — Присаживайся… пока постой. Сядешь потом. Ты машинку не умеешь ремонтировать? — не поднимая глаз, спросил он. — А? Нет… не умею, — ответил Космос, оглядывая кабинет. — А знаешь Мухина Сергея Дмитрича? — Мухина Сергея Дмитрича… — быстро повторил Космос, делая вид, что вспоминает. — Нет. Не знаю. — У него кличка Муха. — А-а… Муху знаю. Не близко, — кивнул Холмогоров. — Драка у него с Беловым была? Конфликт? — мужчина наконец оторвался от прибора и посмотрел прямо на него. — Ну, драка. Космос пожал плечами. — Муха со многими дрался. — В Люберцах. Была же? Космос чуть прищурился. — Честно — не знаю. Следователь вздохнул. — Ну-ну… Тогда скажи мне, молодой человек, где ты был вчера ночью? — С одной девчонкой, — начал Космос. — Только не надо рассказывать, что провожал её в Медведково, опоздали на метро, пошли пешком, потом началось— он развёл руками. — Земле-тря-се-ни-е. Космос улыбнулся. — А вы откуда знаете? Нет, не в Медведково. В Университет. У неё мама там живёт. Следователь что-то записал. Подвинул листок. — Ознакомься и подпиши. Космос посмотрел на бумагу. — Подписка о невыезде. Повестку в суд пришлём, — сказал мужчина, снова взяв отвёртку. — И пошел вон щенок. Космос медленно поставил подпись. На секунду его улыбка исчезла. Космос всё утро провёл на допросе, а ближе к обеду ребята поехали на дачу к Саше. Пчёлкин стоял возле книжного шкафа и читал одну из книг. — Фаланга была не в состоянии обороняться против нападения, что и решило исход истории, — говорил Пчёлкин, глядя в книгу. Адель сидела на кровати и едва сдерживала смех — уж слишком серьёзно он это зачитывал. — Так как обе фаланги были приведены в полное расстройство, неудивительно, что македоняне… македоняни… — повторил Витя с разной интонацией. — Слышь, — сказал он, глядя на Коса. — Македоняне? — Македо́няне, — поправил Космос, делая ударение. Витя кивнул и, продолжая читать, подошёл к кровати, где сидела Адель. — Македоняне потеряли тридцать тысяч человек, — сказал он и почесал затылок. — Взятыми в плен, убитыми… Впрочем, число убитых было более значительным, потому что… О, слышишь? - сказал Витя походя к Саше - Знаком сдачи в плен было поднятие вверх копья, — прочитал он, поднимая руку вверх для наглядности. — Слушай, чё опять пилит, что ли? — спросил Космос, стоя у окна. — Да ну, заколебала. У меня уже уши в трубочку, — добавил он, жуя еду и запивая её. Адель всё так же сидела на кровати, жевала маковую булочку и запивала её яблочным соком. — Ты же хотел спасти Бекасову Ларису… — снова начал Витя. Саша посмотрел на него. — Да нормально всё, — сказал Витя, забирая кусок булочки у Адели. — Ну чё там? — спросил Белов, продолжая есть. — Да я чё… В ментовке просидел весь день, — громче ответил Космос. — Нормально… — пробормотал Витя, снова уткнувшись в книгу. — Погоди, — сказала Саша Вите и посмотрела на Коса. — Ну так дураком и помрёте, — сказал Пчела, жуя кусок маковой булочки. — Про Муху спрашивал. Следак знает, что ты с ним дрался, — добавил он, глядя на Адель, которая пыталась забрать у Вити свой сок. — Пацаны, Деля… ну если бы я знал, что так получится, — сказал Фил, глядя на них, — не стал бы я вас звать, — добавил он, беря конфету, которую ему протянула Адель. — Да ладно, Саня, — отозвался Космос, крутя телескоп. — Сиди здесь, как мышонок. — Ладно, кроме ментов эти уроды тоже шевелятся, — сказала Адель, поднимаясь с кровати. Ребята посмотрели на неё. — Они за Муху голову на раз отвинтят, — пожала она плечами. — Вопрос — кто его замочил, — сказал Пчела, глядя в книгу. — Я же видел: мужик в воздух стрелял. Ты не видел, Кос? — спросил он, поднимая голову. Адель порылась в серванте среди книг, нашла лейкопластырь и, подойдя к Филу, аккуратно наклеила ему на нос. — Кос, чё, оглох, что ли? — снова спросил Пчёлкин. Космос оторвался от телескопа и посмотрел на всех. — Слушайте лучше, что ментам говорить надо, — начал он, бегая глазами по лицам ребят. — Короче: были мы на Воробьёвых с тёлками. Вернулись утром. Тёлок сняли — откуда, никто не знает. Понятно? — сказал он, засунув руки в карманы брюк. — Особенно по мне видно, что я с тёлками был, ха! — рассмеялся Филатов. Ребята засмеялись вместе с ним. — Да хорош ржать, — сказал он, всё ещё улыбаясь. — Ну ты на Виктора Хару похож… после пыток на стадионе в Сантьяго, — сказал Космос, кладя руку ему на плечо. Ребята снова захохотали, и вместе с ними смеялась Адель. — Слушай… одновременно с этим решительным поражением… македоняне, — произнёс Витя с улыбкой. — Радеоняне! — хором передразнили оба Беловых. — Терпели неудачи повсюду, ещё оставались в гарнизонах… — продолжал читать Витя, отпивая пиво из бутылки. — Мужики, а в тюрьме так же кормят? — спросил Саша. — Макароны — да, — ответила Адель, смеясь и закрывая покрасневшее от смеха лицо рукой. — Короче, уже одновременно с таким жизненным положением… македоняне, — снова торжественно произнёс Витя, поднимая палец вверх. На следующий день Филатов сидел в кабинете следователя на допросе. — Фух… Слушай, ты машинки ремонтировать умеешь? — спросил следак, глядя на него. — Нет, — сразу ответил Фил и покачал головой. — Ну и не надо тогда отпираться, — следователь развёл руками. — А я и не отпираюсь. Участвовал, — пожал плечами Валера. — Давно я с этой каратэкой хотел повозиться. Ради спортивного интереса, — добавил он, глядя прямо на следака. Тот усмехнулся. — Неплохо повозился. Знаешь, на кого похож? — он покрутил ручку в пальцах. — На Фредди Крюгера. Фил смотрел на него с каменным лицом — ни одной эмоции не отразилось. — Так… а Белов во сколько оттуда уехал? — спросил мужчина, глядя в листок. — Откуда? — Фил опустил взгляд на стол. — Из Раменского, — уточнил следователь, не отрываясь от протокола. — Если вы о бое, то его там не было. Следователь перестал писать и поднял голову. — Не было или не видел? — Не было, — ответил Фил уже жёстче. — Не было… — повторил мужчина и сделал запись в протоколе. — А сейчас он где? — Без понятия, — пожал плечами Фил. Следователь вздохнул. — Хорошо. Он положил протокол и ручку перед Филом. — Ознакомьтесь и подпишите. Подписка о невыезде. В суд вызовем повесткой. Он снова занялся своей машинкой. — И остальное вам друг расскажет, — сухо добавил следователь. Фил взял ручку, наклонился к листу и начал расписываться. Всю ночь Белов не спал. Из последнего дома на дороге тянулся тонкий звук скрипки — настойчивый, тягучий, будто кто-то пилил по нервам. Сначала Саша думал, что показалось. Но музыка не стихала. Он сел на кровати, провёл рукой по лицу, встал и подошёл к телескопу. Он навёл телескоп на окно в конце улицы. Дом с адресом «Лесная, 4» стоял в полумраке, лишь одно круглое стеклянное окно светилось мягким жёлтым светом. В этом круглом проёме появилась девушка. Она стояла у открытого окна — волосы свободно спадали на плечи, смычок двигался то плавно, то резко. Музыка казалась почти безумной — нервной, стремительной. Саша схватил телефонный справочник, быстро нашёл нужный адрес и принялся крутить диск телефона. В доме скрипачки раздался звонок. К аппарату подошла пожилая женщина. — Алло? Алло? — повторяла она. Саша положил трубку и снова прильнул к телескопу. Затем вышел во двор, поднял маленький камешек и бросил в окно. Раздался лёгкий стук. Он поспешно вернулся домой и снова начал набирать номер. На этот раз трубку подняла она — Ольга Сурикова. — Алло, — произнесла девушка. — Алло, — ответил Саша, не отрываясь от телескопа. — Алло? — повторила она. — Здравствуйте, — сказал он. — Здравствуйте, — отозвалась она, водя пальцем по столу рядом с телефоном. — Простите, что так поздно… Только не пугайтесь, хорошо? Она взяла телефон и прошла в комнату, садясь в кресло. — Вы меня не знаете… Я ваш сосед, — выкрутился Саша. — Сосед? Справа или слева? — Ни справа и ни слева… Это неважно. Понимаете, я вас слушаю… буквально наслаждаюсь. Только не могу понять, что это. — Это «Каприс» Паганини. Вы только ради этого звоните? — Да? Ну я и подумал, что что-то очень капризное… Нет, подождите. Мне просто хотелось услышать ваш голос. Она улыбнулась. — Очень мило. Ну что, услышали? До свидания. — Нет, подождите! Я помню чудное мгновенье переда до иней явилась ты, как мимолетное видение как гений чистой красоты…— начал он, торопливо вспоминая строки. Девушка рассмеялась. — Вас случайно не Александр зовут? — А вас не Анна? Она покачала головой, смеясь. — Нет, не Анна. — Если мы вдруг увидимся — как я вас узнаю? — У меня в левой руке будет журнал «Огонёк». — Ладно, договорились. Но мне уже пора. До свидания. Она положила трубку. Саша продолжал смотреть в телескоп. Девушка поправила волосы, зашторила окно и выключила свет. Следователь снова возился с машинкой, что-то нажимал на клавиатуре. Пчёлкин сидел за столом, повернув голову к выходу, и почесывал затылок. — Так… значит, твои друзья мне рассказали, что в субботу вечером вы были в ангаре в Раменском, — сказал следователь, поудобнее устраиваясь в кресле. Витя отрицательно покачал головой. — В субботу вечером мы отдыхали с девчонками, — ответил он с улыбкой. — С девчонками? — переспросил следователь. Пчела кивнул. — Как звали девчонок? — мужчина взял ручку. — Лена, Наташа, Оля и Света, — быстро сказал Витя, придумывая на ходу. — Ага… Кто ещё с вами был? — следователь украдкой посмотрел на него и начал записывать имена в протокол. — Я, Саша Белов и Космос, — проговорил Витя, сначала глядя на стол, потом поднял глаза. — Значит, девчонок было четверо, — начал следователь. Витя кивнул. — А вас — трое, — продолжил он, жестикулируя ручкой. — Угу. Я с двумя обычно, — Витя показал два пальца и улыбнулся. Следователь хмыкнул. — Хорошо. Назови адреса девчонок, — сказал он, глядя в протокол «Допрос». — А мы в Парке Горького познакомились, — быстро выпалил Витя, выпрямившись. — Так что адресами не обменивались. Он подпер голову рукой, стараясь выглядеть беззаботно. — Угу… значит, Таня, Марина… — начал следователь. — Не-не-не. Лена, Наташа, Оля, Света, — перебил Пчела, всё так же улыбаясь. — Замечательно. Ознакомься и подпиши. Подписка о невыезде. В суд вызовем повесткой, — сказал следователь и снова принялся копаться в машинке. — Кстати, ты в ЭВМ не разбираешься? — Чё? — переспросил Витя, подписывая протокол. — Да мне тут ЭВМ привезли, — сказал мужчина, подняв крышку корпуса и снова что-то внутри щёлкая. — Ага… не, не разбираюсь, — ответил Витя и положил ручку на стол. Следователь даже не посмотрел на него. — Ну тогда пошёл вон, щенок, — грубо бросил он.