Часть 6

      За завтраком Жанея была неспокойна. Она едва различала вкус супа и подолгу смотрела на огонь в камине, увлёкшись своими тревожным мыслями. И своими страхами.              Прошлым вечером Джиор Мормонт, позвав леди к себе, даже не упомянул о её самовольной вылазке на Стену. И предъявлять ей ничего не стал. Командующего беспокоило совсем иное. Одичалые. Те, по его словам, уже давно стягивались в единую армию, и не ровен час, как они двинутся на юг. А холода, к концу лета крепчавшие всё сильнее, сделают Чёрный Замок ещё более суровым местом. Гостить в нём Жанее осталось недолго. И эта мысль ударила по больному, напоминая о неизбежном возвращении домой. Столь скором и столь нежеланном.              Но напоследок Мормонт сказал ей ещё кое-что.       «Если сир Аллисер по-прежнему беспокоит вас, вы можете отбыть в Кротовый Городок и оттуда двинуться домой, когда будете готовы».              В ответ на это предложение Жанея едва сдержала улыбку. Услышанное ненадолго подняло ей настроение в тот мрачный вечер. Вежливо разубедив командующего в его опасениях, она даже хотела выгородить Аллисера и избавить от наказания, но вовремя остановила свой нелепый порыв. Леди оставалось лишь поблагодарить Мормонта и отправиться к себе. Вернуться в кровать подавленной скорым отъездом. Он печалил её всё сильнее, стоило задуматься о…              Вдруг Жанея услышала лязг металла во дворе. Она слышала его всё утро, но совершенно не замечала, занятая своими тревогами. Теперь до её ушей также дошёл знакомый недовольный голос. Его уже можно было назвать родным. Леди выглянула в окно и застала внизу очередную тренировку рекрутов. Точнее, её окончание. Она видела, как одни мальчишки возвращали мечи в оружейную, пока другие ещё дурачились в шуточном поединке. Корвин тоже был там. Он собирался уйти со двора, как вдруг остановился, когда кто-то позвал его. Это был Торне. Жанея сразу напряглась. Она видела, как тот нагнал её брата и, похоже, начал что-то ему говорить. Не кричал, но всё же Корвин выглядел озадаченным. Ему было не по себе. Леди не могла слышать их разговора, но её беспокоила эта картина. Не просто так Корвин поделился с сестрой страхом перед Торне. Семеро будут свидетелями, она врежет Аллисеру по лицу, если он сказал её брату хоть одно грубое слово.              Когда леди оделась и вышла во двор, то пусть и не сразу, но нашла Корвина расчищающим снег около конюшни. Он был там один. Подобрав подол платья, Жанея быстрым шагом направилась к нему. В голове крутился рой мыслей. Когда дело касалось брата — она готова была пренебрегнуть своим воспитанием.              — Корвин! — позвала его сестра, и юноша тут же поднял голову.              Он дождался, пока она подойдёт, и выглядел очень удивлённым её столь ранним появлением.              — С тобой всё в порядке? Он… сир Аллисер говорил с тобой? Что он сказал? Он тебя напугал? – беспокойно зачастила Жанея, обхватив Корвина за плечи.              — Нет-нет, ничего такого, – попытался успокоить её брат и коротко улыбнулся. — Он почти не злился на меня… в этот раз.              Корвин уже не казался тем боязливым мальчиком, каким был десять минут назад. Жанея из них двоих выглядела куда более напуганной.              — Но что он тебе сказал?              Юноша беспокойно и задумчиво отвёл взгляд, прежде чем ответить. Было похоже, что резко налетевшая сестра заставила его растеряться.              — Ну… Сначала он спросил обо мне. О моей семье и о том, откуда я… И я ответил, что мы Крейны из Алого Озера. Из Простора, – Корвин сделал неуверенную паузу. — ...Потом он зачем-то спросил о тебе… и я сказал, что ты жила в Долине. До недавних пор. Он даже не слышал о доме Брейкстоун, представляешь? – с усмешкой отметил юноша.              — Он спрашивал о Манфриде? – настороженно уточнила Жанея.              — Да, и я сказал, что этот чахлый старик наконец отмучился, – без доли сомнений выдал Корвин. — И что с новым мужем тебе должно повезти больше… Я надеюсь.              Жанея нервно протёрла лицо ладонью в перчатке. Ей не хотелось высказывать брату упрёков, потому она попыталась успокоиться и просто выдохнуть.              — Было что-то ещё?              Корвин, похоже, заметил подавленный настрой сестры и больше не улыбался.              — Ну… Я хотел спросить у сира Аллисера, к чему всё это… Мне тоже показались странными его вопросы. Но он велел мне расчистить снег, а сам ушёл, – с досадой закончил юноша, опираясь на лопату.              Жанея не знала, что и думать. В голове рождались самые странные и абсурдные предположения, просто бессмыслица. Леди едва не забыла поблагодарить брата, прежде чем отправиться обратно в замок. Она не переставала размышлять о том, ради чего на самом деле был этот допрос? Зачем Аллисеру знать всё это? Без сомнений, он нашёл лёгкую жертву. Корвин рассказал всё как на духу, но Жанея не хотела его винить. Спрашивать надо было с Торне. Если бы это только было так просто…              Леди понимала, что Аллисер не тот человек, кто даст ответы по первому требованию. Он скорее тот, кто предпочтёт молча уйти от неудобного разговора. В его положении сделать это было нетрудно. В конце концов, в Чёрном Замке для дозорного всегда найдётся работа.              Внезапно в голове Жанеи мелькнула идея. Сомнительная, возможно наивная, но недосказанность, накопившаяся у неё её на душе, не давала женщине покоя. Если Аллисер привык избегать неприятных вопросов, то следует поговорить с ним там, откуда он не сможет уйти.                     — Что вы знаете о Кротовом Городке?              Жанея спрашивала с присущим ей любопытством, не обличая своего волнения и истинных намерений. Аллисера она застала за обедом в уже опустевшей кухне. Леди осторожно подсела к нему, хоть и понимала, что совершает наглость. В ответ на её появление мужчина прервал трапезу и тягостно выдохнул, предчувствуя что-то нехорошее. А услышав вопрос, едко фыркнул.              — Скверное место. И люди не лучше, – нехотя пояснил он, вновь берясь за вилку. — Но ближе здесь никого нет.              — А вы там бывали? – поинтересовалась Жанея, не дав ему донести кусок зайчатины до рта.              Аллисер недовольно скривил губы и одарил её жёстким взглядом.              — Приходилось.              Торне всё-таки продолжил есть, но с таким хмурым видом, словно в тарелке у него лежали холодные угли.              — …Сможете отвезти меня туда?              Жанея знала, какое впечатление произведут на Аллисера её слова. Всё было написано на его лице. Он не верил тому, что слышит, и смотрел на женщину как на повреждённую умом. Он, вероятно, многое хотел бы ей сказать, но в конце концов все его мысли свелись к одному-единственному слову, которое он произнёс медленно и вымученно.              — …Зачем?              Это прозвучало так, словно у Торне не осталось моральных сил на большее.              Жанея нервно поджала губы и, побродив взглядом по комнате, вновь посмотрела на Аллисера. В его полные сомнения и упрёка чёрные глаза.              — Вы были правы тогда… насчёт меня, – начала она, сцепив руки в замок у себя на коленях. — Я мало что видела на этом свете, кроме родных стен. Так мало, что Чёрный Замок стал для меня огромным новым миром. И я правда полюбила это место, – спрятав лицо, призналась леди, надеясь, что звучит не слишком глупо. — А само это путешествие… Такого у меня больше никогда не будет…              Жанея притихла, всерьёз задумавшись о том, что говорит. То, что она считала лишь предлогом, перестало им быть, стоило ей услышать саму себя. Тоска наполнила её сердце. Женщина с сожалением посмотрела на Торне, и слова сами сорвались с её губ:       — Простите, что снова досаждаю вам… Скоро мне придётся вернуться домой, а я… я даже ни в одном скверном месте не побывала, – горько улыбнулась леди. — Не лишайте меня такой возможности.