Первый день

Демоны приходят ко мне каждую ночь. Каждую ночь тревожность впивается в меня изнутри, не давая уснуть, высасывая остатки сил. Новая школа – ещё один демон. Тот, который будет точно так же съедать меня, заставляя сомневаться в каждом своём шаге. Любая школа пропитана лицемерием, я это знаю. Я не могу предугадать, как ко мне отнесутся новые одноклассники. Да это и не важно. Плохо или хорошо – значения не имеет. Я не собираюсь ни к кому привязываться. Я перешла в девятый, а значит, экзамены не за горами. Слишком много всего навалилось. Но, как это обычно бывает, после часа бесплодных размышлений я всё же провалилась в сон. *** Беги. Беги. Беги. Это слово пульсировало в висках, заглушая всё остальное. Я бежала сломя голову по бесконечному белому коридору. Стены, пол, потолок – всё было вымазано кровью, липкой и тёплой, она хлюпала под ногами. Оно пришло за мной. Оно всегда приходит. Страх сжал внутренности ледяной рукой, лишая воли. Я бежала долго. Очень долго. Сзади раздавался нечленораздельный рёв – голос моего внутреннего демона, который наконец выбрался наружу, чтобы сожрать меня целиком. Мамочка, спаси… Ноги начали заплетаться, дыхание сбилось, но я продолжала бежать, не обращая внимания на крики, раздающиеся эхом по пустым залам. Моя задача – выжить. Внезапно свет погас. Полная, абсолютная темнота. Чёрт. Я ничего не вижу, но нужно бежать дальше. Я сделала несколько шагов и врезалась во что-то… или в кого-то. Свет резко вспыхнул, и я увидела её. — Мама! Я кинулась к ней, в её объятия, впиваясь пальцами в родную одежду. Как же я скучала! По щекам потекли слёзы радости, я прижималась к ней, вдыхала знакомый запах, но… он был каким-то не таким. Холодным. Чужим. — Мамочка, я так скучала… Она молчала, только гладила меня по голове. Её руки были ледяными. — Не бойся, зайка, — наконец прошептала она голосом, в котором не было ни капли тепла. — Мама всегда рядом. И в ту же секунду её пальцы превратились в когти, которые с жуткой лёгкостью впились мне в бока. Я закричала. Она медленно, с наслаждением вскрывала мою кожу, не давая вырваться. В темноте я видела лишь её силуэт, который рос, увеличивался, пока не навис надо мной чудовищной тенью. Там, где было её лицо, теперь была кровавая пасть, полная острых клыков. Я проснулась. Сердце колотилось где-то в горле, грозя выпрыгнуть. Руки дрожали. Я машинально посмотрела на предплечья – никаких ран, только бледные следы от ногтей, которыми я вцепилась в себя во сне. Кошмар. Просто очередной кошмар. Часы на телефоне показывали 5:30. Что ж… встала даже раньше, чем планировала. Нужно во всём искать плюсы, и я криво улыбнулась своим мыслям, хотя глаза всё ещё были полны ужаса. Несколько минут я тупо листала ленту, пытаясь прийти в себя, отогнать липкое послевкусие сна. Потом встала и побрела в ванную выполнять утреннюю рутину. До школы ещё два часа. Алекс встанет только через сорок минут – он любит поспать подольше. Решила не будить его и сначала заняться собой. Макияж у меня всегда простой: не слишком яркий, чтобы не привлекать лишнего внимания, но и не «голая» – всё-таки маскировка. Тон, тушь, румяна и по мелочи. Минут тридцать – и я готова. Затем накрутила локоны плойкой – волосы послушно завились в мягкие волны. Теперь можно и завтрак. К тому времени на кухню выполз сонный Алекс. Утро мы оба не особо разговорчивы, поэтому перебросились парой фраз, молча позавтракали, даже успели сыграть партию мобильную игру. Перед выходом я приняла блокатор – маленькую белую таблетку, которая на целый день скроет мою истинную сущность. Алекс следил за этим строго. Школа находилась недалеко, минут пятнадцать пешком. По пути мы пару раз ловили на себе заинтересованные взгляды прохожих – скорее всего, из-за моих волос и наших глаз. Рыжие в этом городе, видимо, редкость, еще и с разными глазами. Я старалась не обращать внимания, но внутри всё равно шевелилось беспокойство. Как меня примут? Чего ждать? Мы неспешно шли, болтая о ерунде, и вскоре подошли к трёхэтажному зданию школы. Листья клёнов кружились в воздухе, на асфальте блестели небольшие лужицы после недавнего дождя. Осень – время перемен. — Ну что, готова? – Алекс остановился и посмотрел на меня. В его глазах читалось беспокойство. — Не знаю, пожала плечами я. — А ты? Не говорить же ему, что мне безумно страшно. Это же глупо, в конце концов. — Я тоже не знаю, усмехнулся он. — Но если что-то случится, сразу говори мне. Поняла? — Ох, да-да, обязательно, мой рыцарь, фыркнула я, и мы оба рассмеялись. Напряжение чуть отпустило. В гардеробе пришлось отстоять небольшую очередь. На нас косились с любопытством – новые лица в маленьком городе всегда событие. Несколько восьмиклассниц уже начали стрелять глазами в сторону Алекса, хихикая и перешёптываясь. Я только закатила глаза: мой брат всегда пользовался популярностью. До звонка оставалось пара минут. Алекс потрепал меня по голове (я терпеть это не могу, но сегодня позволила), пожелал удачи и направился в свой класс. А я осталась одна. Так, сегодня после уроков нужно забрать учебники. Потом сделать все уроки. И главное – не вляпаться в неприятности. Мысли роились в голове, пока я шла по коридору в поисках кабинета. Нашла быстро. Классная руководительница оказалась молодой и приятной женщиной. Я подошла к ней, представилась, она показала мне свободное место. Мы немного поболтали о расписании, и тут прозвенел звонок. Одноклассники входили гурьбой, и их взгляды тут же устремлялись на меня. Я чувствовала себя экспонатом в музее. Все расселись, урок начался. Я старательно записывала за учителем, делая вид, что полностью поглощена темой, но краем уха ловила тихий шёпот с соседних парт. Спустя минут десять моя соседка повернулась ко мне. — Привет! Я Полина, шепнула она и улыбнулась. Я ответила. И как-то сразу, неожиданно для самой себя, мы разговорились. Полина оказалась очень милой, открытой, с тёмными волосами и небесно-голубыми глазами. Она тоже была омегой, но я, конечно, представилась бетой. Так спокойнее. Мы проболтали почти весь урок, периодически получая замечания от учительницы, но та смотрела на нас с лёгкой усмешкой. После уроков ко мне подходили и другие ребята. Класс действительно показался мне дружным и доброжелательным. Кто-то спрашивал, откуда я приехала, кто-то – про мои хобби, а одна девочка даже восхитилась моими волосами, но больше всего вопросов было конечно же про глаза. Я снова и снова повторяла одну и ту же историю, и постепенно напряжение отпускало. Полина вызвалась показать мне школу. Мы бродили по коридорам, заглядывали в спортзал, столовую, библиотеку. Она без умолку рассказывала про учителей, про город, про одноклассников. А потом мы встретили Алекса. Полина сразу оживилась, и они как-то легко нашли общий язык. Я даже удивилась: обычно Алекс с незнакомыми сдержан, но тут он улыбался и шутил. — Хорошая у тебя подруга, сказал он, когда Полина убежала на кружок. — Подруга? переспросила я. — Мы знакомы несколько часов. — И что? он пожал плечами. — Видно же, что она нормальная. Я задумалась. Почему-то Полина сразу вызвала у меня доверие. Чувство, которое я давно забыла. Странно… Но, может, всё действительно меняется? Остальные уроки прошли скучно. Я старательно конспектировала, но мысли то и дело улетали куда-то далеко. После последнего звонка мы с Алексом пошли за учебниками. Тащить стопки книг пришлось ему – всё-таки иметь старшего брата выгодно. Он нагрузился, как ишак, и всю дорогу ворчал, а я подкалывала его. — Ну наконец-то я донёс эти кирпичи! — выдохнул Алекс, когда мы вошли в квартиру. — Ой, да ладно тебе, ты же у нас силач, — фыркнула я. — Вот именно, поэтому я и ношу, а ты только языком чешешь. Мы болтали и одновременно готовили обед: макароны с сосисками – классика холостяцкой жизни. После еды разбрелись по комнатам делать уроки. Математика давалась тяжело, цифры плыли перед глазами. Но с горем пополам я всё доделала, а потом и остальные предметы. Оставшийся день тянулся медленно. Я сидела в телефоне, периодически таскала с кухни печенье и приставала к Алексу с глупыми вопросами. Под вечер мы вышли прогуляться – в парке было свежо, пахло прелыми листьями, и закат раскрасил небо в оранжево-розовые тона. И вдруг, глядя на эту красоту, я поймала себя на мысли: а стоит ли мстить? Может, лучше просто жить? Обычной, спокойной, насколько это возможно, жизнью. Может, пора отпустить ту боль, перестать носить её в себе, как заноза. Мама часто говорила: «Если любишь — отпусти». Но как отпустить то, что сжигает тебя изнутри? Я не знала ответа. В девять мы вернулись домой, быстро поужинали и разошлись по комнатам. Завтра снова в школу, нужно высыпаться. В темноте спальни я чувствовала себя неуютно. Свет уличного фонаря пробивался сквозь шторы, рисуя на стене причудливые тени. Я прислушивалась к своим ощущениям, ожидая привычного страха, но… ничего. Тишина. Как странно. Демоны сегодня не пришли.